Я бросила на него благодарный взгляд. Как такой милашка может работать в компании с таким чудовищем?
— Хорошо, — Данте передал папку своему ассистенту, вышел из-за стола и, присев на столешницу, снова сложил руки на груди, — С первым вопросом вы справились. Точно, кратко, лаконично. Третий вопрос, хм, странная трактовка мифа, но допустим. А вот второй вопрос – это не просто околесица, это чушь несусветная!
— В смысле, чушь? – разъярилась я. – То есть вы отказываетесь подтвердить геноцид люменов вампирами? Вы что, расист? Покрываете наш народ и пытаетесь навязать удобную вам трактовку? Имейте смелость признать то, что вампиры стали единственной причиной вымирания прекрасной расы!
Говоря это, я подходила всё ближе и ближе, в итоге мне даже пришлось слегка задрать голову, чтобы смотреть болвану в лицо. И если на лице Данте не дрогнул ни один мускул, он лишь сжал челюсть, то вот глаза его метали молнии. Мысленно он, видимо, меня уже и выпорол, и выставил вон.
— Исключительно из-за того, что ты девушка, и по твоему поведению, очевидно, глупая, я не стану как-либо тебя наказывать. Да к тому же ты всё равно не поступила. А теперь, будь добра, забирай свои документы и покинь территорию Академии, — процедил магистр таким холодным голосом, что, поддайся я его действию, уже бежала бы куда подальше, только пятками сверкая.
— Я имею право знать! – не сдержавшись, тыкнула ему указательным пальцем в грудь.
— Хорошо, — теперь взорвался и Данте. Он оторвался от стола и навис надо мной. – Никакого геноцида не было, всех люменов выкосила солнечная лихорадка, которую этот снобский народ не смог победить сам. А помощь принимать отказывался! Аурия, это ученический уровень знаний! Эти солнечные тупицы не понимали, что своим эгоистичным поведением поставили и вампиров под угрозу вымирания! Это общеизвестный факт! А ты написала полную хрень!
Мы уставились друг на друга, гневно дыша и пытаясь взглядами продавить свою точку зрения. Я искренне не понимала, как то, что сказал магистр, могло быть общепринятым фактом! Я с детства знала истинную причину проживания люменов в резервациях, почему они скрываются от всего мира. А теперь, выходит, что этому самому миру удобнее принять ту правду, которую им преподнесли вампиры? Я и раньше-то мучилась от осознания того, что во мне есть часть вампирских генов, но сейчас чувство отвращения усилилось в разы.
Сколько длилась наша дуэль, я не заметила, но в какой-то момент взгляд Данте поменял тональность. Вместо дикого раздражения и даже ненависти, в нём полыхнула уже знакомая мне тьма желания. Ой, таким я его видела в сегодняшнем сне. Тогда мне понравилось, но ведь то было видение, я не собиралась претворять его в жизнь.
И когда Данте подался корпусом вперёд, будто бы собираясь схватить меня за плечи, между нами аккуратно вклинился Гидеон, прихватил меня за локоть и потянул к себе. Я перевела на него взгляд и поняла, что тот сильно обеспокоен поведением магистра.
— Пойдёмте, марэ, я провожу вас.
— Руки от неё убрал! – холодно, по слогам, процедил Данте, но сказано это было с такой злостью, что ассистент тут же отшатнулся от меня.
Мы с Гидеоном в шоке уставились на часто дышащего магистра. Тот провёл рукой по лицу, словно хотел вернуть себе самообладание.
— Я сам провожу марэ Ригару. С неё станется, она вляпается в неприятности.
Вырвав мою руку у опешившего Найта, Лорк практически потащил меня на выход из аудитории.
Студенты, что встречались нам в коридорах корпуса, провожали нас изумлёнными взглядами. Судя по тому, что я уже успела услышать о достопочтенном магистре, таким, как сейчас, его видели редко. Всклокоченный, с бешеными глазами, он тащил за собой бледную меня. Последней каплей, заставившей попытаться затормозить этот экспресс, стало ехидное шушуканье, которое донеслось от стайки студенток. Пускай я не поступила в Академию, но позорить себя не дам.
На площадке между первым и вторым этажом я вырвала руку и резко отшагнула от стремительно обернувшегося Лорка. Тьма по-прежнему плясала в его глазах, но теперь она выражала, скорее, раздражение, нежели желание затащить меня в уголок.
— Потрудись объяснить, какого грыма сейчас произошло? – сложив руки на груди, я посмотрела на Данте. – Мне кажется, или ты из каких-то личных побуждений не желаешь принимать меня на курс?
— Тебе может казаться всё, что угодно, — глубоко вздохнув, ответил магистр. – Реальность такова, что твои знания не соответствуют необходимому для обучения у меня уровню. И не строй себе никаких иллюзий – ничего личного у меня к тебе нет.
Последние слова он проговорил на таком высокомерном пафосе, что мне захотелось поколотить его. Ах ты ж, гад, а кто меня просил остаться? Кто кусается, стоит только подпустить на расстояние укуса? Хотя последнее произошло во сне… Я неосознанно потёрла шею и заметила, как дёрнулся при этом Данте.
— Ты тоже это видел! – мелькнула у меня догадка. – Это было общее видение!
По растерянному виду вампира я поняла, что попала в точку.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь, — магистр резко развернулся к ступенькам. – Пойдём, тебе нечего делать в корпусе.
— Нет, погоди, — подскочив, я схватила его за локоть, заставляя остановиться. – Данте, давай мыслить логически. Как ты сам, похоже, любишь. Происходит что-то странное, ты же учёный, разве тебе не интересно узнать причину этой грымовщины?
И я заглянула ему в глаза, стараясь убедить в том, что меня нужно оставить в Академии. Я рисковала. Магистр не дурак, а раз уж он так давно изучает люменов, может раскрыть мой секрет. Но сейчас я была готова пойти и на такой шаг. Лишь бы осесть в Академии и получить доступ к библиотеке и лабораториями.
— Аурия, — Данте двинулся вниз, и мне не осталось ничего, кроме как последовать за ним, — размышляя, как ты сказала, логически, я делаю только один вывод – ты должна покинуть стены АМП. Ты не прошла тест, не соблюдаешь субординацию, несёшь полную околесицу и… Провоцируешь меня…
Последние слова он проговорил почти шёпотом, в задумчивости остановившись в пустом холле первого этажа. Видимо, все студенты разошлись по своим делам, раз нашему разговору не нашлось свидетелей.
— Пожалуйста, Данте, мне некуда возвращаться, обучение в Академии – мой последний шанс, — я решила сменить тактику на просительную. Мужчинам же нравится чувствовать себя властителями судеб, верно?
Магистр склонил голову набок и, недоверчиво прищурившись, посмотрел на меня.
— Актриса ты хорошая, но я не верю. Сегодня вечером ты должна покинуть кампус.
И этот гад поучительный ушёл по направлению к секретариату, даже ни разу не оглянувшись на меня. Оставил меня стоять, ошалело хлопая глазами. Я поверить не могла, что это всё. Что вот так вот передо мной захлопнулась дверь в легаты Академии.
— Марэ Ригару? – из состояния оцепенения меня выдернул голос Гидеона, который спускался по лестнице и нёс в руках папки. – Вам помочь?
— Нет, спасибо, маар Найт, — я отмерла и, приложив ладонь ко лбу, проговорила, — просто экзамен завершился несколько неожиданным для меня исходом.
— Понимаю, — Гидеон остановился рядом и сочувствующе взглянул на меня. – И хотя магистр Лорк действительно бывает слишком строг, в его защиту скажу, что твой ответ был очень далёк от правильного. Но твоя храбрость меня поразила. Заявить вампиру о геноциде люменов – ты либо совсем сумасшедшая, либо просто хотела позлить преподавателя. Признайся, ты не знала ответа и решила пошутить?
— Да-да, именно так, — спохватившись, ответила я.
Не хватало ещё, чтобы, помимо Данте, странностями в моих знаниях заинтересовался Найт.
— Тогда всего хорошего и попробуй поступить в следующем году, — перед тем, как последовать за своим дражайшим магистром, Гидеон утешительно похлопал меня по плечу.
Я проводила удаляющуюся фигуру студента подозрительным взглядом. Странный он, даже для альбиноса, слишком странный. Слишком добрый, обходительный, особенно с человеком, которого видит впервые. А может, это моя паранойя решила проявить себя во весь рост.
Глава 7. Те же лица, только в профиль
Больше меня в корпусе археологии ничего не держало, и я вышла на улицу. Погода, в противовес моему гадкому настроению, радовала окружающих ярким солнцем и чистым небом. Нет бы поддержать меня в моей депрессии. Хотелось кого-нибудь придушить. Хотя кого я обманываю – у моего желания был конкретная клыкастая цель.
Возвращаясь в дом Ингрид, я позвонила ведьме и доложила о своём фееричном фиаско. Та, словно и не ожидая другого результата, сообщила, что успела договориться с барменом одного из заведений в кампусе. Он готов меня взять, если сегодня вечером я пройду испытательную смену.
— Только, пожалуйста, засунь свою гордыню туда, где вашему брату солнце не светит, — попросила напоследок Ингрид. – Это действительно твой последний шанс остаться в Академии.
— Да поняла я, — буркнула в ответ и зашла в дом.
Аксель встретил меня приветственным урком, ласково потёрся о подставленную ладонь и повёл кормить перезавтраком или недообедом. По крайней мере, именно так зверёк назвал ту гору еды, что вывалил на обеденный стол.
— Ты ведь не успела нормально поесть? Обычно Ингрид приходит только вечером, поэтому я не очень понимаю, что с тобой делать? – щебетал он, летая вокруг меня.
— Достаточно холить и лелеять, — прыснула я, откусывая рогалик с творожным сыром и солёной рыбой. – А занятие для нас с тобой я уже придумала.
И я заговорщицки подмигнула малышу.
— Мы приведём этот храм Хаоса и Беспорядка в такой вид, что тебе не придётся больше краснеть.
Надо ли говорить, что после такого заявления мы с Акселем стали лучшими друзьями? По мере наведения в доме порядка, в него же приходили и мои мысли. Тягостное предчувствие, что поселилось внутри меня после провала на экзамене, забилось куда-то вглубь сознания и теперь отдавало лёгкой тошнотой. Вроде бы и нормальное настроение, а всё равно что-то не так.
Анализируя новую информацию, я то и дело возвращалась к поведению Лорка. И моей реакции на него. Я не понимала, что происходит между нами, что значил этот сон, оказавшийся настолько явным, что у меня даже укусы проявились! С Данте всё понятно, его тянет ко мне лишь потому, что в моих венах течёт часть люменской крови. Но почему я теряю самообладание рядом с ним? Девочкой я не была, и списать мою реакцию на неопытность не получалось. Ну не могла я поплыть от, хоть и шикарного, но крайне заносчивого образца вампирской притягательности. Не в моих правилах это.
А ведь Данте ещё и подозреваемым являлся! Что совсем не облегчало моё состояние. Как, как следить за объектом, если каждый раз, когда ты его видишь, хочется либо набить ему породистое лицо, либо вцепиться с поцелуем. А то ещё и с более с низменными намерениями.
Под такой аккомпанемент мысленных терзаний и прошла генеральная уборка ведьмовского дома. Оставшись довольной проведённой работой, я, взглянув на часы, поняла, что пора бы уже собираться. Мой испытательный срок начинался через час, а бар располагался в лабиринтах академических улочек, в котором я ещё плохо ориентировалась.
Надев кожаные леггинсы, серую удлинённую футболку и джинсовую безрукавку, я взглянула в зеркало. Для смены в увеселительном заведении образ самое то. Быстро завязав волосы в высокий хвост, рванула на выход.
— Аксель, не жди нас домой, ложись спать! – бросила хранителю.
Хотя сомневалась, что он меня вообще слышал – после наведения чистоты в доме, зверёк вёл себя, словно пьяный. Летал по комнатам и что-то мечтательно мурчал себе под нос. Очень надеюсь, что он не заболел. А то вдруг своим желанием помочь я сделала только хуже.
Сверившись с картой, прикинула маршрут, и не спеша двинула по освещённым фонарями аллеям. Прохлаждающихся студентов оказалось довольно-таки много – видимо, отмечали удачное поступление и зачисление. Царапнувшее душу чувство зависти как появилось, так и пропало – не в моём характере испытывать эту деструктивную эмоцию. Я даже пыталась мило улыбаться проходящим парням.
Свернув на улочку, что вела к чёрному ходу в бар, я оказалась настигнута знакомым ощущением. Брат пытался пробиться ко мне. Присев у стены здания, я сосредоточилась на усилении связи.
"Рия, ты меня слышишь?", — многоголосым эхом взорвались слова Аарона в моей голове.
"Да", — только и выдавила я, с трудом удерживая концентрацию.
"Рия, тебе нужно срочно предоставить хоть какие-то результаты! Они арестовали Аларика!" — Аарон говорил чётко и по существу, видимо, боясь разрыва связи.
"Что предъявили отцу?!", — понимая, что позволь я гневу взять над собой верх, и Рон исчезнет из моей головы, я душила в себе эмоции.
"… с вампирами… разглашение…, — мысли брата доходили до меня частями. — Измена…".
Последнее слово ударило наотмашь, спустив мою ярость с поводка. Ни о каком сохранении связи можно уже было не говорить.
Моего отца, самого уравновешенного из всех вампиров, которых я знала, просто использовали, переложили на него вину. Нахрена тогда было засылать меня в Академию, если не дождались выполнения задания?
Чувство гнева постепенно переросло в дикую обиду. Почему? Ну почему именно папу? Он ведь самый безобидный, добрый, любящий человек, какого я знала! Перед глазами возник его улыбающийся образ, с каким теплом и обожанием он смотрел на маму. Папа пожертвовал всем – свободной жизнью, связью с кланом – лишь бы быть с нами, своей семьёй. И вот теперь Орден держит его в застенках!
От несправедливости произошедшего хотелось взвыть. Почему всё не может идти ровно? Почему судьба постоянно ставит мне палки в колёса? Я же изо всех сил стараюсь исправиться!
Злые слёзы заскользили по щекам, и я не сделала попытки их стереть. Плевать, меня здесь никто не увидит. Хотя бы раз позволю себе побыть слабой. Потому что, похоже, времени у меня нет и уже завтра нужно браться за расследование.
— Что случилось, маленькая забияка? Кто обидел такую хорошенькую крошку? – в переулке, как грым из шкатулки, появился Билл и какой-то незнакомый парень, который сейчас закрывал воронку портала.
Я безразлично окинула парочку взглядом и снова невидяще уставилась перед собой. Количество сыплющихся на меня проблем уже не удивляло.
— Билл, тебя ведь так зовут? – устало уточнила я, прикрыв глаза рукой. — У меня сейчас совсем нет настроения на расшаркивания. Неудачное ты время выбрал.
— Как будто нам интересно твоё мнение, — хохотнул громила и двинулся в мою сторону. – Закончим начатое, детка. В этот раз тебя некому спасти.
— Да как будто мне это нужно, — оперевшись на стену, я поднялась навстречу соперникам. – К твоей неудачи, у меня препаршивейшее настроение.
Внезапно нахлынувшее чувство обиды и злости развязало мне руки, и я решила, что с меня хватит. Хочет меня, ну, пускай подавится!
Билл бросил на своего дружка мимолётный взгляд и тот тут же прыгнул через портал мне за спину. Смешно, в Ордене нас учили, как отслеживать зарождающуюся воронку саттерна. Едва заметное марево в пространстве – и ты уже знаешь, где в следующую минуту появится противник. Сам Билл сбросил академическую куртку, повёл плечами и призвал полутрансформу. Как я и думала – он оказался медведем, чьи огромные лапы промелькнули в сантиметре над моей головой. Он бросился на меня так резко, что я еле успела присесть и уйти вбок.
— Да не сопротивляйся ты, обещаю, тебе понравится, — проговорил Билл с такой безумной улыбкой, что у меня против воли волосы на затылке зашевелились.
Отвечать уроду не стала, поскольку за мной снова раскрылось окно портала и, не дав второму подонку появиться из него, я ударом ноги загнала того обратно. Ответный портал раскрылся над головой Билла, и гребанный саттерн завалился прямиком на своего лидера.
Взревев, громила стряхнул друга и бросился на меня. Какое-то время мне удавалось уходить от ударов, подныривая под лапы и откатываясь. У меня даже получилось пару раз нехило приложить медведя по почкам. Но вездесущий саттерн постоянно появлялся передо мной, вынуждая меня уходить с линии удара. Это не могло продолжаться вечно, и в итоге меня загнали в тупик между баром и соседним зданием.
— Все, отбегалась, — довольно проурчал Билл. — На колени.
У меня аж глаза округлились от такого заявления. Наглости и самоуверенности парню явно было не занимать.
Разбежавшись, я запрыгнула придурку на грудь, крутанулась вокруг торса и зажала шею сгибом локтя.
— Нет, дружочек, это ты на колени вставай!
Билл хрипел и пытался вырваться из моей хватки, царапал своими когтями руку, но я словно и не чувствовала боли.
— Дёрнешься, я ему голову сверну! – рявкнула саттерну, который начал наводить портал, видимо, желая снова прыгнуть мне за спину. – На колени, урод, — прошептала я Биллу на ухо.
— Тварь! – прорычал он в ответ, а я лишь сильнее сдавила его шею, извлекая надсадный сип.
Следующий момент прошёл для меня смазанной полосой. Меня кто-то стащил со спины громилы и утащил к стенке, прижав за горло. И правильно сделал, потому что я принялась отбиваться, что есть сил. А когда зрение сфокусировалось, я испуганно затихла. Мой ночной кошмар снова явился мне на помощь. Хотя его сюда и не звали.
— Маары Кельдброк и Рукер, попрошу вас удалиться, пока я еще держу себя в руках, — холодно цедя слова, проговорил Данте, смотря при этом мне в глаза.
Пожирая меня ими. И я понимала почему – кровь из ран на располосованных предплечьях растекалась по рукам Лорка.
Куда делись Билл и его приспешник, я не заметила, поскольку тьма, что приветственно расползалась в глазах Данте, поглощала и меня. Тьма, что сейчас казалась мне такой родной, спасительной.
— Я же сказал тебе, уезжай… — хрипло выдохнул мне в ухо вампир.
Он прижал меня к стене всем телом, уткнулся носом в изгиб плеча и шумно вдыхал мой запах.
— Пусти, — первый шок прошёл, и я принялась вырываться, — я же почти победила!
— Дура, ты почти убила его!
Данте схватил меня за запястья и прижал руки к моей груди. Я видела, как тяжело ему сохранять самообладание. Как он борется с жаждой, то опуская лицо к моим ранам, то снова смотря мне в глаза.
— Да хоть и убила бы, одним придурком стало бы меньше! – гневно выдохнула ему в губы.
— А убийцей – больше! – он даже встряхнул меня. — Не уподобляйся этим идиотам.
— Оставь свои нравоучения для студентов! – вырвав свои руки из его железной хватки, я что есть сил оттолкнула его. И это почти удалось, магистр отступил на шаг, но дышать мне от этого легче не стало. – Ты уже мне на экзамене все высказал! Проваливай!
Данте вздрогнул, будто мои слова влепили ему пощёчину.
