— Посмотрите, господин генерал, — вежливо попросил он, показывая на телескоп.
В палатке, кроме штабных офицеров и охраны, находилась жена узурпатора, молчаливая Анна Хардален, и генерал Эрик Хардален. Командующий Железного Легиона смотрел на карты, будто не замечая окружающий мир.
— Что вы видите? — спросил Громов.
Генерал наклонился и посмотрел в глазок прибора. Среди россыпи звёзд он увидел хорошо знакомое ему маленькое чёрное пятнышко, окружённое тусклым светом. С земли его видно плохо, но через мощный телескоп можно было разглядеть больше деталей.
— Знаете, что это?
— Да, — ответил Дайрин. — Это Великий Пожиратель. Мне в детстве рассказывали сказку, как однажды он сожрал целую звезду. Мы в пустыне по нему ориентируемся, но только летом, когда его видно. Зимой пропадает.
— Это не совсем сказка, — произнёс Громов. — Когда-то там и правда была звезда, самая яркая на ночном небе, мимо которой сюда пришли Переселенцы. Но потом она взорвалась, и вместо неё появилась эта чёрная дыра. Тогда люди остались заперты на этой планете, и началась Эпоха Раздора.
Генерал не очень понимал, к чему узурпатор это рассказывает, но тот продолжил, возвращаясь к карте:
— Но увы, вместо того, чтобы возвращаться в космос и узнать, что скрыто за этим Пожирателем сейчас, мы воюем и воюем, — с грустью произнёс он. — И сейчас нам приходится продолжать.
— Есть новые приказы? — спросил Дайрин.
Громов сел в кресло, рядом с ним остановилась Анна, а генерал Эрик Хардален поднял голову.
— Есть, генерал, — сказал он. — Мы начинаем подготовку к возвращению Его Величества, и у вас в этом особая задача…
Глава 2
«Офицерская академия "Сильва Коллис" — старейшее высшее военное учебное заведение в мире. Основана в 221 г. от в.т.в. Небожителем Вальрасом. Благодаря своему расположению на острове, неоднократно использовалась как естественная крепость при обороне столицы империи».
— Имперская энциклопедия, новое издание 871 года.
— Господин командор, за время… — начал отчитываться Зорин.
— Вольно, — сказал я. — Как дела, Лёша?
— Всё по-старому, — устало произнёс он.
— И служба не в радость, — ехидно добавил Кеннет. — Дома молодая жена, а ты тут торчишь.
Лёша женился пару месяцев назад, когда мы ещё были в Огрании. Но нас перевели сюда, а офицерские семьи остались в гарнизоне Нерска.
— Не напоминай, — протянул Зорин, — и так народ весь злой, что домой никого не отпускают, так ещё… а-а-а, — он отмахнулся, похлопал себя по карманам, разыскивая сигареты, но остановился. — О, кстати! Смотрите, что покажу.
— Я в штаб, — напомнил я.
— Да это по пути. Тебе понравится, Дима. В кино же только видел.
— Показывай, — согласился я.
Бронерота Зорина расположилась на академическом острове на реке Сильва и училась форсировать реки. Но, кроме них, на территории разместились другие десантники имперской армии.
Крепость «Северное Копьё» патрулировала юг Мидлии, а её десант в составе батальона собирался близ академии для совместных с нами учений. Были и другие подразделения. В составе имперских десантных войск, не считая региональных ВДВ, были ещё три полка, не приписанных ни к одной крепости: один парашютный и два десантно-штурмовых, с вертолётами и своей бронетехникой, где даже были танки.
Зорин на них смотрел и завидовал, но о переводе не просился.
Он показывал дорогу к главному корпусу, а попутно рассказывал всякие истории об этом месте, ведь раньше здесь был и недолго учился.
— Так-то я учился в танковом училище в Мардаграде, — рассказывал Алексей. — Но нас два раза в год привозили сюда на сборы на три недели, и все эти местные высокородные курсанты… кто там курит? — рявкнул он, остановившись. — Ну-ка живо оттуда, пока по жопам не надавал!
Два молодых курсанта, прячущихся за памятником Таргину Великому, торопливо побежали в сторону, иногда в страхе оглядываясь. Дымящиеся окурки остались на газоне.
— …смотрели на меня, как на кусок говна из провинции, — невозмутимо закончил Зорин. — А я в имперской армии теперь, — сказал он с усмешкой. — Повыше некоторых.
Вскоре я знал легенду про одного из прежних директоров академии по имени Кичиро Кобаяши, призрак которого якобы иногда ходил по коридорам корпусов и общежитий по ночам и пугал студентов-двоечников, чтобы учились лучше.
Рассказывал про болота, где, якобы, покоятся останки сотен погибших там людей, ведь остров неоднократно штурмовали, да и при Таргине Великом учения проводились с боевым оружием. Так что студентов, которым не повезло, по слухам хоронили прямо там.
Не забыл и про историю, связанную со свечой духа предка, которая стояла рядом с женским общежитием (когда-то давно здесь учились девушки высокого происхождения, но это отменили много лет назад). Якобы дух предка, живущей в той свече, нашёл и уничтожил маньяка, который преследовал учащихся здесь девушек.
А когда показался главный корпус, стены которого в некоторых местах были покрыты следами былых сражений, Зорин направился в сторону аллеи. И там, за памятниками, я увидел силуэт гигантского шагохода.
Это не Исполин, а другая модель стандартных размеров. Именно этот я видел в кино. На постаменте перед ним стояла свеча, а надпись на табличке, вмурованной в бетон, гласила: «БРЛР-1 "Старый Герберт". Боевая ригга Лингерта Риггера, 537 год».
На этой же табличке была историческая справка и выбитая в бронзе карта сражений. За свой долгий срок службы больше чем в три сотни лет старичок поучаствовал во множестве войн. Из его пушек были убиты аж трое Небожителей, а ещё это была командная машина Молота империи, из которой он руководил всеми сражениями, в которых участвовал.
Я подошёл к свече и посмотрел на неё. Огонёк, спрятанный за стеклом амулета, дёрнулся. Говорят, это предок конструктора Лингерта Риггера, и он же был катализатором для топлива, находясь в этой боевой ригге. Без него шагоход не работал.
Поговорим с ним как-нибудь, когда никто не будет смотреть. А то за мной наблюдают слишком многие, да и трогать свечу нельзя, о чём говорила другая табличка. За это даже штраф могут выписать.
— Ща, — Зорин огляделся, как школьник, который прячется от преподавателей, чтобы те не увидели, что он курит, и прошёл к ноге шагохода.
Вскоре оттуда раздался его разочарованный голос.
— Блин, люк заперли.
— Ты там курил? — с усмешкой спросил я.
— Было дело, курили в кабине. Хотя там грязно, — Зорин смахнул пылинку со своей чистой формы и поправил берет.
Я направился дальше. Кеннет пошёл к старшему офицеру-инспектору, своему прямому командиру, а я заглянул в главный корпус.
Теоретические занятия отменены, но курсанты пока находились здесь, проходя ускоренную подготовку и командирские курсы младших офицеров. Армия ждала появления узурпатора, но никто не знал, где и когда он ударит.
Академия большая, тут учились как курсанты, осваивающие военную подготовку, так и офицеры, обучающиеся для более серьёзных должностей. Сюда же приезжали сержанты и младшие офицеры для повышения квалификации. Короче, старейшая академия делала полный набор обучения для всех.
На входе в главный корпус у меня проверили документы, как было положено. Я вошёл внутрь просторного зала с белой плиткой под ногами. Под портретом моего далёкого предка — генерала Сергея Климова, умершего ещё во вторую Гражданскую, сидел мой начштаба подполковник Ван Ли, держа в руках трость. Ещё не восстановился после перелома, но уже мог ходить и понемногу возвращался к делам.
— Ну что, Дима, — он поднялся, — вот и настал момент, которого я ждал.
— О чём ты, Ли?
— Ты ещё не слышал? Тогда сейчас услышишь. Ох… — Ван Ли поморщился. — Не хватало нам ещё этих желторотиков. И теперь не одна рота, а тысячи…
Вскоре я уже понял, о чём речь.
В штабе было много офицеров в форме десанта, которые обсуждали дела рядом с огромной картой империи. В стороне стояли старшие офицеры, среди них усатый старик. Это был генерал Кондратьев, командующий имперским десантом.
Рядом с ним стояли его начштаба и командор десанта второй крепости Вальрас. С ним я раньше почти не пересекался. Он командовал десантом на «Северном Копье», и ни одну из войн последнего года не застал.
Третий же командор погиб ещё несколько месяцев назад во время крушения «Молота империи».
— Господин генерал, — объявил я, останавливаясь перед Кондратьевым, — командор Климов по вашему приказанию прибыл.
— Вольно, — сказал генерал. — У нас всё не было шанса поговорить раньше, командор, вы постоянно были далеко. Но зато ваша часть теперь самая образцовая. Примите поздравления.
— Служу империи! — отчеканил я.
Он кивнул начальнику штаба и тот отошёл, потянув за собой Вальраса. Тот явно был этим недоволен, как похвалой, так и тем, что мы с генералом остались наедине. А я прошёл за Кондратьевым в коридор, где висели портреты самых известных курсантов академии.
— Я провёл инспекцию всех наших войск за эту неделю, — сказал он и хрипло откашлялся. — И сделал неутешительные выводы. Что вы видите? Только честно, Дмитрий Михайлович.
За окном батальон бойцов с «Копья Севера» проводил строевую подготовку. Бравые десантники в ногу маршировали по дороге, распевая старую строевую песню:
— Нам небо заменит дорогу,
А Крепость — родительский дом.
Мы первыми встретим тревогу,
Последними с боя уйдём.
— Маршируют неплохо, — отметил я. — Мы перед Фледскартом тоже были в этом хороши.
— Я помню, — процедил генерал.
— Тогда скажу начистоту, Евгений Фёдорович, раз просите, — произнёс я. — Это не то, что они должны изучать сейчас, когда страна на грани войны. От этой подготовки, — я показал на строй, — мало толку в бою. Это потеря времени. Я бы вместо этого учил их плавать или идти в горы с грузом. И это после того, как научатся прыгать с парашютом в любых условиях.
— Вы слишком откровенны, командор, — заметил Кондратьев. — И всё же, офицер должен быть более дипломатичным. Особенно в вашем звании. Ведь командор куда более значим, чем полковник.
— Дипломатия — не мой конёк.
— А жаль. Потому что вам ещё нужно взаимодействовать со многими командующими, Дмитрий, и они такую прямоту не любят, даже когда просят об этом. Хотя, конечно, император вами очарован, поэтому другие будут терпеть, но некоторые против этого назначения.
— Против какого назначения, Евгений Фёдорович?
— С сегодняшнего дня, командор Климов, — официально произнёс генерал Кондратьев, — вы назначаетесь заместителем командующего воздушным десантом империи по боевой подготовке. То есть — моим.
— А моя часть?
— Пока руководите и ей, но готовьте себе замену. Ваша главная задача — обеспечить слаживание и подготовку всех частей имперского десанта, а в дальнейшем — всех соединений ВДВ в империи. Они скоро переходят под наше прямое командование. Десант будет единым кулаком, чего я добивался много лет.
— Я понимаю, — проговорил я.
Это огромное повышение, слишком серьёзное для меня, даже для Небожителя. Но задача очень большая. У меня ушло много месяцев, чтобы подготовить наш десант. И это притом, что у нас был боевой опыт.
А сейчас войск намного больше, и не все из них воевали.
Но этим надо заниматься. Вообще, этим надо было заняться давно. Но это даёт возможности для победы. Десант с единым командованием способен на большее.
— У нас тысяча профессионалов с «Императрицы», — начал перечислять Кондратьев по памяти, — ещё пятьсот обученных, но необстрелянных парней с «Копья». Ещё пять с половиной тысяч линейных имперских десантников, не приписанных к крепостям, и восемнадцать тысяч бойцов ВДВ в региональных армиях. Плюс пятьдесят тысяч в мобилизационном резерве. И это я не считаю вспомогательные войска.
— Немалая сила, — сказал я.
— И их нужно обучать для современной войны. Сначала десант «Копья» и имперский, а затем — всё остальное. Под наши стандарты. Под ваши стандарты, командор, — подумав, добавил он. — Полномочия будут, право на перестановки тоже. Потому что время для этого ушло, и действовать надо быстро. Через час совещание по обстановке, и затем ещё одно, когда я вернусь из ставки.
— Принято. Будем работать, господин генерал, — сказал я.
— Рад слышать, командор, — сухо произнёс Кондратьев.
Новость была неожиданной, а срок всего этого вышел ещё вчера. Ещё и Кеннет обрадовал:
— Не просто так, Дима, это всё, — сказал он. — Все говорят, что Кондратьев готовится уйти в отставку. И если ты проявишь себя, то станешь имперским генералом и командующим всем десантом.
— Счастье-то какое, — с усмешкой проговорил я. — Но разве не начштаба должен всё возглавить?
— Тот тоже идёт в отставку. Да и империи нужен боевой командир для десанта. Об этом намекал император, а он перед этим принимал вашего хорошего знакомого по имени Анатолий Варга, — Кеннет хмыкнул.
— Понял. Но мы работаем, Брюс. Ты со мной? У нас хорошо получается действовать вместе.
— Ну, бумажной работы прибавится, — он задумался, — зато не надо будет заниматься мордобоем… в смысле, разбирать каждый такой случай.
— А ты, Ли? — спросил я у начштаба, который сидел на скамейке в стороне.
— Я служил на «Копье», — он поморщился. — Задачка их поднять будет не из лёгких. Намучился я тогда с ними.
Это с той крепости тогда отправили Ван Ли к нам, чтобы избавиться от него из-за его тяжёлого характера. Но на «Императрице» он показал себя офицером, который готов отдавать приказы и брать на себя ответственность.
В ожидании совещания я уже накидал план. Надо будет проверить, что вообще могут бойцы других частей. Судя по бойцам с «Молота», которых нам прислали, не так уж и много.
Сначала проверить другую крепость, потом всех остальных. И подключать наших готовых офицеров, при этом так, чтобы десант «Императрицы» не стал слабее. А времени на это мало.
* * *
На совещании все смотрели на нас. Высокопоставленные штабные офицеры десанта щурились и шептались между собой, а командор Вальрас смотрел на меня волком.
Он старше меня и в звании командора уже лет десять, а ещё он потомок династии Небожителей Вальрасов (хотя у всех их ныне живущих официальных потомков этой силы не было), и явно считает своё происхождение куда выше, чем у остальных. Он явно сам хотел на эту должность.
Но пока они все смотрели на меня, я уже решал их судьбу.
— Готовишь своего зама в начштаба, — распорядился я Вану Ли. — У него хорошо получалось.
