– Как закончите, верните подносы на место.
– Спасибо, – сосед улыбается медсестре. – Простите, а как вас зовут?
– Катя, – зардевшись, представляется она.
– А я Кирилл. Надеюсь, вы не сильно рискуете, занимаясь нами?
Смотрите-ка какой вежливый!
– Ну что вы, у нас в боксах все стерильно, ни одна зараза не пролетит.
Я бросаю на нее колючий взгляд, и медсестра осекается:
– Ой, извините, это я не вас имела в виду…
Я нетерпеливо тяну на себя дверь, но она не поддается.
– Тут заперто! – восклицаю я.
– Ой, забыла снять блокировку. – Медсестра тычет в кнопку на стене рядом с окном, и я слышу тихий щелчок.
Дверь отпирается, а я понимаю, что мы попали. Нас охраняют, как в сейфе. Двойная система защиты. Так просто из этой тюрьмы не сбежать.
Пока я задумалась, сосед открывает дверь, проходит в коридор и возвращается с двумя подносами.
Водружает один на тумбочку у моей кровати и объявляет:
– Кушать подано.
От его жизнерадостной улыбки у меня пропадает весь аппетит.
– Что-то не хочется.
Я сажусь на свою койку и открываю соцсеть на телефоне.
– Знаешь, какой первый признак заражения вирусом? – доносится до меня вкрадчивый голос соседа.
– Какой? – резко спрашиваю я, поднимая глаза, и вижу, как он наворачивает котлету.
– Отсутствие аппетита, – заявляет он, жадно жуя.
– Нет у меня никакого вируса! – рявкаю я и сажусь напротив.
Больничная еда выглядит точно так же, как в самолете – в одноразовых судках, а не в тарелках. Мы же потенциально заразные, значит, посуду после нас утилизируют, чтобы не мыть. Приборы нам тоже дали пластиковые.
Опасливо пробую суп в пластиковой чашке, но он оказывается на удивление вкусным – куриный с лапшой, как в детстве у бабушки. Опустошаю плошку в считанные минуты. Дома я почти не ела и порядком проголодалась.
– Нет, ты не вегетарианка, – издевательски комментирует сосед, наворачивая котлету.
Даже разговаривать с ним не хочу. Беру телефон и щелкаю обед на телефон. Отправляю в блог с комментарием: «В больнице кормят, как в самолете». Директ взрывается от личных сообщений – все еще с прямого эфира спрашивают, что случилось. Это розыгрыш или меня правда забрали на карантин? А последняя моя сторис про то, что меня заперли в палате с соседом, бьет рекорды по просмотрам. Хоть какая-то польза от карантина! Но не успеваю порадоваться, как вспоминаю, что застряла тут на две недели, и настроение резко падает вниз. Аппетит тоже. Отодвигаю поднос.
– Не будешь? Тогда я съем!
И не успеваю я возразить, как сосед накалывает мою котлету на вилку и отправляет себе в пасть.
Я, в шоке от такой наглости, молча таращу глаза на него.
– Вкусная, – нахваливает он. – Зря ты отказалась!
Вот теперь во мне просыпается аппетит. Да притом какой! Зверский! Но остается только жевать овощной салат и булочку с компотом и ненавидеть соседа. Сколько он там сказал? Триста тридцать шесть часов? Я убью его раньше!
Кирилл
После обеда блогерша уткнулась в свой айфон и отключилась от внешнего мира.
Я отнес оба наши подноса обратно в прихожую, отделявшую палату от коридора. Блогерша даже не отреагировала, когда я забрал ее поднос.
Что ж, если она будет уходить в свою Матрицу почаще, у нас есть все шансы пересидеть карантин и не убить друг друга. Уж лучше блогерша, застрявшая в Интернете, чем тот потный мужик из самолета. Блогерша хотя бы вкусно пахнет – цитрусом с бергамотом, напоминая о весне в Италии.
А вот мне не помешает свежая смена одежды, дезодорант, пенка для бритья, бритва и зубная щетка. Я набросал в заметках на телефоне список того, что мне понадобится в больнице на первое время, и набрал знакомый номер.
– Привет, Вероника. Можешь говорить?
Блогерша отлипла от своего айфона и с любопытством уставилась на меня. Конечно, не каждый мужчина, который звонит своей девушке, начинает с такого вопроса. Но это же Вероника. Каждый ее день расписан по минутам, и мне в нем отведено строго определенное место.
– Могу, у меня как раз перерыв, – от родного голоса Вероники сразу стало теплей на душе. – Как ты долетел? Я о тебе недавно вспоминала.
– Хорошо долетел, – я замялся, не зная, как сообщить любимой девушке о своем положении.
– Когда мы увидимся вечером? – деловито спросила Вероника. Она ценила свое время, расписанное по минутам, и не выносила пауз в разговоре. Встреча со мной уже наверняка была вписана в ее ежедневник, и больше всего на свете она не любила, когда планы менялись. Но сейчас мне предстояло ее расстроить.
– Я как раз насчет этого и звоню, Вероника. Дело в том, что встреча отменяется…
– Понимаю, наверное, много дел накопилось после поездки, – спокойно откликнулась она. Я бы предпочел, чтобы Вероника расстроилась, что мы не увидимся, вместо того чтобы быть такой понимающей. Но в ее уверенном, хорошо поставленном голосе не было слышно ни нотки недовольства. Только спокойствие и понимание. Казалось, рухни на улице НЛО среди бела дня, Вероника даже не ахнет, а невозмутимо вытащит свой ежедневник, внесет туда дату и время происшествия и двинется дальше по своим делам. – Тогда завтра? – спросила Вероника, и я улыбнулся, представив, как она застыла перед раскрытым ежедневником, занеся ручку, чтобы записать новое время нашего свидания.
– Не получится. Я сейчас в больнице.
– Что случилось, Кирилл? – Вот сейчас в ее голосе слышалось замешательство и нотка тревоги. Мне удалось ее огорошить. – Ты попал под машину? Несчастный случай? Отравился в самолете?
Иногда с Вероникой просто невозможно общаться. Она задает вопрос – и тут же сама на него отвечает, выдавая одну версию за другой. Вот и сейчас пришлось ее перебить:
– Все в порядке. Меня забрали на карантин.
– В смысле? – опешила Вероника.
– В самолете была заболевшая женщина, – коротко объяснил я. – Со мной все в порядке, никаких симптомов вируса нет, но врачи решили подержать меня под наблюдением.
– Ты меня разыгрываешь, да? – после затянувшейся паузы протянула Вероника, а затем строго отчитала: – Не смешно, Котов! Это не та тема, на которую стоит шутить. Я думала, ты уже это перерос.
Блогерша громко хмыкнула, и я понял, что она прекрасно слышит наш разговор. И не просто слышит – подслушивает, ничуть не смущаясь!
– Вероника, я не шучу, – резко перебил ее я, вскочил с койки и заперся в ванной. Затем назвал номер больницы, где нахожусь, и попросил привезти мои вещи из дома. Ключи от квартиры у Вероники были, и я рассчитывал на ее помощь. – Список вещей я сейчас скину.
Убедившись, что я не шучу, Вероника расстроилась, но пообещала исполнить мою просьбу. Закончив разговор, я сразу скинул ей список вещей. А затем позвонил на работу и объяснил, что застрял на карантине. К счастью, сегодня я ни с кем не успел пообщаться, так что заразить никого бы не смог. Но на всякий случай попросил не заходить в мой кабинет и продезинфицировать дверные ручки. Речи о том, чтобы продолжить работу удаленно, не было. Мои обязанности были связаны с переговорами и выездами на объекты. Так что меня отправили на больничный, пожелав мне здоровья. Шеф был доволен большим и престижным контрактом, который я привез из Италии и который остался лежать на столе в моем кабинете. И мое двухнедельное отсутствие фирма вполне переживет.
Мне бы порадоваться, но я чувствовал себя потерянным. Еще утром я был полон планов, а сейчас оказался заперт в больничной палате и предоставлен сам себе. Подумал и послал Веронике еще одно сообщение – попросил привезти из дома пару книг, до которых все не доходили руки прочитать. На сообщение она не ответила – наверное, была уже в пути.
Толкнув дверь ванной, застыл на пороге. Вид мне открылся чудный. Блогерша сидела спиной ко мне на коленях, наклонившись над раскрытым чемоданом. Мой взгляд уперся в соблазнительную попку, обтянутую серебристой тканью платья с бахромой. Меня девушка не заметила – слишком увлеченно она перебирала содержимое чемодана. Она потянулась за чем-то, прогнулась в пояснице. Бахрома от ее движения заколыхалась, а платье задралось, демонстрируя красную полоску стрингов. Я шумно вздохнул.
Она резко обернулась и вспыхнула, одергивая подол.
– Хватит на меня пялиться!
Я прошел на свою койку и отвернулся к окну. Чтобы отвлечься, представил потного мужика из самолета в семейных труселях с веселым узорчиком. Не помогло. Раскрытый чемодан, в котором продолжала копаться блогерша, так и манил. Я бросил быстрый взгляд – как раз в тот момент, когда девушка захлопнула крышку. Но мне хватило секунды, чтобы заметить красный кружевной лифчик – тот самый, который она перекладывала в аэропорту, а я вспоминал все это время.
В брюках стало тесно, и я быстро скинул ботинки и укрылся одеялом.
Блогерша бросила на меня подозрительный взгляд:
– Знобит? Надеюсь, ты не заразный!
– А тебе не холодно? – огрызнулся я, окинув взглядом ее голые руки и низкое декольте.
– А меня любовь греет, – она с вызовом вздернула нос.
– А, к папе Карло, – понимающе кивнул я. – Странно, что он не обрывает тебе телефон и не волнуется.
– Не твоего ума дело.
– Кстати, он у тебя не ревнивый? – с деланым равнодушием спросил я.
– Нет. А что?
– Значит, его не смутит, что мы с тобой застряли в одном боксе?
– Главное, чтобы это не смутило твою Веронику! – издевательски протянула она.
Я завозился под одеялом, устраиваясь поудобнее и ослабив ремень брюк. Скорей бы уже Вероника привезла мои вещи, чтобы переодеться в футболку и спортивные штаны.
Блогерша насмешливо наблюдала за мной.
– Может, переоденешься? – буркнул я, избегая смотреть на ее голые руки. – Смотреть на тебя больно.
Я прикрыл глаза, пытаясь вызвать образ потного мужика в семейниках.
– А ты не смотри! – Она шумно засопела, но, потоптавшись на месте, скрылась в ванной.
Отсутствовала она долго. Похоже, решила принять душ, потому что зашумела вода. Под ее мерный шум я даже успел задремать, но подскочил на кровати, непонимающе хлопая глазами, когда дверь ванной громко хлопнула. Сначала не мог понять, где нахожусь и как сюда попал. Потом сфокусировался на девичьей фигурке, стоящей напротив кровати… Да она издевается!
Диана
Как он на меня смотрел! Хлопал глазами и хватал ртом воздух, как будто не мог поверить тому, что видит. Ради такого эффекта стоило раскошелиться на шелковую тряпочку.
– Ты издеваешься? – охрипшим голосом спросил он.
– У тебя что, горло болит? – насторожилась я, пятясь к своей койке. – А ну не дыши в мою сторону!
– Здесь вообще-то больница, а не бордель! – буркнул он, буравя меня взглядом.
– Не знаю, как там в борделях, не бывала, – я с достоинством поправила полы красного халатика, доходившего до колен, – но это настоящий итальянский шелк, чтоб ты знал.
– А я думал, шелк добывают в Китае, – ехидно прохрипел он.
– Ты что, правда простудился? – заволновалась я.
– В горле пересохло. – Он резко встал и откинул одеяло. Но тут же натянул его обратно и, избегая меня взглядом, попросил: – Можешь дать воды?
Бутылка стояла на тумбочке – морить жаждой нас не планировали. Я уже потянулась за ней, но отдернула руку.
– Ты меня с сиделкой спутал? Сам налей, не развалишься.
– Нет, с сиделкой тебя не спутаешь, – глухо прокряхтел он. Но с места не сдвинулся.
Ну и пусть! Я ему воду подносить не нанималась! Присела на свою кровать и открыла свою страничку на айфоне. Сообщений в директ набралось столько, что и вечера не хватит, чтобы на все ответить. А впрочем, чем мне тут еще заняться?
Подписчики волновались о моем здоровье, но больше половины злорадствовали: мол, нечего было в Италию ездить, они же предупреждали! Вот глупые курицы!
– Хватит стучать! – донесся до меня голос соседа.
– А?
– Хватит каблуками стучать, – раздраженно рявкнул он. – Кто вообще в больницу берет босоножки?
Спохватившись, я перестала стучать каблуком о линолеум и демонстративно закинула ногу на ногу. Полы халатика разошлись, и сосед глухо хрюкнул, отвернувшись к стене.
Колени озябли – халатик был коротким, и я нырнула под одеяло. Знала бы, что застряну в больнице, вместо шелкового халата купила бы трикотажную пижаму. Но ничего удобнее в моем чемодане не было. О тапочках я, конечно, тоже не подумала. Еще повезло, что в Италии я прикупила кожаные босоножки со стразами на шпильке. Сойдут за сменную обувь для палаты. Куда мне тут ходить-то? От кровати до ванной – ровно четыре шага.
Соседняя кровать скрипнула. Кирилл поднялся и взял бутылку воды. Жадно осушил почти половину и, не глядя на меня, лег обратно. В рубашке и брюках ему явно было неудобно. Похоже, его забрали прямо с работы, не дав возможности переодеться.
– Тебе не кажется странным, что к нам никто не приходит? – спросила я, бросив взгляд на стекло, ведущее в коридор. Иногда за ним быстро проходили медики в защитных костюмах, но до нас никому не было дела.
– Не кажется, – буркнул Кирилл. – Чего им к нам ходить? Анализы взяли, симптомов у нас нет, теперь будем сидеть по стойке смирно, пока о нас не вспомнят.
– Главное, чтобы кормили, – вздохнула я, устраиваясь поудобней под одеялом.
– Ты что, уже проголодалась? – поразился он.
– А что я там ела? – Я бросила на него обвиняющий взгляд. – Это ты сожрал две котлеты – и свою, и мою!
– Ну извини.
Мне показалось, что я ослышалась. Он что, всерьез извиняется?
– Я думал, ты не будешь. Сама же кричала, что вегетарианка.
– Я не кричала, а предположила такую вероятность, – отрезала я.
– Понял. Признаю свою вину. Готов компенсировать своей котлетой с ужина.
Я снова бросила на него недоверчивый взгляд. Нет, похоже, что не шутит. А жаль. Пререкаться с ним гораздо интереснее, чем выслушивать извинения. Хоть какое-то развлечение в четырех стенах.
Отвечать ничего не стала. Уткнулась в айфон и увидела, что за час на меня подписалась тысяча человек. Пожалуй, у карантина есть свои плюсы!
Глава 6. Презент от невесты
Кирилл
Время в ожидании Вероники тянулось долго. Блогерша с головой ушла в Интернет, а я сыграл несколько партий в шахматы и весь извозился под одеялом. Лежать в рубашке и брюках было неудобно, и я мечтал скорее принять душ и сменить одежду.
Наконец, за стеклом возникла уже знакомая медсестра. Правда, опознать ее было можно только по невысокой стройной фигурке и по защитным очкам с синей окантовкой, напоминающим маску для подводного плавания. Катя показала мне пакет с вещами, и я вскочил с кровати. Но она сразу же сделала знак рукой, чтобы я оставался на месте.
– Ваша девушка принесла сменные вещи, – объявила Катя.
– А сама она? Я не смогу ее увидеть?
Я надеялся, что смогу поговорить с Вероникой хотя бы через стекло.
– Вы что! – Катя категорично покачала головой. – Здесь же красная зона! Сюда даже не весь медперсонал пускают. А посещения тем более строго запрещены.
– Понял, – поник я.
– Я сейчас зайду в прихожую, оставлю вещи и заберу подносы, – предупредила медсестра. – А вы оставайтесь на местах. Пакет заберете потом.
Катя скрылась из вида, затем вернулась с подносами. Раздался щелчок, отпирая замок, ведущий в палату.
– Можете забирать.
Я толкнул дверь и подхватил большой пакет, стоящий у стены. Странно, что Вероника сложила мои вещи в пластиковый пакет, а не в чемодан или спортивную сумку, ведь так было бы удобнее.
Занес пакет в палату и услышал, как за спиной щелкнул замок.
– Нас стерегут, как в сейфе, – прокомментировала блогерша, бросив любопытный взгляд на пакет у меня в руках. – Что там, любимая байковая пижама?
Я молча прошел к своей койке и поставил пакет. Пижаму я в самом деле написал в том списке вещей, которые отправил Веронике, и мечтал скорее принять душ и переодеться. Но, заглянув в пакет, с удивлением достал оттуда футболку, которой у меня никогда не было.
– Похоже, тут ошибка, – я обернулся к стеклу, но Катя с подносами уже исчезла.
Я достал из пакета еще пару вещей – футболку, толстовку, штаны. Все новые, с бирками. Явно не мои. Медсестра перепутала меня с кем-то из пациентов.
Я подошел к стеклу и постучал, привлекая внимание. В коридоре никого не было, и никто не откликнулся.
– Кнопка у двери для чего? – фыркнула блогерша, наблюдая за мной, как за шимпанзе в зоопарке.
Действительно, на стене оказалась кнопка для вызова персонала, которую я не заметил. Нажал – и над стеклом, ведущим в коридор, зажглась лампа. Несколько мгновений – и, как по тревоге, прибежала уже знакомая медсестра Катя.
– Что? – Даже под маской, закрывавшей лицо, было видно, как испуганно она таращит глаза. – Вам плохо? Вызвать доктора?
Катя уже выхватила рацию из кармана защитного комбинезона, который крест-накрест пересекала синяя изолента. Как же они нас боятся! Вон, даже комбинезон заклеили, чтобы ни один микроб не просочился. Неужели, мы правда можем быть такими заразными?
– Плохо обязанности выполняете, – перебил я, пока она не вызвала бригаду по мою душу, и потряс пакетом. – Перепутали пакет!
– Ничего я не перепутала, – возразила Катя и ткнула пальцем в пакет, не касаясь стекла. На руках у нее тоже были защитные перчатки, приклеенные скотчем к рукавам комбинезона. – Этот пакет передала ваша невеста Вероника.
Невеста? По моему лицу невольно расплылась широкая улыбка. Предложение я Веронике сделал еще на Новый год, но она взяла время подумать и до сих пор не давала мне ответа. Выходит, что она согласна? После полугода осады крепости по имени Вероника Зимина я уже сомневался в победе.
– Вы уверены, что пакет передала именно она? – уточнил я. – Может, это какая-то другая Вероника?
– Такая стройная брюнетка, с пучком, в очках и замашками училки? – с ехидством перечислила Катя.
– Это она, – признал я. Описание Вероники было весьма исчерпывающим. С обслуживающим персоналом она не церемонилась нигде – ни в кафе, ни в магазинах. Должно быть, и в больнице медсестер отчитать успела.
– Тогда мои соболезнования, – фыркнула Катя. – А пакет точно от нее, ничего я не перепутала.
Медсестра ушла, а я в растерянности вернулся к своей койке, поставил пакет поверх и вытащил из него футболку. Теперь я обратил внимание, что на бирке указан мой размер. А цвет был серым – Вероника знала, что я предпочитаю светлые футболки и никогда не ношу черные. И все-таки, почему она не принесла мои вещи, как я просил? Зачем купила мне совершенно новые, с бирками?
Мне нужны были ответы, и я набрал номер Вероники на мобильном.
– Получил твой пакет. Зачем ты купила новые вещи? Потеряла ключи и не смогла попасть в квартиру?
– Ключи у меня, но к тебе я не ездила, – отозвалась Вероника.
– Почему?
– Ну, Котов, – протянула Вероника, – ты же можешь быть заразным!
– В смысле? – опешил я.
– Тебя же не просто так в инфекционку упекли! Мало ли, на что ты там у себя дома чихал! – заявила Вероника.
Сбоку раздался смешок – блогерша слышала весь разговор. Вероника по обыкновению говорила громко, как на лекции, а между нашими кроватями было не больше метра.
– Никуда я не чихал, – зашипел я в трубку. – Я здоров!
– Конечно, здоров, – заюлила Вероника, почувствовав, что перегнула палку. – Но я решила не рисковать и купила тебе все, что ты просил. Только новое!
Крыть мне было нечем. Я уже и так понял, что Вероника права. Если я могу быть разносчиком вируса, девушке и правда лучше не заходить ко мне в квартиру. И все-таки поведение невесты меня неприятно царапнуло. Она всегда в первую очередь заботилась о себе, и этот пример – лишнее доказательство.
– Спасибо, Вероника, – сухо поблагодарил я.
– Как ты там вообще? – спросила она. – Что говорят врачи?
– Пока ничего. – Продолжать разговор не хотелось, и я быстро попрощался. – Все, мне пора.
Отложив телефон, поймал на себе взгляд блогерши.
– И куда тебе пора? – насмешливо спросила она. – Раз не хочешь поговорить со своей невестой?
– Подслушивать нехорошо.
– А куда деваться из карантинного бокса? – фыркнула она. – У меня нет выбора.
– Что-то твой жених тебе не звонит, передачки не носит. Как там его, папа Карло?
– Он в Италии, – огрызнулась блогерша. Никакого тепла в ее голосе не было, тема про жениха ей явно была неприятна. Из чего я лишний раз убедился, что никакого Карло нет. А если есть, то он ее не ждет.
– Можешь позвонить ему, пока я буду в душе. Обещаю не подслушивать.
Взяв пакет, направился в санузел. Закрывшись на шпингалет, с удовольствием скинул рубашку и брюки. Встал под душ, мечтая смыть с себя усталость под упругими струями воды, но меня ждало разочарование. Напор был слабеньким, сантехника – старенькой и дешевой. Хоть гель для душа додумались поставить, а то я забыл попросить Веронику положить мне его. Только намылившись, я почувствовал сладкий аромат жасмина и запоздало догадался, что флакончик принадлежит блогерше. Неловко получилось! А хуже всего, что я теперь пахну, как она, и этот аромат будет меня преследовать.
Новое темно-синее полотенце, которое передала Вероника, было жестким и неприятным на ощупь. Вытершись, повесил его на крючок на стене, по соседству с пляжным полотенцем блогерши. К счастью, крючки висели на расстоянии метра и не соприкасались, а то уж слишком интимно бы получилось. И так нам приходится делить одну спальню и одну ванную на двоих, как супругам или попутчикам в отпуске… Хотя ни на брак, ни на каникулы наше заключение не похоже.
Полотенце блогерши, розовое с пальмой, притягивало взгляд – с такими обычно ходят на пляж, чтобы застелить шезлонг. Странный выбор для больницы! Впрочем, она и вырядилась в больницу, как на курорт – нарядное платье, босоножки на шпильке. Безумная девица!
Из комнаты доносился ее оживленный голос. Похоже, соседка вняла моему совету и вовсю кокетничает со своим итальянским любовником.
Покопавшись в пакете, нашел новые боксеры и оторопел. Серьезно, с Санта Клаусами? Другие две пары оказались не лучше – с оленями и танцующими елками. Похоже, Вероника купила их на распродаже зимней коллекции. Или хотела поднять мне настроение? Представил, как блогерша будет хохотать, если их увидит, и тут из-за двери донесся взрыв смеха. Видеть она меня не могла, но становиться посмешищем не хотелось. Быстро достал из пакета спортивные трикотажные брюки и натянул на себя. Растерянно уставился на штанины – они оказались коротковаты и открывали лодыжки сантиметров на десять. Ну, спасибо, Вероника, удружила! С нехорошим предчувствием потянулся за футболкой. Их Вероника купила две. Серая оказалась маломеркой и села в обтяжку. Бежевая наоборот большемерила, в ней я утонул. И только третья, белая, оказалась в размер.
Из комнаты по-прежнему доносился веселый голос блогерши. Сколько же можно болтать? Чтобы не мешать ей, разобрал пакет: достал новую зубную щетку, пасту, расческу… Не понял, а бритва? А пенка для бритья? Перетряс все, но так их и не нашел. Похоже, что Вероника про них забыла.
Поскреб начинающую чернеть щеку. Что ж, дня два еще продержусь, а потом превращусь в пирата. Придется опять просить Веронику о помощи. Или… Я взглянул на пакет из магазина. А зачем просить, если можно заказать самому? Карта привязана к телефону, закажу необходимое с доставкой на ресепшен, то есть в регистратуру, а медсестра Катя мне принесет.
Повеселев, подхватил пакет и вышел в палату. Блогерша по-прежнему трещала по видеосвязи, я замер в дверях и кашлянул, предупреждая о своем возвращении. Она обернулась и недовольно поморщилась, а затем протараторила в камеру:
– Что ж, до новых включений! Следите за моим блогом! И я покажу вам, есть ли жизнь на карантине!
Убрав айфон, она недовольно прошипела:
– Я вообще-то в прямом эфире. Мог бы и подождать, пока я закончу.
– Я вообще-то тоже тут живу, – заметил я, проходя к своей койке. – А не в ванной!
Хотелось сказать, что я и так задержался внутри, давая ей время поболтать, но промолчал. Все равно она моей доброты не оценит.
– Прикольный лук, – бросила она мне в спину.
– Чего? – непонимающе повернулся к ней.
– Выглядишь, как отпускник на пляже. Короткие штанишки, из которых вырос, и футболка… – Она уставилась мне на грудь и расхохоталась.
– Что смешного?
– Ты хоть видел, клоун, что на ней?
Нет, не видел. Я обрадовался, что хотя бы одна из трех подошла по размеру. И теперь покосился на грудь, но с такого ракурса рассмотреть принт не смог. Что еще отчебучила Вероника?
– Ой, не могу! Ой, умора! – веселилась блогерша. – Можно, я тебя щелкну для «Звездограда»?
Я отшатнулся от айфона, который она уже подняла, и забежал в ванную. Небольшое зеркало над мойкой отражало только голову и широкие плечи, и мне пришлось отойти почти до противоположной стены, чтобы рассмотреть надпись.
Ну, Вероника! Ну, и шуточки у тебя! Если бы я оказался в боксе с соседом, другой мужик меня бы застебал. А блогерша меня и вовсе затроллит!
Хотел бы я сейчас спросить Веронику, что ей двигало, когда она выбрала для больницы эту футболку – с рыцарем в доспехах, сидящем на осле, и надписью «Да, принц! Да, на коне!». Это было совсем не в ее стиле, и подвоха я не ожидал.
Я в негодовании стянул с себя футболку и швырнул на пол. Она отлетела к душевой, а я потянулся к пакету у стены, чтобы надеть другую, и замер. Пакета не было. Я же сам занес его в палату. Черт!
Наклонился за футболкой на полу и почувствовал, что она вымокла насквозь. С душа натекла вода, и трикотаж ее впитал. Что ж, выбора у меня не осталось. Выжав футболку, перекинул ее на штангу душевой, надписью внутрь. А сам вышел из ванной в одних штанах.
Блогерша при виде меня вытаращила глаза.
– Тебе тут что, баня?!
Но ее взгляд, жадно скользивший по моим бицепсам, говорил о другом. Да, детка, я в хорошей спортивной форме, и фитнес-клуб – мой второй дом. Усмехнувшись, неторопливо прошел к своей кровати.
Блогерша опасливо поджала голые ноги и укрылась одеялом по самую шею, как будто бы я сейчас на нее наброшусь!
Так же неторопливо достал из пакета футболку. Помедлил секунду, выбирая между серой и бежевой. Какую ни надень – все равно посмешище. Но в свободной бежевой хотя бы удобней валяться на больничной койке, ее и надел, предварительно проверив, что надпись на ней вполне безобидная – «Coffe break». Эх, сейчас бы кофейку!
– Как думаешь, сюда можно заказать кофе с доставкой? – бросил блогерше, поворачиваясь к ней.
– А как же, и пиццу в придачу. – Она окинула насмешливым взглядом мою футболку. – Твоя невеста ошиблась размеров на пять. Ты уверен, что эту футболку она покупала тебе, а не Халку?
– Главное, чтобы твой папа Карло не ошибся с размером обручального кольца. Когда ваша свадьба все-таки состоится, – парировал я.
Она осеклась, а затем с подозрением принюхалась.
– Ты мылся моим гелем для душа?
– Извини. Я думал, что это больничный.
– Больничный?! – Она вскочила с кровати, откинув одеяло. Мелькнули стройные длинные ноги в разрезе красного шелкового халата. Я аж загляделся. – Это, чтоб ты знал, элитный итальянский бренд! Я на него последние деньги в дьюти-фри потратила!
– Ну, хочешь, я тебе заплачу?
– Чего? – опешила она.
– Куплю его у тебя. Надо же мне чем-то мыться.
– Обойдешься! Невесту попроси, пусть принесет. И больше никогда не трогай мои вещи! – рявкнула она.
