– Ага. И полевой комплекс периметра. Его погрузили?
– Еще вчера. Мы же знали, что буря стихает и подготовились.
– Лады. Оплату скинул.
– Угу, вижу. Контракт завизируй.
– Подписал.
– Тебе в седьмой ангар. Андрюха приедет – скажу, где искать. Кто еще должен подтянуться?
– Настя.
– А ну да, вы же с ночевкой, по сумеркам. Весело будет…
– Не нагнетай. Может и обойдется, – Антон дружески хлопнул его по плечу и пошел забирать свой вездеход из бокса, где тот за время пылевой бури проходил очередной ремонт.
Вокруг тем временем закипала обычная жизнь. Ревели двигатели, бряцал металл, переговаривались люди. Группы старателей выходили на промысел, а путешественники, задержавшиеся на базе РТВ из-за непогоды, спешили наверстать упущенное. Кроме обычной для этих краев техники часто встречался гужевой транспорт. Антону навстречу попались великаны-мурглы, тащившие тюки с грузами.
Он кивал знакомым, но старался нигде не задерживаться. Дел по горло. Поговорить можно потом, после вылазки.
– Антош, привет! – Настя заметила его издалека, помахала рукой. Он придержал шаг, приветливо приобнял ее. Девушка заметно зарделась. Жизнь в Первом мире трудна, полна невзгод, но молодость всегда берет свое.
– Куда сегодня? – спросила она.
– В предгорья. Андрюха скажет точнее, я особо не вникал.
– По сумеркам задержимся? – девушка выглядела собранной. Ни тени робости, лишь несвойственная возрасту решимость читалась в ее облике.
– Да, без вариантов, – кивнул Антон.
– Еще прикрытие будет? – уточнила она.
– Самим придется справляться. Втроем.
Настя не удивилась, лишь попросила:
– Ты Андрею скажи, чтобы не лез ко мне с поучениями, ладно? А то поцапаемся как в прошлый раз. У меня это будет последний рейд, не хотелось бы портить настроение по пустякам.
– Скажу, – Антон вошел в бокс и дистанционно снял блокировку. Старая, но еще крепкая планетарная машина тотчас заурчала двигателем. Открылся грузовой отсек, оттуда выдвинулась аппарель. Арендованная самодвижущаяся сота с техническими сервами вползла внутрь.
– Устраивайся пока. Отправимся минут через тридцать, не раньше, – он принялся тестировать подсистемы.
– Могу помочь, чем просто так сидеть, – Настя устроилась на своем обычном месте.
– Угу, будет здорово. Проверь дронов и подними их сетку.
Через несколько минут скрипнула металлическая дверь и в боксе появился Андрей. Холодно взглянув на Настю, он сдержанно поздоровался. Отношения у них складывались сложно. Причину Антон не выяснял. Не его дело.
Снаружи прорвалась ощутимая, ритмичная вибрация, – это подтянулся «краб». Внушительных размеров механизм передвигался на шести конечностях. Автономный комплекс, предназначенный для полевого ремонта, был надежен, как и большинство боевых машин, порожденных эпохой Галактических войн.
– Хорошо, – Антон уже прогнал тест подсистем вездехода и остался доволен. – Андрюха, контролируешь «краба». Скинь мне навигацию. Настя на тебе дроны. Всю информацию в сеть группы, – он привычно подключился к слою дополненной реальности, и мир вокруг изменился: большинство материальных преград утратили актуальность, а очертания предметов и механизмов расцвели сигнатурами.
* * *
Двигались медленно, со скоростью «Краба». Полевой ремонтный комплекс обладал повышенной проходимостью на разных типах рельефа, но за все приходилось платить, – другие ходовые характеристики планетарной машины серьезно пострадали в угоду мощности и надежности.
Передовое и фланговое охранение несли дроны. За периметром базы РТВ сразу же начались пустоши, постепенно переходящие в предгорья. Повсюду, куда ни глянь, высились руины древних построек, – выветренные, утратившие первоначальные очертания, неимоверно старые. Большинство зданий выглядели как огарки, вздымающиеся на три-четыре этажа из груд скопившегося у их оснований строительного мусора. Век за веком логрианский мегаполис ветшал, постепенно разрушаясь, и лишь дороги, собранные из гексагонов, выглядели незыблемо и технологично. Они подстраивались под постепенно меняющийся рельеф, сохраняя функциональность несмотря ни на что.
Первые десять-пятнадцать километров прошли в напряженной тишине, нарушаемой лишь редкими сигналами датчиков. После многодневной пылевой бури опасность могла подстерегать на каждом шагу, и кажущаяся близость крупного человеческого поселения тут роли не играла. Существа других цивилизаций, застигнутые катаклизмом, искали приют там, где их застала непогода. Нарваться на крупный отряд, караван или рейд – проще простого. После бури все на нервах. Особенно те, кто понес потери и претерпел серьезные лишения.
Настя цепко держала в фокусе внимания сеть дронов. Данные от аппаратов разведки поступали в ее расширитель сознания, проходили там первичную обработку и лишь затем результат анализа поступал в канал группы, – Антон и Андрей видели уже идентифицированные сигнатуры, получая возможность принимать мгновенные решения.
Однако, вопреки напряженному ожиданию первых минут, дорога оставалась спокойной и пустынной. Лишь изредка среди логрианских руин мелькали тени каких-то существ, но они прятались в глубинах зданий, не спеша выходить на свет. Значит уже знакомы с человеческой техникой. В лучшем случае от них стоит ждать терпеливого сопровождения, – мелкие падальщики всегда следуют за крупной дичью в слабой надежде «а вдруг сдохнет»?
Антон невольно усмехнулся промелькнувшим мыслям, еще раз пробежал мысленным взором по полусфере сканирования и спросил, обращаясь к Насте:
– Ты сказала «последний рейд». А куда собралась, если не секрет?
– Работа. У чужих. В западной части равнины порталов.
– Хорошо платят? – заинтересовался Андрей. – Я вот с чужими напрямую работать не готов. Даже за большие деньги.
– Ну, во-первых, я не тиберианка, чтобы всех огульно ненавидеть. А во-вторых, да, платят более чем хорошо. Есть давняя мечта. Они обещали ее исполнить.
– О чем же ты мечтаешь? – заинтересовался Андрей.
Настя промедлила с ответом, делая вид, что полностью поглощена контролем сети беспилотников, но потом все же сказала:
– Мне обещали вживить адаптер для логров.
Новость, кстати, шокирующая.
– Ты… хорошо подумала? – в словах Андрея прозвучало неподдельное беспокойство.
Губы девушки тронула легкая нервная улыбка.
– Андрюша, а какое тебе дело до моих проблем?
– Ты хоть понимаешь, как сильно рискуешь… – в свою очередь попытался урезонить ее Антон, но она не дала закончить фразу, оборвав на полуслове:
– Рискую чем?! – щеки Насти вдруг залил лихорадочный румянец. – Что же мне терять? Косые взгляды «нормальных людей»? Ненавистную работу на грани сумасшествия? Не лезь, Антош! Тут каждый решает за себя!
– Насть, но ты ведь знаешь, – все, кто вживлял адаптеры плохо закончили!
– Ну и что? А общаться с посмертиями, по-твоему, безопасно? Я уж точно о таком не просила и не мечтала! Но все говорят: «это твоя природа», а сами косятся вслед. Хочу иметь выбор. И логры – не худший вариант.
– Вариант не худший, но нет проверенных способов их адаптации! – запальчиво заметил Андрей. В его взгляде читалась искренняя обеспокоенность.
Ребята замолчали. Они старались вести себя, как взрослые, полагая, что давно возмужали, стали самостоятельными, но под напускной рассудительностью кипела юность.
– Разберусь сама. Не переживай. А способы на самом деле есть. Просто разведчики из тиберианцев о них не говорят, ведь технологией владеют чужие!
Так они жили. Смертельно рискуя и особо не задумываясь о завтрашнем дне.
Их внезапный спор оборвал сигнал, полученный от дронов.
Настя быстро проанализировала данные и вывела результат: руины логрианского города рассекало глубокое ущелье, не отмеченное ни на одной карте.
– Зашибись… – Антон сбросил скорость.
– След от вертикали? – тут же по совокупным признакам предположил Андрей.
– Похоже… Ведет в нужном направлении.
– Дроны прошли без проблем, – Настя напряженно мониторила ситуацию, но в окрестностях все выглядело спокойным.
Ни для кого не секрет, что по поверхности Первого мира постоянно блуждают «вертикали» – энергетические линии гиперкосмоса. Как правило, они не причиняют вреда планетарной коре, кроме случаев катастрофического сбоя. Такие прецеденты случались, хотя и редко. Неожиданные всплески космогонических сил иногда оставляли заметные шрамы, испаряя огромные объемы вещества и даже принося частицы других миров.
– Ребят, а что мы на самом деле ищем? – спросила Настя.
Вопрос в свете новых обстоятельств более чем уместный.
– Сканирование показало потерпевший крушение «Х-страйкер», – не вдаваясь в детали, ответил Андрей.
– Сорвался на вертикаль?
– Похоже на то. Руины-то вдоль и поперек изученные. До бури в них не было ничего интересного. Антон, как поступим?
Парень задумался.
До цели еще семьдесят километров. Полтора-два часа со скоростью «Краба». По шраму в планетарной коре продвигаться удобнее, но и риски существенно возрастают. Если вертикаль нестабильна, то может случится еще одна катастрофа.
Он вызвал обновленную карту местности, которую Настя дополнила информацией с дронов.
Обходных путей, по сути, нет. Ущелье довольно глубокое, склоны отвесные, с явными следами плавления. За чертой древнего мегаполиса оно рассекало предгорья. Маркеры «Х-страйкеров» сканировались в границах непонятного кратера.
– Сначала разведка. Как быть дальше – решим по факту.
* * *
Вперед устремились дроны. Крошечные аппараты разведки, защищенные по стандартам Конфедерации Солнц, в условиях Первого мира были крайне полезными, но очень дорогими устройствами.
– Насть, подстрахуешь?
Девушка молча кивнула. Она вполне поняла, чего хочет Антон. Терять МАРЗы[3 - МаРЗ – малый разведывательный зонд.] глупо, когда есть альтернатива.
– Андрей, возьми контроль.
– Ага. Принял.
Она по привычке прикрыла глаза. Благодаря сети зондов прилегающие к расселине руины сканировались четко. Среди древних стен быстро нашлось несколько нейроматриц.
Существа, погибшие во время недавнего катаклизма, вполне подходили для текущей задачи. Настя зябко поежилась, хотя в отсеке планетарной машины было тепло.
Она сосредоточилась. Гнорхи. Предразумная форма. Живут небольшими стаями. Сообразительные животные, похожие на собак. Их энергетические матрицы читались в виде бледных пятен, сохранивших общие очертания тел, а прикосновение к разуму обдало жаром примитивных мыслей и эмоций. Гнорхи пребывали в замешательстве, не понимая, что с ними случилось, помня лишь последние мгновенья перед гибелью. Но девушку интересовало совсем другое. Насколько они сохранили сенсорику?
Губы Насти побелели, лицо моментально осунулось, а черты обострились.
– Есть… – блекло прошептала она. – Смотрю их глазами. Отзывай дроны, пусть работают с безопасного расстояния, как ретрансляторы.
В слое дополненной реальности пошла развертка данных. Зрение у гнорхов вполне обычное, схожее со многими млекопитающими. Ребята отлично знали, что эволюция на разных планетах до определенного момента идет схожими путями. Проще говоря, выходцы из «кислородных» миров имеют общие черты строения, что позволяет их классифицировать, несмотря на происхождение.
Впрочем, сейчас никто из них не задумался над нюансами развития жизни во Вселенной. Использовать сущности намного дешевле, чем рисковать дорогими дронами. А что до цены, которую приходится платить Насте, – так это ее работа, если не сказать – удел. В свете сказанного совершенно неудивительно желание девушки уйти от своего генетического наследия, избрав другой жизненный путь.
Тем временем МаРЗы поднялись выше и распределились по флангам, а непосредственную разведку маршрута теперь вела стая энергетических сущностей. Их фантомы быстро продвигались вперед, привычно обходя препятствия, хотя в такой форме они могли бы игнорировать стены руин. Если кто-то из гнорхов сумеет продержаться достаточно долго, например несколько месяцев, то у них начнут вырабатываться новые рефлексы, но пока что они вели себя как обычные животные. Настя уняла сумятицу их мыслей, направив устремления в нужное ей русло.
Данные, обработанные ее рассудком, позволяли ребятам контролировать окружающую обстановку.
Ущелье, которым сейчас двигались гнорхи, выглядело более чем странным. Оно было ровным, как след исполинской фрезы.
«Краб пройдет без проблем» – Антон делал мысленные пометки, отмечал ориентиры и анализировал сигнатуры. Существа, перешедшие на иной план бытия, получили способность воспринимать окружающие энергии, – они видели намного дальше, чем позволяет обычное зрение.
Километров через десять снова начались руины, словно вертикаль, прорубившая оплавленный шрам в планетарной коре, на несколько секунд «выключилась». Явление незаурядное.
– Андрей, подтверди.
Тот кивнул, подключая к анализу свой «Синапс». Имплантированные расширители сознания были у каждого из них, но имели разную специализацию. У Антона – армейский, у Насти с мнемоническим уклоном, а у Андрея – аналитический. Нагрузки на рассудок в эти минуты хватало каждому. Учитывая дефицит кибернетических систем, ребятам частенько приходилось задействовать ресурсы собственных организмов для рутинных операций.
– Прогноз, мягко говоря, стремный. Вертикаль как будто бы «пульсировала», – спустя некоторое время произнес Андрей. – Не могу в точности рассчитать периодичность и потенциальный риск ее повторного прохождения. След рваный, прерывистый. Пульсация была крайне неравномерной.
– Варианты? – Антон обдумывал ситуацию, но не находил безопасных путей ее решения.
– Прошло трое суток, судя по остаточным признакам. Думаю, вертикаль вернулась к обычным свойствам.
– Но гарантий нет?
– Никаких, – подтвердил Андрей.
– Насть, что твои подопечные?
– Пока ведут себя относительно спокойно. Насколько это вообще возможно. Опасности не чувствуют.
– Вот как мы поступим, – Антон принял единоличное решение, потому что в вылазках иначе нельзя. Командовать должен кто-то один: – Сделаем крюк по сохранившимся руинам. Да потеряем много времени, но жизнь дороже.
– А как потом спустим «краба» в ущелье? – спросил Андрей. – У него нет антиграва.
