Вода сразу же накрывает ботинки. Не снимаю их, даже не задумываясь. Они почти ничего не весят, их подошва достаточно тонкая, а босиком можно легко распороть ноги о кристаллы соли или то, что скрывается под ними.
Лучше так.
Шаг.
Второй.
Вода кажется почти горячей после раскаленной поверхности, и от неё действительно поднимается едва заметный пар, растворяющийся в дрожащем воздухе. Запах соли становится настолько сильным, что начинает щипать нос.
Я уже не медлю, отталкиваясь ногами от дна, и начинаю быстро плыть.
Грести в плотной воде оказывается значительно тяжелее, чем в пресной. Это мой первый опыт плавания в подобном месте. Надеюсь, и последний.
Каждое движение требует чуть больше усилий, однако тело всё ещё слушается. Главным сейчас является увеличить расстояние.
Нельзя останавливаться или думать, нельзя...
Я всё-таки оборачиваюсь и почти сразу ругаюсь сквозь зубы.
- Да чтоб вас…
Первая змея без каких-либо колебаний соскальзывает в воду, за ней вторая и последующие.
Никакая соль их не останавливает!
Они уверенно скользят по поверхности длинными извивающимися телами и начинают быстро сокращать расстояние.
Я сильнее работаю руками, заставляя себя плыть быстрее.
Мышцы уже начинают ныть, а грудь горит от нехватки воздуха.
Как долго они так смогут плыть? А я?
До середины озера ещё далеко.
Делаю очередной гребок… и в следующее мгновение что-то резко смыкается вокруг моей правой лодыжки.
Крик застревает где-то в горле и не выходит наружу.
Что-то одним рывком дёргает меня вниз, вода захлёстывает лицо, забиваясь в нос и глаза.
Я инстинктивно пытаюсь вырвать ногу, ударить другой свободной, ухватиться хоть за что-нибудь, но пальцы хватают лишь плотную солёную воду.
Меня тянут глубже.
Открываю глаза под водой и тут же жалею об этом, так как ощущение такое, будто их разъедает солью. Правда, все равно сквозь пелену вижу... здоровенную змею, именно она обвилась вокруг моей ноги и тянет вниз.
В последний момент, когда глаза уже не получается держать открытыми, я с усилием и всей той силой, на которую способна, бью ногой по её скользкому туловищу.
Зажмуриваюсь, ощущая, как хватка слабеет, и делаю резкий гребок руками, рассекая поверхность.
Лучше суша. Да, это паническая мысль, потому что больше никакой другой не приходит.
Мне некуда деться.
Здесь я точно утону и задохнусь, а там... меня сожрут змеи. Похоже, я всё-таки мазохистка, потому что выбираю второй вариант, то есть более болезненный способ, чтобы умереть. И я говорила, что не планирую умирать сегодня?
Я все ещё не планирую. Это так... просто хреновые мысли.
Выныриваю так резко, что воздух буквально врезается в лёгкие.
Первый вдох получается судорожным. Второй ещё хуже.
Солёная вода, которой я наглоталась, обжигает горло, заставляя закашляться прямо на ходу, но я не позволяю себе остановиться. Вместо этого вновь выбрасываю руки вперёд, стараясь как можно быстрее увеличить расстояние между собой и тем, что осталось под поверхностью.
Выбираю участок берега, где пока не вижу движения. Если змеи окружат озеро полностью, то хотя бы там их меньше или мне только хочется в это верить. Безумно ли это? О, да, ещё как.
Я сознательно возвращаюсь туда, откуда только что пыталась сбежать.
Может, эти змеи вообще не кусаются? Может, они просто душат добычу? В последнем случае я им не по зубам.
Неважно.
До берега остается футов пятнадцать.
... Девять.
... Шесть...
Именно тогда приходит первое странное ощущение.
Правая нога вдруг начинает двигаться тяжелее.
Я сначала списываю это на усталость, пытаясь сильнее согнуть пальцы внутри обуви, и меньше чем через секунду понимаю, что не в этом дело.
Стопа словно перестает принадлежать мне, онемение медленно поднимается выше к лодыжке, икре...
Именно за эту ногу меня схватила змея. Укусила? Но я ничего не почувствовала. Ни боли, ни даже какого-то прокола! От укуса паука и то были хоть какие-то ощущения!
Я сильнее работаю руками, стараясь не обращать внимания.
Осталось совсем немного. Ещё буквально несколько гребков!
Под ногами наконец появляется твёрдая поверхность.
Вода теперь доходит лишь до пояса, потом до колен.
Я буквально вываливаюсь на берег, не обращая внимания на то, как острые кристаллы соли впиваются в тело сквозь ткань одежды.
Позади слышится плеск. Несколько змей так и находятся в воде, некоторые продолжают плыть следом, тогда как другие уже выбираются на берег.
Вот же... настойчивые твари. Что им от меня вообще надо?!
- ... давай ж... - речь выходит такой, словно я вмиг опьянела, вероятно, из-за того, что и собственный язык перестает слушаться.
Я пытаюсь подняться.
Не получается.
Правая нога почти не слушается. Я чувствую вес собственного тела, чувствую напряжение в левом бедре, которое начинает принимать на себя всю нагрузку.
Значит...
...
Меня всё-таки…
... укусили?
Сердце колотится ещё быстрее. Дыхание невольно учащается.
Онемение не останавливается, наоборот, медленно расползается дальше, словно кто-то постепенно выключает мое тело по частям.
Я предпринимаю очередную попытку подняться.
Колени подгибаются почти сразу. Ладони срываются с соляной корки. Крупные кристаллы больно царапают кожу, впиваясь в неё острыми гранями, но я почти не чувствую этой боли. Пальцы уже не слушаются так, как должны, предательски легко разжимаются, не удерживая меня.
Я падаю набок, а затем непроизвольно переворачиваюсь на спину. Из груди с шумом вырывается воздух.
Небо мгновенно занимает всё поле зрения. Такое яркое… свет неприятно режет глаза, из-за чего они начинают слезиться. Камера приближается и зависает прямо надо мной. Конечно. Им нельзя пропустить такой момент!
Каждый вдох требует всё больше усилий.
Отчаянно пытаюсь сжать кулак, мысленно отдавая одну и ту же команду снова и снова. Вместо этого получается лишь едва заметное движение. Большой палец дёргается, указательный сгибается совсем немного, а остальные почти не реагируют.
Если Кейн сейчас видит через камеру это, то, может быть, он...
Нет. Он ничего не сделает, пока меня снимает другая камера.
Губы даже не могут дернуться в усмешке. Глупая надежда.
Совсем рядом раздается знакомое шуршание.
Змеи уже здесь.
Я больше не могу пошевелиться, лишь получается опустить взгляд и наблюдать за тем, как одна из них медленно и неотвратно скользит по соли, подползая все ближе.
Её холодное тело касается моего ботинка, следом голени. Я инстинктивно пытаюсь дёрнуть ногой, то есть ощущение такое, будто мозг посылает импульс телу, но отдачи никакой нет.
Змея плавно обвивается вокруг моей лодыжки. Следом появляется вторая, скользящая уже по бедру и неторопливо оплетая его кольцом. Третья подбирается к левой руке. Ещё одна... к талии.
Их становится всё больше.
Белые тела медленно ложатся поверх одежды, переплетаются между собой, холодными кольцами охватывая мои ноги, руки и бока.
На удивление - я прекрасно чувствую их вес, как они медленно продолжают двигаться, меняя положение, касаясь кожи даже сквозь ткань костюма.
Перестаю понимать, где заканчивается одна и начинается следующая. Их тела переплетаются между собой, накладываются друг на друга, постепенно превращаясь в живой белый кокон.
Грудной клетке становится тяжелее подниматься.
Я ощущаю, как одна из змей медленно ложится поперёк груди, ещё две фиксируют руки вдоль тела, тогда как сразу несколько других переплетаются вокруг ног, окончательно лишая меня даже призрачной возможности пошевелиться.
Остаются свободными только шея и голова.
Солнце продолжает светить прямо в лицо.
Я перевожу взгляд выше, туда, где по-прежнему висит камера, всё так же безразлично наблюдающая сверху.
Интересно… Что сейчас видят люди? Очередную участницу, которая вот-вот умрёт? Или они уже поняли правила этого контура раньше меня?
Паника, ещё несколько секунд назад стучавшая в висках, начинает отдаляться. Это происходит незаметно, поэтому сначала я даже не обращаю внимания.
Страх почему-то перестаёт цепляться за сознание. Мысли становятся… вязкими и размеренными, будто кто-то медленно приглушает все чувства одно за другим.
Я продолжаю смотреть в объектив камеры.
Моргаю.
Один раз.
Второй.
Шипение змей исчезает или это я просто перестаю его слышать.
Мир вокруг постепенно теряет чёткость. И все просто... замирает. Кажется, я так и не закрываю больше глаза.
Глава 6
- Эй, Денард, проснись! - резкий и болезненный удар по голове заставляет распахнуть глаза и дернуться.
Моргаю несколько раз и не сразу понимаю, где именно нахожусь.
Первое, что вижу - парту, на которой, по всей видимости, и уснула. Стоит оторвать от нее взгляд, как я тут же сталкиваюсь с другим. С Милли, что кривит губы, стоя рядом со мной.
Я же ощущаю, как по моему виску что-то стекает, поэтому провожу в том месте пальцами и вижу... кровь.
- Вот же черт, - произносит Джек, подходящий к Милли, - ты ударила слишком сильно, Милс. У неё кровь идет.
