— При чём здесь шуба?
— Я не содержанка, Мира. Уймись.
— Это называется «альфонс».
Арсения передёрнуло от моей поправки.
— Тем более. Фу, кошмар какой. — Он отпил кофе и снова скривился. — Откуда у тебя вообще столько денег, чтобы предлагать всем подряд?
Я задумалась, стоит ли врать, но не увидела смысла юлить.
— От папочки, конечно. Я работаю в нашей семейной фирме. В отделе кадров.
— О, понятно. — Арс откинулся на спинку стула. — А домой папа водит кадров на кастинг, видимо?
Я невесело кивнула.
— Примерно. Мечтает заключить какой-нибудь династический брак.
— Судя по тому, как ты липнешь ко всяким стрёмным типам, папа не зря опасается.
Я нахмурилась.
— Ты не стрёмный.
Он посмеялся себе под нос. Не стал спорить, но и не согласился.
Арс вообще слишком часто делал вид, что ему всё равно, а потом взгляд выдавал совсем другое.
Он допил кофе, смял стакан и поднялся, доставая пачку сигарет из кармана.
— Я покурю.
— Я с тобой.
— Ты куришь?
— Нет.
— Тогда зачем?
Я тоже встала.
— Посмотрю, как ты это делаешь.
Он уставился на меня.
— Мира, ты ведёшь себя странно. Подозрительнее любых маньяков.
Я ничего не ответила, только пожала плечами.
На улице было холоднее, чем я ожидала. Я сразу пожалела, что не надела сегодня шарф.
Арс заметил, как я втянула голову в плечи, но ничего не сказал. Просто встал так, чтобы закрыть меня от ветра.
Мелочь.
Наверное, он и сам этого не заметил.
А я заметила.
Он достал сигарету, прикрыл ладонью огонёк зажигалки и глубоко затянулся.
У него оказались длинные, почти изящные пальцы. На костяшках виднелись старые следы, будто кожа там когда-то была сбита не один раз.
Вахтовик…
Телефон в сумке снова завибрировал. Я даже не стала смотреть.
Арс кивнул на него.
— Мама?
— Скорее всего.
— Не ответишь?
— Нет.
— Тебе устроят разборки. Может, лучше поговорить?
Отец точно будет орать о попранной чести семьи и моих капризах. Но это будет завтра. А сегодня мне неожиданно захотелось ещё немного побыть девушкой, которой никто не указывает, когда и с кем знакомиться.
— К чёрту их всех! — Я махнула кулаком, рассекая воздух.
Арс усмехнулся.
— Ты смелая.
Он провёл рукой по коротким волосам, словно по привычке пытаясь зачесать их назад.
— Только темнеет. Тебе всё равно рано или поздно придётся ехать домой.
— А тебе — к Витькиной маме, — напомнила я в отместку.
— Туше.
Он обречённо вздохнул.
Мы смотрели друг на друга. Никто не двигался.
— Можно прогуляться, — предложила я.
Арс прищурился.
— Ты точно не маньячка?
— Уже поздно бояться. К тому же мне надо проветриться перед тем, как меня начнут выдавать замуж.
— Тогда это уважительная причина.
Мы пошли вдоль улицы без особой цели. Сначала просто рядом, потом Арс неожиданно предложил мне локоть.
Я прицепилась к нему сразу и поняла, что домой сегодня хочу ещё меньше.
Сколково вечером выглядело почти нарядным. Стекло, подсветка, ровные дорожки, люди с одинаково деловыми лицами и стаканами кофе в руках. Всё вокруг казалось слишком новым, слишком правильным.
Арс крутил головой.
Я заметила и улыбнулась.
— Опять архитектурой любуешься?
— Ага. Очень интересная.
Он не стал объяснять, а я не стала выпытывать.
Мне начинало нравиться это странное правило между нами. Арс не лез с расспросами про папу и его династические планы, а я не пыталась выяснить, где именно он пропадал пять лет и почему вернулся без денег, нормального телефона и даже запасного плана.
Захочет — расскажет.
Не захочет… Ну и чёрт с ним.
Навстречу нам шла молодая женщина с коляской. Девочка лет двух сидела внутри в розовом комбинезоне и сосредоточенно стягивала с головы вязаную шапочку.
Я заметила это слишком поздно.
Шапка полетела на дорожку, а мама, ничего не увидев, покатила коляску дальше.
Арс сразу отпустил мой локоть, поднял шапку и почти бегом догнал их.
— Девушка!
Женщина обернулась. Арс протянул ей шапочку.
— Ваша дочь решила избавиться от головного убора.
Мама посмотрела сначала на него, потом на совершенно довольного ребёнка и рассмеялась.
— Господи, опять! Спасибо огромное.
— Да не за что.
Она натянула шапку дочери обратно и строго предупредила:
— Ещё раз снимешь — домой пойдём.
Девочка тут же схватилась за шапку обеими руками.
Арс хмыкнул и вернулся ко мне как ни в чём не бывало.
— Ты хороший человек, Арсений.
Он сдвинул брови.
— Нет. Это не так, Мира.
Я снова взяла его под руку.
— Поздно. Ты уже был милым со мной и этой девушкой. Прокололся, плохой парень.
Арс покосился на меня с подозрением, но не стал доказывать, что он сволочь.
Мы пошли дальше.
— Ты всегда так ненавидишь, когда тебе помогают? — спросила я через некоторое время.
— Не ненавижу. Мне не нравится быть должным.
— Даже за кофе?
— Особенно за кофе.
Он достал ещё одну сигарету, прикурил и выпустил дым в сторону, чтобы не попал мне в лицо.
— Сначала кофе. Потом окажется, что я должен тебе почку. Я давно людей знаю, Мира. Никто ничего не делает просто так.
Я остановилась.
— Даже я? Ты серьёзно думаешь, что я купила тебе билет с каким-то тайным умыслом?
— Пока не придумал с каким.
— Тогда, может, перестанешь искать?
Он усмехнулся, но ничего не ответил.
— Мне ничего не надо, Арс, — добавила я. — Просто захотелось помочь.
Он посмотрел на меня внимательнее.
— Ты хороший человек, Мира.
Я тут же почувствовала укол совести.
Хороший человек сейчас развлекался с незнакомым мужчиной вместо того, чтобы ехать домой на семейный ужин. Где, между прочим, наверняка до сих пор сидел какой-нибудь несчастный перспективный Михаил.
— Мои родители сейчас точно считают иначе. Я опять их подвела.
— Часто сбегаешь с незнакомыми мужиками от родителей? — весело спросил Арсений.
— Постоянно. У меня специальный график.
— По четвергам?
— По настроению.
Он хмыкнул. Арс посмотрел на меня так, что в животе приятно сжалось.
И именно в этот момент зазвонил телефон.
Папа.
Ну конечно.
Он чувствовал мою слабость и сомнения. Всегда.
Сердце провалилось куда-то в желудок и там затрепетало. Больше всего в жизни я боялась расстроить или подвести отца.
Арс не торопил меня и тактично отвёл глаза от экрана.
Я открыла сообщения.
Ты где?
Что за поведение?
Мама тебя ждёт.
Люди приехали.
Как будто я тоже была частью мероприятия. Той самой хрупкой и ценной вазой, которую он купил в Китае за тонну денег.
К чёрту их!
Я сбросила вызов.
Арс никак не отреагировал на мой поступок.
— Не будешь читать лекцию? — спросила я. — Не пошлешь меня домой?
— Уже поздно. Ты явно решила сегодня испортить себе репутацию.
Он усмехнулся, а я улыбнулась в ответ.
Мы прошли ещё немного. Я окончательно замёрзла, а Арс всё чаще смотрел по сторонам, пытаясь сориентироваться.
— Чёрт, уже совсем поздно, — наконец выругался он.
— Для чего?
— Для того, чтобы ехать через всю Москву к Витькиной матери и будить женщину среди ночи. Я увлёкся прогулкой, а мне ещё машину искать.
Он вздохнул и проверил телефон. Тот по-прежнему ничем не мог ему помочь.
Я с трудом сдерживала смех.
— Да ты просто не хочешь к ней ехать и тянешь время. Собрался на улице ночевать?
Арс поморщился.
Кажется, попала в точку.
— У Витьки мама хорошая, но она из меня все жилы вытянет разговорами. А я сегодня точно не хочу исповедоваться.
— Мне-то уж не объясняй, — фыркнула я, намекая на его односложные ответы и загадочное прошлое.
И тут меня осенило. Через дорогу горела вывеска небольшой гостиницы.
— Смотри!
Арс проследил за моим взглядом и рассмеялся.
— Мира, нет. Я уже должен тебе билет, ужин и, судя по всему, полжизни.
— Ужин был в «Маке».
— Тем более унизительно.
Я схватила его за руку.
— Давай хотя бы посмотрим цены.
Арс не сопротивлялся, когда я потащила его через дорогу.
Через минуту мы уже стояли в небольшом холле отеля. За стойкой сидела девушка лет двадцати пяти с идеальным хвостом и таким лицом, будто за сегодняшний вечер успела возненавидеть всех постояльцев.
Арс изучал цены, пока я выбирала номер.
— Даже не начинай, — предупредила я его, прикладывая карту.
— Я ничего не сказал.
— Зато лицо сказало.
— У меня выразительное лицо?
— Очень.
Он тяжело вздохнул, достал паспорт и протянул администратору.
— Номер двухместный, — сообщила девушка за стойкой, постучав по клавиатуре. — Чай, кофе и чайник есть в номере.
Я сразу оживилась.
— Чай?
Арс повернулся ко мне.
— Ты замёрзла?
— Очень. Можно зайти?
Он посмотрел на мои руки. Только сейчас я заметила, что пальцы действительно покраснели от холода.
— Ну конечно.
Администратор выдала карту и объяснила, где лифт.
Я пошла рядом с Арсом. Только у дверей до меня дошло, что вообще-то можно было попрощаться прямо сейчас.
Отель найден. Арс не будет ночевать под мостом. Я выполнила все мыслимые и немыслимые гражданские долги на сегодня.
И всё равно напросилась пить чай у него в номере.
Может, человек хочет наконец остаться один, а я опять липну, как жвачка к ботинку?
Я переступила с ноги на ногу.
Наверное, пока не поздно, стоит уйти.
Арс заметил мои терзания.
— Ты всё ещё хочешь чай?
— Ну да. А ты всё ещё меня приглашаешь?
Он закатил глаза.
— Мира, ты оплатила номер. Я должен выставить тебя на холод? Это было бы жестоко и странно.
— Значит, я тебе ещё не надоела?
— Точно нет. Пошли.
Я решила поверить.
Лифт приехал и гостеприимно раскрыл двери.
Арс пропустил меня вперёд, и я встала у зеркальной стены. Впервые за вечер увидела нас рядом целиком.
Мы смотрелись странно.
Арс — высокий, худой, в простой тёмной куртке, с потрёпанным рюкзаком и очень усталым лицом.
Я — слишком довольная для человека, который замерз, а дома получит очередной выговор.
Нормально, Мира. Очень разумно.
Но возвращаться к благоразумию мне совершенно не хотелось.
Номер оказался простым, но чистым. Большая кровать, кресло у окна, маленький стол, чайник и несколько пакетиков чая рядом с одноразовыми стаканами.
Я сняла куртку, повесила в шкаф и обернулась.
— Располагайся.
Арс усмехнулся, снял рюкзак и поставил у стены. Почему-то задержал на нём взгляд, прежде чем присесть на край кровати.
В этот момент он вдруг показался мне особенно уставшим. Не физически даже. Будто наконец разрешил себе поставить вещи и перестать ждать, что через минуту снова придётся куда-то идти.
Он провёл ладонью по коротким волосам, а я отвернулась к чайнику.
— Чёрный или зелёный?
— Чёрный. Покрепче.
— Сахар?
— Три.
Я покосилась на него, но решила оставить при себе замечание о слабости к сладенькому.
Чайник щёлкнул. Я разлила кипяток по стаканам и протянула один Арсу.
Наши пальцы соприкоснулись.
От этого совершенно невинного контакта я моментально покраснела. Хотя, может, так действовало тепло номера после ледяного осеннего ветра?
