Я тебе не верю
Элла Савицкая
«Ты приедешь сегодня?»
«Я ужин приготовила»
«Очень тебя жду»
С силой стиснув корпус мобильного, бегу глазами по тексту.
Короткие сообщения - привычная манера Полины в переписке.
Собираюсь оставить их без ответа и заблокировать телефон, как она начинает звонить.
- Жена? – зацепившись взглядом за экран, Кристина дерзко пробегается пальцем по пуговицам на моей рубашке. – Не ответишь? Соскучилась, наверное.
В кровь выбрасывается яд. Потребность стереть ехидное выражение с её лица накрывает мгновенно. Я резко разворачиваю её спиной к себе и впечатываю в комод.
- Заткнись! – хриплю, яростно задирая короткую юбку, - Не смей обсуждать мою жену. Усекла?
Элла Савицкая
Я тебе не верю
Пролог. Глеб
Чужой запах. Вкус. Тело.
Приторно сладкий аромат окутывает легкие, как ядрёная смесь, но мне плевать.
Сейчас я хочу только одного – скорее оказаться внутри, потому что напряжение, курсирующее по моему телу, граничит с болезненным.
Кристина, или как там её зовут, отрывается от меня и часто дыша, маняще прикусывает нижнюю губу. Со знанием дела оттопыривает задницу, медленно опускаясь на колени.
Я опираюсь обеими руками на стену, глядя на то, как она развязно щелкает пряжкой моего ремня, тянет вниз ширинку, и выпускает наружу невыносимо пульсирующий член.
Воздух с шипением рвется сквозь мои плотно сжатые зубы, по телу проносится острая судорога.
Я прикрываю глаза, откидывая назад голову и как только чувствую на себе влажность горячего рта, с ходу толкаюсь вперед.
По коже проходит вибрация от женского стона, который по всем правилам должен распалить меня сильнее, но вместо этого действует раздражающе.
Я машинально кладу руку на светловолосый затылок, чтобы заглушить звуки, и задав ритм, быстро трахаю её рот.
Вот только заглушить не получается. Блондинка стонет еще громче, как будто кончит сейчас только от того, что я делаю. Издаёт причмокивающие звуки, царапает мои брюки.
— Тихо, — рявкаю я, как раз тогда, когда в кармане брюк пиликает телефон.
Одно сообщение, второе, третье.
Блядь.
Убрав руку с ее затылка, достаю мобильный и разблокирую.
«Глеб»
«Ты приедешь сегодня?»
«Я ужин приготовила. Очень тебя жду»
Пальцы крепче впиваются в корпус, напряжение обретает другие оттенки.
Манера Полины – писать всё, что она хочет сказать не одним сообщением, а несколькими.
Заблокировав экран, швыряю телефон на рядом стоящий комод.
— Жена? – блондинка многозначительно облизывает губы, глядя на меня снизу на всё готовым взглядом.
Не разрывая зрительного контакта, шагает указательным и средним пальцами вверх по моим штанам, перешагивает ремень, царапая теперь уже кожу.
Округлая грудь призывно вываливается из декольте, помада размазалась вокруг губ после минета.
И хоть яркими природными данными она не обделена, но всем своим видом вызывает внутри только одно желание – драть её.
Перехватив тонкое запястье, дергаю девку вверх и разворачиваю к себе спиной. Толкаю к комоду. Надавив на спину, наклоняю над ним.
С ходу включившись, она тут же задирает платье, пока я достаю из кармана презерватив и надеваю его на вздыбленный член.
Первый рывок внутрь совпадает с взорвавшейся трелью входящего звонка.
Изо всех сил стискиваю челюсти.
По телу несется обжигающая дрожь. Мой затуманенный взгляд переплывает на экран.
«Любимая» создаёт аккомпанемент шлепкам бедер о задницу блондинки.
Вцепившись пальцами в тонкую талию, я яростно насаживаю её на себя, полностью отключив мысли и удерживая себя в этом вакууме. Насильно. На цепи.
Не думать, блядь. Не отпускать.
— Бедняжка, потеряла тебя, — в мой вакуум просачивается хриплый от стонов голос. – Может, ответишь, а то волнуется…
Слышу яд в голосе, от которого чернота внутри заполняет каждую клетку.
Вжимаю руку в блондинистый затылок и яростно прижимаю её щекой к поверхности комода.
— Заткнись! — усиливая движения внутри нее, врываюсь с такой силой, что она вздрагивает на каждом толчке и царапает ногтями стену спереди. – Не смей обсуждать мою жену. Усекла?
Промычав что-то на подобии согласия, блондинка затыкается, издавая только нечленораздельные звуки.
Мой телефон, наконец, тоже затыкается.
Я возвращаюсь в свой вакуум. Туда, где тело наполняется долгожданной отключкой и необходимой эйфорией. Копит её. Усиливает. По пояснице проносится одна судорога, вторая.
Блондинка уже не просто стонет, а орёт. Но я не слышу ни звука. Под её пульсирующие сокращения, финалю, пропуская через себя разряды электричества. Оно жжется, бьёт током, на миг выбивая из головы всё, что можно.
Жаль, что только на миг.
Потому что реальность возвращается почти сразу.
Тяжелая, неподъемная. Она смотрит на меня своими черными глазами откуда-то изнутри и издевательски скалится.
Из номера я выхожу через минуту. Бью по кнопке лифта, а когда он приезжает, захожу внутрь.
Телефон снова издаёт звук входящего сообщения.
«Так мне ждать тебя?» — плывет, как отрава, на экране.
Откинувшись головой на стену, отправляю:
«Да».
Глава 1. Полина
Месяц назад
Я сижу на краю стула и стараюсь не сжимать пальцы слишком сильно.
— Как давно вы пишете? — спрашивает куратор, не поднимая глаз.
— Давно, — отвечаю прямо, — Но… раньше это было скорее для себя. Я училась в университете, потом появился сын. Пришлось уйти в декрет, и живопись на какое-то время отошла на второй план.
Борис Евгеньевич неспешно перелистывает снимки моего портфолио, иногда переворачивая планшет горизонтально, чтобы лучше рассмотреть работы.
— А сейчас?
— Примерно год назад я вернулась к работе. Сын подрос, появилось больше времени.
— Я вижу, вы работаете в фигуративной живописи. Мягкий свет, довольно свободный мазок… и, конечно, масло.
— Да. Я пишу маслом.
Кивнув, перелистывает дальше.
— Я принесла Вам одну свою работу для примера. Если вдруг …
Тянусь к сумке у ног, чтобы продемонстрировать свою последнюю картину, но Борис Евгеньевич меня перебивает.
— Спасибо, — Его ладонь едва заметно поднимается в останавливающем меня жесте. — Пока не нужно. Портфолио вполне достаточно.
Моя рука так и застывает над молнией сумки.
Понятно…
Это наша первая и последняя встреча.
Отказ всегда начинается именно так — с отсутствия желания посмотреть на работу в живую.
Разочарование уже привычной волной окатывает грудную клетку, но вида я не подаю.
Все еще внутренне надеясь на то, что ошибаюсь, просто жду, когда куратор не долистав до конца, подвинет ко мне планшет уверенным жестом.
— Что ж, Полина, у вас есть чувство цвета, — говорит он вежливо. — И довольно уверенная работа с фактурой. Это видно. Но сейчас ваши серии выглядят разрозненно. Вы принесли «Цветы» и «Морской цикл». Технически — это крепко. Но концептуально… это вчерашний день. Галерея сейчас ищет свежий взгляд, а не просто качественную фигуративную живопись, которой завален рынок. Понимаете?
