Страница 6 из 9
— Тебе нужно защитить презентацию, мне твое тело. Все честно.
У него вообще тормоза есть? Я открываю рот и закрываю его. Потом все-таки говорю:
— Это называется харрасмент, мистер Алденхарт.
— Мне плевать, как это называется, Лорен. Я хочу видеть тебя извивающейся и стонущей подо мной. Тебе нужна моя характеристика. Я люблю умных девочек, поэтому не заставляй меня повторять. Я не делаю предложений дважды, и оно действует до того, как ты выйдешь из этой переговорной.
Он замолкает, но остается рядом со мной. Его пальцы обманчиво-мягко лежат на столешнице, но сейчас я прекрасно понимаю, что ничего мягкого в этом мужчине нет. И его улыбка — это ловушка, сейчас его хищный взгляд, который задерживается на мне, гораздо более прямолинейный и честный, чем то, что я увидела, когда он вошел.
Я увидела в нем спасение, а он оказался той самой пропастью.
Бездной.
В которую мне предстояло упасть.
Я представила, что я иду к репортерам. Оказываюсь в центре скандала. Моя жизнь катится под откос, потому что после такого работать со мной не захотят не только в «Эйвелкарт Элдинг», но даже в самом захудаленьком агентстве.
Да, это может нанести определенный урон его репутации, но…
Моя жизнь будет кончена. На суды и адвокатов родители потратят большую часть того, что у них заработано. Я понимаю все это так отчетливо, как это понимает он.
А еще я понимаю, что мне нужно время, чтобы подумать. Мне, Альмире, агентству нужен шанс, чтобы не наделать глупостей и получить этот контракт.
— Хорошо, — говорю я. — Но только после того, как мы подпишем контракт и организуем мероприятие.
— Ты играешь со мной, Лорен? — На губах его снова появляется улыбка, но больше я не обманусь. — Ставишь мне условия?
— Вы представили это как взаимовыгодное сотрудничество, я всего лишь следую вашим правилам.
Еще он сказал, что любит умных, а умная никогда бы не согласилась, не получив на руки подписанный контракт. Умная, расчетливая, хладнокровная… все это было не про меня. Пока я не встретила Алардена Алденхарта. И нет, у меня нет парня. Он может узнать и проверить это, едва я выйду из его кабинета. Уверена — одно слово, и на меня ему принесут полное досье, начиная с пеленок.
Но еще я понимаю, что на кону сейчас слишком многое, не только моя жизнь, но и репутация Альмиры и всего агентства. Родители возлагают на меня большую ответственность, а я стараюсь соответствовать. Я учусь, и у меня нет времени на отношения, и так было всегда. Когда в моей жизни появлялись подруги, родители намекали, что я как бы мало занимаюсь, сажали под домашний арест, если я пыталась бунтовать.
Вся моя жизнь — это моя учеба и будущая карьера. Вся…
Я никому не сделаю хуже, если соглашусь на его предложение.
Но мне нужен этот контракт.
— Что ж, справедливо, — говорит он, — готовь контракт, Лорен Лонж.
И, не добавляя больше ни слова, выходит.
А я понимаю, что в моих мурашках виноват все-таки не кондиционер. Потому что стоит ему покинуть переговорную, как моя кожа перестает быть чувствительной, а я сама больше не напоминаю искру, готовую вот-вот полыхнуть костром до небес.
Глава 14
Настоящее
— Что значит — нет? — переспрашиваю я, чувствуя, как у меня холодеют руки. — Ты не можешь забрать у меня дочь, Аларден.
Само допущение этого словно сдирает с меня кожу живьем. Меня будто перетряхивает целиком. В этом есть плюс, потому что чувственный флер, который я испытываю рядом с Алденхартом, стряхивается с меня словно волшебная пыль из мультиков Ким.
Лорен-мать отодвигает Лорен-женщину в сторону в моем сознании, а она гораздо яростнее и настроена решительно.
Я шагаю впритык к Алардену и вскидываю голову, заглядывая ему в глаза.
— Тебе было наплевать, что после нашей ночи я могу залететь. Тебе было наплевать на мою репутацию. Ты просто вычеркнул меня из своей жизни, странно, что ты вообще помнишь мое имя… Ты ни сделал ровным счетом ничего для того, чтобы Кимберли родилась здоровой, кроме твоих драконьих генов, конечно же. А теперь просто приходишь и говоришь, что забираешь ее у меня!
У меня просто сдают нервы. Ничем другим не объяснишь то, что я набрасываюсь на будущего президента и тайного дракона, колочу его кулаками по каменным груди и плечам. Впрочем, это длится всего пару секунд или и того меньше, потому что Аларден крепко перехватывает меня и заводит мои руки за спину. Прижимает меня к себе и фиксирует так крепко, что я не могу даже пошевелиться. Алденхарт нависает надо мной, я по-прежнему босиком, поэтому рядом с ним кажусь себе еще меньше. В его взгляде такая ярость, что, кажется, он вот-вот схватит меня за шею и вытолкает за двери своего пентхауса. Хотя нет, скорее, прикажет, чтобы это сделали другие.
— Во-первых, это моя дочь, — его голос полон холодной ярости. — Во-вторых, ответственность за то, что ты скрыла свою беременность, полностью на тебе, Лорен. В-третьих, если хочешь, чтобы я сейчас не вышвырнул тебя отсюда и не перекрыл тебе доступ к общению с Кимберли навсегда, ты больше не станешь устраивать сцены вроде этой и будешь делать все, что я тебе прикажу.
Он шантажирует меня моей дочерью?! Во мне вроде нет драконьих генов, но сейчас я напоминаю себе самую настоящую драконицу. Но… Я понимаю, что я даже нормально врезать Алардену не могу. Я не могу как-то его задеть. А вот он может, он может меня раздавить, уничтожить. Как в прошлый раз. Только в прошлый раз у меня была моя девочка, теперь же я останусь одна.
— Ты этого не сделаешь, — вырывается у меня с шипением. — Ким…
— Будет считать, что мама ее бросила.
Я вздрагиваю и смотрю на него во все глаза. Лучше бы он меня ударил. Потому что хуже разлуки с дочерью может быть только знание, что она считает меня тварью, которая оставила ее.
— Это, кстати, хороший вариант, — продолжает Аларден, пока я в шоке хлопаю глазами. — Я тебе даже заплачу, Лорен. Обеспечу тебя на всю оставшуюся жизнь. С условием, что ты никогда больше не приблизишься к Кимберли.
— Засунь свои деньги и условия в собственную задницу! — В моем голосе теперь холода не меньше.
— В прошлом ты была гораздо более прагматичной.
А еще я была дурой. Потому что действительно в него влюбилась. Только Аларден из настоящего оказался еще хуже, чем Аларден из моих воспоминаний.
— Люди меняются, мистер Алденхарт.
Да и драконы тоже, судя по всему. Потому что биологический отец Кимберли теперь настоящий монстр, если решил мне такое предложить.
Он отпускает меня так резко, что я едва удерживаюсь на ногах, но быстро ловлю равновесие и отступаю от Алардена так далеко, насколько позволяет ширина коридора.
— Подумай хорошо, Лорен. Такое предложение бывает лишь раз в жизни.
— Спасибо, но нет. Ты напредлагал уже. На всю оставшуюся жизнь. Я уйду отсюда только с моейКимберли.
— Подумай, — с нажимом повторил Алденхарт. — У тебя есть время до утра. Потому что если решишь остаться, уйти не сможешь никогда.
Пламя вновь взметнулось в его радужке, напоминая мне о том, с кем я имею дело. С драконом, представителем почти исчезнувшей расы, еще более могущественным мужчиной, чем я представляла или могла когда-либо представить.
Его слова отозвались во мне холодом, и я кристально ясно поняла, что он не шутит. Ни разу. Он оставит меня себе — и точка.
Мое сердце снова пропускает удар, потому что мне становится по-настоящему страшно. Говорят, на второй прыжок с парашютом решиться в разы сложнее, чем шагнуть в неизвестность первый раз. Мозг уже знает, чего ждать и включает инстинкт самосохранения на максимум. Вот и у меня так: я выжила после первого столкновения с Аларденом Алденхартом, но смогу ли повторить этот трюк снова?
— Я могу остаться в комнате дочери? — Мой голос охрип и звучит непозволительно слабо, но я устала бороться и просто устала.
К моему огромному облегчению, Аларден кивает.
— Можешь, но даже не пытайся настраивать ее против меня. Драконы все равно доверяют себе подобным, это наши родовые инстинкты.
Я могу сказать, что мне это не нужно. Не нужно пугать собственную дочь.
Но вместо этого я, не прощаясь, просачиваюсь в новую спальню Кимберли и мягко закрываю за собой дверь.
Вид спящей доченьки возвращает мне внутреннее равновесие, мое сердце больше не дрожит, не обливается кровью, я разжимаю кулаки.
Все, что сейчас важно, ктосейчас важен — это она. С остальным я разберусь завтра. Только это мне теперь и остается.
Глава 15
— Ма-ма! Ма-а-ам!
Я просыпаюсь от того, что кровать прыгает. Точнее, Ким прыгает на кровати. Последний раз я видела свою дочь такой счастливой, когда подарила ей куклу, которую она очень хотела. Вот тогда радости и счастья было примерно столько же…
Хотя сейчас она кажется еще более счастливой, чем тогда.
— Представляешь, папа нас нашел! — кричит дочь, когда я открываю глаза. — Он дракон, и он нас нашел!
Если бы я могла порадоваться вместе с тобой…
Выдавливаю из себя улыбку, потому что чувства дочери для меня все равно в приоритете. И, в отличие от Алардена, я не собираюсь манипулировать ими.
Моя Ким, подозрительно относящаяся к незнакомцам, так легко ему поверила. Наверное, он прав, и дело в этом драконьем притяжении, или как он там сказал? Родовые инстинкты.
— Ура! Ура! Ура! — кричит она, а потом с разбегу прыгает на меня.
Я уже привыкла к такому, но удар все равно выходит чувствительным. Я хватаю перевозбудившуюся дочку и поглаживаю по спине.
— Все, все, малыш, успокойся.
Успокаиваться она не собирается, выворачивается из моих объятий и носится по комнате как электровеник. Ей интересно все, и я ее понимаю, в ее жизни никогда не было такой роскошной комнаты. Эта спальня как вся наша квартира или, может быть, даже больше.
Внезапно мне становится очень обидно: за то, что я старалась, как могла, выбивалась из сил, но все равно не могу дать дочери то, что может этот… дракон. Никогда бы не подумала, что слово «дракон» станет для меня ругательством. С трудом сдерживая злые слезы, я шагаю к Ким:
— Солнышко, посиди спокойно, пожалуйста. Мне нужно в ванную…
Но я не успеваю даже договорить. Потому что дверь в нашу комнату бесцеремонно распахивается, и на пороге появляется женщина. Высокая, темноволосая, ухоженная, которая шагает к Ким, не обращая на меня ни малейшего внимания.
— Здравствуй, Ким. Меня зовут Гейла, я твоя няня. Давай знакомиться.
— Привет, Гейла!
Я не узнаю своего ребенка. Она же дичила на всех посторонних! А в этом доме ведет себя так, как будто с рождения была менеджером по связям с общественностью.
Мне приходится кашлянуть, чтобы привлечь к себе внимание.
Женщина наконец-то переводит на меня взгляд: она в возрасте, ей пятьдесят или около того, но она следит за собой, как подиумная модель или актриса. И смотрит она на меня так, как будто я здесь прислуга, а она хозяйка.
— Добрый день, — так и не дождавшись приветствия, говорю я. — Лорен. Мать Ким.
— Очень приятно, Лорен, — произносит эта няня… мымра, и снова поворачивается к моей дочери, как будто меня здесь нет. Как будто я говорящая тумбочка.
Когда Аларден успел ее найти? Хотя с его властью это не проблема, конечно. Я все еще не могу привыкнуть, что в этом мире, в его мире, все решается по щелчку пальцев. При том, что я не раз и не два сталкивалась с этим в прошлом. Но о прошлом сейчас думать не хочется, мне бы с настоящим разобраться.
— Гейла, — снова напоминаю о себе я. — Я бы хотела с вами побеседовать перед тем, как вы продолжите с Ким.
— Это не имеет смысла, мисс Лонж.
Отлично, она еще и фамилию мою знает. Может, она вообще все обо мне знает, как Аларден?
— То есть?
— Все, что мне нужно знать о Ким, мне уже рассказал мистер Алденхарт.
Нормально. Я ее родила. Я ее растила. Я знаю, что ей можно есть, а что нельзя, и мистер Алденхарт уже рассказал обо всем этом? Я даже не успеваю возразить, когда Гейла сообщает мне:
— Я видела все медицинские карты вашей дочери, у меня есть все рекомендации и прочее, что необходимо.
И снова поворачивается ко мне спиной, протягивая руки к Ким.
— Пойдем. Нам нужно умыться, а потом будем завтракать и познакомимся поближе.
Она проносит ребенка мимо меня, мою счастливо улыбающуюся и не сопротивляющуюся дочь, а я чувствую себя так, словно меня уже вычеркнули из этого уравнения. Ким машет мне ладошкой, а у меня сжимается сердце.
Да, я хотела нанять няню, но это утро… наше утро всегда было только нашим, хотя временами я бегала так, будто мне под попу попал огненный хлыст. Но это было наше утро! Наша традиция! Няня была нужна мне, чтобы помочь, когда я буду работать, потому что работала я много, а новый садик…
Няня.
Рада! Она же сейчас уже у моей двери… сколько времени?!
Я смотрю на электронные часы и понимаю, что да, Рада уже поцеловала мою дверь и уехала ни с чем, так и не сумев до меня дозвониться. Потому что мой смартфон остался в моей квартире. И это становится последней каплей.
Вчера я наскоро приняла душ и легла спать рядом с Ким прямо в махровом халате, но сейчас я без малейших колебаний прямо в нем вылетаю из комнаты.
— Алденхарт! — кричу я. — Алденхарт, выходи и поговори со мной лично! Немедлен…но…
Я осекаюсь, потому что мне навстречу выходит блондинка. Ноги от ушей, белая блузка и черная юбка, идеальная укладка.
— Здравствуйте, Лорен. — Она окидывает меня с ног до головы вполне однозначным взглядом. Похожим на тот, которым меня наградила Гейла. — Я Эрин, старшая личная помощница мистера Алденхарта.
— А у него еще и младшая есть?
Видимо, я все-таки основательно перенервничала, потому что спросила это вслух.
— Трое, — снисходительно сообщает Эрин. — Мистер Алденхарт уже уехал, а я здесь, чтобы проконтролировать подписание контракта.
