— Привет, — склонив голову на бок, Андрей приветливо улыбается, – Я тут решил, что «как-нибудь» вполне может наступить и сегодня.
Поднимает руку, демонстрируя бутылку шампанского.
— Ты как узнал где я живу? – спрашиваю, пойманная врасплох.
— У нас есть одна общая знакомая, которая поделилась со мной адресом.
Ну да… Ира.
Я убью её.
— Так что, пустишь? – хитро щурится он, теперь уже взмахивая пакетом в другой руке. – Я не с пустыми руками. Подумал, раз уж праздновать, то как следует.
Смотрит на меня испытующим взглядом, подходя ближе так, чтобы не оставлять мне права выбора.
И хоть умом я понимаю, что пригласить его будет неправильно. Но с другой стороны – у меня настолько дурное настроение, что компания бы мне не помешала.
Поэтому вздохнув, я толкаю дверь, открывая её шире, и отхожу, давая ему возможность войти.
— Не прогонять же тебя уже, раз ты явился с таким арсеналом.
Глава 17. Полина
— А ты почти не изменилась.
Андрея я нахожу напротив нашей с Глебом свадебной фотографии, когда возвращаюсь из кухни в зал с тарелкой клубники в шоколаде. Он принес с собой как свежие, так и сублимированные ягоды, а также коробку шоколадных конфет.
— Ты всегда умел хорошо врать, — поставив её на стол, сажусь на диван.
Алиев оборачивается и застывает с усмешкой на губах. Кончиком языка пробегается по верхнему клыку, словно думает спорить с моим заявлением или не стоит. Но уверена, что не станет.
— Согласен, ошибся. Ты научилась кусаться. Но внешностью осталась всё такая же.
Я беру свой бокал со столика и делаю небольшой глоток вина, которое наливала для себя.
— В двадцать семь невозможно выглядеть также, как в восемнадцать, Андрей.
— Значит, ты ведьма. Потому что я вижу перед собой всё ту же девчонку, с которой мы когда-то закрылись в гараже Женьки, и ….
Я опускаю взгляд в бокал, чтобы не пересекаться с ним взглядом.
Потому что тот случай я тоже хорошо помню. Алиев взял ключи от гаража у своего друга, купил нам дешевого вина в тетрапаках, потому что на хорошее ни у него, ни у меня денег тогда не было, взял две плитки шоколада и устроил «романтическое свидание».
Во всяком случае, мне казалось это верхом романтики. Уже сам факт, что он сделал это для меня был каким-то волшебным. Это сейчас я понимаю, что ничего волшебного в том, чтобы заняться сексом в чужом гараже не было, но тогда моя влюбленность окрашивала всё в розовый, и я готова была на что угодно, лишь бы проводить как можно больше времени с ним вдвоем.
— Да уж… мама меня чуть не убила, когда я вернулась в шесть утра, — улыбаюсь, вспоминая какую взбучку она мне устроила.
Андрей с тихим смехом подходит к дивану и садится рядом. Отпивает из своего бокала принесенное им же шампанское.
— Она у тебя терминатор. Интересно, хоть один твой парень прошел у неё фейс-контроль?
— Да. Глеб…
Удивительно, но к нему она прониклась теплом с первого же знакомства. То ли потому что он был старше и внушал больше доверия, чем Андрей. То ли ему удалось расположить её к себе, но с ним она отпускала меня легко и хоть на всю ночь, в то время как с Алиевым допытывалась каждый раз куда мы идем и, если выдавалась возможность, даже старалась придумать мне задание, лишь бы я меньше проводила с ним времени.
Андрей присвистывает.
— Прям идеал какой-то, — выдаёт слегка сардонично, — не жалеешь, что вышла замуж до окончания университета?
— Нет, — покачивая жидкость в бокале, наблюдаю за тем, как она касается стенок и опускается вниз.
— Счастливая, значит?
— Вполне.
— И сейчас тоже?
Этот вопрос задевает за живое. Моя рука застывает, я поднимаю на него взгляд.
— Да, — отвечаю так, потому что иначе не могу.
Сощурив глаза, Андрей пристально смотрит на меня, будто пытается уличить во лжи. Долго, внимательно. А я не лгу. Несмотря на то, что в последнее время между мной с Глебом всё чаще происходят недомолвки, сказать, что я не счастлива у меня не повернулся бы язык.
— Счастливчик этот засранец, — криво улыбается Алиев, не разрывая зрительного контакта, — быстро понял, что тебя надо замуж брать, чтобы никуда не делась. Не то, что я в свое время.
Очередной намек заставляет всё внутри выставить иголки.
— Ты зачем это мне сейчас говоришь?
Что за манера? И главное – к чему? Чувствую, как внутри всё накаляется, когда он вдруг внезапно спрашивает:
— Ты оплатила взнос, Поль?
Повисшая проблема как-то махом возвращает к насущному.
Я вздыхаю и отрицательно мотаю головой.
— Нет. Я как раз собиралась заняться вопросом поиска денег, когда ты пришел.
— Поиска денег?
— Да. У меня сейчас… — подыскиваю правильные слова, потому что озвучивать вот так перед кем-то собственные проблемы отнюдь не приятно. — временные трудности, скажем так, со средствами, поэтому я пока думаю где взять оставшуюся сумму.
Андрей поворачивается туловищем ко мне, закинув колено на диван.
— Полин, на «думаю» у тебя времени нет. Банковские операции часто зависают. И если что-то пойдет не так, ты останешься без стенда.
— И что ты мне предлагаешь? Нарисовать их на своем счету и отправить? – со звоном ставлю бокал на столик.
Хорошо, что я все же не заняла ни у кого из подруг. Ощущение собственной ничтожности просто кошмарное.
— Если б так можно было, мир был бы идеален, — хмыкает Алиев, а потом кивает в сторону моего открытого ноутбука, — давай реквизиты, я заплачу.
— Да конечно, — фыркаю, откидывая волосы назад.
На коже выступила испарина от того, настолько дискомфортно от собственного безвыходного положения.
— Давай ты покорчишь из себя гордую потом. А сейчас дай реквизиты, потому что, если проебёшь подходящий момент, сама же себе локти сгрызешь.
Я раздумываю несколько секунд. На чаше весов туда-сюда качаются моя гордость и давнее желание пробиться дальше, чем выставка фотографий моих работ в соцсетях.
Пока застываю в раздумьях, перебирая пальцами собственные волосы на затылке, Алиев легко дергает меня за один из локонов.
— Время – деньги, Навроцкая.
— Топольникова… — поправляю, все же решаясь принять его помощь. – Ладно, я отдам, как только найду нужную сумму, — тянусь к ноутбуку, чувствуя, как волосы натягиваются в пальцах Андрея.
Он намеренно держит их, и с наглой улыбкой отпускает, едва я направляю на него укоризненный взгляд.
Дождавшись, пока он оплатит, чувствую, что эта проблема наконец, меня отпускает. Если бы я не нашла деньги, я действительно не простила бы себе этого. Потерять шанс, который был уже в руках – хуже нет.
— Ну всё, ты официально участница арт-фестиваля! – торжественно захлопнув крышку ноутбука, Алиев берет свой бокал и ударяется им о мой, который я почти допила.
Хорошее настроение возвращается моментально. По крови снова курсирует предчувствие чего-то нового. Того, где я не просто художница в своей небольшой мастерской, а автор, чьи картины знают и оценивают по достоинству.
И это благодаря Андрею.
— Спасибо тебе, — чувствую, что снова могу улыбаться, когда мы встречаемся взглядами. – Я всё верну.
— Ага, — ухмыляется он, скользя глазами по моему лицу. – Не торопись. Я никуда не спешу.
Собравшиеся лучики морщин вокруг его глаз напоминают мне о том, как я могла часами смотреть на него. Кажется, первое, во что я влюбилась – была именно его улыбка. Не знаю, чем она меня так зацепила, но оторваться от неё я не могла.
Чувствую, что и сейчас происходит тоже самое. Разглядываю когда-то любимое лицо, с годами ставшее более мужественным. Родинки на скулах, которые оказывается, тоже прекрасно помню. Новые мимические морщинки.
Взгляд спотыкается на глазах, прямо направленных на меня, и сердце среагировав, странно сжимается.
Чёрт…
Быстро отвожу свои, большим глотком допив вино.
— Хочешь, проведу тебе экскурсию по моей мастерской? – предлагаю, вставая и не давая ему возможности отказаться.
— Ты еще спрашиваешь! – тут же подхватывает с энтузиазмом Алиев. – Веди!
Мы проходим по квартире и входим в обитель моего творчества.
— Здесь не слишком-то убрано, — нажимаю на выключатель, отходя в сторону и пропуская Андрея вперед.
Он входит, не спеша, и присвистывает.
— Да тут на целую галерею хватит, — оглядывается, вероятно, решая к какой из картин подойти первой.
В итоге останавливается на одной из старых работ и рассматривает её внимательнее. Проводит подушечкой пальца по полотну, сначала приблизившись, потом отступив на шаг и оценивая композицию полностью.
— Полька, ты пиздец талантливая, — качает головой, медленно продвигаясь по кабинету дальше.
В груди растекается тепло от его реакции.
Я, сложив руки, и сама с благоговением оглядываю «мой храм». Здесь я чувствую себя счастливой. Ценной. Завершенной, что ли.
— Ты же видел некоторые из них в интернете.
— Некоторые. А у тебя, оказывается, целый кладязь, — оборачивается он, и я читаю в мужском лице искреннее недоумение, — Слушай, ну если тебе отказывали галеристы, то они либо слепцы либо абсолютно не секут в искусстве. Не зря Левицкий зацепился. Здесь можно всё выставлять, каждая просто охуенная.
Меня буквально затапливает гордость. Он даже не представляет насколько сейчас мне нужно было услышать эти слова…
А слышать их именно от него вдвойне приятно. Помню, когда я узнала о его измене, мне казалось, что я жалкая и ничего не стоящая, раз ничем не смогла его зацепить. Ни собой, ни своим талантом.
Поэтому, когда сейчас его слова пропитаны искренностью, а лицо выражает настоящий восторг, та восемнадцатилетняя девчонка внутри меня будто отряхивается от пыли прошлого и встаёт с коленей, на которые встала, когда простила его.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/book/ella-aleksandrovna-savickaya/ia-tebe-ne-veriu-74449559/?lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
