Она резко выпрямляется, ладонями прикрывает попу, оборачивается ко мне, губы приоткрыты от удивления. Кажется, она даже теряется, втягивает воздух ртом.
— Вы что...
— Это чисто мужской шлёпок. Чтобы различала, кто тебя бьёт — мужчина или ребёнок. Разница заметна? – нападаю первым, подшучивая над ней.
Нет, это какой же надо быть незнающей, чтобы подумать, что тот легенький шлепок был от меня? Мужика никогда не было что ли?
— Заметна, — она сглатывает, и я замечаю, как у неё краснеют уши. Засмущалась, что ли? — Но...
— Иди работай, Малинина. А то уволю, и больше жизнь малиной тебе казаться не будет.
— Ко... — начинает она, закипая, но быстро осекается. Что там? Козёл? Банально. — Конечно, как скажете, босс.
Последние слова она буквально шипит сквозь зубы, а потом гордо задирает подбородок и уходит прочь из приёмной.
— Босс... — шепчет секретарша, всё это время наблюдавшая за нами из-за стола. Я смотрю на неё так, что сразу понятно: обсуждать это не хочу.
— Неважно. У тебя задача. Надо купить ребёнку костюм. Чёрный. И шляпу хочу ему, как у гангстера, — говорю я, представляя, как малыш будет самым красивым в клубе.
— А размер? — осторожно спрашивает она.
— Метр у тебя с собой? Тот, которым ты после каждого обеда талию измеряешь? — усмехаюсь я.
Секретарша легко кивает.
— Вот и хорошо. Зайдёшь, измеришь его и купишь всё, что нужно.
— Хорошо... — растерянно соглашается она, но вдруг выпрямляется за столом, собираясь с мыслями. — Ренат Николаевич, я бы с этой новенькой поаккуратнее была.
— Почему? — спрашиваю, приподнимая бровь.
— Мне кажется, она засланный казачок, — секретарша понижает голос, озираясь по сторонам.
Выгибаю бровь, ожидая предложения?
Эта вот? Засланный казачок?
— Вышла из кабинета и давай меня расспрашивать: как давно ребёнок с вами, не бьёте ли вы его и так далее. Статью явно готовит. Сейчас проникнет к нам в штат, а потом убежит к себе обратно с грязью.
— Хм... — я потираю подбородок, задумавшись.
Копаешь, значит, под меня, да? Посмотрим на тебя, Малинина.
Глава 10. Ренат
– Ну какой ты крутой, – снова бросаю взгляд на сына, который сидит в детском кресле на переднем сиденье. Улыбаюсь, не могу удержаться. – Чувствую, придёшь ко мне лет в шестнадцать и скажешь, что женишься.
– Шенишься? – переспрашивает он, наклоняя голову на бок, глаза широко распахнуты от любопытства. – Тё это такое?
– Это ад, зайка моя, – вздыхаю и глушу мотор. – Называется «рабство».
– А лабство тё такое? – спрашивает он, морща лобик, пытаясь понять новое слово.
– Это плохо, малыш. В общем, не женись, поживи для себя, – говорю, но в душе понимаю: всё равно уведут.
Я первым вылезаю из машины, отстёгиваю Тима из кресла. Как же ему идёт этот классический чёрный костюм и белая рубашка! А шляпа! Маленький гангстер, только одного не хватает…
– Ну-ка, погоди, – лезу в бардачок, роюсь среди всякой ерунды и достаю накладные усы. Как только увидел их сегодня в магазине – сразу понял, что это судьба. Открываю пачку, аккуратно приклеиваю усы под носик своему маленькому мафиози.
– Я касивый? – вдруг спрашивает он, смешно высовывая язычок и пытаясь дотянуться до бумажных усов.
– Огонь! Все девки твои, – смеюсь, глядя на него с умилением.
– Еее! – радостно кричит Тим, даже не понимая, о чём речь, но счастье у него на лице написано крупными буквами.
Я аккуратно спускаю его на асфальт, захлопываю дверцу машины. Беру моего маленького бандюгана за руку и веду к входу. Народу немного, но секьюрити сегодня какой-то особенно злой. Клуб элитный, со стриптизёршами, всякую шушеру не пускают.
Девчонки, увидев моего спутника, начинают хихикать и кокетливо строить глазки Тиму. Он сначала смущённо прячется за моей ногой, но, заметив мою идиотскую улыбку, начинает с ними заигрывать – машет ручкой, строит рожицы.
– Будем ждать вас в клубе, мальчики, – говорит одна из девушек, посылая воздушный поцелуй. Конечно, Тиму, не мне.
Вот это да! Первый раз меня обделили женским вниманием.
Доходит наша очередь. Подходим к охраннику.
Мужик смотрит вниз, на Тима, хмурится.
– Это что?
– Кто, – поправляю его, стараясь не улыбаться.
– С детьми вход воспрещён, это стриптиз-клуб. Отведи брата домой и возвращайся.
– Какой это тебе деть? Усы не видишь? Возмужавший мужчина!
Тим, поняв игру, начинает смешно шевелить усиками.
– Я не слепой. Он тебе выше колена.
– Карлик. Впервые видишь? Или ты карликов за людей не считаешь? Может, мне на тебя жалобу написать? За дискриминацию?
– Тискиминацию, – с трудом выговаривает Тим, упирая ручку в бок, мол, ну что, понял?
– Он даже говорит, как ребёнок, – злится охранник, лицо у него краснеет.
– Да он просто лыка уже не вяжет. Подшафе, – подмигиваю.
Мужики за моей спиной начинают откровенно ржать. Охранник всё ещё не сдаётся, но видно, что аргументов у него не осталось. Хотя, кажется, он всё-таки что-то придумал – открывает рот:
– Паспор…
– Ренат! – вдруг окликает меня из входа владелец клуба, мой друг. – Ты долго там ещё глумиться будешь?
Поднимаю недовольного Тима на руки. Не дают ребёнку под музыку поколбаситься.
— Да у тебя тут новенькие пройти не дают, — хмыкаю, глядя на качка, который преграждает нам путь.
— Серый, ты чё? Пусти его, — раздаётся строгий голос Басманова.
— Так у него ж ребёнок… — Серый мнётся, растерянно смотрит на Тима.
— Дефки все мои! — вдруг неожиданно громко заявляет мой малец, выпячивая грудь и сжимая кулачки.
Я удивлённо хлопаю глазами, не могу сдержать улыбку.
— Во, видел? — смеюсь. — Мелкий такого не скажет!
Со смехом прохожу мимо, крепко прижимая Тима к себе.
— Сейчас будет громко. Закрой глазки и ушки, хорошо? — шепчу ему на ухо.
Тим серьёзно кивает, зажмуривается и закрывает ушки ладошками. Его щёки раздуваются от старания, а губы складываются в смешную трубочку.
Мы заходим в клуб. Музыка гремит так, что пол дрожит под ногами. Я пробираюсь сквозь толпу, держу Тима крепко, чтобы не волновался и знал, что я рядом. Направляемся в ВИП-комнату с балконом. К счастью, друг ничего не спрашивает — всё равно ничего не услышит из-за грохота.
Но вот мы в комнате. Там уже собрались мужики, все смотрят на меня с вопросом в глазах. Приходится выкладывать всё, как на духу. Сердце стучит громко, я переживаю за Тима, но он, кажется, чувствует себя отлично. Сидит на диване, потягивает молоко из бутылочки и строит глазки официантке, которую мы заранее попросили одеться поприличнее.
— И теперь ты ждёшь тест-ДНК? — переспрашивает Май, мой друг из компании.
— Да, — киваю и проверяю телефон, надеясь, что вот-вот придут результаты. Но ничего.
Максимум, что радует меня этим вечером — я хоть на минутку расслабляюсь. Друзья вместо того, чтобы бухать на мальчишнике, возятся с моим мальчуганом: кто-то катает его на плечах, кто-то показывает фокусы. Май вообще от него не отходит. А я сижу на балконе, попиваю коктейль и смотрю вниз на танцующую толпу и кучу развязных девиц.
Нет, девушку на ночь искать нельзя.
Раньше я мог выбрать любую, отвезти домой и просто провести чудесную ночь. А сейчас…
Смотрю на Тима. Увы, но пока мой дом и мои трусы под замком.
Тяжело вздыхаю, снова оглядываюсь по сторонам. Вдруг замечаю какое-то движение сбоку. Присматриваюсь — знакомый чехол телефона выглядывает из-за стены. Щурюсь и вижу знакомую мордашку Малининой, которая тут же прячется, пойманная с поличным.
Это что ещё такое? Она что, шпионит за мной?
Глава 11. Кира
– Я переночую у Лизы, не волнуйся, – подмигивает мне сестрёнка, уже собирая вещи на ночёвку. Я только что сказала ей, что мне поручили проследить за звездой в клубе, и, скорее всего, я не смогу этого сделать, потому что не хочу оставлять младшую сестру одну дома на всю ночь. Я бы себе места не находила. А она уже сияет от радости, суетится, собирая всё необходимое.
– А её мама не против? – спрашиваю я, с сомнением глядя на неё.
– Они на даче, – бросает Ира, будто это ничего не значит.
– То есть, две четырнадцатилетки одни дома? Я не согласна! – возмущаюсь я.
– Тогда мы с тобой в клуб, – хитро улыбается сестра.
– А кто вас туда пустит? – не сдаюсь я.
Ира поджимает губы, понимая, что я не отпущу её ни в клуб, ни одну к подруге.
– За нами присмотрит старший брат Лизы, – вдруг вспоминает она. – Витя.
Я знаю Витю, но совсем про него забыла. Он уже гулял с Лизой и Ирой, и показался мне нормальным парнем. Кажется, у него есть девушка.
– Ладно, – нехотя соглашаюсь я. Не хочется терять работу, но и оставлять двух девчонок одних дома – тоже не вариант. Мало ли взломщики посреди ночи залезут? – Но на связи каждый час. Мало ли что случится.
– Без проблем! – радостно соглашается Ира.
Почему-то я не волнуюсь, что они могут устроить вечеринку с мальчиками или напиться. Девчонки – домоседки, скорее всего, будут всю ночь играть в свой любимый Симс или рисовать. В общем, поводов для беспокойства нет.
Я кормлю свою егозу ужином, помогаю собрать рюкзак и провожаю её к Лизе на ночёвку. Только после этого начинаю собираться в клуб.
По дороге размышляю, кто же эта загадочная личность, про которую мне нужно написать статью. Имени мне не сообщили – наверняка, чтобы проверить мою осведомлённость в медиа-среде. Придётся следить за всеми и самой искать знакомое лицо.
В клуб я вхожу без труда. Заказываю коктейль, держу телефон наготове. Делаю несколько снимков исподтишка, записываю заметки в телефон, чтобы ничего не забыть.
Вижу одну известную личность, но она не такого масштаба, как хотелось бы для статьи. Думаю, это совсем не он.
Потягивая свой Лонг-Айленд через трубочку, поднимаюсь на второй этаж. Здесь находятся ВИП-зоны.
Почему я сразу не догадалась подняться сюда? Одна часть полностью закрыта, другая расположена на балконах. Я направляюсь именно туда.
И сразу же нахожу свою цель.
Вижу бывшую звезду бокса, который ушёл из спорта, но даже после этого устроил шумиху, согласившись на бой из-за одного типа, который клеветал на его жену.
Что он здесь делает? Изменяет жене? Вижу только официантку, снующую туда-сюда, ни одной стриптизёрши.
Как же его зовут? Помню только имя – Леон. А фамилия… Новак! Точно, Леон Новак!
Достаю телефон и на всякий случай делаю снимок. Всё ещё стою на месте преступления и внимательно рассматриваю фотографию: всех ли хорошо видно?
