Паша на секунду теряется, потом отмахивается с таким беззаботным видом, словно речь идет о пустяке.
– А, это... ну, они быстро справились. Оказалось, все не так уж страшно. Контакт отошел.
– Контакт, – повторяю я тихо.
– Ага. – Он забирает мой рюкзак, небрежно кидает на заднее сиденье. – Ну что, поехали?
Открывает дверь с галантностью, которой обычно не отличается. Сам застегивает на мне ремень безопасности. И махнув охраннику, идет за руль.
«Все. Я свободна», – думаю я, откидываясь на спинку сиденья.
Душу все еще гложет вина за то, что не убедила маму. В голове крутятся мысли о папином патенте и миллионах. Однако когда выезжаем за ворота все эмоции и мысли сменяются новыми, неожиданными и неприятными.
– Ну что, сладкая, – говорит Паша, положив руку на мое бедро. – Покажешь дома, как по мне соскучилась? Будешь хорошей девочкой за то, что я все так быстро порешал и примчался к тебе... по первому зову?
Глава 13
Влада
– Ты заметил машину, которая едет за нами? – спрашиваю я спустя пятнадцать минут дороги.
Паша быстро косится в зеркало заднего вида, хмурится.
– Да, заметил, – пожимает плечами, словно это не имеет значения. – Они на хвосте с усадьбы.
– Это Михаил, – меня озаряет.
Он говорил, что приставит охрану. Однако мы так быстро уехали, что я думала – забудет.
– Что? – Паша хмурится сильнее.
– Охрана. Он обещал приставить людей, чтобы проконтролировать, что я доеду до аэропорта.
– А! – хмыкает. – Ну, раз так, то все нормально. Пусть катаются, если им делать больше нечего.
Стараясь не думать о руке на моем бедре, я снова пялюсь в зеркало.
Там без изменений. Черный внедорожник едет ровно, не приближаясь и не отставая, как привязанный. Настоящий кортеж для важной персоны.
– Паш, а ты знаешь Михаила?
– Кого?
– Михаила... – я пытаюсь вспомнить фамилию, – Юсупова. Любовника моей матери.
Машина легонько виляет в сторону обочины.
– Влада, с чего вдруг? – звучит раздраженно. – Я вообще не в курсе, кто это.
А вот это уже странно. Михаил слишком горячо отзывался о Паше – «задохлик». Вряд ли он выяснил это по фото или из рассказов мамы. Скорее всего, эти двое виделись и даже общались.
– Он сказал, что связывался с тобой, – вру я, не моргнув глазом. – Это какие-то мужские тайны?
Паша зло выдыхает и сжимает руль так сильно, что белеют костяшки пальцев.
– Ладно, да, – наконец, сдается он. – Этот чувак приезжал ко мне. Попросил присмотреть за тобой. А сегодня написал, что вечером вышлет билеты в Осло.
– И все? – повторяю я, всматриваясь в его профиль.
– Ну да. Корешами мы не стали, если тебе это тоже интересно.
– Я догадалась.
Не нравится мне его реакция. Сначала лжет о знакомстве, хотя именно Михаил должен прислать билеты. А теперь еще злится.
Либо Паша что-то скрывает, либо из-за всех сегодняшних новостей моя фантазия пошла в разнос. Лучше бы, конечно, второе. Однако если первое...
– Паш... – хочу уточнить, когда именно они виделись.
– Влада, хватит! – обрывает он резче, чем нужно. – Я устал. Давай просто доедем до дома, отдохнем, и завтра я отвезу тебя в гребаный аэропорт. Хорошо?
Его рука стискивает мою ногу так сильно, что вскрикиваю:
– Ай! Ты что творишь?! – сталкиваю ее с себя.
– Не хочешь тискаться, тогда хотя бы не отвлекай, – ворчит, вжимая в пол педаль газа.
И я окончательно закрываю рот.
***
Квартира Паши встречает знакомым запахом – кофе, мужской парфюм и что-то затхлое, будто здесь давно не открывали окна.
Едва я успеваю снять куртку, Паша закрывает дверь на замок и сразу же обнимает меня сзади. Прижимается всем телом так плотно, что я через джинсы чувствую его возбуждение.
– Детка, я так соскучился, – шепчет на ухо, а рукой уже лезет к груди. – А завтра ты вообще свалишь. Сдрочусь на хрен в одиночестве.
Я застываю, пытаясь заставить себя расслабиться, ответить на его прикосновения, но тело словно деревенеет. Ни возбуждения, ни хотя бы равнодушия – одна брезгливость.
– Паш, подожди...
– Нет, детка, я не могу больше ждать, – тянет вверх мой свитер. – Давай сейчас потрахаемся, а потом будешь трындеть, о чем захочешь.
Он ловко расстегивает пуговицу на моих джинсах. Ныряет ладонью под белье.
– Ты слишком спешишь.
Кажется, я начинаю ненавидеть его руки. Куда только делся тот парень, который умел угадывать мои эмоции, был терпелив и мечтал, чтобы мы стали семьей?
С чего вдруг такие резкие изменения и грубость? Или Паша был таким всегда, а я упрямо не замечала?..
От последней мысли становится совсем хреново.
Мама осталась за городом с подозрительным Михаилом. Я здесь со знакомым и одновременно незнакомым Пашей. И где-то в Питере, мечтая о папином патенте, дожидается своего часа Шумский.
– Влада, будь благодарной, хорошо? Я бросил ради тебя все дела. – Паша толкает меня на диван и нависает сверху.
– Хорошо, твоя взяла. Разреши хотя бы сходить в душ, – поправляю свитер.
– Потом помоешься. – Паша пытается вклиниться коленом между моих ног. – Сначала я. Я так долго ждал...
– Нет, сейчас! – повышаю голос.
Пока не случилось что-то ужасное, нужно привести его в чувства.
– Влада, ну что ты за женщина?! – морщится, будто я его ударила.
– У меня сегодня был очень насыщенный день. Я вся потная и грязная. Поверь, тебе самому не понравится.
Аккуратно вылезаю из-под него и пячусь в сторону ванной комнаты.
– Ладно, пять минут! – бросает он недовольно.
– Как получится!
Схватив рюкзак, ныряю в ванную и запираюсь на замок с таким облегчением, словно только что спаслась.
Глава 14
Влада
Открыв в душе воду на максимум, я быстро раздеваюсь и встаю под обжигающие струи. Подставив лицо под поток, стараюсь смыть с себя не только усталость дороги, но и прикосновения Паши, его слова, запах и руки.
Не думаю ни о каких пяти минутах. Не спешу. Обычно вода помогает мне расслабиться, однако сейчас любимое лекарство не работает.
«Будь благодарной», – эхом отдается в ушах.
«Давай сейчас потрахаемся, а потом будешь трындеть», – отвратительная просьба не выходят из головы.
Закрыв глаза, упираюсь лбом в холодную плитку. Переключаюсь на ощущения. Чувствую, как вода стекает по макушке и плечам, по бедрам и ногам. И как заколдованная, снова возвращаюсь к вопросу: что за чертовщина происходит в моей жизни?
Я будто попала в параллельную реальность, где у всех другие характеры. Где вместо парня, который водил меня по ресторанам, покупал цветы и говорил комплименты, живет хамоватое недоразумение. А вместо моих спокойных будней и работы – загородная усадьба, густой лес и Норвегия.
Смешно – только вот улыбнуться не получается. Тревога глушит любые попытки рассмеяться и невидимой удавкой сжимает шею.
Чтобы хоть как-то успокоиться, я начинаю дышать по квадрату.
Вдох – раз, два, три, четыре.
Задержка – раз, два, три, четыре.
Выдох – раз, два, три, четыре.
Задержка...
Повторяю несколько раз, считая про себя. Рисую этот квадрат в мыслях, и напряжение постепенно отпускает.
– К черту все! Хватит прятаться! – с этими словами я выключаю душ и начинаю одеваться.
***
Паша салютует мне бутылкой пива.
– Ну, наконец-то. Я уж думал, ты там утонула, – его губы расплываются в хмельной улыбке.
– Паш, – остановившись в паре метров от дивана, я скрещиваю руки на груди. – Секса не будет.
– Что?! – открывает рот.
– Прости, я не хочу.
Рука с бутылкой опускается на пол, улыбка гаснет.
– Что за развод? Ты издеваешься?
– Я устала. И сейчас лягу спать. На диване, – произношу с ударением на последнем слове, чтобы не осталось никаких сомнений.
– Ну, – Паша, как ребенок, обиженно поджимает губы.
Готовясь ко второму акту скандала, я вспоминаю про свой «квадрат». Но Паша удивляет.
Так ничего и не сказав, он лениво встает. Идет в спальню и спустя минуту возвращается оттуда с подушкой и пледом в руках.
Швыряет их на диван. И ровно, без эмоций произносит:
– Как скажешь, принцесса. Спокойной ночи.
Потом уходит в спальню и так тихо закрывает за собой дверь, что я даже не слышу щелчка.
***
После странного выступления Паши я примерно час ворочаюсь с бока на бок – никак не могу уснуть. В мыслях жужжит рой вопросов. А перед глазами почему-то мелькает лицо Михаила.
Просыпаюсь в семь – резко, от какого-то звука – то ли хлопнула дверь, то ли в квартире что-то упало.
Потирая глаза, принимаю вертикальное положение. И буквально в ту же секунду из спальни выходит Паша – уже одетый, бодрый и с ключами от машины.
– Доброе утро, – улыбается он широко, по-мальчишески. Как раньше. – Билеты от вашего покровителя пришли. Вылет через три часа.
