Страница 2 из 14
– Нет, – он только еще больше напряг руки.
– Эм, - я зависла.
А дальше-то что? Чисто женские хитрости? Хуже бы не стало, вот в чем дело. Потом ведь не отобьюсь, он вон, какой здоровяк.
Ладно, пробуем. Я состроила глазки:
– Ну, пожалуйста!
– А что-то не так? – наглец только плечами повел на мою уловку. – Тебе неудобно на ручках? По любому приятнее же, чем под потолком.
– Высоты боюсь, – я моргнула.
– Да?
Яромир Медведев, я помнила его имя прекрасно, чуть повернулся, оценивая высоту стремянки, на которой я только что стояла.
Намекнул на полную нелогичность моих слов и поступков одним своим видом.
– Ага, – я смотрела на него честными-пречестными глазами.
Не понимаю я намеков. Я же девочка, мне можно.
Не говорить же ему, что меня вообще-то никто и никогда еще на руках не держал. Особенно в таком виде.
– А я думал, мы сразу к делу приступим, – он все же чуть присел, выпуская меня на свободу.
– К какому? – я отскочила, хватая простыню, которой накрывала обычно картины.
Замоталась в нее по грудь, прикрывая стратегические места. Деловой какой, глядите!
– И вообще, вы в курсе, что врываться в чужой дом без разрешения недопустимо?
– Я стучал! – возмутился наглец.
Развел руки в стороны, заметил, наконец, капельки краски на своих рукавах. Оглядел себя всего, оттянул поло, осматривая пятна на ней.
– Н-да, прям самое то для свидания, – я еле расслышала его слова.
– Да ладно, – мне стало совестно. – Отстираете. Хотя... Вы ж и не умеете, наверное, да? Ну, ничего, прислуга отстирает.
– Алиса, – он укоризненно покачал головой. – Ну, что ты начинаешь сразу? Я же по-доброму приехал, как порядочный. Подарочки тебе вот купил.
Яромир подхватил с пола у двери красивущий и большущий бумажный пакет и раскрыл его.
Я фыркнула.
Это что, он меня покупать собрался? Вот еще!
– Забирайте свои подарочки, – ядовито повторила я его же слово. – И уходите. Я вас не приглашала.
– Так, значит? – карие глаза красавчика потемнели.
– Да, так!
Он расправил плечи.
Расставил пошире мощные ноги в голубых джинсах и белых кроссовках. Забросил руки за голову, цепляя поло между лопаток. И содрал его с себя через голову.
Взлохматил себе волосы, становясь еще красивее и харизматичнее.
Наглец!
Я отвернулась. Теперь мы оба тут голые будем разгуливать? Такого позора дом моих покойных родителей еще не видел!
– Что, вот так и выгонишь? Даже постираться не дашь? Тебя ведь спасал. Благодарность и все такое.
– Идите в баню!
– Алис, тебе двадцать четыре. Ты послать, как следует, не можешь? – хохотнул он, комкая поло в ладонях.
– Если пошлю – уйдете? – в моем голосе была надежда.
Но наглый гад, ворвавшийся в мой дом, только ухмыльнулся. Не уйдет, я уже знала это.
Но и то, что мне с таким экземпляром не по пути – тоже знала. Поэтому отступать мне некуда. Если моя сестра его брату сдалась, то я – не стану!
Не на ту напал!
Я набрала воздуха в грудь, чтобы ответить ему сразу же, как он раскроет рот.
– Хотя... В баньку, говоришь? – в шоколадных глазах его вдруг загорелись хитрые искорки. – А проводишь? Спинку тебе потру.
Глава 3. Алиса
– А вы не боитесь?
Я изо всех сил постаралась сделать максимально циничный и оценивающий взгляд. Оглядела Яромира с головы до ног.
– Я? – Яромир даже растерялся от моего вопроса.
– Ну, не я же, – я дернула плечом. – Не каждый мужчина согласен вот так, фактически с первой встречи жениться.
– Чего сделать?
У меня уже сводило скулы.
Засмеяться над ним хотелось неудержимо. А что он хотел? Думал, вот так ввалится ко мне, начнет предлагать всякую пошлятину, а я буду краснеть, молчать и подчиняться?
Ну... Зря.
Я уже ему один раз пощечину влепила, неужели не понял, что я не из таких?
– Жениться. После того, что вы мне предлагаете, вы просто будете обязаны на мне жениться, мне кажется.
Он выдохнул.
Поставил пакет с подарками на ближайший к нему стул, оперся на спинку обеими руками. Мышцы на плечах вздулись от напряжения, удерживая мощное спортивное тело.
Интересно, о чем ты думаешь, красавчик?
– Барышня, а вы Тургенева перечитали, как я погляжу? – в его взгляде привычная хитринка сейчас смешивалась с легким разочарованием.
Мне захотелось щелкнуть пальцами.
Вот и достигнут эффект.
Сейчас он примет меня за идиотку и испарится с горизонта.
В душу легонько кольнуло разочарованием. Все мужчины такие. Всем только развлечения подавай, никто из них не готов принимать на себя хоть малейшую ответственность.
И я не ханжа, нет.
В моей жизни секс был. В моих первых и единственных отношениях еще в художественной академии. Как раз из-за этого и развалившихся, кстати. Из-за нежелания их развивать с мужской стороны.
Я поправила сползающую простыню на груди.
Неприятные воспоминания. Посмотрела еще раз на Яромира:
– Спасибо, что не дали упасть. Но вам пора, – настроение пикироваться с ним испарилось.
– Ромашка, – он поморщился с досадой. – Ты меня неправильно поняла. Я не хотел тебя обидеть.
– Вы меня не обидели. Вам действительно пора.
– А футболка? – он показал мне свое поло.
– Можете постирать в бане, я не шутила. Мыло там есть.
Он раздраженно зашипел.
Сжал футболку в руке так, что натянулись сухожилия на предплечье. Бросил на меня еще один взгляд и вышел из дома. Закрыл за собой дверь, которую я оставляла открытой.
Я обхватила плечи руками.
Ну, вот и все, собственно. Думаю, двух моих отказов ему будет достаточно. Сейчас прыгнет в свою крутую без сомнения машину и умчится в Москву искать более сговорчивых и доступных женщин. Я брезгливо размотала с себя простыню, набросила ее на полотно. Пропал настрой, работать больше не хочется.
Я прошла в маленькую комнатку, где в детстве мы спали с сестрой, открыла шкаф. Натянула легкое платье через голову.
– Ой, фу!
Волосы, сразу же распушившиеся еще сильнее, залезли в рот. Я собрала их и, глядя в зеркало старенького, оставшегося после мамы, трюмо, заколола их заколкой-крабом.
Расправила на себе ткань тонкую цветастую ткань.
Все хорошо, Алиса. Приезд этого наглеца ни на что не повлияет. Жизнь будет идти точно так же, как и до него. Я хмуро посмотрела на себя в зеркало. Даже несмотря на то, что ты думала о нем все эти дни после той встречи в больнице.
Мне такой не подходит, убедилась же только что.
Повторно, черт бы все побрал!
Я налила себе полный, до краев, стакан прохладной воды на кухне и выцедила его до дна мелкими глотками. В горле было тесно. Будто сдавливало что-то, рука невидимая. А вода показалась вдруг горькой.
– Фильтр помой вечером, – приказала я себе мысленно. – А сейчас идии закрой калитку! Ходят тут всякие.
Взяв с тарелки на столе яблоко, я откусила кусок и вышла следом за Яромиром. Но споткнулась сразу же, потому что увидела, что за забором стоит большая черная машина.
Это его?
А почему он не уехал до сих пор?
Я с усилием прожевала яблочную мякоть и подошла к забору. Та-ак... В машине было пусто. За стеклом периодически мигала малюсенькая лампочка. И это, я знала, обозначало, что машина закрыта, стоит под охранной сигнализацией.
А где Медведь?!
Развернувшись, я зашагала к бане. Баня у меня на участке была огромная! Папа париться любил и строил ее на века и максимально удобной. Неужели этот гад...
Он только чуть голову повернул.
У меня даже слов не нашлось. Ну, каков наглец!
Яромир лежал, запрокинув руки за голову, на высоком полке. Растянулся во весь рост почти, положил одну щиколотку на колено другой ноги и только кроссовком помахивал в воздухе.
А в зубах – сорванная на одной из моих клумб ромашка.
Моя ромашка! Сортовая!
Я...
А...
– А вы почему не стираете свою футболку? – я уперла кулаки в бока.
– Не умею, – он смотрел на меня с хитрым прищуром. – Жду, когда на помощь придет какая-нибудь настоящая женщина, из тех, что коня на скаку кастрирует и избу плевками потушит.
Кастрировать хотелось только одно существо.
И это был не конь.
