Уверена, что он сейчас соврет что-то по типу «труба села», но Клим достает телефон с переднего сиденья и показывает мне.
Вижу, что экран покрывают многочисленные сколы и трещины. Лицо Клима становится виноватым, а у меня сердце летит в пропасть.
— Забыл, что мамина собака решила попробовать мою мобилу на вкус.
— Собака? — растерянно смотрю на телефон, а потом перевожу взгляд на лицо Клима.
— Ага, — закидывает телефон обратно в машину и слышу звук падения. — У матери немецкая овчарка, и ей не понравилось, что я решил позвонить. Один укус — и нет мобилы.
— У мамы?
Ничего не могу поделать со своей заторможенностью. Будто у меня сейчас происходит откат и события последних часов медленно проникают в мозг.
Меня ведь могли изнасиловать… убить… избить… И ещё много страшных вещей, о которых я стараюсь не думать. Уверена, те люди были готовы на все.
— Да, я от матери еду, — кивает Клим в сторону дороги по которой и подъехал ко мне. — Она за городом у меня живет. Тишина, благодать, свежий воздух. Что ещё нужно в её возрасте?
Клим улыбается, и я слегка подвисаю на его открытой улыбке. Неразборчиво мычу в ответ.
— Тогда не буду тебя задерживать, — пожимаю плечами, натягивая рукава блузки пониже. — Сама разберусь.
Вечерняя прохлада забирается под одежду, и я с трудом держусь, чтобы не застучать зубами от холода и пережитого шока.
Клим потирает подбородок. Я ощущаю его взгляд на своем теле. Становится почему-то интересно, какого цвета у него глаза. Почему-то думаю, что синего. Или светлого. Они бы красиво контрастировали с его смуглой кожей.
Встряхиваю головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей.
Я не о том сейчас думаю. Мне должно быть все равно, как выглядит парень передо мной. Мне хочется поскорее оказаться дома и поговорить с папой, но я не могу заставить себя сесть в машину.
— Ты с такой опаской смотришь на машину, — Клим делает шаг ко мне и я с трудом остаюсь на месте. — Как будто она сейчас разинет пасть и покусает тебя.
Он смеется. И я непроизвольно улыбаюсь в ответ на его реплику.
— Просто она слегка угрожающе выглядит.
— Ага, — соглашается Клим и перекатывается с носком на пятки. — Эт не моя тачка. Брата старшего. Я пока не заработал.
Он улыбается и подмигивает. Но мне кажется, что этот парень не так прост, как хочет показаться. На нем худи от именитого бренда. И оно стоит пятизначную сумму. У меня есть такое же. Такого же цвета и с таким же лого.
— Ну так что мы будем делать? — Клим делает ещё шаг ко мне и мы оказываемся слишком близко.
— Мы? — вопросительно выгибаю бровь.
— Конечно, а ты думаешь, воспитание позволит мне тебя бросить одну в таком месте?
— Понятия не имею.
Клим снова улыбается.
— Или ты предпочитаешь остаться в обществе нариков, пьяниц и бомжей? Они лучше моей компании?
— Слышь, мажорик, — раздается за моей спиной пьяный голос. — А что твоей сладкой попке тут не понравилось?
Я оборачиваюсь и вижу перед собой четырех мужчин. И они настроены не очень дружелюбно.
Глава 5
Клим напрягается, а я отступаю от мужчин, которые сканируют нас недобрыми взглядами.
— Кукла, пойдем к нам, — один из них трясет в воздухе бутылкой водки и пьяно ухмыляется. — Посидим, поговорим о жизни. Выпьем, мы тебя даже пивком угостим.
Клим аккуратно берет меня за локоть и заводит за спину. Слышу его резкое дыхание. Кладу ладонь на спину парня и чувствую как под худи напряжены мышцы. Клим слегка ведет плечами и я испуганно одергиваю руку. Мало ли, вдруг ему неприятны прикосновения посторонних.
А мы посторонние…
— Кир, иди в машину. Там посиди пока, — Клим слегка поворачивает голову, чтобы я слышала его.
Перевожу взгляд на машину парня, потом на тех, кто решил к нам пристать и проверить, не убежим ли мы в страхе.
— Слыш, мажор, это тебе надо бежать в машину, а девочек мы не обижаем, — смеется кто-то из той компании. — Мы их любим.
Меня передергивает от отвращения. И почему многие лица мужского пола видят в девушках только тело? С этих-то спрос небольшой, им бутылку дай и все… больше ничего не нужно от жизни.
— Ки-и-ир, иди.
Клим вкладывает мне в ладонь брелок от машины. Я удивленно смотрю на свою раскрытую ладонь, потом на замершего парня.
Он правда доверил мне ключи от машины, хоть мы и знакомы несколько минут?
Трясу волосами. Сейчас не это важно. Сейчас нужно оказаться в безопасности.
— Пойдем вместе, — тяну Клима за худи.
Он усмехается и резко дергает головой.
— Я ж не ссыкло какое-то, Кир. Иди, — это он говорит уже настойчивее и даже резче.
— Ну чо, кукла? Айда к нам.
— Шли бы вы, милейшие, дальше по своим делам, — проговаривает Клим. — А то можно же ответку получить, потом будете скулить над разбитой алкашкой своей.
Слышу как кто-то делает шаг в нашу сторону, и это дает мне нужный толчок. Я распахиваю дверь мерса и падаю на сидение. Блокирую двери. Не знаю, насколько правильно я поступаю, но меня тут могут достать. Я не смогу дать отпор.
Смотрю во все глаза на происходящее снаружи. Клим разминает плечи, на его лице мелькает жесткая улыбка. Руки в карманах джинсов, он будто ничего не боится. От него исходит уверенность и мощь.
Это завораживает. Я не могу отвести взгляд от его высокой фигуры. От его профиля. Нужно быть слепой, чтобы не заметить, что он красивый парень. Но я не помню его в университете.
Хотя не очень-то я и смотрела в сторону парней. Отношения не входили в мои планы. Учеба, а потом другая страна, чтобы недруги отца не достали меня.
Клима окружают, и он оказывается в ловушке. Прикусываю костяшку пальцев, не моргаю, пока наблюдаю за происходящим. И ведь считаю, что было бы правильно просто сесть в машину и уехать. Но Клим выбрал другое.
Я вижу как Клим делает шаг к тому, кто перед ним, и что-то говорит. Но я не слышу ни слова, потому что в машине все стекла закрыты наглухо.
Ладошки от волнения становятся влажными. Я вытираю их об юбку, которая после возвращения домой отправится в мусорку, потому что безнадежно испорчена.
К Климу подходит второй мужчина и замахивается на него, а я вжимаю голову в плечи… Замираю в ожидании, что будет дальше. Все же каким бы Клим ни был сильным, один против четверых — неравная схватка.
Клим
Хорошо, что Кира оказывается послушной девочкой и прячется в моей тачке. С ней, стоящей рядом или за спиной, против этих ушлепков было бы проблематично переть. А так никто не мешает и никто не будет отвлекать.
В такие моменты я даже рад, что когда пришел к папаше, он обучил меня самообороне. Даже когда ты один против нескольких стоишь. Батя убеждал, что в нашем кругу всегда нужно держать кулаки наготове. Это с виду окружение бати в костюмчиках ходит, в часах за несколько лямов. Улыбаются друг другу. А потом перестрелки в ресторанах на юбилеях бывших авторитетов устраивают.
Да и меня пытались уже не раз прижать и взять за жопу. Но батин урок я усвоил. И теперь для меня раскидать парочку алкашей — не проблема.
Ещё и перед Кирой плюсик заработаю, а то бедная девочка так испуганно смотрела на меня, когда я из тачки вышел.
Мелькнула мысль, что она могла меня узнать. Но я быстро отмахнулся. Я в другой одежде, лицо мое она не видела. Никаких ниточек ко мне нет.
Я просто проезжал мимо и решил помочь девочке, которая явно оказалась в беде. При этом я нихера не рыцарь, но Киру я предпочту держать в поле зрения. А лучше постоянно общаться с ней, чтобы не упустить никаких важных деталей.
Делаю шаг к тому, кто напротив. Он скалит почерневшие зубы и сплевывает, чуть ли не попадая мне на обувь. Сжимаю руки в кулаки, но пока решаю дать им шанс на выживание.
— Слушай меня, — смотрю в пьяные глаза, стараясь не морщиться. — У вас два варианта. Первый: я даю тебе бабки, и ты на них бухаешь месяц. Или я втираю вас всех мордой в асфальт. А что выберешь ты?
Этот придурок не верит мне. Вижу по его ухмылке. Ещё бы… Дорогая тачка, хорошая одежда. Морда смазливая, не знавшая, по их мнению, ни одного кулака. Естественно, они видят во мне легкую добычу.
— Да мы сами тебя закатаем, ещё и куклу твою с собой заберем. А ты будешь потом ещё несколько лет кровью ссать.
Все же алкоголь — это зло. Не просто так я не переношу его и пьяных презираю.
— Ну давай проверим, — говорю спокойно и медленно, чтобы каждое слово дошло до пропитых извилин.
Мне в лицо летит рука, но не долетает. Легко перехватываю кулак и заламываю руку за спину. Придурок стонет падает на колени, а я отпинываю его в спину.
— Кто следующий?
Трое оставшихся в панике отступают.
— Это, — один косится на товарища. — Мы согласны на деньги, пацан.
Я усмехаюсь.
— А я дважды не предлагаю. Кто-то хочет закусить асфальтом?
Мотают головами, а я спокойно подхожу к машине и дергаю за ручку. Закрыто.
Глава 6
Кира
Дергаюсь, когда со стороны водительской двери слышится щелчок. Брелок от машины летит на пол, а в окне я вижу Клима, который это заметил. Смотрю на него виновато и лезу достать ключи, потому что без них двери я не разблокирую.
Оглядываюсь по сторонам, торопливо нажимаю кнопку, и выдыхаю когда понимаю, что те четверо исчезли, а значит, можно не бояться.
После похищения нападение окончательно выбило почву из под ног, и я с трудом сохраняю хоть какую-то видимость спокойствия.
— Тебя точно друзья сюда привезли? — Клим смотрит на меня, и я замечаю в его взгляде обеспокоенность.
— Конечно, — пытаюсь выглядеть уверенно, но голос ожидаемо ломается. — Вот такие тупые шутки у моих друзей.
— Кир…
Отрываю взгляд от панели в машине и перевожу его на Клима. Он хмурится, между бровей появляются складки.
— Тебе ничего плохого не сделали?
А я понимаю, что его взгляд сканирует ссадины у меня на ногах. Порванные колготки. Потекшую тушь. Грязную одежду.
У меня, наверное, тоже бы закрались в голову не очень хорошие догадки, если бы я увидела в таком виде девушку. Да еще и одну в районе, где только бомжи и наркоманы обитают.
Мотаю головой, из-за чего спутанные волосы рассыпаются по плечам.
Слышу, что Клим с облегчением выдыхает.
— Есть вода?
— Конечно, — он перегибается через мое сидение и опускает мне на колени запечатанную бутылку.
— Ты, может, голодная?
Мотаю головой. После всех событий, которые со мной произошли, еда —это последнее, о чем я сейчас думаю. Хочу поскорее домой, в горячую ванную и в теплую кровать. Забыть… Забыть все это, как страшный сон.
— Давай поскорее уедем отсюда, — осматриваю улицу перед машиной. — А то мало ли, вдруг те ещё кого-то приведут. А ты все же один. Я тебе отбиваться не помогу.
Клим запрокидывает голову и громко хохочет.
— Если когда-нибудь меня будет защищать девушка, надеюсь, я буду в глубокой коме и не узнаю об этом.
Он все же заводит машину и мы трогаемся с места.
Я тоже смеюсь над его комментарием. Впервые с того момента, как оказалась со связанными руками и завязанными глазами в незнакомом месте.
— Ну да, я ни разу не боец. Не уверена, что кулак смогу правильно сжать и не покалечиться.
С сожалением развожу руками. И только сейчас замечаю, что один из ногтей сломан под корень, а на пальце кровь.
— Ой, — дергаюсь и пытаюсь спрятать руку между коленок.
Клим это замечает. Ловит мое запястье и смотрит на рану.
— Сейчас тормознем, у меня, — он кашляет, — у брата в багажнике аптечка должна быть.
— Так у тебя или у брата? — я прекрасно замечаю его оговорку.
— У брата, Кир. У меня тачка попроще, чисто по привычке сказал так.
Киваю, решаю не расспрашивать Клима дальше про его имущество, а то может решить, что мне интересно, на чем он ездит и сколько у него денег в кармане.
— Куда едем, Кир?
Диктую адрес, и Клим кивает.
— Сейчас на навигаторе гляну… А, бля, — выдыхает он и его плечи опускаются. – Извини.
Ну да, мы оба без связи в какой-то глуши. Блеск!
— Дорогу покажешь, дэушка? — проговаривает с акцентом и подмигивает. — А я скидку сделаю.
И снова ему удается вызвать мой смех.
— Ты меня, главное, в центр вывези, а там я уже скажу, куда надо.
Клим прикладывает пальцы ко лбу, отдавая честь.
— Будет сделано, командир.
А он забавный все же. И так легко с ним общаться.
Мы тормозим на парковке перед торговым центром. Клим все же настоял на том, чтобы обработать мои раны. Но я забираю у парня салфетку и перекись и сама промываю палец.
Доезжаем до загородного дома моих родителей, и я только после того, как машина Клима тормозит недалеко от ворот, думаю, что, наверное, зря я показала, где живу, малознакомому парню.
— У тебя такой взгляд, как будто ты думаешь, что привела в свой дом маньяка, — Клим глушит мотор и поворачивается ко мне лицом. — Но я намного хуже, Кира.
Произносит это низким хрипловатым голосом отчего у меня по спине бегут мурашки.
— Значит, мне осталось недолго. Да?
Клим задумчиво потирает подбородок. Смотрит на меня и я впервые вижу его лицо полностью при свете уличного фонаря, установленного на нашем заборе.
И то, что я вижу, вызывает внутри волнение.
Клим очень красивый. Смуглая кожа, пухлые губы, ямочка на подбородке, очень выраженные скулы и стальные глаза с черной окантовкой.
— Нравлюсь? — спрашивает прямо в лоб.
— Думаю, ты и сам знаешь, что ты красивый, — не изображаю из себя скромняжку и отвечаю правду.
— Но приятнее же услышать это от красивой девушки.
Клим слегка наклоняется ко мне и до меня долетает запах мандаринов от которого я цепенею.
Клим морщит нос и переводит взгляд влево.
— Фу, эти Лёнины вонючки по всей тачке, — срывает с зеркала заднего вида флакончик и закидывает его назад. — Сколько раз ему говорил, чтобы не вешал ничего перед носом.
А запах мандаринов испаряется.
Выдыхаю, понимая, что это ароматизатор в машине, а не его парфюм.
Да уж. Так недалеко и до паранойи.
— Кир, — Клим легко касается пальцем моего подбородка, вынуждая повернуть голову. — Тебе, может, переодеться нужно? У меня тут спортивная форма лежит.
Мотаю головой. Мне нужно, чтобы папа увидел меня именно в таком виде. Чтобы он понял, что я не шучу и не пытаюсь его обмануть. А потом уже сам пусть решает, что с этим делать. И как решать проблему.
— С родителями не будет проблем? — интересуется Клим, и я вижу искреннее беспокойство.
— Все хорошо, — подаюсь поближе к парню. — Я уже совершеннолетняя и могу делать, что хочу.
— Все, все? — темная бровь Клима дергается.
Киваю. Хотя, наверное, слишком громко сказано. Отец все равно присматривает за мной и фильтрует мои знакомства.
— Тогда у меня есть к тебе предложение, Кира.
Глава 7
— Расплачиваться натурой за услуги таксиста не буду, — поднимаю вверх указательный палец и медленно качаю им.
Клим запрокидывает голову и громко хохочет, чуть ли не оглушая меня этим смехом. Его широкие плечи трясутся под тканью худи, а белые зубы слишком выделяются на фоне смуглой кожи.
— Думаешь, у меня настолько все печально с сексом? — отсмеявшись, спрашивает Клим.
Я моментально вспыхиваю от стыда, понимая, что именно выдал мой воспаленный мозг. После тяжелого дня — это прямо лайтовое. Обычно я могу сказать более резкую вещь.
— Ну да, извини, глупость сморозила, — виновато опускаю глаза на коленки и неуверенно улыбаюсь. — У таких красавцев не бывает проблем с сексом.
— Мне так нравится, когда ты говоришь прямо о своей симпатии, — голос Клима раздается слишком близко.
А когда я дергаю головой, повернувшись к нему, то чуть ли не врезаюсь носом в его лицо. Клим оказывается слишком близко ко мне.
— Я не говорила про СВОЮ симпатию, — выделяю голосом слово. — Но, согласись, глупо отрицать то, что так очевидно.
Клим прищуривает стальные глаза и смотрит в лобовое стекло.
— Ты тоже очень красивая, Кира. Можно об этом догадаться, потому что я тебя ещё в универе видел и запомнил.
Мне кажется или Клим со мной флиртует?
— Мне пора, — тянусь к дверной ручке, планируя сбежать. — Ещё раз спасибо тебе большое за то, что подвез и не оставил меня в беде в том странноватом райончике.
От воспоминания непроизвольно передергиваю плечами. От одной мысли, что Клим проехал бы мимо, по всему телу пробегает холодок.
— А как же предложение? — напоминает Клим и я замираю, так и не донеся руку к двери.
— Что за предложение?
— Обменяемся телефончиками? — дергает он темной бровью.
Я вспоминаю, что мы оба остались без связи и без телефонов, и усмехаюсь. На мой смех Клим реагирует вопросительно выгнутой бровью и внимательным взглядом.
— И как же мы это сделаем, если мой телефон вы…, — прокашливаюсь, чуть ли не сказав правду про свое похищение. — Если я свой телефон потеряла, а твоим поужинала собака.
— А, — морщится Клим. — Опять вылетело из головы. Но номер же ты сможешь восстановить?
— Надеюсь, что получится. Не хотелось бы начинать все заново и обзванивать знакомых.
Клим перегибается через разделитель между передними сидениями и заглядывает в бардачок. Мои глаза округляются, когда мне на колени чуть ли не падает пистолет. Клим матерится и быстро убирает оружие.
— Это не настоящий, Кир. Пневмат.
Киваю, делая вид, что я верю ему. Прикол в том, что я прекрасно знаю, как выглядит настоящий пистолет. Так вот, в бардачке Клима он настоящий. Ну или в бардачке его брата, хотя мне в это все меньше и меньше верится.
— Вот, нацарапай, — Клим протягивает мне помятую салфетку и маркер.
Я замираю. Пытаясь решить, писать настоящий номер или поменять пару цифр, чтобы Клим меня не нашел, но потом вспоминаю, что мы учимся в одном универе и он меня все равно найдет, если пожелает. Так какой смысл усложнять?
Ну да, в этом парне скрыто много загадок и тайн, но и я ведь не выкладываю ему всю свою биографию. А Клим выглядит надежным, и с ним есть о чем поболтать.
— Думаешь, написать ли настоящий или дать левый номер?
Слегка вздрагиваю и улыбаюсь.
— Была такая мысль.
— Могла бы и соврать, — притворно расстраивается Клим.
— Какой смысл, если ты и так все видишь по моему лицу?
Быстро пишу свой настоящий номер и отдаю салфетку Климу.
— С ума сойти, — пробегается по номеру Клим. — давно я не хранил номер девушки, написанный на бумажке.
— Ой, — морщусь. — Ну хватит делать акцент на то, что ты весь такой востребованный.
— Кира, — голос Клима меняется и словно становится немного жестче.
— Спасибо за доставку.
Вылетаю из машины сама не понимая, что именно меня задело. Да и глупо ревновать парня, которого первый раз в жизни видишь. С другой стороны, для чего несколько раз мне тыкать тем, что он имеет успех у девчонок? Как будто я этого по его внешнему виду не понимаю.
Такие парни свободными не бывают. Как и в отношения не вступают. Они сразу и со всеми… И вряд ли бывают верными.
— Кира! — Клим выходит следом, но я успеваю преодолеть расстояние до калитки и звоню в звонок.
Дверь тут же распахивается, а я, помахав Климу, забегаю на территорию папиной крепости.
Захожу в дом, сразу же сталкиваясь со строгим отцовским взглядом. Он недовольно обводит меня с головы до ног и выгибает бровь.
— Это кто был? — кивает на выезд из дома, который виден на камере наружного слежения.
Да, папа у меня тот ещё параноик, но с его прошлым это даже не удивляет.
— Привет, папочка, — легко пропеваю я. — Спасибо, что поинтересовался, что со мной. И почему я в таком виде.
— Загуляла, что тут непонятного.
Я сжимаю пальцы в кулаки и стараюсь не разреветься. За двадцать лет можно было и привыкнуть к грубости папы и к его резким репликам в свой адрес.
— Загуляла?
Папа вздыхает и идет в сторону гостиной. Открывает бар, достает бокалы и наливает виски. Выпивает залпом и втягивает воздух носом.
— Господи, Кира, что с тобой? — в гостиную забегает мама и всплескивает руками при виде моего внешнего вида.
— Погуляла девчонка, что непонятного, — продолжает папа гнуть свою линию.
— Игорь! — шикает на него мама.
Подходит ко мне, приглаживает волосы, смотрит с волнением в глаза и сканирует взглядом каждый участок моего тела.
— Боже мой, что с тобой сделали? Кто это сделал?
— Я спросил, с кем ты прикатила?
Во мне взрывается ярость. Я отступаю от мамы и, прищурившись, смотрю на спокойного и невозмутимого отца. Он лениво перекатывает алкоголь в бокале и с насмешкой смотрит на меня.
А я -то надеялась, что мой внешний вид его напугает. Но нет… бывшего бандита порванными колготками не напугать. Даже если эти колготки будут на родной дочери.
— Прикатила с тем, кто мне помог вылезти из проблем, которые я получила из-за тебя, папочка.
— Что это значит?
Я вскидываю подбородок и смело встречаю яростный взгляд отца. Его глаза опасно сужаются, и он делает шаг к нам с мамой. Нет, он не поднимет никогда на нас руку или что-то в этом роде. Он в этом вопросе очень принципиальный. Но его аура может сломать даже на расстоянии.
— Меня похитили, папа, и передали послание для тебя…
