— Что за бред вы несете? Отпустите меня домой! — Ее глаза наполняются слезами, и она делает шаг назад, словно пытаясь убежать от меня.
— Твой дом теперь рядом со мной, — говорю я жестко, но в глубине души знаю, что это правда. — Уже ничего не изменить.
Я смотрю на нее, чувствуя, как внутри меня нарастает напряжение. Она моя, и я не собираюсь отпускать ее. Мое желание обладать ею невыносимо, и я понимаю, что теряю контроль над собой.
— Раздевайся! — почти рычу я, чувствуя, что мои слова звучат как приказ.
Она испуганно шарахается в сторону, но пространство не дает далеко уйти, она упирается спиной в дверь. Я чувствую, как у меня внутри все сжимается. Мне придется это сделать, иначе зверь перейдет черту невозврата, и меня убьют, как взбесившееся животное. Я перестану быть человеком. Истинная нужна, чтобы сдержать монстра внутри меня, уравновесить в моей душе тьму и свет.
Я хватаю ее за руку и, протащив по комнате, впихиваю в ванную.
— Искупайся! Хочу, чтобы ты смыла запах человейника с себя, — говорю я, стоя в дверях ванной, стараясь сдержать свои чувства. — Не сделаешь это сама — это с удовольствием сделаю я. Сегодня ты будешь пахнуть мной, потому что я поставлю свою метку, — добавляю я, чувствуя, как напряжение внутри меня нарастает.
— Если я сделаю это добровольно... Вы отпустите меня?
Ее голос звучит так неуверенно, что я чувствую укол совести. В ее глазах мечется страх, и я знаю, что не смогу найти слов, чтобы успокоить ее.
— Да, но не сразу, — говорю я, стараясь придать голосу больше твердости. — Семь ночей и дней ты будешь со мной, а потом — свободна.
Она должна хоть немного мне верить.
Я глубоко вздыхаю, стараясь сдержать свои эмоции, и понимаю, что должен найти способ вернуть контроль над ситуацией.
Но для этого она должна забеременеть…
Глава 4
Я чувствую, что мой зверь рвется наружу. Это грозит катастрофой! Я хочу, чтобы моя пара была послушной, а не запуганной до смерти. Девушка прячется за дверцей душа, но я все равно ее вижу. Ее аура сияет так, что хочется зажмуриться. Именно она станет тем огнем, что осветит путь моей стае…
Я задумываюсь настолько, что не сразу понимаю, что она выключила воду и стоит там, боясь выходить. Приходится поторопить ее, просто громко вздохнув и начав скидывать с себя одежду.
— Чем мне вытереться, здесь нет полотенца… — тихо говорит Ангелина.
Я просто закидываю свое на стенку душа. Оно моментально исчезает, и девушка, открыв дверцу, выходит, проходит вперед пару шагов, покидая ванную. Замирает с опущенной головой, плачет…
— Я постараюсь быть нежным…
Не знаю, зачем я это говорю, я не умею быть нежным, но слова вырываются сами собой.
— Что это изменит? — Она вскидывает голову и смотрит на меня. — Я не хочу этого!
— Расскажи мне, как ты здесь оказалась? — Я беру ее за руку и веду к кровати. Ложусь и кладу ее к себе на плечо. Она идет покорно, словно и правда смирилась со своей участью.
Еще немного, и волчий магнетизм подействует на нее, и она сама начнет меня желать. Нужно только чтобы она хоть немного расслабилась…
— Меня купили у родителей, вернее обменяли на блага… — тихо всхлипывает она и прячет лицо на моей груди. — Нас, сестер — семь, а единственный брат скоро женится, и ему нужен отдельный дом. Отдали именно меня, так как я единственная взрослая не замужем. Остальные сестры или замужем или ещё ходят в школу.
Я поглаживаю ее по спине, рисуя на нежной коже пальцами магические руны. Моя магия вливается в них, образуя нужные слова и заклинания, останется только скрепить сорванной печатью невинности и волчьей меткой.
— А что конкретно пообещали тебе?
— Ничего… Меня не выпустят отсюда? Я умру?
— Ты будешь жить долго, счастливо и точно не здесь! Я даю тебе такое обещание, но для этого ты должна стать моей на семь дней и ночей!
— Я боюсь вас, — тихо говорит она, но при этом я чувствую, как под моими ладонями ее тело начинает расслабляться.
— Не нужно. — Я, уже не упуская момента, целую ее лицо и шею, ласкаю нежную кожу, не забывая рисовать руны, которые уже светятся и видны магическим взглядом.
Но она продолжает мелко дрожать, не давая мне возможности выполнить задуманное. Я не хочу делать это насильно, но ритуал надо завершить сегодня, иначе придется ждать еще семь дней. Затягивать нельзя…
Ее ладошки несмело пытаются меня оттолкнуть, она все еще не осознает, что происходящее между нами — неизбежно. Но мне это не причиняет неудобств и даже не особо мешает. Скорее только раззадоривает!
Мое орудие болезненно напряжено и уже жаждет получить свое. Но я все еще жду, когда она сама начнет отвечать. Пальцы нежно теребят ставшими тугими горошины груди, я целую ее мягкие полушария, оставляя влажные следы, целую ее мягкий живот, и рука моя все же протискивается между сжатых ножек, чтобы дотронуться до потайного бугорка.
— Нет… Прошу, — произносит она хриплым голосом, но в нем уже нет страха, а скорее стыд первой ночи с мужчиной.
Я чувствую, как ее тело начинает реагировать на мои ласки и ножки уже не так сильно сжимаются. Я проникаю в нежный вход и даже дотрагиваюсь до печати.
— Дай мне сделать то, зачем ты здесь… — Я уже не могу больше сдерживаться. — Скажи да!
— Да… — тихо всхлипывает Ангелина. — То есть нет…
— Поздно, — усмехаюсь я и раздвигаю ее ноги. Приставляю член к узкому входу, одним движением ломаю печать, успевая поцеловать ее, чтобы крик не был слишком громким. Сам же я зачитываю про себя слова зачатия, чтобы она точно забеременела.
Ангелина даже сквозь небольшую боль проникновения явно чувствует волчье обаяние и уже получает хоть небольшое, но удовольствие. Оно затмит все…
Мой разум затуманивается, я отдаю все свои магические силы заклинанию и еще тому, чтобы девушка не чувствовала боли. Зверь во мне частично заменит меня и пометит свою самку…
Мой оргазм болезненный и тяжелый. Едва я кончаю, как мое лицо частично меняется, во рту появляются клыки, и я недолго думая, вонзаю их в ее ключицу, прокусывая кожу насквозь. Вот теперь она точно моя, и я найду ее где угодно!
Ангелина, видя маску монстра, а вернее клыки волка, в ужасе кричит и в мгновение теряет сознание. Я уже вернул себе человеческий облик, рана на шее моментально затянулась, оставив только шрамы…
Судя по топоту, сейчас сюда ворвется охрана, а я такой красивый, голый…
Хмыкнув, поднимаюсь с кровати, с сожалением окидывая Ангелину взглядом, накрываю ее простынью. Сам готовлюсь отбивать с боем свою пару…
Глава 5
Охрана чуть ли не срывает дверь с петель, хотя я ее и не закрывал. Увидев меня, они толпятся в проходе, но не рискуют войти. Смотрят на меня как обычно, с ненавистью, как на монстра. Но никто не решается вступить в драку. Я не спеша надеваю штаны и снова смотрю на них. Чего ждут, не понимаю.
— Она жива? — решается спросить один из них.
— Конечно, немного испугалась боли, но что ей будет? Принесите обед на двоих, сменный комплект белья, все, что понадобится девушке во время пребывания со мной.
Охрана не уходит.
— Ну?
Я делаю шаг вперед. Мужчины шарахаются и тут же закрывают дверь, как будто она их спасет, если я захочу что-то с ними сделать.
Я никогда не показывал, на что я способен полностью, но того, что они видели, им было достаточно. Хотя я понимаю, если они применят свое оружие, мне достанется по полной, не факт, что выкручусь живым. Поэтому я себя сдерживаю, и пока я им нужен, они тоже себя контролируют. Я слишком ценный подопытный…
Но вот насколько, не ясно, и я не уверен, что меня оставят в живых, когда получат или не получат то, что хотят.
Ангелина приходит в себя до того, как возвращаются охранники и лаборанты. Она тихо лежит и, кажется, опять плачет. Парни быстро крутят еще один стеллаж с полками. На них ложатся вещи для девушки, словно они заранее знали, что они понадобятся. На «жертву» никто из них не смотрит, словно ее тут и нет.
Когда они выходят, я кидаю взгляд на Ангелину, уходя в душ.
— Вставай и искупайся, сейчас принесут обед, тебе надо хорошо питаться. — Дверь в ванную не закрываю, чтобы видеть ее. — Убежать не сможешь, сама видела, где ты находишься, а просто выйти из него можно только с разрешения начальника охраны. Я пробовал, не пробился!
Она не отвечает, только накрывается с головой и лежит. Я выхожу из душа, демонстрируя ей свое тело, знаю, женщины падки на это, и да, я чувствую, что она смотрит. Не торопясь надеваю штаны, футболку и выхожу из комнаты. Перед моей небольшой спальней есть что-то вроде гостиной и столовой.
Кормят меня хорошо, всегда бывает мясо, но сегодня надеюсь, разнообразят блюда для моей жены. Да я могу ее назвать про себя женой, в нашем мире достаточно быть истинной парой, чтобы женщина считалась для всех женой. Хотя некоторые ходили в храм к богам, но после того как в нашем мире поселились люди, путь к ним для оборотней оказался закрыт.
Ничего, осталось только семь дней… И это место, небольшой тайный город, и подземная сеть лабораторий, станут для нас убежищем. У меня очень много сюрпризов для людей. Например, то, что я уже познакомился с их искусственным интеллектом, хотя она пока меня не везде пускает, но план этого бункера я уже изучил. Моя магия проникла в ее недра, став, как она сказала, жизненно необходимым вирусом.
Я сижу на диване, чутко прислушиваясь к тому, что происходит в спальне. Ангелина сходила искупаться, взяла вещи с полки. Даже поменяла постельное белье, видимо, увидев пятна крови. Я чувствую исходящую от нее волну стыда. Ее мысли пока мне не доступны, но я скоро буду знать все, что она думает.
Она будет под полным контролем…
Входная дверь щелкает замком, и в нее вкатывают тележку с едой. Лаборант расставляет тарелки, и замирает, словно боялся что-то сказать. Я принюхиваюсь, не добавили что-то в еду. Да вроде нет, все чисто.
— Что? — напрягаюсь я.
— Девушке не нужны лекарства? — дрожит он и отступает.
Кажется, я уже не сдерживаю свою альфа-силу, видимо, это из-за того, что рядом пара.
— И что там у тебя? — киваю я на коробку.
— Ранозаживляющая мазь, бинты, лейкопластыри. — Он открывает коробочку, что лежит у него внизу тележки.
— Оставь, разберемся, — киваю я. Пусть думают, что я тут ее калечу, и продолжают бояться меня.
Стало любопытно, они действительно беспокоятся о ней, или просто надеются, что она поживет подольше и им не придется тратиться?..
И кто после этого здесь монстр?..
Когда дверь за лаборантом закрывается, я смотрю на спальню, зная, что Ангелина стоит там и слушает. А еще я знаю, что благодаря моему укусу, она не чувствует боли, и уже все зажило. Это дар моего волка, ведь ей придется рожать мне детей, а она человек, оборота нет, чтобы закрыть раны.
— Выходи, — приказываю я. Чувствую, как она вздрагивает всем телом, но послушно берется за ручку двери и выходит. Подходит ко мне и замирает, снова пряча взгляд, не желая смотреть мне в глаза.
— Пошли есть. — Я поднимаюсь с дивана и, беру ее за руку, подвожу к столу и усаживаю. Она не сопротивляется, уже хорошо, я не хочу насильно ее кормить. Этого еще не хватало…
Она сидит, не притрагиваясь к приборам, но как только я начинаю есть, она тоже берет ложку. Кажется, ее воспитывали в семье, где ест сначала глава семьи, а потом — остальные. Я чувствую, как она голодна. Снова появляется злость: они ее даже не кормили, пока везли. С трудом подавляю агрессию, боясь напугать Ангелину.
Кажется, она ест, но от нее по-прежнему исходит волнами чувство страха. Я бы предпочел нечто другое — почитание, поклонение, уважение…
Запах страха слишком горек и неприятен…
Глава 6
После обеда даю ей немного времени, чтобы она пришла в себя. Сложно находиться рядом с ней и дотрагиваться до нее, а еще мой дружок все время в напряжении, и это будет так, пока волк не почувствует, что она беременна. Потом будет легче и мне, и ей…
Она сначала сидит в кресле, как будто даже дремлет, потом ходит вдоль стены. Но я понимаю: заняться здесь нечем и только одно может скрасить досуг…
— Можно мне выйти из комнаты? — тихо спрашивает она.
— Нет… — удивляюсь я ее внезапному вопросу.
— Тогда что мне можно? — даже с вызовом спрашивает она.
Все еще пытается доказать, что свободна в своем выборе? Или просто заскучала? Знаю, чем ее развлечь!
Я встаю, потягиваюсь, разминая мышцы и, не торопясь подхожу к ней. Одежду выдали ей стандартную: свободные штаны на резинке, футболка и мягкие спортивные тапочки. Белье — хлопковое: топ и шортики…
Подхожу и поглаживаю ее по спине, касаюсь бедер. Она испуганно замирает. А мне уже не терпится, ствол болезненно ноет, требуя нового проникновения в ее горячее лоно.
— Расслабься!
Разворачиваю ее к спинке кресла, укладываю грудью на него и приспускаю ее штаны и белье.
Вид оказывается великолепным: нежные розовые складочки, упругие ягодицы, стройные ножки, к которым на пол падает одежда. Мой дружок чуть ли не сам выскакивает из резинки, и я тут же толкаюсь внутрь. Но там сухо и слишком туго…
Приходится опускаться на колени. Перед таким видом я не против встать на них. Приникаю губами, начинаю ласкать. Ангелина сначала напряжена, но потом слегка расслабляется, что дает мне возможность добавить к ласке пальцы, начав подготавливать ее к моему вторжению.
Тихий стон подсказывает мне, что она готова. Пальцы мгновенно сменяет ствол, и я медленно толкаюсь внутрь лона. Она начинает распрямляться, приходится удерживать ее в этой позе, иначе не смогу кончить. Крепко держась за бедра, я начинаю двигаться, распалясь только от одного чувства, что обладаю ею…
— Моя… — рычу я, вновь и вновь проникая в нее.
Когда подхожу к пику, я вздрагиваю. Оргазм выходит болезненным и ярким, как вспышка звезды на небе. Разум на несколько секунд мутнеет, но я удерживаюсь на ногах.
Надеваю штаны и иду в спальню, мне нужно отдохнуть. Я снова лишился большей части магии., Пока она не наполнит резерв, нужно спать…
— Можешь искупаться и прийти ко мне… — говорю я, вспоминая, что ей тоже не мешает отдохнуть.
Вырубаюсь я моментально, едва голова касается подушки. Сон получается результативным, резерв пополняется быстро, и я даже могу пробиться сознанием в другой мир, сообщая бетам, чтобы они собирали стаю, и были готовы к прорыву.
В ответ мне показывают, что резервация полностью закрыта. Люди поставили стену — щит, и отгородились от них. А еще… они решили закидывать к ним тех, кого считали неугодными. Это женщины с темной магией, — ведьмы, ведуньи и даже простые девушки с каплей дара. Мужчин меньше, но те, наоборот, обладали светлой и чистой магией. Они оставались в стае.
Маги избавляются от тех, кто мыслит не так, и боятся бунта?..
Нам такая сила очень пригодится!
Этот мир будет в наших руках и преклонит колени перед нашей мощью!
Просыпаюсь я через пару часов вполне бодрый, и даже решаю немного позаниматься в спортивном уголке. Ангелину нахожу в гостиной, она читает книгу. Ну, пока у нас нет своего дома и детей, пусть читает, надо же ей развлекаться.
