– Ярик – мое божество, – без тени сомнения отозвалась девушка с кладбища.
Подросток ответил спокойнее:
– Да, Стелла мне открыть другой мир.
Он виновато взглянул на подругу и добавил:
– Но Ольга еще есть в моем сердце. Я больше не любить ее. Но не могу допускать, чтобы ей было плохо.
Стелла презрительно дернула плечом.
Да вы ревнуете, мадам!
А если у нее справка, то есть ни руля и ни ветрил, – может, именно она и пытается стереть соперницу с лица земли?!
В моей бедной головушке все запуталось окончательно. Ну и подозреваемых я собрала!
Алкоголичка Галина Петровна Дорофеева. Ее узбек-сожитель. Продавщица из магазина при кладбище. А, и еще Говоруша. Бесплотный дух, который, однако, знал, что на Ольгу нападут алкоголики. И о моем приходе Ярика предупредил.
Паша от души посмеется.
* * *
Грузить Рому историей с нападением алкоголиков Ольга не стала. Ей категорически не хотелось быть в его глазах «девочкой-бедой». Красавец и так много неприглядного увидел – пока она хромала да потела, пытаясь сто метров пробежать. А у нее со времен балета осталось убеждение: мужчине позволено лицезреть нарядного, худенького эльфа, порхающего по сцене, но никак не диеты, слезы и искривленные пальцы на ногах.
Оля еще не чувствовала себя полностью здоровой. Вчерашний инцидент и сегодняшняя поездка в детективное агентство изрядно ее измотали. Хотелось забиться под одеяло и никого не видеть.
Когда позвонил Рома и сказал, что приедет вечером, девушка попыталась от свидания уклониться. Не в форме она. А мужскую страсть подогреть всегда полезно.
Однако ее инструктор по ЛФК проявил настойчивость:
– Нет, Оля, приеду обязательно. Мне надо тебе очень важную вещь сказать.
– Из какой оперы?
– Про нас с тобой, – заинтриговал Роман.
И балерина окончательно разволновалась. Предложит замуж? Жить вместе? Или, наоборот, скажет: между нами все кончено?
В любом случае выглядеть она обязана идеально. Придется взять себя в руки и лучиться беспечностью.
Личного гримера у балерины Ольги Польской никогда не имелось, но в этом свой плюс: «нарисовать лицо» она могла даже после бессонной ночи или многочасовых рыданий.
Надо соответствовать успешному сценаристу и красавцу Роману – пусть не по статусу, так хотя бы внешне. Впрочем, со временем Оля надеялась и в работе его догнать-перегнать. Получилось ведь когда-то – без образования и опыта поставить балет, от которого СМИ всего мира в восторге пищали. Она окончательно оправится от ударов судьбы – и еще что-нибудь придумает, даже круче. Главное, чтобы Рома прежде ее не бросил.
Гостя Ольга встретила с прямой спиной и беспечной улыбкой. Величественно, будто прима-балерина, приняла букет (и вида не подала, что в шоке: первый раз он с цветами пришел).
С удовольствием, прямо в коридоре, ответила на поцелуй.
Думала, сразу потащит в постель. Однако Рома (ей показалось: отчаянным тоном) произнес:
– Пойдем на кухню. Поговорим.
Оля взялась было доставать вино – он остановил:
– Давай после. А то слова язык жгут. Хочу признаться поскорее.
Сердце затрепетало. Что-то хорошее? Или, наоборот, пошлет?!
Рома рухнул на табуретку. Потупился. Пробормотал:
– Оль. Мне очень стыдно, но я все тебе врал.
Она помертвела.
Проиграла. В который раз.
Жестко усмехнулась:
– Зачем тогда цветы принес?
Молодой человек вскинул голову. Увидел отчаяние в ее глазах. Улыбнулся:
– Стоп-стоп. Ждешь – скажу, что женат?
– Ну, или гомик, – подыграла.
– Вот спасибо, припечатала, – отозвался он с нарочитой обидой.
Напряженность рассеялась. Ольга повеселела. А Роман решительно заявил:
– Я тебе про другое врал. Что фильмы по моим сценариям по ящику идут. И что я в продюсерской компании работаю.
Балерина выдохнула – оказалось не самое страшное. Но сразу вспомнила Гришу из Пскова:
– А кто ты на самом деле? Рецидивист, беглый каторжник?
– С ума сошла! Нет. Я – как маман говорит – лоботряс. Но во ВГИКе действительно отучился. Меня туда за уши втащили, два раза в академ уходил, с трудом окончил на «трояки». Работы по специальности не нашел. И тогда устроился маньяком.
– Кем?!
– Ты знаешь, что такое квест?
Оля нахмурилась:
– Это когда в комнате запирают и надо выход найти?
– В принципе да. Но как раз пять лет назад – когда я институт окончил – обычные «бродилки» людям стали надоедать. И стали появляться перфомансы. Это тоже квест, но с актерами. Надо не только решать логические задачки, чтобы, допустим, дверь открылась, но и одновременно спасаться. От зомби, инопланетян. Ну, или маньяков.
Польская не удержалась, хихикнула:
– Как это выглядело? Ты ходил с топором и хватал визжащих девчонок за попы?
– Ну способов напугать есть много. Я все-таки историю кино изучал. Психологию зрителя тоже знаю, – и вкрадчиво спросил: – Так ты не сердишься? Что я тебе наврал, где работаю?
Ольга по-королевски вскинула голову:
– Я зла, как фурия.
– Как мне загладить вину?
– Никак. Ты свободен, а я буду искать себе настоящего киношника. Я-то надеялась с твоей помощью главную роль получить!
– Прости, пожалуйста, – кротко произнес он. И не слишком уверенно добавил: – А если ты правда хочешь в кино, у меня знакомые в тусовке есть. Могу посодействовать.
– Придется. Надо же тебя как-то наказать за вранье.
Впрочем, Ольга, хотя и играла гнев, на самом деле не расстроилась. Даже легче стало, когда Рома сам себя с пьедестала сбросил. Она лукаво улыбнулась:
– И цветами ты свою вину не загладишь.
Он взглянул влюбленно:
– Даже не надеюсь. Я их принес, чтобы поблагодарить.
– За что?
– Ты ведь моей музой стала. Идею мне подарила.
– Чего? Сценария?
– Нет. Я придумал абсолютно сумасшедший квест. С твоей помощью.
– С моей помощью?
– Ну, меня твоя история вдохновила.
Оля опешила.
Вот, значит, как!
Она не скрывала от Романа перипетий своей жизни. Работа с инвалидами, бегство в Псков, страшная ночь на берегу реки Великой, отчаяние, больница…
А он, получается, на основе ее биографии какое-то шоу построил?!
Но молодой человек не заметил ее расстройства. Вдохновенно продолжил:
– В нашем квест-бизнесе в последний год конкуренция страшная. Больше ста локаций – даже для Москвы это много. Тем более ажиотаж падает. Что-то новое сейчас раскрутить – вообще нереально. Народ избалован до крайности. В одну жалкую комнатку никто не пойдет. Площадь нужна большая плюс антураж создать, аппаратура дорогая, arduino[5 - Программируемый микроконтроллер.] и прочее. А главное – сценарий. Поиск кладов и вопли из темноты давно никому не заходят.
Она сердито спросила:
– Ты, что ли, решил написать сценарий – на основе моей жизни?
Роман не смутился:
– Да. И знаешь, конфетка вышла! Двум крутым спонсорам показал – оба мертвой хваткой вцепились. Я только стравливал их и цену поднимал. Еще условие поставил: чтоб запустили проект максимально быстро. Так и получилось. Уже декорации готовы, на той неделе начнут рекламу давать, а дней через десять премьера!
Она перебила:
– Ты пришел поблагодарить за идею? Или просто похвастаться?
– Круче! – не смутился Роман.
Вскочил, встал перед ней на одной колено, сложил руки в молитвенном жесте:
– Оля! Ты станешь нашим хайлайтером?
– Кем?!
– Ну, главной актрисой?
Увидел сомнение на ее лице и поспешно затараторил:
– Начальная зарплата – пока квест еще не раскручен – пятьдесят штук. А дальше – сто, двести в месяц будешь получать! Плюс я своими авторскими процентами готов делиться. Работа творческая, непыльная. И все время с тобой вместе будем!
Она молчала.
Рома сглотнул:
– Давай и жить будем вместе! У меня! А через годик – поженимся, ребеночка заведем!
Оля пока не могла понять: обижаться ей или радоваться.
Свинство, конечно, что твою жизнь в основу какого-то квеста положили. Но, с другой стороны, играть в кино саму себя – только культовых актрис приглашают.
Ее, правда, на голубой экран пока никто не зовет, но, может, квест – это только начало.
В любом случае надо узнать, что он там понаписал.
И она сурово молвила:
– Прощать я тебя не собираюсь. Но сценарий, так и быть, посмотрю.
Павел Синичкин
