Чёрт, а я надеялась, его уволили.
Чуть крепче сжимаю руку Каролины. Подходим к машине.
Водитель не спешит открывать дверь. Вместо этого он поднимает глаза так, чтобы наши взгляды встретились.
— Ясмина Ярославовна, прошу меня извинить за нашу прошлую встречу, — запинается, словно не уверен, что готов произнести следующие слова: — Если вы не будете возражать, я хотел бы остаться работать вашим водителем.
Хмурюсь.
Моим водителем? О чём он?
Оборачиваюсь и непонимающе смотрю на Владислава.
— Тебе и Каролине нужен свой водитель. Ты можешь оставить Костю или его уволить.
Смотрю на своего будущего мужа и пытаюсь понять, чего он этим добивается.
Проверяет меня?
Только лицо мистера Сатаны — непроницаемая маска. Ни один мускул не дрогнул. Взгляд холодный, безучастный. Кажется, в этом огромном доме совершенно не принято показывать свои эмоции. Только безликие маски.
Отворачиваюсь и смотрю на Константина.
Мне ничего не мешает уволить его прямо сейчас.
Месяц назад он меня сбил, нагрубил и даже не предложил помощи добраться до больницы или вызвать скорую на место. Возможно, он бы просто так и уехал, если бы к нам тогда не подошёл Владислав.
Собранный, холодный. Ни единой эмоции на лице. Как и всегда.
Водитель что-то ему объяснял, но я не слушала. Меня будто придавило взглядом серых, как свинец, глаз. Владислав даже не дослушал. Подошёл, присел рядом, осмотрел и только потом вернул взгляд к моему лицу.
— Вы как? Встать можете?
Меня действительно тогда задело по касательной. И, возможно, я сама виновата, потому что с подготовкой к годовщине нашей с Лёней свадьбы носилась по городу как угорелая. Часто переходила дорогу в неположенных местах, забывая оглядеться по сторонам.
От помощи я отказалась, потому что в этот момент как раз подъехало моё такси. Владислав тогда помог мне подняться, сесть в машину, а на прощание не забыл протянуть визитку.
— Если всё-таки решите предъявить претензии — позвоните.
Визитку я приняла и забросила в сумочку.
Я о ней не вспоминала до вчерашнего вечера. Когда Владислав появился на нашем с мужем празднике. Леонид представлял нас, а я рассматривала мистера Сатану и гадала: совпадение или нет, что он оказался в ресторане.
— Я подумаю, — отвечаю в итоге Константину на его вопрос.
Уволить человека всегда можно успеть. Если бы он не справлялся со своими обязанностями, то, думаю, вряд ли бы работал у Владислава. Мистер Сатана для меня до сих пор загадка, но интуиция подсказывает: к своим сотрудникам он предъявляет высокие требования, а ошибиться может каждый. Хотя его поведение после аварии до сих пор оставляет много вопросов.
Поэтому и решаю понаблюдать за ним, а окончательное решение принять позже.
Константин выдыхает. Кивает. Распахивает дверь.
Мы с Каролиной забираемся в салон и занимаем задний ряд.
Владислав садится в кресло в первом ряду. Водитель закрывает дверь, обходит машину и занимает водительское место.
— Сначала на квартиру, где жила Каролина, — отдаёт распоряжение Владислав.
Константин коротко кивает, давая понять, что услышал. Поднимает перегородку, отрезая себя от салона.
Влад поворачивается к нам, но сказать ничего не успевает. Его телефон снова оживает.
— Да.
Не знаю, что в его взгляде меняется, но появляется ощущение, что этот звонок касается нас. Я невольно напрягаюсь. Каролина сжимает мою руку.
— Да, Дим. Нужно, чтобы дело Рудневой пересмотрели заново. Пусть назначат нового следака, заново опросят свидетелей, но расследование должно начаться с нуля.
Каролина вздрагивает всем телом, я тут же крепко обнимаю её. Пытаюсь отогреть, только сколько бы я к себе ни прижимала свою малявочку, я всё равно чувствую, как её тело дрожит, как она судорожно начинает теребить край свитера.
— Как появятся новости, звони.
Владислав снова убирает телефон в карман, а Каролина выпутывается из моих объятий. Выпрямляет спину, смотрит мистеру Сатане прямо в глаза, и только дрожь в голосе выдаёт её состояние:
— Меня посадят, да?
Влад не торопится отвечать, но и слишком долго не держит паузу. Он явно взвешивает каждое слово, которое собирается произнести.
— Каролина, я не буду скрывать: твоё дело сложное. Сын губернатора чуть не умер, обвинили тебя. С кем вы отдыхали, все как один дали показания против тебя. То, что нам удалось тебя забрать домой, — чудо. И поверь, это "чудо" не понравится губернатору.
Малявочка проглатывает рвущийся наружу всхлип.
— Каролина, мы постараемся докопаться до правды и снять с тебя все обвинения, но для этого потребуется время.
Сестра кивает, а потом отодвигается ближе к окну. Смотрит пустым взглядом на серый пейзаж.
Мне становится физически больно смотреть на неё такую и хочется помочь. Сделать всё возможное, лишь бы она больше не вернулась в СИЗО.
Перевожу взгляд на Влада, хочу снова просить о помощи, но так и не озвучиваю просьбу. Он уже пообещал всё сделать.
Значит, сделает.
Не знаю, откуда берётся эта уверенность. Может, от его взгляда, а может, от всплывших в голове его слов, что он всегда получает то, что захочет.
Машина тормозит около обычной многоэтажки спального района, где я снимаю квартиру для сестры. Рядом на детской площадке играют дети, весело хохочут. С другой стороны у подъезда громко гогочет молодёжь.
А ещё чуть в стороне двое мужчин в полицейской форме.
Знакомый страх снова охватывает меня. Перед глазами стоят картинки того вечера, когда Каролину уводили в наручниках из нашего с Леонидом дома. Владислав быстро считывает мою панику.
— Твоя сестра под домашним арестом. Ей запрещено покидать мой дом.
Мистер Сатана говорит спокойно, твёрдо произносит каждое слово, чтобы смысл наверняка дошёл до меня.
— Адвокат заранее добился разрешения на сегодняшнюю поездку. Сотрудники полиции должны её сопровождать — таково условие суда.
Киваю.
С трудом, но заставляю себя разжать пальцы.
Владислав переводит взгляд на малявочку.
— Каролина, с тобой в квартиру сходит Константин. Бери все нужные тебе вещи. Мне нужно поговорить с твоей сестрой.
Малявочка послушно кивает и начинает выбираться. Я хочу возразить, сказать, что тоже пойду, но даже не успеваю рта раскрыть, как Владислав останавливает меня одним свинцовым взглядом и спокойно добавляет:
— У нас уговор.
Ну да, быть послушной девочкой.
Мы оба провожаем взглядом Каролину и Константина до подъезда. Следом за ними заходят сотрудники полиции.
И когда следом закрывается дверь в подъезд, я перевожу взгляд на мужчину.
— Слушаю вас, Владислав.
Мистер Сатана чуть кривится.
— Прекращай, Ясмина.
Вопросительно приподнимаю бровь и он поясняет:
— Прекращай "выкать". Планы немного поменялись, сейчас подъедет адвокат твоей сестры. После квартиры Каролину должны доставить к следователю. Он вызвал её на допрос. Адвокат будет рядом, потом твою сестру отвезут домой.
Мне хочется спросить: связан ли этот допрос с пересмотром дела, о котором Влад только что говорил по телефону? Но задать вопрос я так и не решаюсь. К собственному удивлению, понимаю, что мне достаточно знать: Каролина не будет одна. От этого становится немного спокойнее.
— Нас Константин отвезёт в ЗАГС. Нам нужно оформить заявление, как положено. Дальше — в дом Леонида, — Владислав смотрит на часы, я автоматически тоже перевожу взгляд на свои. — Думаю, к этому времени Леонид как раз вернётся с работы.
Сглатываю.
Он что, хочет, чтобы мы встретились?
— Да, Ясмина, мне нужно, чтобы ты поговорила с Леонидом.
Владислав подаётся чуть вперёд, заглядывает в глаза.
— Твой бывший муж не отличается благородством, но и не полный дурак, чтобы отдать жену за землю. Ему нужно что-то ещё.
Становится дурно от чувства, что я пешка в чужой игре.
— Да, он хочет, чтобы я следила за вами… — без лишнего напоминания поправляю себя: — За тобой. Хочет потопить твою компанию.
Владислав не кажется удивлённым. Будто он это предполагал.
— Мне нужно знать, что именно он хочет через тебя разнюхать.
И снова гадкое чувство, будто меня используют.
Смотрю на подъезд, где скрылась сестра.
Неважно.
Можно забыть о собственной гордости, если это цена свободы Каролины.
Снова смотрю на мужчину.
— Хорошо, — радуюсь, что голос звучит ровно и не выдаёт моих истинных эмоций. — Я выясню, что ему нужно.
Только от собственной игры я по-прежнему не планирую отказываться и пешкой в мужских играх становиться не собираюсь.
Глава 8
Мы с Владом больше не разговариваем. Я неотрывно смотрю на подъездную дверь в ожидании появления сестры. Запрещаю себе думать о предстоящей встрече с Леонидом. Ни к чему хорошему размышления не приведут. Разговор с бывшим мужем лучше вести без лишних эмоций, иначе сделаю хуже.
Дверь подъезда распахивается, выходит какая-то девушка в мини-юбке и коротком топе. Присоединяется к той компании парней, что всё это время продолжали стоять у подъезда. На вид девушке не больше шестнадцати, а парням лет по девятнадцать или даже двадцать. А ещё мне совершенно не нравится, как они на неё смотрят. Невольно качаю головой. О чём она только думает? Куда лезет?
Выбираюсь из машины быстрее, чем осознаю, что собираюсь сделать.
— Простите, — смотрю на девушку с вежливой улыбкой. Та застывает растерянно, смотрит на своих друзей, потом на машину за моей спиной, снова на меня. — Можно вас на пару секунд? Нужна ваша помощь.
Та неуверенно кивает. Подходит.
— Это не моё дело, но выслушай, — для надёжности хватаю её за руку. Да, грубо, да, неправильно, но по-другому она не станет меня слушать. — Это только со стороны кажется круто дружить с парнями старше. Наверняка эту встречу долго ждала, только у твоей прогулки могут быть совсем другие последствия. Что ты о них знаешь? Уверена, что они тебя не обидят? Что не окажешься в канаве за городом изнасилованная?
Девушка выдёргивает руку.
— Вы правы, тётя, — говорит с пренебрежением, в попытке задеть меня. — Это не ваше дело.
Она разворачивается и уходит с компанией. Громкий гогот снова звучит на весь двор. Тяжело вздыхаю, но понимаю: я сделала всё, что могла.
Оборачиваюсь к подъезду как раз в тот момент, когда из него выходит Каролина, следом — Константин и сотрудники полиции.
— У вас пять минут, — бросает один из них Владу, который тоже выбрался из машины и остановился рядом с нами.
Полицейские садятся в патрульную машину. Константин подходит к багажнику «Эскалейда» и убирает сумки Каролины. А я притягиваю сестру. Крепко обнимаю — мне физически нужно её касаться, чувствовать, что она со мной.
Где-то хлопает дверь машины, я непроизвольно поворачиваю голову в ту сторону и замечаю мужчину. Он идёт неторопливо, но с той пугающей уверенностью, которая бывает только у людей, привыкших, что перед ними расступаются. Высокий, несмотря на возраст, — а ему, без сомнения, далеко за шестьдесят, — с абсолютно прямой спиной, что особенно бросается в глаза с учётом его возраста. Седые, с благородным серебряным отливом волосы аккуратно зачёсаны назад, открывая высокий лоб, изрезанный глубокими морщинами.
Его лицо не назовёшь красивым. Слишком резкие черты: крупный нос с горбинкой, квадратная, чуть тяжеловатая челюсть, губы, сжатые в тонкую линию, которая, казалось, не привыкла улыбаться. Но в этом лице чувствуется порода. Человек, который смотрит на мир с высоты своего опыта и не боится ничего. Тяжёлый, немигающий взгляд практически чёрных глаз буквально прошивает меня насквозь. За пару секунд он явно успевает оценить, отсканировать — и, кажется, сразу запомнить всё, что нужно. От этого взгляда по коже пробегает холодок.
