Страница 7 из 13
— Да?
— Не сердитесь, если люди будут относиться к вам осторожно.
— Я не сержусь.
— Просто вы очень изменились за один день.
— Может быть, я просто выспался.
Эльдар улыбнулся уже искренне.
— Тогда вам надо чаще спать.
После его ухода я позвонил Людмиле.
— Вы слышали разговор?
— Через стену — нет. По лицу Эльдара — да.
— Что он понял?
— Что вы больше не будете подписывать всё подряд.
— Это хорошее начало.
— Алексей Николаевич.
— Да?
— Вы действительно собираетесь менять порядок разгрузки?
— Да.
— Котов будет против.
— Он имеет право.
— А Хромов?
— Тоже.
— Тонька будет ругаться.
— Она и так ругается.
— Галка расскажет всем, что вы сошли с ума.
— Она уже рассказала?
— Пока только мне.
Я положил трубку и открыл чистую страницу блокнота.
На ней написал:
«Рыноком управляют не те, у кого должности. Управляют те, кто контролирует отдельный поток: товар, людей, деньги, информацию или страх».
Ниже добавил фамилии.
Котов — грузчики и дневная разгрузка.
Зотов — ночь, склады, тяжёлая работа.
Хромов — мясо.
Тонька — молоко и бытовой слух.
Галка — местные овощи и новости.
Зарифа — зелень и южные поставки.
Расул — товар и надёжность.
Эльдар — переговоры.
Климов — документы, доступ и старые обещания.
Это была пока не власть. Это была её схема.
В четыре часа пришёл Расул Мамедов.
Он вошёл без сопровождающих. Высокий, спокойный, в тёмном костюме, который сидел на нём лучше, чем мой галстук на мне. Лицо открытое, взгляд внимательный. Человек, привыкший входить в чужие кабинеты без ощущения, что делает что-то чужое.
Эльдар сел рядом.
Расул протянул руку.
— Алексей Николаевич.
— Расул Мамедов.
— Рад знакомству.
— Взаимно.
Мы сели.
Расул не стал доставать бумаги. Сначала посмотрел на меня, потом на кабинет.
— Вы сегодня ходили по рынку.
— Да.
— Много посмотрели?
— Достаточно, чтобы понять, что мало.
— Рынок большой.
— Он не такой большой.
— Для человека, который здесь первый месяц, большой.
— Я был здесь и раньше.
— Директором — первый месяц.
— Директором — да.
Расул кивнул.
— Ваш предшественник был спокойным человеком.
— Я слышал.
— С ним было легко работать.
— Вы хотите сказать, что со мной будет трудно?
— Я хочу сказать, что мы ещё не знаем.
— Это честно.
— Мы стараемся быть честными в важных вопросах.
— А в неважных?
— В неважных можно быть гибкими.
Я посмотрел на Эльдара. Он не улыбался.
— Что для вас важно? — спросил я.
— Чтобы товар приезжал вовремя. Чтобы его не задерживали без причины. Чтобы места не меняли каждый день. Чтобы мои люди понимали правила. И чтобы правила были одинаковыми для всех.
— А если одинаковые правила вам не понравятся?
— Тогда я скажу.
— И что будете делать?
— Разговаривать.
— А если разговор не поможет?
— Тогда искать другой разговор.
Он произнёс это спокойно, без угрозы. Но я понял: Расулу не нужно было кричать, чтобы его услышали.
— Вы просили два места у центрального входа, — сказал я.
— Просил не я. Торговцы.
— Но вы поддерживаете просьбу.
— Если она разумная.
— Почему эти места должны быть вашими?
— Там лучше продаётся товар.
— Это я вижу.
— Вы хотите отнять их?
— Пока нет.
— А потом?
— Сначала хочу понять, почему они ваши.
Расул чуть откинулся в кресле.
— Они не наши. Мы там работаем.
— Долго?
— Достаточно.
— А если завтра придёт другой торговец и предложит больше денег?
— Он не сможет продать столько же товара.
— Значит, дело не в месте.
— Не только в месте.
— В чём ещё?
