Очнись, Богдан. Тебя зовут, ведь больше тут никого нет.
Когда-то я мечтал о семье и ребенке. Даже жену завел. Но не вышло.
В груди вскрывается старая рана, напоминая про незакрытый вопрос с нашим браком. И где Соня теперь? Счастлива после того, что сделала? Скоро узнаю, как только ее найдут. В глаза наконец посмотрю и спрошу за все.
Перевожу взгляд на детскую кроватку. Малышка стоит, вцепившись ручками в деревянные прутья и смотрит на меня. Глаза огромные, мокрые. Губки дрожат.
— Доброе утро, Мия, — стараюсь ей улыбнуться. За неделю я так и не привык, что теперь она у меня есть. Благо существуют няни.
Одна из них должна прийти через полчаса. Я отдам ей Мию и смогу поехать по делам.
— Что у нас случилось? — подхожу к кроватке. Мия тут же требовательно тянет ко мне ручки и обнимает за шею. Кладу ладонь на прилично раздутый подгузник.
Что ж, все понятно без слов.
Ба-ба-ба… — повторяет Мия. И все сливается в одно бабаба… Это она пытается произнести Богдан, но для нее это пока сложно. Мне же не нравится это «баба».
— Па-па-па... — предлагаю свой вариант. Так лучше.
Мия вытягивает губки, шлепает ладошками меня по щекам, щурится. Видимо, думает, а достоин ли я такого важного слова.
— Па, — выдыхает, — па…
Видимо, достоин.
— Так лучше, — крепче держу Мию и поворачиваюсь к пеленальному столику. Пока мне пришлось переехать в детскую, чтобы за малышкой присматривать. Но будет лучше, если я все же найду няню, готовую жить у меня двадцать четыре на семь.
Я отсмотрел пять кандидаток, но все они меня не устраивают. Временная тоже не нравится. Не знаю, может, я слишком придирчивый?
С другой стороны, речь идет о Мие, и мне не хочется доверять ее кому попало.
Проблема еще и в том, что в моем случае важна конфиденциальность. Будущему губернатору не пристало иметь маленького ребенка, неизвестно от кого и непонятно откуда взявшегося. Правду я точно на публику не вынесу. Ни мне, ни Мие это не нужно.
Кадровое агентство, с которым я заключил договор о неразглашении, новых кандидаток подыскивает. На днях должны кого-то прислать.
— Кушать хочешь? Ням? — спрашиваю после смены подгузника.
Она радостно улыбается и причмокивает. Показывает на ротик пальчиком.
— Значит, пойдем кушать, — снова сажаю ее на руку, придерживаю и иду в кухню. То и дело поглядываю на часы в ожидании няни.
День сегодня насыщенный, весь расписан. Утром еду в «Новый берег» — торговый центр, который я выкупил. Мы с моим партнером по бизнесу Платоном Дубровским разделили капитал, и я ушел в свободное плавание. Временно. Но деньги просто так лежать не могут, их нужно вложить.
А «Новый берег» построен всего три года назад, находится в центре, парковка большая. Удобный, добротный, с хорошей репутацией у жителей округи. Опять же для моих целей очень подходит.
Внутри детский центр, которому меня попросили посодействовать. Есть пустующие площади. Пиар-отдел уже думает, что бы такого открыть, что будет на руку моему новому политическому амплуа. Все ж в губернаторы подаюсь.
Усаживаю Мию в детский стульчик и заглядываю в холодильник. Тут должна быть для нее еда. Так и есть, куча контейнеров со временем и датой на них. На каждом стикер с надписью «разогреть».
Разогреваю, перекладываю пюреобразную субстанцию в пластиковую мисочку с присоской и ставлю ее перед Мией. Рядом бутылочку с водой комнатной температуры.
Кажись, папкой быть не так и сложно.
Мия ковыряет пластиковой ложкой еду. Часть размазывает по своему бодику, и я понимаю, что забыл надеть силиконовый слюнявчик.
— Черт, — вздыхаю и снова смотрю на часы на стене. Но стрелка там как будто залипла и не двигается.
Варю себе кофе в турке, потому что Мия боится шума кофеварки. Переливаю в кружку.
Малышка за это время успевает проглотить всю свою пюшерку и стучит ложкой по тарелке. Подкладываю ей добавку.
На телефон начинают поступать звонки и сообщения. Мой рабочий день начался, а я все еще изображаю папку.
Опрокидываю в себя кофе и звоню няне. Первые два звонка срываются, приходит сообщение:
«Я в больнице. Аппендицит»
— Какого?! — матерюсь про себя. — И что мне теперь делать?
Я дядька серьезный.
Дьявол!
Мне что, на работу Мию брать?
Вспоминаю, что с самого утра еду в «Новый берег», где есть детский центр. По описанию на сайте с детьми возраста Мии они уже работают. У них там строгий отбор преподавателей, используют современные методики, имеют кучу сертификатов.
У них проблемы, так что я помогу им, а они помогут мне. Никуда не денутся.
— Сейчас мы поедем в очень интересное место, тебе там понравится, — обещаю перепачканной едой малышке. Няню с ее аппендицитом уволю. Вообще это не повод от работы отлынивать! Она там на койке отлеживается, а мы тут с Мией страдаем.
Сборы получаются сумбурные. Сначала я мою в раковине Мию — в джакузи страшно ее отпускать. Одеваю во все сухое и оставляю в манеже. Сам моюсь меньше чем за минуту.
Сразу вспоминается армия. Я думал, там порядки строгие. Но нет, маленькие дети дисциплинируют и придают ускорение, заставляя все делать в два раза быстрее. Вылетаю из ванной, чтобы обнаружить Мию там же, где и оставил, с ухом плюшевого зайца во рту. Рядом на кровати разрывается детской мелодией мой сотовый. Малышарики, чтоб их!
Натягиваю на себя деловой костюм, параллельно названивая в кадровое агентство. Кажется, я готов еще раз пробежаться по предыдущим кандидатурам. Учитывая обстоятельства, планку придется снизить.
Одетую в розовый комбинезончик Мию усаживаю в автокресло. Пристегиваю, что ей сразу не нравится. Выдаю игрушки.
Включаю детские песенки на аудиосистеме и под них еду на объект. Мия временно отвлекается на шуршащую разноцветную бабочку, которую я повесил на окно. Лепечет что-то неразборчиво себе под нос.
По-хорошему, ей не нужна няня. Ей мама нужна.
Но где ее взять?
У торгового центра оставляю внедорожник прямо у входа. Мы с Мией с дальнего конца парковки топать не будем, к тому же тут теперь все мое, где хочу, там и ставлю.
Вынимаю из салона Мию вместе с детским креслом. Ее в дороге укачало, и она опять уснула. Кресло у меня трансформер, легко превращается в компактную коляску. Это очень кстати, не нужно малышку перекладывать и будить.
Детский центр закрыт, судя по расписанию на двери, откроется он через двадцать минут. Ломов застрял в пробке, так что подписание документов тоже задерживается.
Толкаю коляску в сторону кофейни в холле. Сажусь за единственный свободный и заказываю кофе. Замечаю, что на меня с интересом посматривают посетительницы. Коляска с ребенком их никоим образом не смущает.
Заглядываю к Мие — спит в обнимку с шелестящей бабочкой.
Расслабляюсь.
Одна чашка кофе, вторая.
Двадцать минут почти прошли.
Одна из девушек, та, что посмелее, подходит и пытается познакомиться. Фигуристая, рыжая, но не в моем вкусе. Она то и дело с восхищением смотрит то на мои часы, то на дорогой костюм. Подтянутая фигура тоже без ее женского внимания не остается.
Перекидываюсь с ней парой слов, одновременно зависая в телефоне по работе. Отвечаю на звонок Ломова.
Он уже подъехал.
Прощаюсь с разочарованной рыжей. Свой телефон я ей не оставил, как она ни старалась. Толкаю коляску на выход, отмечая что она как будто стала легче.
Заглядываю под козырек.
— Твою мать! Мия?!
Шальным взглядом окидываю кофейню. У выхода из кофейни брошенная шелестящая бабочка.
Все тело покрывается липким потом, и я несусь в холл.
Глава 03
Соня
Выскакиваю из детского центра и несусь через холл на улицу. Только бы не разрисовали машину Ломова в этот раз. Мне тогда хоть почку продавай, чтобы за две расплатиться!
Взгляд цепляется за небольшую толпу недалеко от кофейни. Замечаю пару светлых детских макушек и выдыхаю. Вот же они, не успели еще никуда.
На негнущихся от волнения ногах иду в гущу событий. Всё равно что-то натворить успели, иначе почему вокруг люди?
Протискиваюсь между хозяйкой «Ноготочков под ключ» и женщиной в цветастом плаще. Обе активно жестикулируют и переговариваются.
До меня долетает плач. Но это не мои парни, плачет маленькая девочка.
— Пустите, это мои. Рома? Миша?
Оказываюсь в круге зевак и замираю. Между моими мальчишками действительно девочка в розовом комбинезончике. Она неуверенно покачивается, поддерживаемая Ромкой и Мишкой с двух сторон.
Откуда она тут?
Одна?
Где родители?
— Бросить детей! Троих! — верещит сухонькая женщина в очках и с сумкой, из которой торчат тетради. Точно учительница из школы неподалеку. — Вы чем думаете, мамаша? Нужно срочно вызвать социальную службу! — надрывается она напоказ.
— Прекратите кричать, — смотрю на нее строго, — вы разве не видите, что малышку пугаете!
— Что? — задыхается праведным гневом женщина.
— Миша, Рома, что тут происходит? — заглядываю в насупленные лица сыновей.
— Мы ее нашли, — Миша задирает нос, — шли на улицу и нашли. Она пвакала!
— Ее папа потевяв, — Ромка пожимает плечами.
— Па-а-а-а… — тоненьким голоском тянет малышка. Большие карие глаза наполнены горькими слезами. Губки дрожат.
— О боже, — прикрываю рот ладонью. На данный момент не обращаю внимания на информацию, что мои детки направлялись на улицу. Знаю зачем! Но с этим потом разберусь. Сейчас главное — папашу нерадивого найти. Это же надо — потерять ребенка! Девочке года нет. Она же толком ходить еще не может.
— Мы ее забиваем, мама! — Ромка решительно сжимает ладонь девочки в своей.
Малышка трет кулачками глазки и всхлипывает.
— Ма… ма…? — лепечет она, разглядывая меня во все глаза.
— Мама, мама, — подтверждает Ромка.
— Мы знаем, ты дочку хотева. Вот у тебя и будет! — Мишка хмыкает.
Да с чего они взяли? Мне двоих сыновей вполне достаточно. С их проказами хоть бы справиться!
— Ма… ма… — малышка вдруг прекращает плакать и тянет ко мне ручки.
— Я не твоя мама, — присаживаюсь перед ней.
Как же так, почему она называет так чужую тетю?
Улыбка девочки меркнет, в глазах снова набегают слезы.
— Ма… ма… — шепчет она упрямо.
— Мама, мама, — поддакивают сыновья.
Малышка тянется ко мне и обнимает за шею. Такая маленькая, как пушинка легкая и пахнет сладкой ванилью. Я уже и забыла, что такое держать в руках малыша.
Подхватываю ее на руки и поднимаюсь. Озираюсь по сторонам в поисках отца.
