— Твой Данилов мизинца моего не стоит. Его удел — синюшные худые пятки Миранды. Но...
Густые ресницы Аграфены вздрагивают.
— Но если он хотя бы раз подойдет ко мне, я за себя не отвечаю. Духу его не будет в моей жизни.
Глава 7
Денис
— Сахар?.. — спрашивает Артем оборачиваясь.
— Без сахара, — говорю ему в тысячный раз, но, видимо, будет и тысяча первый.
Эта не та информация, для которой найдется местечко в его голове. Он человек деятельный, избирательный, разную хрень, типа моих предпочтений, запоминать не станет.
— Сэндвич с сыром сделать?
— Валяй.
Я не завтракал еще, поэтому не откажусь. Сидя на барном стуле в доме его родителей, озираюсь по сторонам. Года три здесь не был, и я уж не вспомню, изменилось здесь что-то с последнего моего визита или нет. Кажется, все по-прежнему. Такие же огромные окна, ведущие на задний двор, светлая мебель и льняные салфетки на столах. В большой вазе огромный букет белых роз. Пахнут приятно.
— Я вмонтировал в нее усилитель зимой, — говорит Темыч о колонке, за которой мы сюда приехали.
Этот сабвуфер он сделал своими руками лично для меня. Такое вот у него хобби, и очередь на его «черные ящики» расписана чуть ли не на год вперед.
— Шума не даст? — спрашиваю, имея в виду усилитель.
— Не, чисто...
Киваю. Не сомневаюсь, кстати. Золотым рукам и светлой голове Рокотова доверяют все в нашем окружении.
Получаю вскоре свои кофе и сэндвич, но в момент, когда вгрызаюсь в него зубами, за спиной раздаются легкие шаги, а следом тихое змеиное шипение:
— Не поняла!.. Это что такое, Тема?!
Вот оно — исчадие ада. Единственное черное пятно на гербе семьи Рокотовых, которую я, в общем-то, люблю и уважаю.
— Это что такое, Тем? — дублирую вопрос с набитым ртом, — Ты же сказал, она на лекциях.
— Ты почему не на лекциях? — обращается он к сестре.
Она, видно, только что проснулась. В топике на тонких лямках и в микроскопических шортиках. Длиннющие ноги бесстыже голые, но змеюку это, похоже, не смущает. Нечесаные волосы рассыпаны по плечам.
Медленно придвигаясь к нам, она высекает глазами молнии.
— У меня сессия началась.
— Бля... — выдыхает Темка раздосадовано.
Я отпиваю горячий кофе и чувствую, как от затылка вдоль позвоночника начинается легкое покалывание. Наверняка препарирует меня взглядом, извлекая головной и спинной мозг. Прикидываюсь пнем, хотя не скрою, что ее уколы не всегда раздражают. Иногда будоражат до закипания адреналина в венах. Думал, пройдет, когда повзрослеет, но нет — стала еще ядовитее и опаснее, а я вместе с тем — более восприимчивым к ее яду.
— Я сейчас свалю, — отзываюсь негромко, — Сэндвич только доем.
— Дома не кормят? — прилетает тут же.
— Не-а...
— Кир, завязывай, — закатывает глаза Темыч, — Отсидись в гостиной пять минут.
— Да щас!.. Бегу и спотыкаюсь!.. — восклицает со смехом, — Не хватало в собственном доме прятаться от незваных гостей!
Прошествовав мимо и обдав меня сладковатым запахом, достает чашку из шкафа и запускает кофемашину.
Я мало знаю ее повадки и жесты, но по движениям рук и головы, когда она откидывает волосы, могу предположить, что ей не по себе. На щеках и белой тонкой шее яркие розовые пятна, дыхание учащенное. Это ненависть ко мне ее так возбудила?..
— Я в гараж. Ты со мной? — спрашивает ее брат, поставив свою чашку в раковину.
— Иди. Я догоню, — указываю на недоеденный сэндвич.
Полоснув меня острым как бритва взглядом, Рокотова отворачивается, чтобы достать сливки из холодильника. Не терпится остаться с ней наедине и еще на что-нибудь спровоцировать. Меня бесит и заводит одновременно, как она реагирует на меня. Не то влюблена по уши, не то отвратителен до тошноты. Никак не могу понять.
— Как ты? — начинаю, едва хлопает входная дверь дома, — Ночами спокойно спишь?..
Намекаю на ту сцену с Мирандой, свидетелем которой Кире пришлось стать. Я до сих пор помню шок, отвращение и затаенную обиду в серых глазах. Она смотрела так, словно я ее предал. На хрена?..
— Не спокойно, — отвечает язва, — Кошмары мучают. Снятся умирающие бабки и большие пауки.
— А пауки почему? — не сдерживаю смеха.
— Ассоциация такая... — пожимает узкими плечиками.
Наполняет чашку кофе, подносит к лицу и нюхает. Забавная и даже симпатичная, если бы не ее мерзкий характер.
— Странные ассоциации. Мне казалось, тебе должно было сниться кое-что погорячее.
— Что, например? — издает хохоток, — Я не увидела и не услышала ничего горячего.
Мы спорили, ругались и препирались с ней не единожды, но за границу возрастного ценза ни разу не выходили. Сейчас можно — девчонка и правда выросла, и мне интересно узнать, что еще она накопила в себе за время, пока меня не было.
— Есть с чем сравнивать? — спрашиваю и затаиваю дыхание в ожидании ответа.
Рокот меня убъет, если узнает.
Пятна на ее щеках становятся еще ярче, в брошенном на меня взгляде смущение и огонь. На губах саркастическая усмешка.
— Конечно.
Врет же!.. Голову на отсечение даю, что врет, но игра уже началась, и она не выставила чертовы границы.
— Сколько тебе лет?.. Напомни.
— Давно совершеннолетняя, — роняет она.
В этот момент за окном мелькает голова Темыча. Значит, скоро будет в доме. Я подтягиваюсь на сложенных на барной стойке руках и осведомляюсь:
— Опытная, значит?..
— Какое твое дело, Данилов, до моего опыта?.. Зазудело, что ли?..
Сучка. Где мне взять столько дерзости?..
— На тебя не зазудит, не надейся, — проговариваю я тихо, — Не подходишь под мои стандарты.
— Пф-ф-ф... — выдыхает якобы с облегчением, — Слава богу, не придется отбиваться еще и от тебя.
Дверь открывается и закрывается. Через несколько мгновений в кухне появляется ее брат. Остановившись, внимательно смотрит на язву, потом считывает выражение моего лица. Успокаивается.
Я благодарю за завтрак и встаю со стула. Кира делает вид, что не замечает моего ухода. Закинув ногу на ногу, залипает в телефоне с чашкой кофе.
— Мы поехали, — говорит Рокот.
— Ага...
— Кир... посуду убери... И к экзаменам готовься.
— Еще указания будут?
Я бы вставил, конечно, слово, но дал обещание другу сестру его не цеплять и на ее провокации не вестись. Обещание, которое, кстати, уже нарушил. Поэтому просто выхожу из кухни после того, как мое нейтральное «пока» остается без ответа.
— Удивительно, что не подрались, — роняет Темыч, когда мы вместе грузим саб в мою машину.
— Парень есть у нее? — спрашиваю как бы между прочим.
— Нет, но... ухажеров хватает, — кряхтит он, — А что?
— Ничего.
— Она еще ребенок, Дэн...
— Я бы не сказал.
— Держись от нее подальше, — припечатывает Рокот, — Руки обломаю.
Глава 8
Кира
Экзамен по истории архитектуры проходит в виде тестирования. Ответы на все вопросы, кроме двух, я знаю точно. Но включив логику и максимальную активацию памяти, я все же решаюсь выбрать варианты. Я не перфекционистка — меня устроит даже четверка.
— Вы готовы сдать тест? — спрашивает преподаватель, заметив, что я пялюсь в окно.
— Да...
Сдаю ему работу и выхожу из аудитории, чувствуя небывалое облегчение. Это не самый важный предмет, но оценка пойдет в диплом, да и времени на подготовку к его сдаче я потратила немало. А это не так уже легко, учитывая, что половину его занимали мысли о конченном.
Говнюк не собирается оставить меня в покое, верно?.. Иначе к чему все эти провокационные вопросы о моем опыте?.. Прошло столько времени, но ему снова интересно воевать со мной. Что ж, посмотрим, кто из нас более искусный боец. Не буду Кирой Рокотовой, если не щелкну Данилова по носу.
Телефон на беззвучном, и я буквально случайно замечаю, что звонит брат. Принимаю вызов и, махнув девчонкам рукой на прощание, шагаю по коридору университетского корпуса.
— Сдала?
— Сдала, оценку еще не знаю. Но думаю, хорошо.
— Молодец, — хвалит Тема, — Давай забуримся в кафе, я здесь неподалеку.
— Один? — спрашиваю, имея в виду его дружка, с которым они после годовалого перерыва не расстаются ни на день.
— Один.
— Тогда окей. Подъезжай к «Пикачу», я буду через пять минут.
Это студенческое кафе, в котором варят вполне сносный кофе и пекут пышные круассаны. Сколько часов я провела в нем с подружками — не сосчитать.
Толкнув дверь, вываливаюсь из прохладного, темного помещения на яркое теплое солнце. Быстро сбегаю по ступеням и иду одноэтажному зданию с яркой вывеской слева от корпуса. Машина Артема останавливает около него одновременно со мной. Я жду, когда брат подойдет, обнимет и поцелует меня в щеку, а потом мы вместе заходим внутрь.
— Рассказывай, — велю, усевшись на высокий стул напротив него.
— Что именно?
— Зачем ты меня позвал. Что-то случилось?..
— Ничего не случилось, — проговаривает Тема, положив телефон экраном вверх на стол, — Просто мимо проезжал.
— Кому ты врешь? — смеюсь я, — Тебе что-то нужно от меня.
— Угадала, — отвечает также весело, только веселье его напускное.
Вижу же, как прячет глаза и нервничает, постукивая указательным пальцем по столешнице.
— Тебя уже позвали к Машковцевым?..
Вот оно что!.. Я приосаниваюсь и, сложив руки перед собой, расправляю плечи и приподнимаю брови. Пусть знает, что я заранее не согласна.
— Конечно. Влада написала мне еще позавчера. Я уже и купальник новый купила.
— То есть, ты туда собираешься?..
— Что за вопросы?
Машковцевы Владислава и Тимур много лет наши друзья и традиционно в начале лета устраивают пати с диджеем, бассейном и даже аниматорами. Каждый год мы с Темой ходим туда вместе, а нынче он хочет запереть меня дома?!. И все из-за Данилова, у которого снова зазудит при взгляде на меня?! Ну уж нет!..
— Я подумал, тебе с Дэном не стоит встречаться.
— Почему же?.. Он сказал, что ему неприятно смотреть на меня?
— Ничего такого он не сказал, — тушуется брат, который, видимо, уже не рад, что завел этот разговор, — Я вижу, как он тебя раздражает.
— Тю-ю-ю!.. Так ты обо мне беспокоишься? — кладу руку на его плечо и ободряюще его сжимаю, — Думаешь, конченный испортит мне настроение?
— Кир, — хмыкает Артем, чуть подкатив глаза, — Вы вдвоем адова смесь. Я боюсь, как бы вы там не подпалили праздник.
Нам приносят кофе и пирожные. Я забираю капучино и мой любимый клубничный чизкейк. Маленькой ложечкой отламываю кусочек и отправляю его в рот.
— Если он не станет ко мне цепляться, клянусь, я на него даже не взгляну.
— Ты всегда так говоришь, — замечает Артем, — А в результате мне приходится растаскивать вас по разным сторонам.
— Тем... ты же понимаешь, то, что ты просишь — бред. Я не буду менять свои планы из-за Данилова.
— Даже из-за меня?
— Я иду к Машковцевым. Точка. И давай, не будет ссориться.
Признаться, причина, по которой брат угощает меня пирожным, расстроила. Я в афиге от того, что с этой просьбой он не обратился к своему другу, например. Почему я должна избегать его, а не он меня?! Не я источник конфликта, не от меня каждый раз исходит агрессия! Не я пристаю с провокационными вопросами, и не я язвлю на каждое замечание!
— Тогда личная просьба.
— Валяй.
— Держись от него подальше.
— Я ничего специально делать не стану, Артем! — проговариваю строго, — Даже прятаться там от него нарочно не буду. Он для меня пустое место.
— Хотелось бы верить, — бормочет тихо с явным сомнением в голосе.
В этот момент лежащий на столе его телефон начинает звонить. На экране имя «Мира». Артем тут же нажимает отключающую звук боковую кнопку и переворачивает мобильник. Я настораживаюсь.
— Мира?.. Кто это, Тем?..
Я не слежу пристально за его личной жизнью, но обычно девушек, которым он дает свой номер, знаю по именам. Никакой Миры среди них никогда не было.
— Так... — отмахивается брат, с преувеличенным усердием нападая на медовое пирожное.
— Твоя новая подружка?..
— Кир, отстань...
Его напряженный подбородок и то, как он старательно отводит взгляд, заставляет меня напрячься еще сильнее. Я тянусь к Артему через стол и пытаюсь заглянуть в глаза.
— Тема, ты меня с ней познакомишь?..
— Блядь...
— Но я не помню ни одной девушки по имени Мира в твоем окружении? Она новенькая?
И тут меня пронзает догадка. Настолько невероятно — ослепляющая, что на несколько мгновений я теряю дар речи. Да, ну... Вряд ли.
Вернее, не может быть.
— Это не Миранда ли?..
Над верхней губой Артема проступает белая тонкая полоска, так бывает при крайней степени его раздражения.
— Миранда, Тем?.. Зачем она звонит тебе?
— Кира... Когда-нибудь тебе прищемят твой любопытный нос.
— Я угадала?! Это она?
— Нет... не она, — продолжает упираться.
И я, может быть, поверила бы или даже подумала, что ничего удивительного нет в том, что у него есть контакт девушки друга, но его реакция заставляет сильно задуматься. Что-то тут не так.
— Ладно, — отвечаю тихо, возвращаясь к своему чизкейку.
— Забудь.
— Уже забыла.
— И не фантазируй лишнего. Это действительно не она.
— Да-да, я так и поняла...
— Кира, — смотрит на меня, сощурив глаза, — Смотри мне.
Глава 9
Кира
— Так вот... — продолжает Алина шепотом.
Каро, затаившись, греет уши с другой от меня стороны. А сидящая на переднем сидении Леся так и ерзает на месте. Будет знать, как занимать принадлежащее мне по праву место. Я самая старшая из нас четырех, пускай даже всего на неделю Лесю, но факт остается фактом. И когда-то, в тот день, когда родители всем нам дали разрешение ездить на такси, мы решили, что переднее пассажирское — всегда за мной.
— Так вот... Ей двадцать три, представь!..
Алина где-то выведала сведения о Миранде, и теперь с нетерпением и жаром выкладывает их мне. Я слушаю, стараясь не казаться сильно заинтересованной, но не упускаю ни одного слова.
— Она, оказывается, местная, представляешь?! Моя Линка ее знает.
Линка — это ее старшая сестра, и она примерно ровесница Даниловской жерди.
— Почему мы ее не знаем? — задаю резонный вопрос.
— Она училась не то в Москве, не то в Питере, а потом осталась там после окончания вуза.
— Хм... Как она, интересно, познакомилась с этим... как его...
— Денисом? — подсказывает Каро.
— Да, с ним. Как она с ним встречаться начала, если он в Штатах, а она в столице?
— Я не знаю, но вполне возможно, они давно были знакомы и общались по переписке...
Вполне жизнеспособная версия, да. Тут же вспоминается и больно колет случай, когда я поздравила его с днем рождения, а он не узнал меня, в то время как с Мирандой мило беседовал каждый день.
Просто отморозок. Даже не верится, что земля носит таких людей.
Глубоко вздохнув, я усилием воли проталкиваю в себя обиду, и улыбаюсь девочкам.
— Ангелина говорит, — продолжает шепотом Алина, — что она нормальная...
— Нормальная?! — переспрашиваю неверяще, — Кто?.. Эта дылда?.. Ты видела ее?
Леся с переднего сидения смеется.
— Я про характер, Кира, — объясняет подруга, — Ну, мне так сестра сказала. Что она доброжелательная и милая, и все такое...
— Ты издеваешься? — осекаю я, обидевшись, — Она с Даниловым! Она не может быть нормальной!
— Точно!.. — спохватывается Алина, — Такая же конченная, как и он.
Я замолкаю, почти мгновенно пожалев о сказанном. Фиг ее знает, эту Миранду. Может, и правда нормальная. На моем дне рождения она не вела себя заносчиво. Может несмотря на синюшные пятки, ее действительно есть за что любить.
Может, конченный Данилов влюблен в нее по уши.
Ой, все!..
Отсекаю дальнейшие размышления и пытаюсь вникнуть в болтовню девчонок. Если и дальше так пойдет, то я исполню просьбу Темы, и вернусь домой на этом же такси. А это никак не возможно, я не могу допустить, чтобы Дэн прожил этот вечер, не убедившись, насколько я круче его деревянной этажерки.
Дом Машковцевых встречает нам раскатами музыки и взрывами смеха. Еще не совсем темно, но лазерные блики уже шныряют по огромному заднему двору, разрезая пространство на геометрические фигуры. У барных стоек, а их тут целых две, очереди. В бассейне яблоку негде упасть, у мангалов кружат специально приглашенные сюда люди.
По моим оценкам народа здесь больше, чем в прошлом году, раза в два, и основная часть мне не знакома. Я не представляю, где Машковцевы набрали столько друзей.
Мы с девочками обходим сооруженный специально для сегодняшнего вечера танцпол и останавливаемся у барной стойки.
— Сухое шампанское, — проговариваю я, когда до нас доходит очередь.
Подходит Владислава в коротких белых шортах и голубой рубашке, всех нас по очереди расцеловывает и торопливо, потому что гости продолжают прибывать, объясняет, где можно переодеться и ненадолго уединиться.
Артема я замечаю у бревенчатой изгороди, покрашенной в белый цвет, которая отделяет основную площадь заднего двора от небольшого садика с искусственным прудом. Помню, что в прошлом году на лето в него специально завозили золотых рыб. Куда их подевали осенью, мне не известно.
Брат стоит с сигаретой в руках и что-то вкрадчиво, с усмешкой и заглядывая в глаза, рассказывает Миранде. Я стараясь, не выдать своего присутствия, застываю на месте и не свожу с этих двоих глаз.
Где Данилов?.. Она же не пришла сюда с Артемом?
С каким бы уважением ни относилась я к выбору брата, но не хотела бы становиться с нею подругами. Она не нравится мне. Не понравилась с того момента, как я увидела ее худые пальцы на плече говнюка.
Девчонки воодушевленно щебечут. Каро увидела парня, который ей когда-то нравился, Алина — бывшую подружку, которая едва было не увела ее приятеля. Маша молча с интересом разглядывает публику.
Я продолжаю наблюдать за Темой и Мирандой, пока не замечаю Данилова шагающим к этим двоим.
Мое сердце пропускает удар, а потом с силой ударяется в грудную клетку, вызывая вспышку внутри и последовавшие за ней волны жара, что наполняют теплом даже кончики пальцев.
На нем черные летние брюки и такого же цвета расстегнутая на три пуговицы рубашка. Даже с этого расстояния я вижу, как поблескивает кулон, висящий на серебряной цепочке. Он останавливается около Миранды и моего брата и одной рукой упирается в белый парапет. Курит, как и Артем. Делает затяжку и, выдыхая дым, смотрит на нее сощуренным взглядом. Обычный интерес в нем или мужская заинтересованность, мне не видно, но достаточно того, что он просто смотрит на нее. А потом, именно тогда, когда я решаюсь подойти к ним, вдруг поворачивает голову и выцепляет меня из толпы взглядом. При этом делает это так уверенно, словно давно знает, где я стою.
Пялится сквозь облако табачного дыма и даже не думает поздороваться. Я тоже смотрю — не кивая и не улыбаясь, отвечаю ему ровно тем же, и одному богу известно, скольких усилий мне это стоит. Убираю волосы от лица, поправляю висящую на плече сумку, переступаю с ноги на ногу, но не отворачиваюсь, пока Данилов не делает это первым.
Только после этого выдыхаю и сразу же делаю вдох, наполняя грудь кислородом.
Так тебя, паразит. Катись в ад со своей неотразимостью.
— Может, переоденемся в купальники? — предлагает Леся и договаривает шепотом, — Я прошла курс антицеллюлитного массажа, надеюсь не опозориться.
Подружки весело смеются, и я вместе с ними. Черт, что ж так волнительно-то? Словно я собираюсь пройти самый важный отбор в моей жизни.
Глава 10
Кира
— Я нормально выгляжу? — шепчет Алина, шагая рядом со мной к бассейну.
— Шикарно, — говорю честно, — Парни головы посворачивали.
На нас действительно смотрят, но среди множества любопытно — оценивающих взглядов я не вижу одного единственного, который меня интересует. Где его снова носит?..
На мне новый раздельный купальник фисташкового цвета и пляжная рубашка. Она расстегнута и являет взору грудь, плоский живот и бедра. Сзади все закрыто, потому что сзади на меня пялиться не нужно.
По очереди мы спускаемся в прохладный бассейн и занимаем место у бортика, потому что в центре галдят выпендрежники. Становясь на плечи друг друга, делают сальто и под водой хватают визжащих девчонок за ноги. Развлечение для подростков.
— Эй, — вдруг раздается голос сверху.
Мне он не знаком, поэтому я даже не оборачиваюсь. К тому же меня зовут не «Эй». Но Леся поворачивает голову и кому-то улыбается.
— Привет, — доносится оттуда же.
— Привет, — отвечает она.
— Кирилл.
