Бриллиантовый холостяк. Книга 7
Анна Гаврилова
Яся Недотрога
Жизнь определённо налаживается, что приятно. Я сумела возвратить главную реликвию рода, обзавелась друзьями и покровителями, щёлкнула по носу бывшего жениха. Всё хорошо! Если не считать один маленький момент – сильнейший маг, который, по совместительству, является самым завидным женихом империи, плотно дышит в затылок.
Он что-то подозревает, не желает выпускать меня из поля зрения и каждое утро присылает два стакана кофе. Кофе вкусный! А от внимания рыжеволосого Дрэйка необходимо избавиться. Осталось придумать как.
Яся Недотрога, Анна Гаврилова
Бриллиантовый холостяк. Книга 7
Глава 1
Когда мужчина кормит – это невероятно сексуально. Когда он делает это по собственной инициативе, после твоего сложного рабочего дня – сексуально вдвойне.
Вместо тысячи слов.
Я сидела, ела, запивала вкусный ужин кофе, и понимала, что жизнь действительно прекрасна. А на внимательные взгляды, которыми одаривал Дрэйк, и этакое чрезмерно-довольное лицо Эрона было плевать.
Дед выглядел так, словно узнал о нашей маленькой интимной тайне. Однако обижаться на Дрэйка за его болтливость было бессмысленно – в этом смысле я тоже грешна.
Эрон свой, он не осудит. Максимум – начнёт подкалывать, но подколки этого полупрозрачного тролля я как-нибудь переживу.
К тому же у нас есть куда более важные дела и темы. Лично мне хотелось обсудить того исполина, который вытягивал магию. Чуялось, что это начало той самой катастрофы, которую нам с Арти нужно предотвратить.
Но все разговоры были отложены… Мы ели. Я тихо радовалась воссоединению нашей маленькой компании. Я даже слуг отослала! Сделала это для того, чтобы Эрон мог проявиться, а слуги не схлопотали инфаркт.
Арти тоже позвала. Предложила принять материальную форму и присоединиться, но тот пока не решался. Невзирая на спокойствие, которое транслировал один из самых завидных холостяков империи, мой верный сообщник решил побыть в стороне.
Впрочем, если совсем уж объективно, прямо сейчас мне вполне хватало парочки «правящих». Одновременно появилось ощущение, что случилось нечто, о чём не знаю. Но я была слишком голодной, чтобы начинать разговор.
Итог – мы сначала поели. Потом Дрэйк промокнул губы салфеткой и, откинувшись на спинку стула, сказал:
– Мы получили показания Корифия и лорда Бертрана. Их, как знаешь, арестовали по делу об изготовлении нетипичного яда.
Я кивнула, а собеседник продолжил:
– Род Майрис подозревается в подготовке государственного переворота. Но тебя, как понимаю, заинтересует другое. Бертран заявляет, что во всём произошедшем виновата ты.
У меня глаза округлились. Что-что? Я? А каким, простите, боком?
Дрэйк хмыкнул. Он очевидно веселился, но смотрел так, словно в каждой шутке обязательно есть правдивое зерно.
– Ну и при чём тут я? – Мой очень недружелюбный вопрос.
– При том, что вся эта история началась именно с вас. Рэйдсы – один из великих родов, вы слишком древние.
– А древность это преступление?
Меня перестали мучать, Дрэйк наконец улыбнулся.
– Разумеется, нет. Но это действительно сыграло. В ходе допросов вскрылся интересный и совершенно неочевидный момент.
Я отложила вилку, которую воинственно сжимала в руке, и посмотрела остро. А Дрэйк окончательно расслабился, он выглядел как человек, который практически закончил собирать ну очень сложный пазл.
– Вырождение рода Рэйдс выглядело странно. Мы с самого начала это понимали и, невзирая на определённую неприязнь правящих, государственные службы проводили все необходимые экспертизы. Объективных причин полагать, что смерть твоих родственников не случайна, не было. Исключение – твой отец.
Его гибель расследовалась с максимальной тщательностью, но след оборвался. Кто-то и, как нам теперь известно, сам заказчик, вырезал всю банду. Заказчиком, что вероятно не удивит, оказался Бертран.
Я сделала глубокий вдох и очень медленно кивнула.
Не удивительно – это точно. Но, если расследование было «максимально тщательным», почему мы узнаём об этом только сейчас?
– Бертран стал главным претендентом на богатства рода Рэйдс. Это уже подозрительно. Если вы были всё-таки заинтересованы в правде, то почему не прижали его раньше?
– Потому что Бертран, как любой аристократ, обладает определённой неприкосновенностью. Чтобы вызвать на допрос, нужно иметь хоть сколь-нибудь веские доказательства. А Майрисы отлично заметали следы.
Мне хотелось поспорить, но тут вмешался Арти.
«Это другой мир, Алексия, – напомнил артефакт осторожно. – Тут всё немного иначе. В чём-то сложнее».
– Аристократы в самом деле неприкосновенны?
Увы, я задала этот вопрос вслух. Прозвучал он, разумеется, странно.
– В меньшей степени, чем все остальные, – после паузы ответил Дрэйк. – Ты разве не знаешь?
У-у-у! Я должна знать! Но…
Впрочем, вариант с амнезией уже настолько несвеж, что лучше придумать другой.
– Знаю. Но каждый раз поражаюсь насколько это нелогично. По мне Майрисы были первыми, кого следовало допросить.
– И да, и нет, – не согласился Дрэйк. – Разве можно осуждать льва за то, что он поймал и жрёт ослабевшую косулю? А Бертран, как и все аристократы, хищник.
Я не выдержала и оскалилась, непрозрачно намекая, что я теперь тоже из этих. Из аристократов! Но в том, что касается старого лорда…
– Вы хотели сказать стервятника. Стервятника, который решил добить одинокого путника, изнывающего от жары.
Дрэйк промолчал, а я наконец угомонилась.
Хватит злиться на правящих. Не важно что было в прошлом. Облажались они по объективным причинам или по собственной дурости – не суть. Главное – что происходит сейчас.
– Обвинения, которые выдвинуты Майрисам, настолько серьёзны, что теперь мы можем наплевать на неприкосновенность, реакцию других родов и коалиций. – Снова взял слово Дрэйк. – Это развязало нам руки и позволило действовать жёстче. Впрочем, Майрисы уже настолько напуганы, что даже до пыток не дошло.
А вот тут было немножечко жаль! Но…
– Так что вы узнали? – подтолкнула я.
– За истреблением рода Рэйдс стоят Майрисы. Более того, заварушка с производством яда и переворотом – вторична. Вся эта история вертится вокруг вас и вашей древности. Но главное – у неё есть вдохновитель.
Я не выдержала:
– Можно угадаю? Это ректор Таргон?
Дрэйк посмотрел удивлённо. Следом прозвучал закономерный вопрос:
– Откуда знаешь?
И опять – бог с ней, с их системой сбора информации, расследований и дознаний. Проехали. Полагаю, что после такого провала Дрэйк что-то да исправит. Если не дурак, то все ошибки учтёт.
– Просто знаю. – Я изобразила вялую улыбку, и тут в разговор вмешался Эрон.
– Так-так, – произнёс призрак, подлетая ближе и создавая для себя обычное кресло. – Значит информация подтвердилась?
Дед тоже удостоился сумрачного непонимающего взгляда. Нам несли новость, а её-то как раз не получилось.
Зато здесь и сейчас прозвучала фраза, которая вызывает зубной скрежет у большинства людей. Эрон подался вперёд и, стукнув пальцем по столу, выдал, обращаясь к Дрэйку:
– А я говорил!
Миг, и присевший было призрак, опять взвился в воздух. Он пролетел несколько кругов по гостиной, но погасить свои эмоции не смог.
– Я говорил, что Таргон тварь? Я всегда это знал, только доказать не мог! У меня не было времени на расследования и прочую чушь! А вы… Вот не слушаете дедушку, а потом получаете проблемы!
Дрэйк не смутился, но на холёном лице проступила этакая выраженная досада.
Я, глядя на это, снова впала в состояние ехидны:
– Позвольте уточнить. Таргон ищет какой-то артефакт?
Дрэйк…
В общем, хороший он всё-таки человек. Но мужчины – такие мужчины. Им всегда хочется быть впереди планеты всей. Всегда хочется быть лучше.
Отдельный типаж – это те, кому важно доказать, что они несопоставимо сильнее, умнее и значимей какой-то там «юбки». К счастью, высокий лорд, по крайней мере в этой ситуации, оказался не из таких.
Он замолчал на несколько минут, глядя то на меня, то на призрачного предка. Переваривал нашу осведомлённость. А в итоге вытащил из рукава козырь:
– Таргон уже арестован, но с ним пока не говорили. Я пришёл предложить вам поприсутствовать при допросе. Хотите?
Я радостью не воспылала, зато Эрон… Дедушка очень хотел.
Он даже злиться перестал! А лицо сделалось настолько кровожадным, что я инстинктивно отодвинулась.
И снова не выдержала:
– У нас есть предположение о том, что именно он ищет. Но это было бы слишком.
У Дрэйка, бедолаги, чуть глаз не дёрнулся.
– О том, что искал Таргон, не известно даже Бертрану.
Я равнодушно пожала плечами, а призрак…
– Внук, ну хоть теперь ты понял, почему я так сильно её люблю?
Высокий лорд если и понимал, то очень-очень смутно. Показалось, что прямо сейчас ему хочется нас прибить.
Но! Полагаю мы были слишком красивы и ценны, чтобы умереть столь бесславной смертью. После новой паузы Дрэйк повторил предложение:
– Так что? Хотите присутствовать при допросе?
Лицо Эрона озарила улыбка, а я вздрогнула от зловещего:
