None
ISBN :Возрастное ограничение : 0
Дата обновления : 14.06.2023
– Маленький огр? – прорычал он, подобно отдаленному грому. – Ты там в замке…
Я приложил палец к губам:
– Ш-ш-ш… Молчи, чтобы она не услышала.
Он взглянул на нее с пренебрежением.
– А это что? Мы сейчас с тобой ее убьем, зажарим и съедим.
– Ты ешь жареное? – спросил я обрадованно. – Хорошо, а вот мне, когда убежал от врагов и скитался, пришлось есть сырое… Когда проголодался, прям живыми ел!.. Нет, ее нельзя убивать и есть, она нужна.
Он проревел:
– Зачем?.. Лучше съесть.
– Нет, – ответил я терпеливо. – Так мы съедим только одну. А когда вот проснется и мы уедем в замок, я могу там съесть много женщин. И мужчин, конечно, но женщины слаще, сам знаешь.
– Знаю, – подтвердил он, посмотрел с сомнением, вздохнул. – Больно сложно. Правда, наш вождь всегда придумывал такое, что мы не могли понять… Если бы его не убили и не съели собственные сыновья, мы бы всю нашу Красную Долину освободили от эльфов и троллей… Да, мудрый был и хитрый. Ты тоже хитрый, да?
– Хитрый, – подтвердил я с готовностью. – Меня потому и послал наш вождь, такой же мудрый, как ваш, к этим людям, чтобы я подготовил все для нашей победы. Ты ж видел, я и тебя выпустил! Но это пустяк, мы сделаем намного больше, когда начнется Великая Битва огров с этими презренными людьми.
Он вздохнул, поскреб в затылке.
– Да, ты – хитрый. И терпеливый. Я бы так не смог.
Леди Элинор вздохнула, медленно открыла глаза. Ноздри ее затрепетали, сразу уловив мощный звериный запах. Не вставая, повернула голову и взглянула в нашу сторону. Я видел, как она смертельно побледнела, завидев нас с огром в трех шагах, попыталась вскочить, но силы возвращаются медленно, болезненно охнула, лицо исказилось.
– Ваша милость, – сказал я успокаивающе, – с вами все в порядке? Вы не против, что мы тут сидим, лясы точим, про баб разговариваем? Но о чем еще мужчинам разговаривать?
Ее брови взлетели на середину лба, глаза округлились, как у испуганной совы, она силилась закричать и не могла. Трор осмотрел ее оценивающе, сказал громыхающим голосом, от него затрещали деревья и взметнулись упавшие листья и ветки:
– Мелковата… Но, может, все-таки съедим?
– Больно худая, – сказал я авторитетно. – Вот служанки у нее… ох!.. сочные, молоденькие, лакомые…
Он вздохнул, посмотрел с завистью, уверенный, что я каждую ночь съедаю по одной, леди Элинор осторожно села, я поднялся, хлопнул его по плечу, мы как раз вровень, когда он сидит на земле.
– Ладно, нам надо ехать. Спасибо за интересную беседу!
Он не поднимался, давая нам кое-как взобраться на испуганных коней, я отвязал их от дерева, и кони вскачь понесли из леса, не слушая команд. Леди Элинор время от времени вздрагивала, молчала и, лишь когда кони вынесли нас из леса, а впереди показалось озеро с освещенным заходящим солнцем ее замком, спросила:
– Что это за чудовище?
– Огр, – ответил я.
– Я вижу, что огр, – сказала она, ошеломленная настолько, что даже не рассердилась. – Почему он… так себя вел?
Я очень удивился:
– Ваша милость, а как же иначе?.. Я сразу же вежливо поздоровался, попросил у него разрешения побыть немного в его лесу, он же хозяин! Сказал ему, какие у него широкие плечи и какой рост, это все мы, мужчины, любим слушать… а потом поговорили о том о сем. Ну, это вам неинтересно, ваша милость.
– Про баб, – вспомнила она, – ну, конечно, это не совсем интересно, хотя, конечно, о женщинах с огром?.. Все-таки не пойму, почему он нас оставил в живых!
– Дык я ж поздоровался, – объяснил я снова с бесконечным терпением, как нужно, когда разговариваешь с женщиной, даже очень знатной, все равно дура, – а еще и спросил разрешения!.. Мы ж, как я понимаю, вторглись без разрешения?
Кони прошли по кромке берега до моста, копыта застучали по дощатому настилу. Леди Элинор ответила с раздражением и одновременно – смятением:
– У кого разрешения?.. В этом лесу отродясь никаких огров не было!.. Неужели и он как-то сумел пройти из вашего свернутого феода?
Я покачал головой:
– Нет. У нас вообще нет огров.
– Тогда как ты сумел с ним так… мирно?
Я спросил с удивлением:
– А как же иначе? Я ж человек мирный. У нас там все мирные. Я со всеми дружу, никого не обидю. А как ты к людям, так и они к тебе. Добрый я, ваша милость!
Она взглянула на меня как-то странно, вздохнула. Кони миновали мост и уже медленно побрели к замку. Мне показалось, что еще вздрагивают от пережитого страха.
– Ты странный человек, – произнесла она. – Теперь видно, насколько жизнь в твоем королевстве отличается от нашей. Иди в людскую, пусть тебя покормят, если сам не догадаешься, а потом поднимись в мои покои. Я хочу порасспросить тебя кое о чем.
Я пробормотал:
– Все, что угодно. Только я так мало знаю…
– Это тебе так кажется, – заверила она. – Для тебя привычны ваши шестилапые курдли, ишь, портят вам огороды, а нам они в диковинку. Потому расскажешь все, что буду спрашивать. Иди!
Ее голос хлестнул, как хлыстом. Мои ноги сами задвигались, я почти побежал через двор, на пороге в людскую подумал смятенно, что эта зараза воспользовалась магией, ну не мог же я послушаться вот так, потом сообразил со стыдом, что в последнее время я красовался на белом коне, даже король не мог заставить дрожать мои поджилки, а здесь я настолько настроился кланяться и гнуть спину, что мой седалищный нерв тут же включил рабскую струнку! Вон так раба выдавливаешь из себя по капле, а как обратно – так сразу и много!
В людской в камине полыхают долгоиграющие поленья, пахнет чесноком и луком, у очага только Марманда, помешивает длинной поварешкой в котле. Под противоположной от входа стеной кресло с высокой спинкой, вчера я еще не заметил. Человек в синем остроконечном колпаке с расширяющимися полями, в такой же синей мантии сидит неподвижно, опустив на широкие подлокотники высохшие руки, больше похожие на птичьи лапы. Жидкие седые волосы переходят в усы и бороду, все это роскошным покрывалом, как толстый слой снега, ниспадает на грудь и плечи, закрывая их так, что уж и не знаю, есть ли у него плечи или это все роскошная борода.
Брови тоже снежно-белые, кустистые, даже глаза старчески выцветшие, блеклые, а о высоком положении этого человека говорит разве что резной посох в правой руке: дерево вроде бы как дерево, разве что покрыто хорошим лаком, зато в навершии такой огромный рубин, что я не знаю, есть ли короли, имеющие такие в сокровищнице.
Я застыл на пороге, а он величественно кивнул мне с высоты кресла.
– Ты и есть человек… из свернутого королевства?
– Глупости, – ответил я вежливо. – Ничего оно не свернутое. Это здесь все какие-то свернутые, завернутые и перевернутые. Да еще и гэпнутые.
Он усмехнулся.
– Но ведь ты вышел, как объяснил моей хозяйке, и потерялся? А теперь стал гостем в нашем мире?
– Все мы гости на этой планете, – пробормотал я. – Только одним наливают в банкетном зале, а другим – на кухне.
Испугался, что сказал слишком красиво или умно, но старик, видимо, не заметил, такие сами живут среди умностей, для них это привычно, смотрит с интересом.
– Меня зовут Уэстефорд, – сказал он. – Я помогаю нашей хозяйке в составлении различных ингредиентов. Для волшебства. Марманда, обед готов?
Она сказала с хмурым удивлением:
– Неужто отведаете моей стряпни?
Он отмахнулся:
– Мне моя жизнь еще нужна. Корми этого потеряльца, а то он на голодный желудок ничего сказать не сможет.
Я ждал, пока Марманда нальет мне похлебки из баранины, неспешно хлебал горячее, Уэстефорд посматривал на меня со снисходительным любопытством. Мне он не то чтобы не понравился, но уж слишком подчеркивает свое превосходство, как будто нужно подчеркивать и без того заметную разницу между простолюдином низшего ранга и приближенным к хозяйке.
Марманда налила мне в кружку пива, я отпил половину, поднялся.
– Да, я вспомнил!.. Хозяйка велела мне явиться к ней, как только поем.
Уэстефорд нахмурился:
– Что ж ты сразу не сказал?
– О чем? – спросил я с удивлением.
– Что тебе нужно идти к хозяйке!
– Дык вы не спрашивали, – ответил я с достоинством. – Откуда я знаю, о чем вам рассказывать? Может быть, вы просто пришли на меня посмотреть! Я же красивый, да?
Он хмыкнул, не зная, как реагировать на такую дурость.
Глава 10
Я торопливо взбежал на четвертый этаж, постарался немножко захэкаться, чтобы хозяйка видела мою прыть, уже без священного восторга пробежал через фонтанный зал и вбежал в покои верховной леди. Люстры дают оранжевый свет солнечного спектра, на каминной полке в золотых подсвечниках толстые свечи, от них не столько свет, сколько аромат, в камине полыхают крупные березовые поленья, выжигая в зале влажный воздух.
Спиной ко мне на изящном стуле женщина с зелеными волосами и предельно короткой стрижкой, что называется – под ноль, в белом платье, туго перепоясанная синим ремешком. Волосы даже не блестят, тонкая нежная шея открыта полностью, раковины ушей просвечивают от пламени свечей.
Она оглянулась, я с изумлением узнал леди Элинор. Она с удовольствием всматривалась в мое глупое лицо с вытаращенными глазами.
– Ну, что скажешь?
Я поклонился, развел руками.
– У меня нет слов…
– А все-таки?
Я пробормотал смущенно:
– Я же не знаю, над чем вы работаете, не могу сказать, насколько это важно…
Она повернулась вместе с креслом, на коленях волшебницы снова кошка, но на этот раз – с короткой шерстью, длинная, похожая на мелкую лису с головой рыси.
– Нет, как я выгляжу?
Я вздохнул, приподнял плечи и опустил.
– Ваша милость, нет на свете мужчины, что сказал бы женщине: обрежь волосы! Какие бы ни были длинные, каждый требует: отращивай ишшо! Ну такая у нас натура. Но вы, как волшебница, а не женщина, ориентируетесь не на вкусы всего лишь мужчин, а на… енто… искусство!
Она слегка поморщилась, не понравился заразе намек, что, с мужской точки зрения, она вступила ногой в коровью лепешку, поинтересовалась ядовито:
– Да, мужчины даже не стараются различать женщин. Потому такие важные для нас детали, как брошка справа или брошка слева, для вас вообще не существуют. Вот и приходится либо обрезать волосы, либо… уж не знаю, наверное, нужно попробовать вымазаться дегтем с ног до головы!
Я потоптался, спросил робко:
– Ваша милость, а не будет слишком большой наглостью с моей стороны… если это наглость, то вы простите, мы не местные, могу и ошибиться, что у вас наглость, у нас может оказаться совсем не наглостью, так и наоборот…
Она поморщилась сильнее, энергичная женщина, предпочитает короткие реплики.
– Говори!
– Но ваша милость, – напомнил я, – должна помнить, что я не по наглости, у нас это в порядке вещей…
Она топнула ногой, кошка тревожно вскинула голову и осмотрелась. Завидев меня, сощурилась и показала взглядом, что будь я мышью…
– Говори! – потребовала волшебница.
– Осмелюсь ли спросить, – сказал я робко, – на кого вы стараетесь так… в смысле кого сразить под корень, чтобы и не копыхнулся?.. Нет мужчины, что устоял бы. Так что вы стараетесь вообще для кого-то… ну, нечеловека, наверное…
Она в самом деле побагровела в гневе, но в следующий момент несколько принужденно засмеялась.
– Странные простолюдины в скрытом королевстве!.. Каковы же там хозяева, если вы такие догадливые? Надо поискать к вам тропку… Ты прав, я в самом деле стараюсь войти в дружбу с одним могучим магом. Я не знаю, где он обитает, подозреваю, что далеко на Юге. Но те пейзажи, что у него за окном, ни на что не похожи… Если это Юг, то я его представляла несколько другим. Словом, я хочу ему понравиться, ты угадал. Не для каких-то утех, для этого мне достаточно и конюхов, но само общение с мудрым и могучим человеком наполняет меня восторгом.
Не сгоняя кошки, она дотянулась до стола. Я успел увидеть там шар размером с крупное яблоко, показалось, что мыльный пузырь, настолько легким и прозрачно-цветным выглядит, в глубине плавают снежинки в растворе дегтя.
На ее ладони он переливался нежными красками, волшебница вглядывалась в него с жадной тоской.
– Видишь, – произнесла она, – вот одна из вещиц, что попадается в древних городах. Не скажу, что часто, но уже известны около двадцати подобных. Все они одинаковы. Все показывают одно и то же… Хотя есть сведения, что иногда в этих шарах появляются совсем другие изображения. Страшные, жуткие, пророческие!
Я всматривался, но для меня ассоциации после снежинок в дегте сместились в сторону вида открытого космоса где-то в богатом звездном скоплении. Волшебница внимательно следила за моим лицом.
– Что скажешь?
– Можно мне подержать в руке? – спросил я. – Я не уроню.
Она усмехнулась:
Десятая часть. Ричард в личине простолюдина проникает в замок волшебницы Элинор с целью обезвреживания вероятного противника. И всю часть он выискивает, вынюхивает, хитрит и изворачивается. Что-то находит, что-то теряет, но заканчивается все, как обычно, в его пользу.
Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом