— Ладно.
— Сдавай, Тема.
Они играют в игру, правил которой я вообще не знаю. Я действую чисто интуитивно, вот только когда у меня что-то начинает получаться, дверь внезапно распахивается, и в нее входит Барин.
Все тут же опускаем руки с картами, прячем под стол, но поздно — начальник наш уже все увидел.
— Много работы, я вижу?
Все молчат, Валик лишь откусывает шоколадку.
— Тебя не ждали, босс.
— А я вот взял и приперся! Валик, я до завтра счета должен ждать от тебя?
— Все, я пошел.
Валентина как ветром сдувает, мы же все так и стоим как на линейке: Вера, Артем и я.
— Я пойду…
Лепечу, кладу карты на стол, но Барин мне преграждает дорогу. Такой высокий против меня, я ему едва до груди достаю.
— Куда?
Сверлит своим строгим взглядом.
— Домой.
Почти шепотом, но он слышит.
— Ты же не доиграла. Сюда иди.
И я думаю, сейчас нам влетит тут всем по первое число, но вместо этого Вячеслав Андреевич кивает Артему:
— На что играем?
— Хм, на деньги. Девочки — на поцелуй.
— Понятно. Ну, сдавай.
— Вы серьезно?
— Ну да, надо же разнообразить ваш трудный день, полный задач.
Это была критика, которую я очень точно ощущаю, но не подаю виду.
Артем сдает карты, и я быстро понимаю, что Барин играет вовсе не так, как Валентин, а более жестко и уверенно, и что еще хуже — он прекрасно знает эту игру! Вера выбывает тут же, следом за ней Артем. Я же, честно говоря, доверяюсь одной лишь интуиции, потому что я играю на поцелуй! На свой первый в жизни поцелуй, господи.
Сердечко мое колотится, как у мышонка. Руки подрагивают, мы остаемся с Вячеславом Андреевичем за одним столом.
Смотрю на Барина, у него есть эта карта... есть или нет? Он собран и спокоен, вообще не поймешь, о чем думает, тогда как у меня, кажется, все давно на лбу написано.
— Ты проиграла, — говорит Вячеслав Андреевич и кладет карты на стол, вскрывая их.
— Ого! Я такого ни разу не видела! — вскрикивает Вера, и все смотрят на карты Барина. Там четыре туза, боже.
Поглядываю на свои карты: валет, шестерка и дама.
— Ой, я проиграла, как же так…— заключаю с грустью, на что Вячеслав Андреевич строго смотрит на меня.
— Как долг возвращать будешь, Сойка?
Поджимаю губы, вот же, попала с начальником играть.
— Артем…
Умоляюще смотрю на Рыся, но Барин меня перебивает, прет как танк:
— А что Артем? Ты мне проиграла, а не Артему.
— У меня нет с собой денег. Я завтра принесу, — лепечу, на что Вячеслав Андреевич лишь коротко усмехается:
— А ты не на деньги играла, Таисия, — басит и, щелкнув ключами, уходит в кабинет.
Становится тихо, я вижу, как потупила взгляд Вера, как Артем взял сигареты и смылся курить.
Я же остаюсь одна и не знаю, что делать. Я проиграла поцелуй Вячеславу Андреевичу, и я... я ведь сама на это пошла.
И все бы ничего, правда, есть одна маленькая проблема: я еще ни разу в жизни не целовалась, и от волнения у меня аж рябит в глазах. Особенно от того, что я Барину этот поцелуй проиграла.
Глава 15
Я ему проиграла. Наивно и очень по-глупому, так просто. Не деньги даже — поцелуй, вот только что делать, не знаю. Артем курить вышел, Вера тут же создала видимость работы, а я теряюсь.
Вижу только, как Валентин возвращается с папкой документов в руках.
— Что, уже доиграли?
— Да.
— И кто победил?
— Вячеслав Андреевич, — отвечаю тихо, сгорая просто со стыда. На это Валентин усмехается только:
— Ну и в чем проблема? Иди, возвращай долг. Вячеслав Андреевич у нас должников не жалует, а то гляди, еще на счетчик поставит.
Ему смешно, а мне что-то не очень. Волнуюсь, и страшно как-то стало. Я, может, просто Вячеслава Андреевича в щеку поцелую, это прокатит? Ну, или руки там пожмем. Мне так неловко. Это же мне надо подойти к нему первой! Мама дорогая, спасите.
А с другой стороны, вдруг и правда, сделает что-то мне. Он может. Это поначалу я только думала, что Вячеслав Андреевич такой добрый со всеми, но на самом деле это не так.
Вера недавно мне проболталась, что видела, как Барин с Артемом у кого-то долг забирали. Ногами об ребра, вот как.
Нет, я конечно, могу сделать и все такое, но он знает, где я работаю, и тогда я точно лишусь этой должности курьера.
А у меня только все начало получаться, и даже более чем. Артем вообще сказал, что с такими темпами я одна буду конверты собирать, а он перейдет в офис заниматься «более серьезными вещами».
И вот, я на распутье. Повести себя как испуганная девчонка или гордо признать проигрыш? Пожалуй, я выберу второе, и это всего лишь поцелуй, правда, мой первый в жизни.
Стучу пару раз в его кабинет, ноги становятся ватными. Ну, не съест он меня, наверное, да и вообще. Может, ему уже не до этого поцелуя.
— Да!
— Можно?
Заглядываю, Вячеслав Андреевич уже за столом и, судя по всему, он занят.
— Чего тебе?
— Я по делу. Важному.
Он поджимает губы, а после коротко кивает.
— Ну, раз по-важному. Входи.
Облизываю сухие губы, делаю шаг в его кабинет. Сердечко ускоряет ритм и, наверное, надо было сбежать, но уже поздно.
— Ну, говори, что там? По поездкам проблемы?
— Нет, там все нормально. Артем даже сказал, что я скоро сама смогу ездить. Надо мне только на права сдать.
— Посмотрим. Вера, кофе принеси, — басит Вячеслав Андреевич в телефон, а я замечаю, что он ту пуговку свою так и не пришил. Вот же она, на столе его валяется.
— Я могу сделать тут.
Киваю на его пиджак, а он брови почему-то сводит.
— Что ты там лепечешь?
— Могу прямо тут. Это быстро.
На миг Барин удивленно смотрит на меня, как будто я что-то не то ляпнула.
— Не понял.
— Эм... пуговка. Могу пришить. У меня все с собой есть. С ателье не выложила.
— А-а! Господи. Ну давай.
— Снимите пиджак, пожалуйста.
— Ты не заметила, Сойка, что в твоем присутствии мне всегда надо снять пиджак?
— Заметила.
Усмехаюсь, и так неловко. Быстренько перешиваю пуговку, подхожу к нему вплотную.
— Готово.
— Сколько я тебе должен?
— Нисколько, что вы. Это же я должна.
Мы стоим у его стола. Вячеслав Андреевич в брюках и рубашке, расстегнутой на две пуговицы на груди. Опасный, высокий, красивый, но очень по-мужски. Мне нравится, он как огонь — хочется смотреть на него снова и снова, хоть и может сделать больно в любой момент.
Грубая, немного жесткая внешность у него. Но мне нравится и даже очень.
Он откладывает пиджак и смотрит на меня, как сканер. Впервые оказываюсь так близко к нему, он на голову выше меня, крепкий, широкоплечий. И взгляд у него и правда волчий, и от него так пахнет. Даже передать не могу, просто мне хочется вдыхать этот запах, боже. У меня в животе тогда бабочки танцуют.
— Что ты мне должна?
— Я вам проиграла.
— Не любишь в должниках ходить?
— Не люблю.
Кусаю губы, и стыдно мне до ужаса, и страшно тоже.
— И что же ты проиграла мне?
— Поцелуй, — говорю смущенно, а Барин почему-то серьезным очень становится, сердитым даже. Вижу, как желваки на скулах заходили. Волнуюсь, мнусь, не знаю что делать. Я красивая для него или нет? Он хочет этот поцелуй или нет? Может, я ему вообще противна.
Боже, как бы этот долг ему вернуть… поцеловать его. Как можно.
Тело подрагивает, а после Вячеслав Андреевич сам берет меня за талию и, поддев мой подбородок пальцем, наклоняется и целует меня в губы.
И нос при этом не мешает, мне тепло и холодно одновременно, не больно и очень сладко, а сердце прыгает так, словно я бегу.
Его губы умелые, и даже слегка колючая щетина меня не смущает.
На миг прикрываю глаза, я это чувствую, а после быстро распахиваю их, когда Барин отстраняется.
У меня же внутри бабочки запорхали, и все… все стало на оголенном нерве без брони. Боже, Вячеслав Андреевич сделал это сам. Сам!
— Вы меня поцеловали…— говорю ошарашенно, одними губами, они горят огнем. В животе что-то приятное потянуло, разлилось тепло.
— Ну ты же всем поцелуи раздаешь. Или не только.
