И все, я поплыла, а мираж рассыпался. Это прозвучало больно и обидно до слез.
— Я ничего такого никому не раздаю! Меня бабушка не так воспитывала.
— Парень у тебя есть?
— Нет.
— Был? — словно с какой-то надеждой спрашивает Барин, но я лишь пожимаю плечами:
— Не было.
— Так ты нецелованная даже.
— Целованная. Уже. Вы меня поцеловали.
Пытаюсь оправдаться, но, кажется, это только сильнее злит его.
— Дурочка!
— Почему?
— Потому что! Ты могла проиграть мне ночь, девочка. И что бы тогда: пришла, чтобы я тебя трахнул? Этого хотела? Раздавать себя за карты?
— Нет!
Его слова такие грубые и жесткие, наотмашь просто бьют. Я же едва стою на ногах. Почему-то глаза наполнились слезами, и я быстро вытираю их. Еще и платье это голубое с воланами напялила. Зачем, вот дурочка.
Так и стоим. Барин мрачный, как грозовая туча, а я соплю, стараясь успокоиться.
— Господи, кого я нанял на работу!
Руки дрожат, я вся перепугалась. Вот что он думает обо мне, боже.
— Извините.
— Блять, да не реви!
— Я больше никогда не буду играть в карты на это! — всхлипываю и, резко развернувшись, позорно сбегаю.
— Что случилось, Тая? Он что, тебя ударил?
Налетаю на несущую кофе Веру, но даже слова проронить не могу. Горько и обидно, это ведь правда был мой первый поцелуй. Я рада, что его забрал Вячеслав Андреевич, но я просто думала, что после… после будет все не так паршиво.
— Нет. Не ударил.
— А что тогда — вы целовались?!
Вера не сводит с меня взгляда.
— У тебя губы красные…
Быстро прикладываю ладонь к пульсирующим губам, они и правда горят огнем.
— Я просто отдала долг, — произношу тихо и ухожу из офиса.
Настолько глупой я еще себя в жизни не ощущала. И да, я совру если скажу, что поцелуй мне не понравился. Понравился и даже очень, просто Вячеслав Андреевич после сказал, а что я кто: гулящая девка? Заядлая любительница карточных игр или что…
И так мне обидно, я даже не сказала ему толком ничего. И что хуже — я ведь продолжаю работать на Барина и завтра снова увижу его после такого позора.
— Случилось чего?
ртем тоже замечает, что что-то произошло, когда я сижу в машине весь следующий час надутая, как индюшка.
— Нет!
— Я так понимаю, проигрыш Барину ты вернула.
— Вернула.
— Прости, это была плохая идея. Надо было уйти, когда Валик это предложил.
— Я знаю. Поздно уже.
— Слушай, ты это, так на Вячеслава не смотри.
— Как «так»?
— Как на мечту. Он тебе не по зубам. Я один раз скажу, просто услышь меня: хоть тебе и восемнадцать, Барин взрослый для тебя мужик. Ты еще совсем неопытная девчонка. Лучше не надо, для твоей же безопасности. И он не дружок тебе, и не просто начальник. Это авторитет. Очень серьезный и влиятельный человек.
— Спасибо, мамочка. Сама разберусь.
— Как знаешь. Я предупредил.
Я вся горела и пыхтела, мне было стыдно, немного больно, но все же я отлично помнила поцелуй. И он мне понравился, правда, я не ожидала, что Вячеслав Андреевич так меня отчитывать после этого будет. Он как узнал, что парня у меня еще не было, так вообще злющим почему-то стал.
И что хуже — я понятия не имею, как приду завтра в офис и буду смотреть на Вячеслава Андреевича после такого позора.
Глава 16
Крутой
— Гафар, только не грузи, и без тебя тошно.
— Савва, мне звонил знакомый следователь. Под тебя роют. Под нас всех и, думаю, пора паковать чемоданы. Надо уехать, Испания или Германия подойдет. Пусть родственники Брандо нас приютят.
— Нет, исключено, я не брошу город, и никто со стороны Брандо помогать мне не будет. Мы и так у них на карандаше, я обещал порядок.
— Это самоубийство. Ты это понимаешь?! За тобой придут, это вопрос времени!
— Я всех куплю, ничего не будет.
— Сам-то хоть веришь в это? Все, золотые времена закончились, мы больше не у власти и ничего не решаем. Салахов сам уже всех купил, все кормятся с его руки, а не с нашей. Давай тогда к нам, мы встретим вас, тут все равно спокойнее, чем в столице.
Сжимаю с силой зажигалку, та аж трещит в руке. И часы ползут медленно, хромая на обе левые.
Как-то тихо стало, настолько, что я слышу стук собственного сердца в этой тишине. Ощущение загнанного зверя, беспомощного и слабого, да, пожалуй, это именно оно.
— Я уже говорил с Дашей. Она не поедет без меня. Детей мы от себя не оторвем. Алиса тоже с сестрой будет. Мы все здесь, Гафар, это наш город.
— Это опасно, сам хотя бы нигде не светись.
— Да блядь… я уже почти не выхожу из офиса! Охрана есть, мы готовы.
— Самое время просить о помощи.
— Было бы кого.
— Так есть, кого. Брандо сказал, там Барин очень хорошо вперед пошел. Надо пробовать с ним сработаться.
— Нет, с этим работать не буду!
— Савелий, выбирать не время.
— Я сказал уже: с этим бараном мы не сработаемся. Он ни хрена налог не платит, упрямый, пошел к чертям!
— Что-то мне это напоминает. Ой, так это же ты десять лет назад!
— Очень смешно, нет, давай другого партнера.
— Еще есть Байсаров, но он не такой стабильный, может кинуть, но денег там тоже хватает. Поддержал бы нас, если бы обратились, за свою цену, конечно.
— Что он может попросить?
— Казино. Это все, что у тебя осталось, кроме клуба.
— Да вы заебали! Никакое казино не продается!
— Ну, тогда у тебя нет вариантов. Тебя прижали, Савва, и это очень серьезно. Ты либо идешь на контакт и делишься, либо и дальше сидишь один, надеясь, что все само собой рассосется. Тайник вскрыли, тут уже без вариантов, иначе не было бы таких подвижек в твою сторону. Салахов готовит дело против тебя.
— Гафар, не грузи, никто меня не тронет! Это все пустая болтовня, у них духу не хватит прийти сюда! Я же сказал: кто грохнет Салахова, тот и будет моим партнером, что непонятного!
— Понятно все, вот только смотри, чтобы сам Салахов твою цель не опередил. Или ты думаешь, он не понимает, что ты хочешь вернуть свое и готов его вальнуть в любой момент? Он не дурак, раз в этом бизнесе столько лет и выжил. Многие уже без вести пропали, и ты ему как кость в горле вместе со всем своим Прайдом. Я тут нарыл, как его в тюрьме называли, если тебе, конечно, интересно.
— Ну и как?
— «Чума». Он конкурентов топил. Савва, это уже не шутки.
— Вот только пугать меня не надо, пуганные, блядь.
— Я тебя не пугаю, а показываю перспективы. Мы слишком слабы, у нас нет денег, нет власти и влиятельных друзей. Салахов перекрыл связи, а вы еще к родственникам Брандо не обращаетесь за помощью принципиально, это глупо.
— Потому что они ни хрена не помогут! Это Сани родственники, а не мои, тем более у них самих там переворот, и нашими делами никто заниматься не будет! Максимум, что они смогут, — приютить Алису с дочерью и Саню, но они тут с нами, так что этот вариант вообще можешь забыть.
— Ладно, пусть так, тогда будем как-то сами выгребать. Я подумаю, что можно сделать. Звони мне каждый день, хочу быть в курсе, что там у вас происходит.
— Хорошо, да, до связи.
Набираю Гансу, но он не берет, в бумажках своих совсем закопался. Старая школа, Гоша в Прайде с самого начала. И столько лет прошло, мы всегда как-то выруливали, но только не в этот раз.
Теперь мне сложно, у меня нет рычагов давления и я, блядь, потерял власть. То, ради чего работал двадцать лет, все пошло прахом. Одна ночь — и кресло отобрали, офисы, людей. И словно нет выхода, по крайней мере, я пока его не вижу. Все как-то хреново, без просвета, и правда словно чума.
Набираю Брандо. Вне зоны доступа, как обычно. Как кот без поводка, непунктуальный, но хотя бы обязательный. Этот может где-то в лесу пропадать, и хоть он уже серьезнее стал, все равно становится мэром Брандо еще рано.
Для этого хотя бы, блядь, трубку надо вовремя брать!
Перебираю бумаги, и хоть какие-то бы зацепки, улики, но на Салахова нет ничего. По крайней мере, официального. Мы не сможем доказать, что он тогда работал с Чехом.
Он ничего не делает своими руками, и точно клещ, паразитирует в городе. И я вижу пока лишь один вариант: выследить его, посадить в кольцо как клеща, и залить бензином. Одна спичка, и пусть, сука, пылает. По крайней мере, с настоящими клещами эта фишка прекрасно работает.
Полдень уже, никаких подвижек, и я уже заебался все тащить один. Домой хочу, Даша должна была детей в садик отвести и вернуться. Одна у меня отрада — семья, жена, дети. Все изменилось за последние годы, и когда происходили всякие кризисы, и даже этот — Даша рядом всегда.
Не знаю, в какой момент она стала не просто воробушком, а моей опорой и поддержкой. Моей спокойной гаванью и островом, где я могу не строить всех вокруг, а просто приходить домой и быть с ней. Не сильным лидером, а просто обычным мужиком, отцом, мужем.
Звонок. Глухой и громкий, бьющий по нервам, точно отбойный молоток. Фарах. Ну, хотя бы кто-то проявил инициативу, хотя не могу не похвалить его. После того эпизода с его воспитанием и женой Фарах проснулся и хорошо себя показывает. Конечно, он ни разу не управленец, но помощник все же неплохой, не зря получает зарплату.
— Да, Фарах.
— Савелий Романович, Даша с вами?
— Интересный вопрос про мою жену, Фарах. В чем дело?
— Я… не знаю, как сказать даже. Беда. Час назад Адиль разбился на машине.
— Что?! Ты что такое говоришь, Фарах…
— Он ехал на третьем кольце, в туннеле в него втаранился грузовик, и я не знаю, была ли с ним Даша и ваши дети. Они с вами или нет! Они с вами?!
Я как сидел, так и онемел, в глазах потемнело. Тут же схватил телефон и сорвался из кабинета.
— Боже, пожалуйста, только не это.
Самое ценное, что у меня есть. Они отняли уже почти все, осталось только самое дорогое.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
