Русалка-попаданка для пирата Дракона
Кармен Луна
Утонула в XXI веке — очнулась русалкой в средневековом подводном царстве! Марина думала, что худшее в жизни — это съёмная однушка и зарплата менеджера. Ошибалась! Можно упасть с корабля и проснуться в теле принцессы-русалки.
Проблемы нарастают как снежный ком:
Царь принимает её за свою дочь
Подруга Дашка стала говорящей чайкой, а йорк Жужа — золотой рыбкой с характером
Спасённый ею невыносимый лорд Николас Гамильтон ищет таинственную спасительницу (это она!)
Злая сирена Сальмира точит зубы на конкурентку
Древнее пророчество требует срочно выйти замуж
Как современной девушке выжить в мире без Wi-Fi, но с магией? И можно ли полюбить мужчину, который сводит с ума одним взглядом?
Кармен Луна
Русалка-попаданка для пирата Дракона
Русалка-попаданка для пирата Дракона
Кармен Луна
Аннотация:
Утонула в XXI веке — очнулась русалкой в средневековом подводном царстве! Марина думала, что худшее в жизни — это съёмная однушка и зарплата менеджера. Ошибалась! Можно упасть с корабля и проснуться в теле принцессы-русалки.
Проблемы нарастают как снежный ком:
Царь принимает её за свою дочь
Подруга Дашка стала говорящей чайкой, а йорк Жужа — золотой рыбкой с характером
Спасённый ею невыносимый лорд Николас Гамильтон ищет таинственную спасительницу (это она!)
Злая сирена Сальмира точит зубы на конкурентку
Древнее пророчество требует срочно выйти замуж
Как современной девушке выжить в мире без Wi-Fi, но с магией? И можно ли полюбить мужчину, который сводит с ума одним взглядом?
Глава 1
Если бы мне кто-то сказал утром, что к вечеру я буду тонуть в Балтийском море, держа за руку свою истеричную подругу и размышляя о превратностях судьбы, я бы послала этого пророка к психиатру. Но жизнь, как известно, штука непредсказуемая, как настроение моего начальника после корпоратива с открытым баром.
Меня зовут Марина Светлова, мне двадцать восемь лет, и я работаю менеджером среднего звена в компании, название которой настолько скучно, что даже я его забываю к концу рабочего дня. Моя жизнь до сегодняшнего утра была предсказуемой, как сериал про любовь на российском телевидении: съёмная однушка на окраине с соседями-алкоголиками за стенкой, зарплата размером с детское пособие многодетной семьи, и внушительная коллекция романтических комедий, которые я пересматриваю, заедая экзистенциальную депрессию мороженым со вкусом «разочарование в жизни».
Утром я даже не подозревала, чем закончится этот день. Встала в семь, выпила кофе со вкусом растворённого картона, покормила Жужу и поехала на работу в переполненной маршрутке. После обеда Дашка выдернула меня из офиса: у неё пропадали два билета на вечернюю прогулку по Финскому заливу. Мы обе были в Петербурге — она снимала очередной обзор, а я приехала из Москвы в командировку и взяла с собой Жужу. Забрать собаку из гостиницы и добраться до причала успели впритык. Если бы я знала, куда нас занесёт этот кораблик, осталась бы доделывать отчёт. Наверное.
— Мариночка, — протянула Дашка, размахивая бокалом шампанского, как дирижёрской палочкой перед оркестром глухонемых, — ты видела этого экскурсовода? У него акцент, как у Джека Воробья после тяжёлого инсульта!
Дарья Кузнецова, она же Дашка, она же моя лучшая подруга с университета, она же успешный тревел-блогер с манией величия размером с Наполеоновский комплекс и фобией рыб, которая заставила бы содрогнуться самого отважного ихтиолога. Парадокс века! Девушка, которая боится даже селёдки под шубой на новогоднем столе, зарабатывает себе на жизнь, рассказывая восторженным подписчикам о морских курортах и подводном плавании. Жизнь определённо обладает чувством юмора садиста с дипломом психолога.
Дашка выглядела, как всегда, идеально: волосы уложены, как у модели с обложки журнала, макияж нанесён с точностью швейцарских часов, наряд подобран стилистом с художественным вкусом. А я… ну, я выглядела, как человек, который утром думал, что самое экстремальное в его дне — это выбор между чаем и кофе.
— Даш, — вздохнула я, потягивая шампанское сомнительного качества, которое по вкусу напоминало газированную воду с добавлением алкоголя и раскаяния, — может, он просто старается создать атмосферу морского путешествия?
— Атмосферу чего? Дешёвого театра для пенсионеров? — фыркнула она, поправляя солнечные очки ценой в мою месячную зарплату до вычета налогов. — Слышь его внимательно: «Дррррагие турррристы, сейчас мы прррроплываем мимо…» У меня от этого рррычания зубы сводит, как от скрежета мела по доске!
Экскурсовод действительно усердно раскатывал букву «р», словно учился дикции у медведя из провинциального цирка, где основная программа — это дрессированные блохи и клоун с депрессией. Мужчина лет сорока, с лицом, на котором жизнь явно вытерла ноги и оставила следы всех своих разочарований, изо всех сил изображал бывалого морского волка. На деле же он больше походил на бухгалтера второго разряда, который решил подработать в выходные, чтобы купить жене новую сковородку к годовщине свадьбы.
— Видите ли, дамы и господа, — продолжал он, размахивая руками, как ветряная мельница в урагане, — в этих самых водах ещё в древние вррремена плавали отважные корабли наших предков…
И тут в дело вмешалась Жужа — моя йоркширская терьерша, четырёхкилограммовый комочек шерсти, злобы и принципиальности. Стоило кому-нибудь повысить голос или замахать руками, как она немедленно принималась защищать меня от предполагаемой угрозы. Дашка прозвала её детектором лжи: совпадало достаточно часто, чтобы легенда прижилась.
Жужа всю дорогу сидела у меня на коленях и косилась на воду. Морская прогулка ей определённо не нравилась. Она ворчала, прижимаясь спиной к моей ладони, и я уже жалела, что не оставила её в гостинице.
Когда экскурсовод в очередной раз взмахнул рукой над нашими головами, Жужа напряглась. Уши встали торчком, по горлу прокатилось предупреждающее рычание.
Экскурсовод наклонился к нам, намереваясь погладить «славную собачку». Жужа рванулась у меня с колен и щёлкнула зубами возле его подбородка. Он отшатнулся, зацепился каблуком за сиденье и взвизгнул; на челюсти выступила тонкая царапина. Отрепетированный морской акцент мгновенно испарился.
— Какого чёрта! Собака совсем сошла с ума! Кто вообще хозяин этого… этого… — выдохнул экскурсовод, прижимая ладонь к царапине.
— Детектора лжи на четырёх лапах? — довольно произнесла Дашка, мгновенно доставая телефон и начиная снимать происходящее. — Жужка, красотка, ты сегодня главная звезда моих сторис! Мои подписчики будут в восторге!
Остальные туристы — компания из десяти человек, выглядевших так, словно они выиграли этот тур в лотерею местного продуктового магазина — сначала опешили, а потом начали смеяться. Пожилая дама в шляпке размером с небольшой зонтик захлопала в ладоши и воскликнула: «Браво! Наконец-то кто-то сказал правду!»
Я попыталась отловить разбушевавшуюся Жужу, которая теперь носилась по палубе маленького экскурсионного кораблика, как торнадо в миниатюре, оставляя за собой хаос и всеобщее веселье. Экскурсовод тем временем потирал поцарапанный подбородок и бормотал что-то про «бешеных собак» и «невменяемых хозяев».
— Жужа, ко мне! — кричала я, пытаясь поймать своего четвероногого разрушителя спокойствия. — Жужа, нельзя кусать людей, даже если они врут!
Но Жужа была в ударе. Она добежала до края палубы, развернулась, посмотрела на экскурсовода с глубочайшим презрением и гавкнула так, словно сказала: «А вот и нет, можно!»
Дашка тем временем продолжала снимать, комментируя происходящее для своих подписчиков: «Девочки, вы не поверите, что сейчас произошло! Жужа разоблачила фальшивого морского волка! Это же лучше любого детектива!»
Небо потемнело со скоростью, которая заставила бы позавидовать любого режиссёра-постановщика голливудского блокбастера. Облака сгустились, как мои мысли после тяжёлого рабочего дня, и приобрели зловещий серо-чёрный оттенок, который обещал неприятности размером с айсберг. Ветер подул с силой промышленного фена, заставляя наш кораблик покачиваться, как пьяного на корпоративе.
— Эй, а это нормально? — спросил один из туристов, мужчина средних лет в футболке с надписью «Я люблю Сочи», указывая на небо.
— Для Балтики в это время года — вполне, — ответил экскурсовод, но в его голосе уже слышались нотки беспокойства. — Просто небольшой ветерок…
— Это нормально? — крикнула я, бросив бокал на сиденье и подхватывая Жужу, которая скулила, прячась между моими ногами.
— Для нашего с тобой везения — абсолютнейшая норма! — отозвалась Дашка, которая уже зеленела лицом со скоростью созревающего огурца. — Мы же с тобой магниты для неприятностей!
И она была права. Мы с Дашкой обладали удивительным талантом оказываться не в том месте и не в то время. В университете мы умудрились попасть под дождь в единственный солнечный день недели. На первом свидании Дашки мы встретили её бывшего парня с новой девушкой. А в прошлом году наш отпуск в Турции совпал с землетрясением магнитудой 4,5.
Шторм налетел внезапно и со всей мощью морской стихии, которая явно проснулась не с той ноги и решила выместить своё плохое настроение на невинных туристах. Ветер завыл, как стая голодных волков, волны поднялись до небес, а наш кораблик начал крениться то в одну, то в другую сторону, как маятник гигантских часов, которые сошли с ума.
Экскурсовод, забыв про свой псевдоакцент и остатки профессионального достоинства, материл погоду на чистейшем русском языке, используя выражения, которые заставили бы краснеть даже бывалого грузчика рыбного порта. Капитан нашего судёнышка, пожилой мужчина с лицом, обветренным всеми морями мира, кричал что-то в рацию, но его слова терялись в рёве ветра.
А я стояла посреди этого морского хаоса, крепко прижимая к себе дрожащую Жужу, и думала о том, что в турпакете «Морская прогулка с дегустацией» точно не было пункта «экстремальные водные процедуры с риском для жизни и здоровья».
— Марин! — закричала Дашка, хватаясь за поручень белыми от напряжения пальцами. — А помнишь, мы в общаге мечтали о приключениях?
— Я мечтала о принце на белом коне и замке с башнями, а не о «Титанике» в миниатюре с дешёвым шампанским! — крикнула я в ответ, пытаясь перекричать вой ветра.
— Зато теперь у нас будет что рассказать внукам! — попыталась пошутить Дашка, но её улыбка больше походила на гримасу ужаса.
— Если мы доживём до того момента, когда у нас появятся внуки! — ответила я, наблюдая, как очередная волна размером с пятиэтажный дом приближается к нашему кораблику.
Жужа дрожала в моих руках и тихонько скулила. Её маленькое тельце сотрясалось от страха, и я прижимала её к груди, прикрывая ладонью голову. Только бы удержать. Только бы не выпустить.
Но морская стихия, видимо, решила, что наш философский диалог о приключениях слишком банален для такого эпического момента морской драмы. Море взревело, как разъярённый дракон из древних легенд, и послало нам свой финальный аргумент — волну-монстра, которая поднялась над нашим кораблём, как стена воды высотой с десятиэтажный дом.
Волна ударила в борт нашего кораблика с силой разъярённого носорога. Мир перевернулся, как моя жизнь после того, как меня в прошлом году уволили с предыдущей работы за «несоответствие корпоративной культуре» (читай: за то, что я сказала правду о нашем начальнике на корпоративе).
Я почувствовала, как мои ноги отрываются от палубы, как всё моё тело летит в неизвестность. В последний момент, руководствуясь инстинктом или божественным озарением, я успела схватить Дашку за руку. В такие моменты все наши ссоры, обиды и мелкие житейские драмы кажутся незначительными, как проблемы богатых домохозяек из реалити-шоу.
— Не отпускай! — крикнула я, чувствуя, как холодная вода уже касается моих ног.
— И не собираюсь! — отозвалась Дашка, но её голос уже терялся в рёве ветра, воды и всеобщей паники.
И мы полетели в пучину Балтийского моря, как две неудачливые туристки, которые явно выбрали не тот день для морской прогулки. Жужа взвизгнула от ужаса и вцепилась в мою куртку когтями, как альпинист в страховочную верёвку.
Последняя связная мысль, которая промелькнула в моей голове перед тем, как холодная вода сомкнулась над нами: «Это точно не входило в стоимость нашего тура. И где, чёрт возьми, спасательные жилеты?»
А потом была только темнота, холод, солёная вода в лёгких и странное, почти философское ощущение, что моя обычная, серая, предсказуемая жизнь закончилась навсегда. И знаете что самое удивительное? В тот момент, когда ледяная вода Балтийского моря заполняла мои лёгкие, меня это почти не расстроило.
Последнее, что я помню, — маленькие глазки Жужи, которая всё ещё ждала, что я вытащу нас обеих. «Держись», — пыталась сказать я. Но изо рта уже шли только пузырьки.
Глава 2
Смерть, как выяснилось, процесс крайне переоценённый. Во всех фильмах и книгах её описывают как нечто торжественное, мистическое, с белым светом в конце туннеля и хором ангелов. На практике же смерть оказалась похожа на неудачное погружение в холодную ванну — неприятно, мокро, и в голове крутится только одна мысль: «Как же это не вовремя!»
Я тонула в Балтийском море, держа в одной руке перепуганную Дашку, а в другой — дрожащую Жужу, и думала о том, что это определённо не тот способ уйти из жизни, который я бы выбрала. Где романтика? Где последние значимые слова? Где хотя бы возможность привести себя в порядок перед финальным актом?
Вода была отвратительно холодной, как объятия бывшего мужа, и солёной, как мои слёзы после просмотра его новых фото в соцсетях с молодой женой. Лёгкие горели, как после попытки пробежать марафон без подготовки, а в голове проносились самые нелепые мысли: «А платье-то новое! И кредит за телефон ещё не выплачен!»
Но вместо обещанного белого света я увидела… темноту. Глубокую, бархатистую, обволакивающую темноту, которая была на удивление уютной. Как будто кто-то укутал меня в огромное одеяло из ночи и прошептал: «Спи, дорогая, завтра всё будет по-другому».
И действительно, когда я очнулась, всё было по-другому. Настолько по-другому, что мой мозг отказывался это принимать, как банкомат отказывается выдавать деньги в самый нужный момент.
Первое, что я почувствовала — я дышу. Причём дышу под водой, что, согласитесь, несколько противоречит базовым законам биологии и здравого смысла. Второе — вместо ног у меня был хвост. Самый настоящий, рыбий хвост цвета «изумрудная зависть», который переливался на свету, как дорогое вечернее платье.
— Что за… — начала я говорить и с изумлением обнаружила, что под водой мой голос звучит нормально. Более того, он звучит лучше обычного — бархатисто, мелодично, как у профессиональной певицы после дорогих уроков вокала.
Я попыталась встать и тут же поняла всю комичность ситуации. Как встать, если вместо ног у тебя хвост? Это как попытаться завязать шнурки на ботинках, которых нет. Я извивалась в воде, как угорь на сковородке, пытаясь принять вертикальное положение, и наверняка выглядела при этом крайне недостойно.
— Хозяйка! — Голос дрожал от ужаса. — Где мои лапы?!
Я обернулась и увидела то, что окончательно добило мои остатки здравомыслия. Моя Жужа, мой четырёхкилограммовый комочек шерсти и принципиальности, превратилась в золотую рыбку. Но не в обычную аквариумную рыбку размером с монетку, а в солидную особь размером с хорошую селёдку, которая блестела, как золотой слиток в ювелирном магазине.
— Жужа?! — ахнула я, и мой новоприобретённый бархатный голос дрогнул от изумления. — Это действительно ты?
— А кто же ещё! — возмутилась рыба-Жужа, при этом как-то умудряясь выглядеть оскорблённой, что само по себе было удивительным достижением для существа без мимических мышц. — Хозяйка, это не спа-процедуры! Где мои премиум-корма? Где мой коврик у батареи? И самое главное — где мои лапы?!
Жужа носилась вокруг меня кругами, золотой торпедой рассекая воду. Её негодование было так узнаваемо, что я даже не успела испугаться говорящей рыбы. Испугаться следовало раньше.
