— Батюшки!
Воображение рисовало наспех сколоченный сарай в чистом поле, а на меня смотрел целый дворец! А перед ним заросший сад. Каменная чаша старого фонтана уже успела зарасти и напоминала клумбу. Крапива стояла по пояс, а где-то даже с меня ростом. Где крапива, там помидорки расти будут!
И че? Вот эта вот домина — она моя?
Погодите! Ой, лорд прав! У меня сейчас сердце встанет! От радости!
Вспомнилась комната в бараке, в котором мы с дедом начинали совместную жизнь. Я помню, как пробежала почти голая соседка. Следом за ней пьяный сосед с топором! А следом за соседом с топором с криком: «Звони в милицию!» старуха с граблями. «Я их сейчас обоих покрошу!». И все через нашу с дедом проходную комнату! И ведь покрошила. Их комната нам досталась. И бабкина тоже, после того, как ее посадили. А потом удивляются, от чего у нас дети поздние. И нервы нервные.
— Батюшки! — выдохнула я, не веря своим глазам.
— Держу-держу мою впечатлительную птичку! — с наигранной заботой выдохнул мне на ухо лорд. — Бедное сердечко. Как же оно выдержит такое! Ни слуг, ни горячих обедов, ни кухарки, ни горничной, ни ванны с горячей водой! Такое запустение! И как же твои драгоценные нежные…
Коварный лорд перевернул мои руки, словно рассматривая их и вздыхая
— К труду не приученные ручки …. Будут носить из колодца тяжелые ведра, снимать котелки с похлебкой, мыть и убирать? А с едой здесь вообще туго! Раз в неделю привезут что-нибудь и все! Ты подумай, что ты здесь есть будешь! — сокрушался лорд, улыбнувшись мне скверной улыбкой. — Помни, одно слово, и даже знаешь какое, тут же избавить тебя от всех забот.
— Это все мое? — спросила я, глядя на четырехэтажный особняк. Ой, мама! Тут инфаркт на радостях получить можно!
— Да, моя опальная куколка, - снисходительно произнес лорд, щурясь на солнце. — Это все твое! Тебе это жаловали по приговору!
— ДокУменты есть? — недоверчиво спросила я. — Что я тут хозяйка? А то вдруг у меня еще и отберут его!
— Кто? — переглянулись Барнсик и Шарлик. Лорд вопросительно вскинул бровь. Нет, ну мало ли! Было бы имущество, желающие найдутся! Яблонька тоже сама по себе росла никому не нужная, пока я ее белить не стала. И тут она резко Светке понадобилась!
— Как кто? Соседи или государство! — ответила я, понимая, что такую домину я отдавать просто не собираюсь. А земли сколько! Ой! С огородом, как с мужиком! Чем больше, тем лучше и главное, чтобы здоровья на нем хватило!
— Вот, приговор! В приговоре написано, что вы ссылаетесь до конца своих дней в это поместье. И все! — заметил Шарлик, разворачивая бумагу.
— Ой, как плохо, - запричитала я. — А в наследство я что оставлю внуку?
Лорд делал какие-то странные знаки стражникам. Те понимающе кивали.
— Ладно! — я махнула рукой. — Че-нить придумаем! Тоже пусть че-нить плохое сделает! Отравит кого-нибудь, убьет, чтобы сюда в ссылку попасть! Будет у нас семейная традиция! Так, с наследством вопрос решили! Пойду-ка осмотрюсь!
— Бедняжка, - послышались вздохи стражи. — Мы всякое повидали, но чтобы враз умом тронуться, такое впервые. Видать, впечатлилась. Ага.
Лорд сокрушенно вздохнул и развел руками.
— Итак, мои доблестные стражи! — вернулся он к разговору не обо мне. — Чтобы снести невообразимые тяготы ссылки, мне понадобятся: кровать, новая перина, шелковые простыни! Не атласные! Именно шелковые! Я очень брезглив, знаете ли! Терпеть не могу чужие кровати! Как представлю, что на них было, так прямо фу… Сервиз! Персон на двенадцать! Ссылка это как бы не повод не звать гостей!
Я махнула рукой и пошла по саду, рассматривая все вокруг. Ой, заросло тут все! Надо расчищать! Мне бы косу!
И тут мой взгляд упал на зловещую статую в капюшоне. В одной руке у нее была настоящая коса, а в другой каменные песочные часы.
— О! Привет, красавица! — обрадовалась я, видя чуть подальше каменный склеп. — Я у тебя косу позаимствую?
Я попыталась осторожно вытащить старенькую косу, но рука обломилась и упала на траву. Походив немного, я нашла старый домик, в котором рухнула крыша. Зато там я нашла тяпку и грабли без нескольких зубцов.
— Ничего, сойдет! — согласилась я, доставая поросший паутиной точильный камень.
Я уселась на траву, взяла косу и принялась ее точить: «Вжух- вжух!». Ничего! Как-нибудь наточится. А то что сидеть, клювом щелкать! Сезон посадочный, небось, уже заканчивается! Не успею посадить — с голоду помру! Надобно семена взять и рассаду! А месяц сейчас какой?
— … бокалы, бутылок десять вина для начала… Вряд ли здесь сохранилось что-то в винном погребе! — перечислял лорд, пока стражники записывали.
— Эй, служивые и ты, ретивый, - окликнула я их, видя, с какими лицами они повернулись в мою сторону. — А месяц нынче какой?
— Ой! — переглянулись они.
Лорд посмотрел на косу, потом на меня.
— И, записывай, ружье! — кивнул он, не сводя с меня глаз. — А то вдруг я обернуться не успею!
— А ты лицом ко мне ходи! — крикнула я, поправляя платок на голове. — Дык, месяц какой?
— Лисан! — нестройным хором крикнули мне.
— Так, лисан это у нас что? Сколько месяцев до того, как листва падать начнет? — спросила я.
Лорд посмотрел на меня пристально.
— И патроны! Побольше, - кивнул он служивым. — На всякий случай.
— Эм… Месяцев шесть, - переглянулись служивые. — Может, семь!
— Так че я сижу?! Тут же климат как на югах! Это ж я если сейчас поднапрягусь, то два урожаи сниму! — спохватилась я.
Глава 6. Дракон
Мне присудили ссылку, а не пытки!
Я требую справедливого суда!
Желательно верхнего. Чтобы молнией убило. У, нас, драконов, это так называется.
С головы медленно сползал мокрый оладушек полотенца. Я мученически прикрыл глаза, чтобы забыться хотя бы каким-нибудь сном. Тяжелый стон облегчения едва не вырвался у меня из груди, когда я прислушался. Нет, вроде тихо….
— Вжух! — послышалось под окнами. — Я обернулся посмотреть не обернулась ли она, чтоб посмотреть не обернулся ли я! Там-пам! Эх, жаль дальше не помню. Память дырявая, а песня приставучая! Ну, и еще разочек! Вжух! Я обернулся посмотреть…
— Не-е-ет! — задыхался я на постели. — Зачем я вообще сказал слово оборот! Кто мне за язык тянул!
—.. не обернулась ли она…. Вжух, вжух! — слышался голос под окнами. — Чтоб посмотреть…
— О, нет! — стонал я, косясь в сторону распахнутого окна. Среди наползающих туч светила полная луна. В окошко задувал сквознячок.
— Я обернулся посмотреть, не обернулась ли она, - снова затянул голос, а меня подбросило на кровати, как блинчик на сковородке. Намоченная тряпка слетела на пол, а я бросился к окну. Тяжело опираясь руками на подоконник, я увидел, Эффи в платочке с косой, деловито косящую траву вокруг и немного на меня.
— Ты чего не спишь? — прищурилась она. Полную зловещую луну немного скрыло за облаками.
И правда! Чего это я не сплю?!
— А ну спи, давай! — махнула она рукой, делая замах косой. — Я обернулся посмотреть…
— Хватит! — рявкнул я. — Может ты молча будешь с ума сходить?
— Хорошо, хорошо! — послышался голос, а она почесала стройные ноги. Это когда она так закатать юбку умудрилась?!
Я оттолкнулся от подоконника и поковылял на кровать. Старинная, дорогая кровать с неприличными рисунками, подбадривающими мужское либидо, вырезанными каким-то извращенцем в рассохшемся дереве, была не самым лучшим вариантом. Но мебель из столицы мне еще не привезли, поэтому приходится довольствоваться тем, что послала ссылка!
Улегшись поудобней, я даже слегка придремал.
Золотые самородки в качестве приданого! Какой дракон устоит перед таким предложением. Когда покойный Эдвард Гарден объявил, что отдает за свою дочь в качестве приданого золотые прииски, все тут же стали замечать ее блистательную красоту и невероятную грациозность.
Вот поверьте моему опыту.
Никакие заколки и платья не способны украсить образ девушки, как золотые прииски. Их даже можно не вплетать в прическу! Они умели превращать косоглазых невест в красавиц с необычным взглядом на жизнь, хромых — в альтернативно - грациозных, а невообразимо глупых в загадочных и таинственных.
И тут старый герцог Гарден умирает, а это делает Эфимию еще привлекательней в качестве невесты. Толпы женихов бросились к ее ногам, а я немного проредил список, чтобы заявиться к ней лично. Ах, вот как девушка с золотыми самородками! Я чувствовал, что начинал влюбляться. В самородки! Хотя, зачем мне эти самородки? Я и так сказочно богат, но нет. Какой дракон может устоять, когда вокруг невесты блестит золото?
— Я обернулся посмотреть… — послышалось под окном. И треск веток.
Я моментально проснулся и снова подлетел к окну.
— Ты обещала не петь! — прорычал я, видя с каким усердием она выкашивает все вокруг.
— Я? Я ничего не обещала! — удивилась она. Платочек съехал, а красавица тряхнула золотыми кудряшками. — Я сказала «хорошо-хорошо». Но ничего не обещала!
— А это разве не одно и тоже? — спросил я, видя как соблазнительно съехал рукав ее платья. Хм… Ну не самородками едиными…
— Я тоже деду говорила «хорошо — хорошо», когда мы голенькие шушукались под одеялом. Так он до конца дней был уверен, что он — мачо! — усмехнулась Эффи, размахивая рукой. — Эх…
Она утерла пот со лба, опираясь на косу.
— Жаль деда нет. Он у меня еще тот иссыкуль был. Больно в малину иссыкулить любил. Так малина так и перла. А как дед помер, так все. Иссыкулить в малину некому. Нет урожая. А я даже соседа просила! Все равно. Вырубила я ее к чертям, бестолковую! — в сердцах выдала Эффи, снова начиная косить. — Я обернулся посмотреть, не обернулась ли она…
Глава 7
Если косить, то вечером. А то днем жара стоит! Не хватало, чтобы на грядках меня обнял и овладел мною дед Кондратий.
Дом, конечно, хорош. Но он никуды не денется. Надобно быт обустраивать потихоньку. А вот если с огородом не успею, то уйдет его поезд вперед ногами!
Поэтому я тут же принялась за дело. Эх, была бы я постарше, я бы уже тут все перекосила! Будь я постарше лет эдак на сорок — сорок пять, я бы ужеи огород вспахала!
Я видела, как уехала карета, а лорд бросил насмешливый взгляд на косу и на меня.
— И что моя прелестница собирается делать? — игриво спросил он, приваливаясь к дереву.
— Как что? То, что у мужиков лучше всего получается! — выдохнула я, вытирая уголком косынки пот с подбородка. — Засаживать!
— Не понял. — оживился лорд, глядя на меня с явным интересом.
— Как что? Огород сажать! — ответила я, передыхая в тенечке.
— А! Огород! — странным голосом заметил лорд, осматривая окрестности. Я тоже осмотрела окрестности и вздохнула. Закатное солнце слепило глаза и отражалось в высоких окнах поместья.
— Ну да! Вон там посажу огурцы! Там помидоры! Тут картошку! — размахивала я рукой. — Там грядки три морковки! Вон там редиску! Щавель, перец… Тут капусточку! Чтобы урожай свой был! Так что нечего тут чудями трясти! Бери лопату и копай!
— Что копать, моя опальная птичка? — спросил лорд, когда я поставила рядом старую лопату.
— Как что? Огород! Начнем с малого! — показала я рукой на фонтан. — Во-о-он аж до туда!
— Я? Копать? — посмотрел на меня лорд, а потом опустил глаза на лопату. Он брезгливо отставил ее к дереву. Понятно с ним все. Прямо как мой дед!
— Тогда чудями трясти будешь! — заметила я. — Чтобы помидоры быстрее росли! У деда получалось, и у тебя получится!
Я почувствовала, как мне на лоб легла рука, словно меряет мою температуру.
— Ты не заболела? — с деланной заботой спросил лорд, глядя на косу в моих руках. — А то мне кажется, что ты бредишь! Ты — аристократка из древнего аристократического рода. Какой огород? О чем ты?
Внезапно его бровь удивленно взлетела вверх, а синие глаза хитро прищурились.
Лорд участливо посмотрела на меня, взял за подбородок, заглянул в глаза, а потом со вздохом притянул к себе, похлопывая по спине.
— Ну все, все! — заметил он снисходительно, а я не понимала в чем дело. Что это за нежности в разгар посевной?! Нет, конечно, у деда — покойного были нежности. Какой мужик устоит перед полуголой женщиной, стоящей буквой «зю» посреди грядок. Но я же еще ничего не сажала! Так что подозрительно!
— Ты уже достаточно впечатлила меня! — заметил лорд, а я отстранилась. — Хорошо! Я вижу, что ты у нас с характером, поэтому я согласен обсудить с тобой парочку условий брачного договора!
Огород без мужика, что без урожая. Если некому ходить, нудить и чудями трясти то все, считай, урожая не будет!
— Бери лопату и копай! Есть-то ты что будешь? Ты вон как жрешь! Как холодильник. В тебя кладешь, кладешь, деньги кончились, а место еще есть! — спросила я, уперев руки в боки и видя, как быстро солнышко ползет к закату. — А мне еще летний душ делать!
— Дорогая моя землеройка, я могу себе позволить роскошь и комфорт даже в ссылке! Завтра утром, мне привезут еду и все необходимое для того, чтобы я не сильно страдал в этой глуши! — заметил лорд, с улыбкой глядя мне в декольте. — И я согласен поделиться с тобой, но только если ты согласишься подписать кое-какой договор!
Он, словно фокусник достал свернутый лист бумаги. Я обтерла вспотевшие руки об юбку и развернула бумагу. Комар укусил меня за ногу, а я почесала ногу об ногу. И здесь комары!
— Что? — спросила я, вглядываясь в буквы. Без очков было как-то не привычно. Но я все прекрасно видела! — Так вот почему ты ко мне свои помидоры катишь!
Глава 8
Я смотрела на договор, не веря своим глазам. Это что такое получается! Я тут как бы завидная невеста?
— Золотые прииски в качестве приданного переходят в управление супруга! — ткнула я пальцем в пункт. Не хватало только моей подписи.
— Так вот оно что! — вздохнула я, глядя на лорда с головы до ног. — Вот почему ты ко мне огурчик свой навострил! Вот почему помидорки ко мне катятся! Я, оказывается, невеста не бедная! Спасибо, что сказал! А то я –то думала, что у меня ничего нет! Почти согласилась, дуреха! А тут эвонна как! Хорошо, что напомнил!
— Тьфу ты! — выругался лорд, пряча договор. Он зыркнул на меня, а я расправила плечи. — Ничего! Посмотрим, насколько тебя хватит! При условии, что единственное удобство в этом доме — это я!
Он дерзко улыбнулся, смерил меня надменным взглядом и направился в сторону старинных дверей.
Большой дом — это хорошо. Надеюсь, мне хоть субсидия какая полагается? Сколько же тут за коммуналку выйдет?
— Тем более огород нужен! — согласилась я, а внутри шелестела молодость. Эх, здесь явно кормить не будут! Что вырастила — то твое!
Может, где-нибудь здесь кто-нибудь что-нибудь растил! Будет на чем до урожая продержаться!
Было душно, и я решила отложить покос до вечера. Вытащив из ботинка монетку, которую я прибрала к рукам еще в карете, я перепрятала ее понадежней, и отправилась в дом.
Входная дверь скрипела, как несмазанная телега, а в огромном пыльном холле что-то покачнулось.
— Это че такое? — спросила я, присматриваясь к потолку. С огромной люстры свисали прямо лианы пыли. Рожи на портретах выглядели так, словно все дружно отравились грибами.
— И в этом романтичном месте тебе предстоит жить, - сокрушался лорд, брезгливо смахивая пыль с портрета пальцем. — Посмотри, какая убогость!
Я шла по коридору, рассматривая все, что попадалось на глаза. Не знаю, это молодость, к которой никак не привыкну, так на меня действует? Но я за любой кипишь кроме кладбища и валидола!
Странная дверь в конце коридора была приоткрыта, а я решила заглянуть в нее.
— И прямо ни одной служанки нет! — шепнул лорд, наклоняясь ко мне. — Кто ж поможет нашей красавице расшнуровать корсет и сделает ей прическу?
Я осмотрелась и увидела старинные книги, склянки, стоящие на полочках в шкафах. На пыльном столе лежали письма. Стоило мне протянуть руку, как вдруг письмо стянул со стола лорд, опередив меня на долю секунды.
— Читать чужие письма, моя опальная красавица, неприлично! — заметил он с улыбкой. И тут же демонстративно развернул чужое письмо.
— Дорогая моя Клодина! Я помню, как с наслаждением трогал твои сладкие дыньки… О, ты себе представить не можешь, что я чувствовал в этот момент! А теперь я сгораю от вожделения! Я потерял покой и сон! Я хочу их немедленно! — сладострастно прочитал лорд, а его бровь поднялась.
До чего же он красивый! Я тут что-то подумала. Мне же не просто так вторую молодость дали! Молодость должна пройти так, чтобы в старости не пропустить ни одной службы в церкви!
— Я мечтаю тебе засадить как следует! Твой Генри! — закончил лорд, опуская глаза вниз листа — Пост скриптум. Жду семена…. Дыни?
Глава 9
Неожиданный конец письма, заставил лорда удивленно поднять брови.
— Ах, ссылка! Многие здесь сходят с ума! Ты посмотри, какое здесь запустение! — глубокомысленно произнес лорд, рассматривая потолок. — И наверняка есть парочка привидений!
Семена дыни? Так! А что тут еще есть? Надо будет поискать!
— Надеюсь, моя прекрасная узница, не боится привидений? — с усмешкой произнес лорд. — Если боится, то мы можем спать вместе!
Он обольстительно улыбнулся, придерживая меня за подбородок.
— Что скажет, моя нежная красавица? — заметил лорд, делая вид, что склоняется ко мне для поцелуя, а сам просто дразня.
— Хрен тебе в грызло, чтобы спина выпрямилась, а не золотые рудники! — прокашлялась я, выпутываясь из его объятий. — Косарь. Коса. Кошу. Трасса. Камаз. Как говорится.
— И это все, что ты хочешь мне сказать? — заметил лорд, а я его, прохвоста, уже знаю. Знаю, к чему клонит. И куда ведет!
— Нет, не все! Писить и спать! — кивнула я ему, а сама направилась вон из дома. Найдя свою косу, прислоненную к дереву, я стала косить, укладывая траву рядками.
— Я обернулся посмотреть, не обернулась ли она… — мурчала я, делая замах. Луна светила ярко, этот, небось, спать завалился! Вжух! — Шоб посмотреть не обернулся ли я!
Время терять никак нельзя! Кто знает, какие тут заморозки бывают! И зимы какие!
Что? Не спит что ли? Что он там от меня хочет? Чтобы не пела? Так я и не пою! Петь я не умею! Это еще дед покойный говорил!
— Я обернулась посмотреть, не обернулась ли она… — бурчала я, слыша жуткий рев из окна.
Сказать ему, что дед за три километра мое пение определял. Я же как узнала, что он помер? Я петь начала. А он не шелохнулся. Обычно, орал и уползти пытался. А тут прямо лежит себе, словно нравится ему. Вот тут я поняла, что дело серьезное! Видать, труба деду! И не ошиблась!
Пот градом катился со лба. Я даже устала его промакивать!
Ну, вроде бы, покосила! Этот чего-то притих. Да вроде бы, угомонился!
Надо летний душ делать! А из чего? Нужна бочка какая-нибудь! Или чан! Это искать надо!
Я отложила косу и отправилась в дом. Обойдя несколько комнат, я увидела огромный дырявый котел.
— О! То, что нужно! — обрадовалась я, таща его с кухни на улицу.
Я взяла топор и стала делать из палки пробку. Вроде бы вставляется! Надо теперь его повыше сделать, чтобы солнышко воду нагревало. И шторку найти!
Я снова вернулась в дом, содрала шторы, вытащила их на улицу. Старенькая дырявая лейка тоже переехала поближе.
— Что-то ничего не получается! — вздохнула я, глядя на котел. — Тут мужик нужен! Пойду мужика будить!
— Вставай! Вставай! — заорала я под окнами. — Хозяина буди, писять веди!
В комнате послышалось шевеление. Кто-то с возмущенно зарычал. И снова притих.
Уснул что ли?
Я прокашлялась и как заору!
— Помогите! — крикнула я во все горло.
В комнате послышался скрип, грохот сдвигаемой мебели и топот.
— Что? — высунулся из окна растрепанный лорд. Белая рубаха съехала на одно плечо, волосы, зализанные назад распались и теперь обрамляли лицо прядями с двух сторон, а напряженные руки опирались на подоконник.
— Помощь нужна! — усмехнулась я, видя, как он трясет головой. Сонные глаза смотрели на меня странным взглядом.
— А! Помощь, значит, - насмешливо заметил лорд, украдкой зевая. Он увидел котел, шторы и поднял брови. — Дорогая моя, я так понимаю, что с ума ты можешь вполне сойти сама, без моей помощи!
— Куда пошел! — заметила я, расправляя плечи. Лорд улыбнулся и зевнул. Сейчас он напоминал ленивого кота, который собрался уходить!
— Так-так-так! В чем должна заключаться моя помощь? — спросил он.
— Как в чем? — удивилась я. — Я тут посмотрела, что без мужика никак не справлюсь! Короче, повторяй: «Да куда ты… Ну е- мазай! Ну кто ж так делает! А! Ну ты че? Не видишь? Правее, левее! Не баба, а сто рублей убытку!». Запомнил? А теперь стой, штаны чеши, вздыхай и повторяй все, что я тебе сказала!
Глава 10
— А что это ты собралась делать? — прищурился лорд.
Я думала над тем, как бы всю вот эту вот конструкцию собрать воедино.
— Молчишь, значит? Ну, не хочешь, не говори…
Я забивала лейку в дырку, параллельно расширяя ее. Ну ничего! Вроде бы держится! Сейчас гигант инженерной мысли быстро все организует!
— Считай, что я обиделся и помогать не стану… — послышался голос за спиной.
— Как гласит древняя буддистская пословица, кто обижается, тот в фигню перерождается! — буркнула я, поглядывая на развилку двух толстых ветвей. Дерево было древним. Наверное, еще застало те времена, когда мужики не ходили в туалет по сорок минут!
— Хватит бухтеть! — усмехнулась я, прикидывая, как бы эту махину наверх взгромоздить. — Я уже вижу, что ты не сахар!
— Просто ты не там лижешь! — гадким голосом заметил лорд. Я уже обратила внимание, как он очутился за моей спиной, положив свои руки мне на плечи. — Хочешь, я открою тебе секрет? Завтра утром ты проснешься моей… А там и свадьба…
Ишь, какой самоуверенный!
— Что ж ты спешишь, как голый на кровать? — проворчала я, выпутываясь из объятий. — Мне нужно придумать, как вон ту штуку вон на ту ветку поставить и привязать! Чтоб на голову не упала! Мне же надо как-то мыться!
— Мыться? — отстранился лорд. Удивление в его синих глазах сменилось коварством. — Хорошо, я согласен тебе помочь, если ты позволишь мне…
Я почувствовала, как он приблизился к моему уху. Ну, соблазнитель! Глядя на такого мужика, тут не устоять, тут сразу «улежать» хочется! Это, видать, тело молодое! Что-то там внутри отзывается…
— Понаблюдать…. — выдохнул лорд мне в ухо. — За процессом…
Все никак не привыкну, что это ухо слышит! Я-то думала, что цену заломит! А тут тьфу! Это мы запросто! Это даже не считается!
— И пока твоя девичья гордость сражается с желанием… — начал лорд, вдыхая запах моих волос.
— Ой, да я согласна! — закивала я. — Вешай!
Только бы не «упукнулся»! А то с виду он пусть и сильный, но…
Лорд подошел к чану, с легкостью поднял его и влез на дерево.
Все! Еще чуть-чуть и я влюблюсь. Какой мужик! На нем пахать можно! Только вот беда!
Он же как только свое получит, сдернет отсюда, обратно, в столицу! А я, поди, одна буду с хозяйством возится. А вдруг что затащить куда приспичит. Или поднять тяжелое! Без мужика-то никуда!
— Готово! — заметил лорд, ловко слезая с дерева и отряхивая руки. — Надеюсь, уговор в силе! И не нужно так стыдливо краснеть!
— Это я сгорела на солнце! — махнула я рукой, понимая, что еще бы воду раздобыть. Я тут журчание слышала возле фонтана.
Взяв ведро, я пошла к фонтану. Ишь ты! Работает! Тут можно клумбу разбить! И отсюда шланги на полив пустить! Только вот беда! Придумать нужно, из чего шланги делать!
— И водой наполни! — попросила я, понимая, что половину разолью по пути.
— О! Ты точно не рассчитаешься! — со смехом заметил лорд. — Думаю, что одной бессонной совместной ночи будет достаточно!
— О, конечно! — махнула я рукой. — Я согласна!
Я сбегала в дом, чтобы найти какие-нибудь полотенце, как вдруг увидела чан полный воды. Вода даже переливалась и капала вниз. Ого! Так быстро!
— Я жду! — напомнил лорд. Он сорвал соломинку и засунул ее в рот. Шторы, которые я повесила на ветку, выглядели нарядно. Прямо как шатер какой-то! Это завтра солнышко водичку нагреет, а сегодня придется мыться так!
— Прямо как занавес в театре! — рассмеялся лорд, глядя на красные бархатные шторы. — Ну что ж! Я готов! Помни, ты мне пообещала незабываемую ночь!
Обещала — будет!
Глава 11
Пока я возилась со шторами, лорд вытащил из поместья старинное кресло и уселся поудобней.
— Не стесняйся, моя трепетная красавица, - ухмыльнулся он. — Я понимаю, что это - позор. Но мы никому об этом не скажем!
Пфе! Разве это позор?! Я однажды посреди грядки стояла, а у меня футболка задралась. И штаны по шву треснули. А я увлеклась, что и не заметила. Редиску рассадить хотела! Думаете что? Трусы выглянули! Нет! Не было там трусов!
Я ж однажды передачу посмотрела про БДСМ, поняла, то никакие извращения не сравнятся с растертыми по жаре ляшками.
Так что в деревне в тот день аншлаг был. И ведь сказали мне только под вечер. Да и то, намеками, что лавочку прикрывать надо. А за это время дети не просто узнали, откуда появились на свет, но и рассмотрели все в подробностях. Бабоньки сверились, а все ли у них так, молодые девки узнали светлое седое будущее, а Петенька - дурачок впервые увидел женщину. Деда тогда чуть кондратий хватил.
— Я жду, - торопил меня голос, а я вздохнула. — Что — нибудь возбуждающее!
Эх! И стала снимать ботинки с налипшей грязью.
Для деда моего ничего более возбуждающего не было, чем грязными ногами по полу пройти после огорода. Чтобы глядя на все это безобразие в коридоре создавалось чувство, что жена откопалась и вернулась, опять обменяв венок на веник! Возбуждался он сильно. В любом возрасте! И орал, как соседская колонка.
— Так, секундочку! — заметила я, беря в руки палочку и пытаясь соскрести с ног комья грязи. — Где ж так я умудрилась изгваздаться! Прямо два торта «Ласточкино гнездо» на каждой ноге!
Там мужик не возбудился еще? Дед как возбуждался, так вся деревня слышала!
— Тэкс! Сейчас туфелька покажется! Она тут где-то! Я ее почти нашла! — кряхтела я, задрав ногу. — О! Одну нашла! Сейчас вторую найдем!
Я так увлеклась отскребанием обуви, что забыла обо всем на свете.
— Это еще не грязно! Грязно, когда труселя на себе найти не получается! — махнула я, стягивая с себя платье. — Ох, ты ж, ежики пушистые! Где же я так вляпалась? Все ноги в грязи! Прямо носочки из грязи!
Грязный комок платья упал на траву. Следом полетели панталоны.
— Браво! — похлопал лорд, пока я ковыляла в душ.
— Что, никогда не видел, как женщина моется? — спросила я, беря панталоны и намыливая их как мочалку. Я дернула бочку за веревочку и…
— Ууууу! — заорала я с непривычки, когда на меня потекла ледяная вода.
Мочалка мылила спину, искусанные комарами ноги, лицо и волосы.
