Сама не знаю, какой черт дергает меня за язык. Наверное, это аффект.
Пружина, которая сжималась последние два дня из-за угроз, появления Михаила и споров с мамой, вдруг распрямилась и вырубила напрочь весь мой страх.
– Без тормозов, да?
Так и не докурив, мужик бросает сигарету. Не глядя, попадает в заснеженную урну. И делает шаг навстречу ко мне.
– Это кто еще из нас без тормозов?
Вздернув подбородок, я смотрю в глаза хаму и от адреналина совсем забываю о своей куртке.
– По заднице бы тебя отшлепать. – Внимательный взгляд проходится по моей фигуре. На миг задерживается в районе груди... обычной, натуральной, совсем не такой пышной, как у мамы. И затем поднимается к губам. – В воспитательных целях.
– Угрожаете?
Вменяемая часть меня требует бежать. Прямо сейчас и подальше. Но другая часть, шальная – залипает на синих глазах мерзавца, на высоких скулах, на колючем квадратном подбородке с блядской ямочкой, на губах... четко очерченных, слишком красивых для того, кто угрожает расправой незнакомым девушкам и почему-то на шее. Мощной, как у быка. С тонким шрамом рядом с веной.
– Ну, ты точно поехавшая.
Замечаю, как дергается кадык и как во взгляде нахала что-то незаметно меняется.
– От поехавшего и слышу.
Пятясь, делаю один шаг назад. Другой. Третий. И неожиданно упираюсь во что-то твердое. В капот машины. Настоящего танка на колесах. Квадратного и громадного, как неандерталец, прижавший меня к этому капоту.
– Пожалуй, я ошибся, – с хрипотцой произносит здоровяк. – Тебя нужно шлепать не по заднице. – Он ведет большим горячим пальцем по моему подбородку и, склонившись к уху, добавляет: – А по губам. Членом.
– Вы... Ты...
Я замираю, как под гипнозом. Внутренний голос поздравительным тоном вещает: «Молодец, Влада! Ты доигралась!» Ожившие извилины командуют: «Беги, дура! Беги!»
Сердце в панике начинает колотиться все быстрее. Бьется о ребра с такой силой, словно тоже хочет смыться отсюда поскорее.
– Я сейчас... закричу, – с запинкой выдавливаю из себя. – Весь квартал услышит, – шепчу, с трудом ворочая языком.
Амбал с плотоядной ухмылкой раскрывает рот. Вероятно, чтобы сказать, как именно он собирается бить меня своей штуковиной по губам.
Но вместо его голоса с порога внезапно доносится воодушевленный крик мамы:
– Миша, Влада, вы уже познакомились?! Отлично! Можно ехать!
Глава 3
Влада
В машине меня трясет. Мама тут же объясняет дрожь тем, что я замерзла. Ругает, как маленькую, что выбежала, не одевшись.
К счастью, ее новая «любовь всей жизни» ничего не комментирует. Будто мы два бестолковых попугайчика, которые щебечут что-то на своем птичьем, он изредка бросает в нашу сторону раздраженные взгляды и полушепотом переговаривается о чем-то с водителем.
Я честно пытаюсь не смотреть в его сторону, но невольно отмечаю широкие плечи, жесткую линию челюсти, крупные руки с выступающими венами. Шею... Я никогда не была фетишисткой, однако на его шее почему-то клинит.
Зачем владельцу бизнеса такая шея? Зачем ему вообще быть таким большим, словно он не босс, а специалист по выбиванию долгов.
Стараясь разобраться в себе, я отворачиваюсь к окну и кручу в руках мобильный.
Паша еще час назад обещал мне перезвонить. У него на работе какие-то срочные вопросы, но как только освободится...
– А не слишком ли далеко мы уехали? – спрашиваю я, когда машина выезжает на загородную трассу.
– Дом в пригороде, – не оборачиваясь, отвечает Михаил.
– В пригороде или в соседней области?
Попой чувствую, как машина набирает скорость.
– Ехать еще минут двадцать. Устроит?
Сдерживая за зубами «нет», я упираюсь взглядом в спинку переднего сиденья и еще сильнее сжимаю телефон.
Улыбаясь на все тридцать два, моя мама даже не пытается вмешиваться. Вместо расспросов о том, куда мы и насколько, она фонтанирует эпитетами Михаилу. Рассказывает о том, что давно мечтала пожить за городом. Вслух предвкушает, как станет дышать свежим воздухом и слушать тишину.
***
Дорога действительно занимает минут двадцать, хотя по ощущениям прошла целая вечность.
Когда машина, наконец, останавливается перед воротами, я выдыхаю от облегчения и сразу же избавляюсь от ремня безопасности.
– Забор по всему периметру. Ворота только здесь, – равнодушным тоном предупреждает нас хозяин.
Мне так и хочется сказать: «Как в тюрьме», но открывшаяся за воротами картинка останавливает.
Если это тюрьма, то для элиты! С заснеженным садом камней, узкими дорожками, пушистыми голубыми елями и домом.
Это не особняк из кругляка и не замок под старину, как у бывших друзей отца. Будто презирает все эти мещанские веяния, загадочный Михаил построил для себя простой одноэтажный дом из темного кирпича с панорамными окнами и плоской крышей.
– Миша, это прелесть! – восхищенно выдыхает мама, едва мы выходим из машины.
– Ваши комнаты в правом крыле, – вместо «Будь как дома, любимая», чеканит хозяин.
– Я с удовольствием могу остановиться в твоей.
Мама включается в свою амурную игру. И пока они не ушли «заселяться», я уточняю:
– А в какой стороне ближайшая остановка?
Михаил цокает языком.
– Километра три по трассе. И до нее еще километр.
– Просто замечательно, – цежу сквозь зубы, с ужасом представляя, как буду топать этих четыре километра в мороз, без фонарей, по свежему снегу.
– Милый, а проведешь экскурсию? – Мама уже летит к крыльцу, не дожидаясь нас.
Следом должна прозвучать фраза о том, что по берлоге мужчины можно узнать о его характере. Обычно мама не брезгует такими штампами. Однако с Михаилом ее не узнать.
Словно решила полностью поменять свою тактику, она покорно замирает у крыльца. И лишь когда хозяин открывает дверь, послушно, без лишней суеты входит в дом.
***
Пока эти голубки воркуют о том, кто где будет спать, я, как и приказано, топаю в правое крыло. Не надеясь ни на что особенное, захожу в первую попавшуюся комнату и бросаю на пол свою сумку.
– Нет, я здесь жить не буду! – окидываю взглядом светлую, с большим окном комнату.
Игнорируя квадратную, как для троих, кровать, сажусь в кресло и набираю Пашу.
Как и всю последнюю неделю, он отвечает лишь после пятого гудка.
– Влада? – удивляется. – Прости, был у отца на совещании. Что случилось?
– Паша, можешь приехать? Прямо сейчас.
– Что? – в голосе растерянность. – То есть как, сейчас?
– Я уже не дома. Мы переехали. К... к одному человеку. Это долго объяснять, но мне срочно нужно уехать. Не хочу здесь ночевать.
В динамике повисает пауза.
– Влада, я... прости, не получится. Завтра с утра могу, а сегодня никак. Куча дел, понимаешь?
Сжимаю телефон так, что белеют костяшки.
– Хорошо. Завтра так завтра. Только пораньше, – задираю голову к потолку.
– Ты вообще в порядке? – вырывая меня из мыслей, осторожно спрашивает Паша.
– Да, – вру. – В порядке.
– Тогда до завтра.
Паша даже не пытается выяснить, насколько это «в порядке» близко к действительности. Он получил нужный ответ и готов работать дальше.
– Жду, – швыряю трубку на кровать. Снова оглядываюсь. – Над этим траходромом только зеркала не хватает! – выпаливаю в сердцах, словно это кровать виновата во всех бедах.
И с опозданием понимаю, что у меня гость.
Глава 4
Влада
– Принцессы без зеркал не спят?
От хрипловатого мужского голоса по телу расползаются мурашки.
Михаил без стука входит в комнату. Сейчас на нем нет верхней одежды – лишь черный гольф, обтягивающий мощный торс, и брюки. Однако по ощущениям он стал словно еще больше.
Настоящая тестостероновая глыба. Машина! Для убийств или для...
Об этом втором варианте я запрещаю себе даже думать. Он – мамина новая любовь, пусть мама с ним и разбирается!
– Конечно, без зеркал не спят. А вы как думали?! – Я встаю с кресла.
– Мне распорядиться, чтобы установили? – гад не скрывает издевки.
– Установите в своей, – подмигиваю. – Уверена, мама оценит.
– Благодарю за рекомендацию. Как только перестану справляться по старинке, обязательно об этом подумаю.
– Так вы сюда без стука за советом пришли?
Мы всего минуту общаемся, а меня уже начинает трясти. Шикарное начало знакомства! И это тот самый защитник, которого я должна ценить и уважать.
– Почти. С советом. Тебе, – чеканит он с паузами, а затем берет меня за подбородок и поднимает голову вверх.
– Я не просила.
Наверное, нужно вырваться или оттолкнуть его. Хотя бы попытаться! Но мой инстинкт самосохранения, молчавший первую половину дня, вдруг включается на полную катушку и заставляет замереть в позе любопытного суриката.
– Я не звал тебя в свой дом. Не планировал, что мне придется стеречь кого-то еще, кроме Ларисы. Ты не моя проблема. Но раз уж оказалась здесь, будь добра соблюдать простые правила.
Улыбка на губах этого сторожа превращается в оскал.
– Можно, подробнее. – Разглядываю радужку голубых глаз.
– Первое, – загибает большой палец, – никаких скандалов и истерик. Полная тишина!
– Буду нема, как рыбка.
– Второе, – пальцы сильнее сжимают мой подбородок. Не позволяют даже дернуться. – Никаких гостей! Пригласишь сюда своего задохлика, станешь проблемой задохлика.
– Не такой уж Паша и тощий.
