Оставив довольного собой кота, я поднялась и пошла к дверям, которые еще не успела открыть. За одной из них скрывался пусть небольшой, но гардероб. За второй — ванная комната со всем причитающимся. Комнаты были по большей части пустыми. Ну, медная ванна осталась. Только сдается мне, это из-за того, что ее не смогли спустить. Стояла она всё же неровно. Умывальник был, но он был треснутым. Ширма, которая должна была отгораживать туалет от ванной, отсутствовала, а унитаза как такового не осталось. Только ножка с дырой для канализации и всё. В гардеробе не было зеркала, а полки покосились. В спальне кроме кровати не было ничего.
Сомнений не оставалось — дом разграбили, вынеся всё, что было пригодным для жизни. А почему осталась довольно крепкая кровать в спальне бабули Элспет, осталось для меня загадкой. Хотя, глядя на рыжего хозяина моего наследства, я была рада, что кровать осталась. Уж больно этот мистер кот гармонично смотрелся на ней.
Окинув комнату-спальню в последний раз, пообещала рыжей морде, что обязательно вернусь и принесу ему еды, и ушла из дома.
Сегодня я больше ничего сделать не могла. Мне нужно было решить несколько важных вопросов. Во-первых, появиться в администрации города и заявить права на дом, чтобы, когда начну снимать щиты с окон, местные ответственные жители городка не отвели меня в полицию под присмотром толпы за попытку разграбить чужой дом. Во-вторых, необходимо было найти тех, кто сможет мне отремонтировать дом, при этом не заломив цену. Ну и так, по мелочи: посетить местное отделение банка, оформиться в нем, узнать о разрешении на торговлю на здание, и если его нет или оно было аннулировано, то получить его повторно. Еще неплохо бы было придумать, чем я буду заниматься в этом чудесном городке и стоит ли вообще ввязываться в торговлю. Но здесь было несколько нюансов. Я не умела ничего настолько хорошо, как следить за документами торговой палаты и курировать торговые магазины и лавки. Я не умела ничего из того, что можно было бы использовать как навык в производстве. То есть получать разрешение на торговлю я, по сути, буду на всякий случай. Вдруг пригодится.
На самом деле думать о том, чем я буду зарабатывать себе на жизнь, было чуточку рано. Для этого необходимо было чуть больше узнать про городок и потребности местных жителей. Только потом можно будет принимать какие-то решения.
А вот отремонтировать дом было необходимо.
3.3
Наметив план, прошлась немного по Цветочной улице, через пару кварталов увидела торговую лавку, где приобрела кусок мяса и, вернувшись в дом, честно отдала добычу коту. Не знаю, как он к этому отнесется, но я хотела показать, что никто мистера Наглость из дома выгонять не собирается. Нам хватит места в доме. Да и не так скучно будет мне жить, имея рядом милое живое существо.
Тогда я еще не догадывалась, насколько этому коту не подходит эпитет «милый».
Вернувшись в дом к Марте, поднялась к себе в спальню. Привела себя в порядок и спустилась вниз, ища хозяйку дома.
— А, Элис, уже вернулась, — услышала я голос Марты за окном. Выглянув в окно кухни, увидела женщину, стирающую на заднем дворе дома.
— Сейчас я вам помогу, — кивнула на корзину чистого белья и поспешила на помощь.
Я даже на секунду не задумалась, что моя помощь может быть неуместной. Ведь я всего лишь снимаю комнату в этом доме. Но Марта, благослови боги эту добрую женщину, не стала отказываться от помощи. Вместо этого встретила меня с улыбкой, показала, где развесить белье, и тут же поблагодарила.
— Ну, рассказывай, как прогулялась. Что там с домом старой Монро?
Я и рассказала. Пока руки были заняты работой, поделилась всем, что удалось узнать, найти и о чем мне подумалось. Почему-то рядом с Мартой было спокойно. От нее так и пышало добротой, поддержкой и уютом. Сопротивляться такому было невозможно. От нее не хотелось отходить ни на шаг, а разговор лился очень легко.
Как только со стиркой было покончено, мы отправились на кухню. Марта готовила ужин, я помогала по мере сил. Не то чтобы я многое умела в готовке, но справиться с нарезкой овощей мне было по силам. Да и нехитрые блюда я прекрасно умела готовить. Всё же отец хоть и был обеспечен, не очень любил, чтобы дома крутились посторонние люди, поэтому кухарка у нас хоть и была, но приходила несколько дней в неделю, чтобы сделать еды с запасом. Пришлось учиться делать легкие перекусы и так по мелочи.
— Значит, дом пригоден для жизни?
— Он требует ремонта, конечно. Покупки новой мебели. Но да. Стены крепкие, плесени я не увидела, воздух не влажный, скорее всего крыша не протекает.
— И хочешь дело свое открыть?
— Не знаю, госпожа Марта. Для начала я хочу привести в порядок второй этаж, купить мебель в хозяйские комнаты, две другие можно освежить да пока закрыть пустыми. Ну и кухню, конечно. Что делать с торговым залом, нужно будет подумать. Я не бабка, не умею варить зелья. А что продавать — пока не знаю.
— Ты права, нужно все проблемы решать постепенно, и сейчас главное — устроить свой угол. Я бы тоже с этого начала. Когда будет своя крыша над головой, можно будет и подумать, чем заниматься потом. А деньги на ремонт у тебя есть?
— Должно хватить, — кивнула задумчиво. — Я, кстати, у вас хотела спросить: не знаете ли, к кому можно в городе обратиться, чтобы и сделали всё добротно, и по цене без обмана, чтобы договориться? Я же здесь никого не знаю.
— Я подумаю, Элис. Ты же не дом с фундамента поднимать хочешь, тебе просто рукастые мужики нужны и честные.
— Именно. Стены освежить, пол со стенами, да мебель привезти-расставить.
Марта покивала, о чем-то задумавшись. А через пару минут в доме раздался громкий голос Браула.
— Тетушка Марта, мы вернулись, голодные как буйволы!
— Где это ты так проголодаться успел? — ехидненько протянула Марта. — Ты ж вроде в соседнюю деревню катался. Что, по дороге все трактиры закрылись?
— Ну тетя-я, там готовят невкусно!
— Майкл, ты чего младшенького не покормил?
— Сиську кормящую по дороге не нашли, вот и не покормил. — Хохотнул в ответ старший из племянников Марты.
Я, уткнувшись лицом в полотенце, спрятала покрасневшие щеки и рассмеялась. А Марта возмущенно ахнула.
— Охальник! А ну иди сюда, уши драть буду!
— Да за что?
— За язык твой длинный! Иди, кому говорят, и второго, отлученного от сиськи, тащи с собой.
Не выдержав, я рассмеялась, не скрываясь. О боги, это было так грубо. Так… так неприлично! Но так смешно! Подбоченившаяся Марта, сжимающая в руках поварешку, и два кудрявых белокурых великана, которые пришли на кухню и замерли в дверях, увидев меня.
— Тетя, могла бы и предупредить, — возмущенно шепнул Браул, не поднимая взгляда.
— Могла бы, — сказала она в ответ. — Но это было бы и вполовину не так поучительно!
Марта смерила покрасневших племянничков строгим взглядом и, повернувшись ко мне, задорно улыбнулась.
— Вот посмотри, Элис. Кажется, я нашла тебе работничков. И сделают всё на совесть, и медяшки лишней не возьмут. А если попросят, то я им эти медяки выдам натурой.
— Какой натурой? — удивленно вскинула брови.
— Такой, обидной и болезненной, пониже спины, которая выдается. Ну так как, согласна дать работу моим мальчикам?
Оценив широкие плечи парней, я уверенно кивнула. Это был замечательный вариант. Силы им двоим хватит справиться с мебелью, а поменять пол на свежий много ума не нужно, только бы руки росли из нужного места. Судя по тому, как Браул орудовал кулаками в придорожном трактире, как пользоваться руками, парни знали. А шуточки их — мне не помеха! Может, наоборот, оно и к лучшему будет: пусть в моей новой жизни буду новая я, и всё будет не похоже на жизнь с Виктором. Кому нужны эти лорды? Обманщики и предатели. Лучше уж пусть будет грубоватый юмор братьев, чем сладкие и лживые улыбки.
Глава 4
Не сказать, что братья обрадовались неожиданно свалившейся на них дополнительной работе. Как выяснилось, Майк уже работал в кузне. Я, правда, не поняла, кем: то ли главным держателем молота, то ли просто по хозяйству помогал, то ли главным грузчиком. Решила, что всё вышеперечисленное и чуточку сверху, потому что такие мужчины часто преуменьшают свои обязанности. Вроде как это всё пустяки. Но, глядя на ширину плеч Майкла, я для себя всё уже решила. А Браул пока перебивался на заказах: то молочнику помочь развести заказы, то в доме вдовы починить пол, то в одном уголке Бринхолла помочь, то в другом подраться — здесь монетка, там две, вот и весь заработок. Но он возмущенно посмотрел на тетю, которая от их лица уже пообещала мне работников, просто потому что кто-то посмел распоряжаться его временем. В общем-то я понимала мужчин, но так как мне очень нужна была помощь, то решительно задвинула свою совесть в самый дальний и темный угол своей души и, приподняв брови, состроила жалостливое выражение лица и посмотрела на братьев:
— Вы же не откажетесь, правда? Мне больше не к кому обратиться, кроме вас. В городе я больше никого не знаю и опасаюсь, что многие торговцы попытаются обмануть в цене просто потому, что я чужая.
Браул тут же расправил плечи и улыбнулся, задорно сверкая глазами:
— Можешь рассчитывать на мою помощь, Элис. Не подведу, вот увидишь!
Марта за спиной племянника только посмеивалась, всё так же сжимая в руках поварешку.
А вот Майк был более опытным. Он покосился на тетушку, выразительно посмотрел на младшего брата, едва слышно фыркнул и перевел на меня взгляд.
— А вы, леди Элис, — прищурился он, — оказывается, знаете, как убедить наивных мужчин плясать под свою дуду, да?
— Майк! — возмущенно вскинулась тетушка Марта.
— Что? — посмотрел он на нее. — А то я ни разу не видел, как вот такие молоденькие девицы, хлопая ресничками, заставляют мужиков наизнанку перед ними выворачиваться. Ты глянь на младшенького, по нему же всё видно.
— Майк, — уже без всяких ужимок я спокойно улыбнулась на его возмущение. — Я уже говорила — я не леди. И близко нет.
Встав со своего места, я подошла к великану и смело посмотрела ему в глаза.
— Я дочь торговца, Майк. Мой отец был хорош в своем деле, настолько хорош, что к нему ходили за консультациями, как развивать свое торговое дело. Поэтому я точно знаю, что говорю. Законы рынка таковы, что любой торговец заботится в первую очередь о своей прибыли, а не о том, как сделать клиенту приятно. И мне правда нужна помощь, потому что сбыть лежалый товар с рук, накинуть пару монет к цене, потопить в глазах покупателя своего конкурента — это нормальная практика, особенно если речь идет о чужаке в небольшом городке.
— А просто попросить помощи, без ваших вот этих приемчиков, нельзя? — справедливо высказался Майк.
— Хорошо, большой и серьезный мужчина, больше ни одной шутки в твоем присутствии.
Приподняв подол, выполнила глубокий реверанс и с гордо поднятой головой вышла из комнаты. Я, конечно, не леди, но бывший муж у меня из лордов. И как держать себя в присутствии напыщенных индюков, я знала прекрасно. Вот только жаль, что так пришлось себя вести в этом доме, но и быть девочкой для битья я не хочу.
Стоило мне выйти из кухни, как тут же за спиной раздалось возмущенное ворчание Браула:
— Ну и чего ты устроил, умник?
Шаг непроизвольно замедлился. Ну любопытно же!
— Спасал тебя от манипуляций, — так же тихо и не менее возмущенно прозвучало в ответ.
— От каких? От просьбы о помощи? Майк, ты вроде умный, но такой дурак! У меня работы сейчас нет, ты думаешь, я откажусь от пары звонких монет?
— Зато у меня работа есть, и…
— И мистер Роуф слег с бронхитом, а потому у тебя две недели перерыва в работе как минимум, — проворчала Марта. — Но, Майк, если ты не хочешь работать с госпожой Элис, нужно было просто сказать. Девочка ушла из комнаты, даже не поев. А ее весь день дома не было. И не стыдно тебе?
— Мне? А ничего, что мы ее совсем не знаем? А вы в споре принимаете не мою сторону, а защищаете эту леди?
— А когда ты вчера ночью тащил незнакомку пешком через весь город в мой дом, ты не подумал о том, что она может оказаться кем угодно? Нет? И когда уходил сегодня утром из дома вместе с братом, оставляя меня наедине с ней, тоже не думал? А теперь что — работу ему предложили!
— Может, она и платить-то не сможет, чего вы…
— Ты совсем дурак, да?
Браул, тяжело вздохнув, вдруг громко крикнул:
— Госпожа Элис, вернитесь на кухню, будьте добры. Всё равно ваши ботиночки не стучали по полу уже очень давно.
И что-то мне так стыдно стало. Прямо мучительно стыдно, и щеки тут же опалило жаром. Но в кухню я вернулась. Потому что все они были правы. Я ничего не знала про эту семью, как и они про меня, а это не дело. Если я буду какое-то время жить у Марты и ее племянники будут работать на меня, то нам стоит чуть ближе познакомиться.
— Элис? — Марта выглянула из кухни и, увидев мое покрасневшее лицо, всплеснула руками. — Деточка, ну ты еще ближе бы встала и слушала, кто ж так делает? Вон до поворота в коридор два шага. Тебя что, в детстве не научили, как надо делать?
— Ч-что?
— Ох ты ж горюшко неопытное. Пойдем ужинать. Заодно и расскажешь мальчикам моим, какую работу ты можешь предложить, а они пусть сами решают, справятся ли с задачей и смогут ли тебе помочь.
При последних словах в глазах хозяйки дома сверкнула добрая толика лукавства, а из кухни донесся бубнеж. Кажется, слова тетки попали в больную мозоль мужского эго. Как же, как же.
Разговор за ужином протекал легко. Несмотря на то что в первые минуты после моего возвращения лиц, окрашенных краской смущения, в одной комнате было целых три, нам не помешало быстро преодолеть неловкость. Браул, как и тетка, поинтересовался, кто ж меня так подслушивать учил, а когда я призналась, что никто, и в семье я была один ребенок, он пообещал заняться моим воспитанием. Майк извинился за свое поведение, я ответила тем же. А потом поведала краткую историю того, как я оказалась в Бринхолле. Да, сирота. Дочь торговца, росла и училась вести дела отца. Была замужем. Теперь уже нет. В столице не могла остаться, слишком сложно там находиться. Уехала в Бринхолл, потому что здесь когда-то жила бабка и от нее остался дом, который имеет крепкие стены и весьма ветхое и запущенное состояние внутри.
От Марты я узнала историю семейства Тафрайт. Братья остались без родителей в одночасье, когда экипаж, в котором ехали молодые супруги, перевернулся на размытой дождем дороге. Перевернулся и улетел с обрыва. Возможности выжить не было ни единой. И так Марта в тридцать лет осталась с двумя малышами на руках.
4.2
— Муж мой, Билли, ох и любил этих сорванцов. У нас своих-то детей не было, а тут сразу двое. Сначала все грустные ходили, да это и понятно. А потом ничего, как-то склеилась у нас семья, выросли. Билли только вот ушел рано. В один день сгорел: температура поднялась, думали просто простуда. Ночью жар и бред. А утром его уже и не стало. Так и не узнали, что это было. Вот и остались мы с племянниками одни. Но они у меня молодцы. Взрослые уже. Работы не бояться, голова на плечах есть. Вот женятся, сделают меня бабушкой, и совсем хорошо будет.
Умные и работящие сверкали глазами и улыбались, но с теткой не спорили. Хотя я готова биться об заклад — никаких свадеб ни один из братьев не планировал в ближайшие годы.
После моего рассказа о доме и необходимом ремонте разговор как-то сам перешел в более деловое русло. Все чаще стали звучать имена: плотника, кожевенных дел мастера, мебельщика. Где взять материалы, кого можно позвать в помощники на сложные и объемные работы. А уж как мы об оплате спорили, ммм, отец бы оценил! В свою комнату я возвращалась с улыбкой на губах. Если цены на материал будут хотя бы примерно такими, как говорят братья, то я смогу отремонтировать дом и даже еще останутся деньги в запасе на примерно год спокойной жизни в режиме экономии, или на полгода без того, чтобы себя ущемлять в разумных тратах.
Приняв ванну, я легла на кровать и довольно потянулась перед тем, как обнять подушку и уснуть сном младенца.
Со следующего дня работа закипела.
Майк объявил, что у него есть всего неделя на нормальную работу, а потом нужно будет больше времени уделять кузне. Поэтому раскачиваться некогда.
Утром, едва успев позавтракать, мы вышли из дома и поехали в лавку плотника.
Господин Руфта, мужчина с паутинкой морщинок вокруг глаз и добродушной улыбкой, имел крепкую деловую хватку. Сложив пухлые руки на внушительном животе, он кивал на каждое слово Майкла, пока тот знакомил нас и объяснял, что я хочу купить, а потом вступил в игру.
Долго водил по складу дерева, показывал доски, бревна, рейки и прочие материалы сомнительного качества, а когда я остановилась рядом с сучковатой доской, рассматривая ее со скепсисом, делано всплеснул руками.
— Мисс Элис, вас что-то не устраивает?
— Паршивое качество ее не устраивает, — с вызовом ответил Майкл, вставая у меня за спиной. — Когда это ты начал такое дерьмо предлагать людям?
— В каком это смысле дерьмо? Ты сказал, что девушка хочет дерево подешевле, ну так вот лучшее, что я могу предложить!
— Из худшего, судя по всему, не так ли?
Признаться, меня задело такое показушное поведение. Я знаю, что торговцы — народ с хрупкой душевной организацией, и Майк, наверное, зря всего два раза похвалил товар мистера Руфта, нужно было сделать это раз в пять не меньше.
Пренебрежительно посмотрев на доску, развернулась и, вздернув нос, сказала Майку:
— Покупать дерево мы будем у другого мастера.
— Дорогуша, вряд ли у вас это получится, ведь я единственный плотник в городке.
— Как хорошо, что в нашем королевстве Бринхолл — это не единственный городок. Пойдем, Майк. Мне здесь делать нечего.
— Элис, ты уверена? — спросил меня белокурый великан, как только мы вернулись к телеге.
— Абсолютно. Никогда не позволяй торговцам оскорблять тебя, Майкл. Этот ваш мистер еще не знает, с кем связался. Но как только я освоюсь в Бринхолле, обязательно найду способ ответить любезностью.
— Элис, но ты понимаешь, что ехать в другой город за деревом будет дорого?
