– Что и? – уже искренне удивляюсь я и быстро мажу взглядом по его вытянутой физиономии, на мгновение оторвавшись от дороги.
– Ты чо, к ней шары подкатываешь?
– Это так заметно? – усмехаюсь.
– Да! Это ж видно. Ты пялишься на нее как голодный волк. Чо, серьезно запал? Или я чего-то не понимаю? – не сдается.
– Да я сам мало что понимаю, если честно. Повело что-то, – отмахиваюсь.
– Во дела, – качает он головой, ударяясь затылком о подголовник. – Но она реально ниче такая. Горячая штучка.
– Горячая, согласен, – выдыхаю, вспоминая ее губы, к которым хочется прижаться своими. И взгляд ее охреневший от моей вольности. И это я только коснулся ее лица. А если…
– Давай бросай это дело, – ударяет меня кулаком в плечо.
– Что опять-то? – спрашиваю.
– Да ты сейчас утопаешь в своих фантазиях, – ржет. – У тебя такое лицо. Ты нас до места не довезешь, угробишь, задумавшись.
– Отвали, – рычу на него, а сам трясу головой, отгоняя мысли.
За день два раза с ней столкнуться – уже не просто стечение обстоятельств, а судьба, чтоб ее.
И да, рядом с ней ведет меня. Куда? А в какую-то пропасть. Одни глаза ее карамельного цвета чего только стоят. Снаружи вся такая острая, холодная, дерзкая, а внутри, там, на дне этих глаз, скрывается что-то такое, что, уверен, сорвет мою крышу.
Приезжаем к «Подвалу». Там встречаемся с Ником. Понедельник, поздний вечер. Клуб не работает. Только для своих.
– Здорова, парни, – пожимаем руки.
Сажусь. Откидываюсь на спинку кресла.
Майк, он же Майков Саня, друг, с которым мы делили горшок в детском саду, тянется к сигам.
– Чем планируешь заняться? – спрашивает Ник.
– Денег нужно поднять, – отвечаю. – Осталось понять как.
– А что, батя не дает? – усмехается он, прекрасно понимая, какие у меня отношения с отцом.
– К черту его, – отмахиваюсь. – Есть что дельное?
Ник пожимает плечами.
– Не знаю, что тебе предложить. Тут работы немного. Сам справляюсь. Да и тебе явно бабки серьезнее нужны, чем зэпэ менеджера.
– У бати уточню. Если ты, конечно, не против покопаться в тачках, – подает голос Майк.
– Покопаюсь, – киваю.
В технике разбираюсь. Помню время, когда перебирали с дедом его старую «Волгу». Было дело. А потом с байками зависал, когда стал старше.
– Дело бы тебе свое, – выдает Ник.
– На дело бабла надо, на подъем. Я на нуле, считай. С довольствия сняли. Мать на меня злая, отец не в восторге от моего появления. Был бы дед – дал бы дельный совет, – все же прикуриваю.
Ник с Майком переглядываются. Словно думают об одном и том же.
– Чо? – не понимаю я.
– Да есть мысль. Но ну ее на хер, – качает головой Ник.
– Давай, выкладывай, раз начал.
– Ну а что, там тоже можно срубить бабла. На первое время так точно хватит, – подхватывает Саня. – Есть один чел, он устраивает гонки.
– Стопэ… незаконно же, да? – понимаю, куда клонят парни.
– А когда законно, разве можно срубить такие деньги? – прищуривается Саня. – За городом. Там огромное поле. Грязь-мрязь, все дела. Питбайки. Совсем сопливые туда мечтают пролезть. Заезды редкие. Но тем больше ставки. Там тусят непростые дяди нашего округа. Так что место ценится. И попасть туда еще надо попробовать.
– Вот сейчас тормози. Мне бы без приключений, – усмехаюсь.
Но заинтересовало, да. Гонять я люблю. А если за это еще приплачивают – так вообще считай в шоколаде. Адреналина хапнуть.
– Ладно. Пойдем законным путем, – ржут парни. – Тогда в сервак. Завтра давай с тобой прокатимся до бати, – говорит Саня.
И я соглашаюсь.
После недолгой посиделки расходимся.
Катаясь по городу, присматриваю магазин электроники. Завтра утром хочу заглянуть. Нужно мне отдать долг одной строптивой барышне.
Еду к дому.
Оставив машину на парковке, иду к подъезду. Глубоко задумавшись об утренних делах, я не сразу слышу, как что-то пищит в кустах недалеко от подъезда.
Стою, прислушиваюсь и лезу искать источник звука на слух.
Стоит приблизить руку к грязному комку – тут же начинает шипеть.
– Эй, братишка, давай без драк, – говорю я, вытаскивая за шкирку грязный комок шерсти. Даже непонятно, какого цвета котенок. – Ну привет, блохастый, – прячу за пазуху. Почувствовав тепло, он перестает пищать, только чувствую дрожь маленького тельца.
Так и прихожу домой с ним. Раздевшись, несу в ванную. Мою под струей воды, изрядно получая когтями по рукам, распарывая кожу.
– Да твою же мать, не топлю же я тебя! – рычу на животину.
И тот замолкает.
Смыв грязь, можно понять, какого цвета живность. Рыжий. Пока еще не чистый, но уже и не такой грязный, как был. Понимаю, что надо будет прикупить шампунь специальный. Но это уже точно не сегодня. Поздно. Поэтому кутаю рыжего в полотенце и укладываю в кресло.
– Сиди тут, грейся. Сейчас придумаю, чем тебя накормить.
Котенок вытаскивает свою морду из полотенца, начинает себя вылизывать и не забывает за мной подглядывать.
Сунувшись в холодос, достаю сосиски.
– Мя-я-я-я! – с диким воплем слетает с кресла метеором и когтями впивается мне в ноги, тут же повиснув на штанине. Одна выпадает из рук.
– Да блять! – рычу от боли.
Кот тут же оставляет мою ногу в покое и, впившись зубами в свою добычу, с рычанием дикого зверя утаскивает ее под диван.
– Ну зашибись, – выдыхаю, понимая, что его не достать, пока сам не натрескается до отвала.
Глава 5
Варвара
На работу, как всегда, опаздываю. Нет, я брата люблю, но иногда мне хочется дать ему пинка для ускорения. Где у подростков кнопка послушания? Где?
– В следующий раз пойдёшь пешком, – говорю ему, когда он собирается выйти из машины.
– Я не слышу этот чёртов будильник, – фыркает недовольно.
– Я тебя бужу. А ты ленишься встать с постели вовремя, – осаживаю.
– Можно подумать, ты не была подростком…
– Не надо сваливать всё на возраст. Домой вовремя…
– И на связи, да помню я, – выходит из машины.
На работу приезжаю снова впритык. Ни в какие ворота уже. Не хватало только начальству попасться на глаза.
Вчера не удалось поговорить с Кречетовым. По возвращении домой я видела от него пропущенные. Но на мой звонок он не ответил. А утром не перезвонил. Да и я не стала навязываться. Отделалась лишь сообщением.
Беру сумку, кидаю в неё свой старый-новый телефон и закрываю машину.
Вбегаю на кафедру.
– Всем доброе утро, – здороваюсь с присутствующими.
Разгребаю бумаги, папки. Сегодня у меня плотное расписание. Бегу на первую пару.
После второй пары мы со Светланой идём в студенческую столовую.
Берём один поднос на двоих. Света берёт второе, а я ограничиваюсь чашкой чая и парой бутербродов.
– Ты чего? Не голодная? – удивляется моему выбору.
– Что-то нет аппетита, – отвечаю, замечая входящую в столовую группу студентов.
Третий курс. Шумные. Среди них замечаю Шумского. Он выделяется на фоне одногруппников. Светлая шевелюра как маячок.
Стоит только засмотреться, как ловлю его насмешливый взгляд.
Идём с коллегой к учительским столам.
Пока перекусываем, у меня оживает телефон.
Смотрю на экран. Сообщение от Игоря.
И: «Ты вчера меня кинула».
Я: «Я объяснила причину».
Повисает пауза в переписке, и я откладываю телефон в сторону. Поднимаю взгляд и снова ловлю на себе внимание Шумского.
– А кто это? Не помню такого мальчика, – замечает его и Светлана.
– Я тебе вчера говорила про новенького.
– А, понятно. Но я ничего не слышала от коллег, – пожимает плечами.
Снова оживает телефон:
И: «Поужинаем?»
Я: «Благодарю, но не сегодня. Хотя хотела поговорить с тобой».
И: «По работе?»
Вздыхаю. У этого человека только работа на первом месте. Хотя для меня это больше плюс, чем минус.
Я: «Нет. Но это не менее важно!»
И: «Все разговоры после командировки. Вернусь через неделю».
И я усмехаюсь. Что и требовалось доказать.
Ничего не отвечаю.
– Пойду, нужно подготовиться к следующей паре, – оставляю коллегу.
Рабочий день прошёл без проблем. И я даже успеваю расслабиться, понимая, что у меня есть неделя, чтобы подготовиться к разговору с Игорем. Но об этом я подумаю позже. А сейчас домой.
Мажу взглядом по часам. Собираюсь. Надеваю куртку. Пальто лежит в пакете на заднем сиденье, нужно сдать в химчистку. Что я и собираюсь сделать. Беру сумку и выхожу из кабинета, направляясь к лестнице.
Но не успеваю до неё дойти, как меня кто-то перехватывает за талию, зажав рот рукой, втягивает в неприметную дверь, погружая в темноту.
