Страница 9 из 14
– У меня никто не появился! – возмутился я, и отпихнула его руки. – Ты вообще, почему в таком виде? И что у вас тут произошло?
Я даже понять ничего не успела, когда поднялась по лестнице.
Увидела только лежащего на полу прихожей без сознания друга и Яра, стоящего над ним со сжатыми кулаками. Понятное дело, я испугалась. Он же не просто наглый, он еще и гад!
За что он избил Свята? Как вообще можно ударить человека, которого впервые видишь, просто так? Оттолкнула его, отхлопала друга по щекам, приводя в чувства.
– Святик?
Дверь в комнату за моей спиной раскрылась и на пороге появилась... Ну, нимфа, не иначе. С кудрями и с неземным кукольным личиком. Только голая. Вот совсем!
Я округлила глаза и моментально отвернулась.
Обалдеть. Разглядывать чужую обнаженную девушку я морально была не готова. Мне друга в трусах хватает и Яра, который каким-то образом тут очутился.
– Муза? Это ты? – Свят под моими руками попытался вытянуть шею и посмотреть, но тут же застонал от боли. Хотя, мне показалось, больше показательно. Он всегда любил устраивать различные перфомансы.
– Святик, у тебя гости?
– Хм, так вот оно что...
Я мельком глянула на Яра. Так, чтобы ни в коем случае не увидеть раздетую девицу, появлению которой, в принципе, была не удивлена.
И гад тоже!
Вот ведь гад! Он вполне себе с интересом разглядывал эту...
Натурщицу!
Свят, в отличие от меня, как раз обнаженку писал. С особо симпатичных натур, которых потом укладывал к себе в койку. Видимо, это как раз одна из них. Но какого черта Яромир на нее пялится?
У него совсем совести нет, что ли?
– Ты почему не сказал, что ты не один? – зашипела я на Свята, пихая ему в руку грязные салфетки.
– А что такого?
Действительно! Что такого-то?!
Я его тут спасаю, кровь ему на губах подтираю, а у него там своя имеется... Эта... Черт, я даже не знаю, как ее назвать, каким цензурным словом?
– Свят, ты же знаешь, как я отношусь к твоим натурщицам! – мне захотелось его придушить. И Яра заодно! Я даже не выдержала, фыркнула на него тоже. – Прекрати на нее смотреть!
Гад опять хмыкнул, но уже с другой интонацией.
А вот девица будто и не стеснялась вовсе того, что в квартире появились посторонние. Хлопнула длиннющими ресницами, сложила губки сердечком:
– Святик, а что происходит?
– Муза, иди в комнату. Сейчас мне скорую вызовут, а потом мы продолжим с тобой.
– Ну, уж нет! – я поднялась на колени, одергивая влажное платье. – Раз уж ты в состоянии разговаривать и продолжать собираешься, то давай уже дальше сам.
– Это тема, – согласился со мной Яр, отлипая от стены. – Умница, Ромашка, хватит сопли подтирать этому...
– А ты! – мне хотелось порезать его взглядом на кусочки. Р-р-ромашку нашел!
– Алиса, ты что, бросишь меня одного?
– Свят, ты не один, не смеши меня! – я схватила с пола свою сумочку и забросила ее на плечо.
Друг, называется!
Даже не спросил, зачем я пришла. Оба хороши!
– Лиса, идем, – Яр протянул ко мне руку, нагло сгребая мою ладонь. – Сами разберутся.
– Эй, а извиниться? Алиса, меня избил твой дружок вообще-то!
Яр развернулся к нему, но я сразу же встала перед ним.
Загородила лежащего на полу Свята собой.
Не надо. Я же чувствую, что если Медведева не остановить, то художнику Святославу Иномирцеву не просто скорая понадобится, а реанимация.
– Яромир, пожалуйста! – я положила руки на сильные широкие плечи.
Давай, среагируй на мои женские хитрости снова. Хватит на эту голую барышню пялиться.
– Поехали, а? Я промокла и замерзла. Увези меня домой.
– Странные у тебя друзья, – в шоколаде его взгляда еще полыхала злость. – Ты в курсе?
– А ты себя в зеркало видел? – тихо сказала я, намекая на то, что он тоже так-то не ангелок.
Он не ответил.
Скрипнул зубами, сгреб мою ладошку снова, выдернул за собой на лестничную клетку. Не дал не то, что попрощаться с другом, а даже оглянуться на него не позволил. Сбежал вниз по лестнице, таща меня за собой.
– Я-ар! – ахнула я, боясь, что вот-вот поскользнусь в мокрых босоножках.
– Кто это, Лиса? – он обернулся так резко, что я просто влетела в его горячие объятия. – Какого хрена ты пришла к нему, а не позвонила мне? Найти зарядку не так уж и сложно, если телефон сел.
– Откуда ты все это знаешь? – я выгнулась в кольце его рук, пытаясь оттолкнуть от себя. – Откуда ты здесь взялся, и зачем мне нужно было звонить тебе?
– Я приехал за тобой.
Жесткость его слов заставила замолкнуть.
Расслабить руки, уронить их ему на предплечья, обвившиеся вокруг меня. За мной.
Я только сейчас заметила, что его одежда тоже мокрая.
Такая же, как у меня, влажная, будто он тоже ходил под недавним дождем без зонта или пристанища.
– Подожди, – я сглотнула накатившую резко слюну. – Ты что, ты все это время меня искал?
– Уже нашел, – рыкнул он вдруг. – И уже не отпущу, мы едем ко мне, поняла? Машина у Галереи стоит, за мной шагай.
Глава 13. Алиса
– Дай свой телефон.
Я посмотрела на его ладонь.
Широкая. Неглубокие морщинки изрезали ее вдоль и поперек, сложились в частый узор. Сломались на натянутых сухожилиях ближе к запястью и около большого пальца, перепутались.
Я даже засмотрелась.
Красиво. Художник эстетику может найти во всем. А уж красоту человеческого тела можно воспевать постоянно, не зря же это делают веками и на картинах, и в текстах, в музыке.
– Лиса. Дай. Телефон.
Я шмыгнула носом.
А что орать-то сразу? Какое он вообще право имеет таким тоном со мной разговаривать? Мы друг другу никто!
– У меня его нет, – послушно ответила я, проигнорировав собственные мысли.
– Как нет? – Яромир еще выше задрал брови.
– Вот, – я сунула руку в сумку, а из нее в дырку на боку. Пошевелила пальцами, демонстрируя отверстие. – Сумку порезали в электричке. Деньги украли, а телефон просто выпал, наверное, где-то.
– Ты положила телефон в драную сумочку?
Я отвернулась в окно машины.
Там, за ним, уже не так торопливо, как во время дождя, шли люди. Я натянула на коленки подол сырого платья, расправила, как смогла. Папа тоже всегда говорил, что я не от мира сего.
А мама расстраивалась.
Горевала, что мне с моей забывчивостью и оторванностью от реальности может быть сложно в жизни.
– Алис, – Яр взял меня за руку.
– Ну, затупила! – я выдернула пальцы и фыркнула. – Что ты хочешь услышать? Мне, знаешь ли, никогда раньше сумки не резали. Я просто не подумала! Не было у меня дырявых вещей раньше никогда, понимаешь?
На красивом мужском лице что-то неуловимо изменилось.
Нет, Яромир все так же сердился на меня. Протащил за собой от дома Свята до машины, запихнул в нее и даже сам пристегнул. Я не сопротивлялась, потому что даже и не смогла бы. Это как Моське на слона лаять.
Да и страшно мне было, если честно.
У меня ведь действительно ни денег, ни телефона. До дома добраться как я не представляла. А он – единственный знакомый, кто мог бы мне помочь сейчас.
И вот только сейчас холод в его глазах стал таять.
Когда я призналась, что сглупила.
Они снова стали теплыми. С золотистыми искрами на донышке, что могли или согреть, или отчаянно обжечь в момент страсти.
– Ромашка, ты прелесть, – он вдруг покачал головой, отворачиваясь от меня.
– Ага-а-апч-хи-и!
Судорожное чихание бросило тело вперед. Но лбом я ударилась в быстро выставленную перед моим лицом руку.
Отпрянула, посмотрела на него испуганно.
– Ты как? Зачем?
– Иначе ты бы ударилась о панель, – Яр уже улыбался.
– А. А-а! Спасибо, – я могла только моргать.
Как он так все способен предусмотреть, а?
Так только папа мог!
– Поехали, Ромаша-растеряша, – машина загудела мотором от нажатия кнопки. Дворники радостно махнули по стеклу, сгоняя капли дождевой воды. – Уже чихать начала, надо тебя согреть. Хер с ним, с телефоном, разберемся.
– А можно печку включить? – меня на самом деле немного знобило. Я-то с потерей своего смартфона смирилась еще перед домом Свята.
Яромир молча потыкал в кнопки, в ноги и на грудь подуло теплым воздухом. Обхватив себя за плечи, я просто наблюдала за дорогой. Не очень люблю Москву, тут для меня слишком шумно.
Дом, у которого припарковался Яр – тоже не впечатлил.
Камень, стекло и металл. Что красивого? В нем нет жизни. Это место для отбывания времени, не иначе. Несколько часов между утренними сборами на работу и тем, как ты устало приползешь в эту коробку вечером.
Я мельком глянула на Яромира, открывшего мне дверь в подъезд.
Интересно, кем он работает все же? Или действительно только на папины деньги существует в таких хоромах? Он же младший сыночек олигарха, начальника моей сестры.
– Проходи, чувствуй себя как дома, – он от души улыбнулся, едва за нами закрылась входная дверь его квартиры.
– Спасибо.
Это вряд ли получится, но хозяев обижать не принято.
