Пацаны переступают порог моей квартиры и громко присвистывают.
— Ты как Тони Старк? — спрашивает Рома.
— Не, он Бэтмен, — не соглашается с братом Дёма. — Где-то должна быть тайная комната с оружием.
— Найдём?
Братья переглядываются и уже готовы сорваться с места, начать обыскивать каждый угол квартиры. Но я успеваю поймать их за шкирку.
— Эй! — Рома тут в воздухе начинает махать кулаками, но до меня дотянуться не получается.
— Квартиру на тайники не обыскиваем. Не дерёмся. Идём мыть руки, затем экскурсия по дому и разбор вещей. Всё ясно или вопросы?
— Ясно, — хором отвечают мальчишки.
Я им показываю, где находится ванная, а затем, как и обещал, устраиваю экскурсию по дому. Дальше мы разбираем вещи и играем в настольную игру, которую забыли у меня Дися и Женя, когда приезжали в гости. Кажется даже, что я справляюсь с ними. Только это было до момента, пока не прозвучали самые страшные слова: “пора спать”.
Демьяна и Рому будто подменили. В квартире начался самый настоящий хаос. Пацаны носились по всему дома.
Ромка прыгал с дивана на кресло и обратно. Дёмка просто изображает самолёт и носится вокруг.
Мама сидит в кресле, быстро стучит спицами и хитро поглядывает на меня. На мой беспомощный взгляд пожимает плечами:
— Ты же сам решил их к себе привести, так что дерзай.
— Думал, проще будет. В детстве Жеке и Косте тумаков отвесил, и они успокоились, а с этими же такое не прокатит.
— Вадь, — мама отвлеклась от вязания, смотрит мне в глаза, — ты бизнесмен, умеешь договариваться. Дерзай, сын.
Мама снова начинает активно стучать спицами, что-то тихо себе под нос напевая.
Тяжело вздыхаю.
Ладно.
Права мама. Бизнесмен я или кто?
— Стоять! — громко рявкаю, призывая пацанов к вниманию.
Рома застывает в позе супергероя на подлокотнике кресла, готовый прыгнуть на диван. Дёма останавливается рядом с выходом из комнаты, так и раскинув руки в стороны, как самолёт.
Так. Вроде хорошо. Внимание парней привлёк.
Осталось дело за малым: договориться.
Но рано я выдохнул.
Ромка всё-таки совершает прыжок на диван, хватает декоративную подушку и кидает в брата. И затишье, что длилось целых три секунды, превращается в новый бой. Подушками.
Мама тихо хмыкает, а я тяжело вздыхаю. Могла бы и помочь!
Так, Вадька, спокойно. Ты в детстве с Костиком и Женей справлялся? Справлялся! А хуже твоих братьев никого не может быть. Вспомни, как они случайно сеновал у троюродной тётки в деревне подожгли, а влетело тебе. За то, что не уследил.
С этими двумя тем более справиться должен!
Значит, пора предпринять попытку номер два.
— Ром, Дём, тайм-аут! — я выставляю вперёд ладони, делаю шаг к дивану и перехватываю подушку, которую Рома уже занёс для решающего удара. — Бой подушками объявляю ничьей. Оба молодцы, оба герои. А теперь стратегическое совещание.
Дёмка всё-таки кидает в брата подушку, но я успеваю её поймать. Запускаю подушку куда-то в сторону, подальше, чтоб у некоторых соблазна не было устроить новый раунд.
— Садитесь, — киваю на диван. И добавляю твёрже: — Это не обсуждается.
Пацаны переглядываются. Садятся. Неохотно, с инерцией неостывшего боя, но садятся. Рома плюхается. Руки складывает на груди и с вызовом смотрит на меня. Дёма садится аккуратно с другой стороны дивана, мажет по мне ленивым взглядом и начинает комнату осматривать.
Надо спешить, пока в этой маленькой голове новый план по созданию хаоса не возник!
Я придвигаю журнальный столик, сажусь напротив. Мама за спиной мерно постукивает спицами. Ритм не сбился, но я чувствую её улыбку.
— Значит, так, — начинаю ровно, как на переговорах с особо упрямыми партнёрами. — У нас проблема. Мне нужно, чтобы вы легли спать. Вам, как я понимаю, нужно, наоборот, не спать, а прыгать до утра. Ищем решение.
— Мы не устали, — тут же вклинивается Дёма. — Вообще!
— Я вижу, — киваю. — Просто так лечь и закрыть глаза — вариант для слабаков. А вы не такие. Поэтому предлагаю сделку.
Рома прищуривается, ищет подвох?
— Ещё час назад, согласно плану главнокомандующей, вашей матери, вы должны были быть в кровати и видеть десятый сон. Но мы немного выбились из плана. Об этом рассказывать ей не будет. Маме волноваться сейчас никак нельзя!
На удивление парни быстро кивают головой, и я понимаю, что двигаюсь в верном пути.
— Только если вы не ляжете спать сейчас, то утром будете не выспавшимися, и мама сразу обо всём догадается. Расстроится. Но мы не хотим этого, так?
— Да, — синхронно бубнят под нос.
— Тогда идём спать. Во сне ваша батарейка подзарядится, а завтра с самого утра с новыми силами поедем к маме и поделимся с ней своей энергией. Ну как, согласны?
Мальчики переглядываются, кивают.
Без лишних слов спрыгивают с дивана и идут в гостевую комнату, которую выделил для них. Рома и Демьян переодеваются в пижамы. У одного ярко-синяя с красным трактором на груди. У второго белая с черными динозавриками.
Это только на первым взгляд они похожи, но на деле парни очень разные. Ромка активный, боевой, сначала делает, потом уже думает.
Демьян же, наоборот, более рассудительный. Хотя энергии в нём не меньше, как и смелости.
Стоит пацан лечь в кровати, а мне их укрыть одеялом, как они тут же вырубаются.
А сопротивлялись-то как!
Оставляю гореть одно бра над кроватью.
Дверь не закрываю.
Захожу в гостиную, по пути поднимаю декоративные подушки, что валялись в разных углах.
Устало падаю на диван. Оказывается, в тысячу раз легче управлять огромным холдингом, чем двумя шестилетками.
— Ты неплохо справился, — продолжая стучать спицами, произносит мама, на её губах гуляет мягкая улыбка. — Дальше будет проще.
— Ма, я же сказал: они временно у меня, пока их мать в больнице.
— Угу-угу, — кивает мама головой, — именно поэтому в твоём кабинете на рабочем столе появилась первая фоторамка. Вадь, вы хоть и взрослые, но мамой я не перестала быть. И изменения в вас замечаю сразу, даже если вы продолжаете себя обманывать.
Глава 9
— Мама! Мама!
Рома и Демьян врываются в палату и бегом к кровати, готовые запрыгнуть, но я их вовремя ловлю.
— Аккуратно, парни, на маму не прыгаем.
Пацаны слушаются. Притормаживают. И уже более аккуратно подходят к матери, целуют по очереди. В этот раз Валентина лежит, а из руки тянется трубка с капельницей. Бледная, хрупкая, с кругами под глазами и потрескавшимися от сухости губами.
— Как вы? — улыбается мальчишкам, а потом смотрит на меня.
В её глазах тревога сплетается с облегчением.
— Мы были послушные! Да, дядя Вадим? — заверяет Рома.
Хмыкаю, вспоминая бой перед сном, а потом и сегодняшнее утро. Отправить их чистить зубы — ещё та миссия невыполнима.
Валя улыбается, глаза загораются.
— И даже спать сразу пошли? И зубы без уговоров чистили?
— А мы сделку с дядей Вадимом заключили, как серьёзные люди.
Валентина поднимает на меня возмущённый взгляд, я тут же поднимаю руки вверх капитулируя:
— Я никого не подкупал, — и, не долго думая, чтобы избежать неудобных вопросов, решаю сбежать: — Не буду вам мешать, минут через тридцать за парнями приду.
Валя согласно кивает, тут же позабыв обо мне, переключает всё своё внимание на сыновей, а я иду в ординаторскую.
Дверь в кабинет открыта, за небольшим столом сидит моя мама, неспешно попивает чай из ярко-жёлтой кружки, а напротив мужчина лет пятидесяти.
— Гоша, познакомься, это мой старший Вадим.
— Муж моей пациентки?
Мама кидает в меня укоризненный взгляд, но кивает.
— Именно.
— Ну что ж вы, молодой человек, за своей женой не усмотрели?! Зачем позволили ей на диетах сидеть? А потом ещё от стресса не уберегли?
— Что с Валей?
— Острый панкреатит. Неприятно, но поправимо. Ждём, наблюдаем, если легче не будет, то будем проводить некрэктомию.
Что значит — ждём и наблюдаем?! Он Валю видел? Бледнющая, измождённая от усталости…
Мама по моему лицу сразу догадывается, о чём я хочу спросить, так как я даже рта не успеваю открыть, как она вскидывает руку вверх, заставляя меня замолчать.
— Вадь, угомонись со своими платными клиниками! В нашей больнице специалисты ничуть не хуже, и за Валей присмотрят как за родной.
— Ох уж эта молодёжь в погоне за статусом… — неодобрительно качает головой мужчина, — мало того что жену диетами довёл до больницы, так ещё хочет таскать по клиникам, где скажут то же самое!
— Понял-принял, никакой клиники.
Соколов кивает, а мама взмахом руки выпроваживает меня из кабинета.
— Вадим, я чай допью и к себе. Нужно кое-какие вещи собрать, цветы полить.
А вот это в мои планы не входило!
— Мне на работу. Сегодня важная встреча.
Буду покупать фирму, где работает моя “жена”.
Вчера юристы порадовали, сообщили, что составили окончательный договор, который устраивает и меня, и Козлова в полной мере.
— Ничего страшного, Лёньку своего отправишь, пусть отрабатывает хлеб, который получает. А сам займись сыновьями.
Последнее слово мама произносит с упрёком и насмешкой одновременно.
— Рома, Дёма, посидите напротив палаты в коридоре, — Валя выпроваживает сыновей, как только я появляюсь на пороге. — Мне нужно с дядей Вадимом поговорить.
Парни послушно кивают и выходят.
Дверь не закрываю, с них станется — сбегут, какому-нибудь другому счастливчику на голову свалятся, который разрешит зубы не чистить и спать не ложиться.
— Вадим Тимофеевич, — голос у Вали хоть и слабый, но воинственные нотки никуда не делись.
— Можно просто Вадим, — перебиваю. — Мы уже целовались, в конце концов. Кажется, это даёт право на панибратство.
Она кривит губы — не то усмешка, не то попытка сдержать улыбку.
— Хорошо. Вадим, — Валентина смотрит на свои руки, лежащие поверх одеяла. Пальцы тонкие, бледные, без колец, — я хочу сказать вам... тебе спасибо.
