Он заметил Джо, сделал удивленное лицо и поманил ее к себе.
– Я как раз была в Хортоне, – объяснила Джо. – Мой шеф сказал, что подозреваемый был в костюме клоуна.
– Очень странно, да?
– Наверное, – неопределенно проговорила она. – Что по времени?
Кэррик достал блокнот.
– Нам позвонили в 21:43. Свидетели говорят, что мальчика забрали примерно в 20:30.
– Почему так долго не звонили?
– Самому интересно.
– Свидетели? Во множественном числе?
– Они у Стрэттона во временном штабе, – сказал Кэррик, показав на домик в паре сотен метров. – Дети. Трудно добиться от них толку. Похоже, произошла какая-то стычка. Одиннадцатилетнего парнишку по имени Найл Макдонах забрали откуда-то у воды, угрожая ножом. Один из его друзей пострадал.
– Серьезно?
– Ходить может.
– А подозреваемый?
– Составляем портрет. Детвора, ясное дело, перепугана. А вдобавок они еще и обкурились. Большинство из них думает, что подозреваемый как минимум средних лет, судя по голосу и осанке. Но он был в маске и парике, так что тут особенно не разгонишься.
– Думаете, он здесь работал?
– Кто знает? Он был в джинсах и флисовой куртке.
– Фото пропавшего ребенка?
Кэррик достал телефон.
– Один из его друзей поделился этим снимком в интернете со всеми полицейскими Долины Темзы и с другими службами.
Джо вгляделась в экран. Фото (по-видимому, селфи) изображало мальчика в зеленой тенниске с поднятым воротником. У него были темные взъерошенные волосы, нос пуговкой и совиные карие глаза, угрюмо глядящие в объектив.
– Ему всего одиннадцать? – спросила Джо. – Выглядит старше.
– Мы получим больше снимков от родителей. Машина выехала за ними и скоро доставит в участок.
Джо оставила Кэррика и зашагала к штабу, отмечая, что ей удается сохранять спокойствие. У нее в голове крутилось множество версий, но ни в одной не фигурировал клоун тридцатилетней давности, таинственно возникший из небытия как раз в тот день, когда потревожили могилу его предыдущей жертвы. Больше всего это смахивало на сделку с мелким наркодилером, которая пошла наперекосяк. Может быть, Найл с другом попытались взять товар, не заплатив, или кто-то случайно набрел на них в самый неподходящий момент, и ситуация вышла из-под контроля. Тот факт, что подозреваемый использовал маску, а не грим, указывал на человека, который просто хотел сохранить инкогнито, а не работал клоуном. Конечно, ситуация от этого вовсе не становилась проще. Первый час после похищения всегда имеет наибольшее значение, и многие возможности уже были упущены. С каждой уходящей секундой прогнозы становились все пессимистичнее.
На территории ярмарки не осталось почти никого, кроме горстки работников, которые слонялись без дела или подбирали мусор. Джо удивило, что Стрэттон этому не препятствует – кто знает, какие улики могут полететь в бак вместе с жестяными банками и фантиками. А еще на месте происшествия топталось целое стадо копов, прочесывающих шатры и заглядывающих под каждое сиденье.
Сразу за шапито начиналась речка, но вдоль ее берегов была протянута металлическая ограда. Джо знала, что по другую сторону на многие километры вокруг раскинулись поля, иссеченные проселочными дорогами и пешими тропами. Если это классическое похищение, тут с избытком хватало мест, где могла припарковаться машина, и путей, по которым она могла уехать. Перекрывать дороги и расставлять по ним посты, видимо, было уже бесполезно.
Дверь штаба была открыта, и у подножия ведущей к нему металлической лестницы стоял полицейский. Джо показала значок и спросила, может ли она поговорить со Стрэттоном. Полицейский зашел внутрь и секунду спустя махнул, чтобы она заходила.
В комнате воняло марихуаной. На диване испуганно жались друг к другу трое подростков: две девочки и один мальчик. Четвертый – тоже парень, на вид лет пятнадцати – сидел на офисном стуле, закутанный в серебристое спасательное одеяло. Врач скорой помощи перевязывал ему голову. Джо окинула их быстрым оценивающим взглядом. Дорого одеты – с ног до головы в модных лейблах. Трое белых, один азиат. У старшей из девочек волосы искусно приведены в белокурый поэтический беспорядок, на другой какая-то вязаная шапочка. Подрумяненные скулы говорили, что она провела день на солнце. Вторая девочка была в слезах.
Старший инспектор Стрэттон был в форме и даже в фуражке. Он нетерпеливо хмурился.
На столе между Стрэттоном и детьми лежал мобильный телефон, и все, кроме врача скорой, неотрывно смотрели на него.
– Сэр, – отрапортовала Джо, – сержант Мастерс, Эйвон и Сомерсет. Меня прислал старший инспектор Бриджес.
– Спасибо, что пришли, – сказал Стрэттон, окинув ее быстрым взглядом. – Мы запросили отслеживание телефона Найла. Должны перезвонить с минуты на минуту.
– Есть еще какой-то контакт?
– Общим счетом мы получили три сообщения.
– От Найла?
Стрэттон кивнул, и Джо показала на телефон.
– Можно?
– Пожалуйста.
Джо взяла телефон – более новой модели, чем ее собственный. Экран был заблокирован, но мальчик, которому перевязывали голову, пробормотал: «Десять двенадцать ноль четыре», – и Джо ввела пароль. Тут же открылись сообщения.
Я у него. Блин. В его машине.
Серьезно? Звони в полицию.
Он услышит. Страшно.
Я позвонил в полицию. Эй?
Ау?
Мы остановились.
Где ты?
Ау?
Най?
Джо посмотрела, когда было отправлено последнее сообщение – полчаса назад. Она положила телефон обратно на стол.
– Где произошло нападение? – спросила она.
Мальчик с перевязанной головой плотнее укутался в одеяло.
– На тропинке вдоль реки. Там лодочная станция.
Хорошо поставленная речь. Частная школа, не иначе. Похож на певца из бой-бэнда, название которого вылетело у Джо из головы: красивые черты, высокие скулы, чистая кожа. Это вам не какая-то обычная малолетняя шпана. В детстве Джо таких побаивалась. И даже теперь, несмотря на разницу в возрасте, этот страх развеялся не до конца.
– Как тебя зовут?
– Арт.
Он нарочно выводит ее из терпения?
– Полное имя.
– Артур Прайс.
– Расскажи по порядку, что произошло, Артур.
– Я уже рассказывал троим вашим, – ответил мальчик. – Разве вам не пора отправляться на поиски?
– Мне ты не рассказывал.
Мальчик смерил Джо взглядом, каким ее одаривали уже тысячу раз, и даже дети помладше, – полным презрения.
– Мы с Наем перешли через мост.
– Зачем?
– А что тут такого?
Джо смотрела только на Артура, но почувствовала, что остальные тоже вдруг забеспокоились.
– Хорошо, Арт. И что случилось потом?
Мальчик пожал плечами.
– Появляется этот парень, в маске. Просит закурить. Я говорю нет. Он ударяет меня и вытаскивает нож. Потом говорит, чтобы Найл шел с ним.
– И ты его не знаешь? Никогда раньше не видел?
Артур покачал головой.
– Столько уверенности. От травы, между прочим, сильно портится память, – заметила Джо.
– Что вы имеете в виду?
– Вы же все его видели, правильно? Так вы сказали моему коллеге. Вы все переходили через мост?
Арт покраснел:
– Кто это сказал?
Джо улыбнулась:
– Послушай, Арт. Все послушайте. Ваш друг пропал, и, если вы говорите хотя бы половину правды, ему может грозить серьезная опасность. – Джо села на стол и сосредоточилась на девочке, которая наконец перестала плакать. – Если вы знаете что-то еще, сейчас самое время об этом рассказать. Нам безразлично, чем вы занимались…
– Мы ничем не занимались, – отрезал Арт.
– Тогда почему вы больше часа нам не звонили?
Дети украдкой переглянулись, но слово опять взял Арт:
– Мы ничем не занимались.
– И нам это безразлично, – повторила Джо. – Но похоже, Найл попал в беду. Мне кажется, вы чего-то недоговариваете нам об этом клоуне.
Плачущая девочка посмотрела на нее и быстро отвела взгляд.
– Если в конечном итоге Найл пострадает и выяснится, что вы сейчас нам солгали, последствия для вас могут быть серьезнее. Я правильно говорю, шеф?
Стрэттон, скрестив на груди руки, кивнул.
Дети молчали.
– Ладно, ребятки, – проговорила Джо, вставая, – диктуйте номера родителей или опекунов. Они заберут вас из отделения, и всем вам вынесут официальное предупреждение в связи с хранением наркотиков класса С…
– Нет! – сказал мальчик, зажатый между девочками. – Вы этого не сделаете!
– Работа такая, – пожала плечами Джо. Она достала блокнот и ручку. – С тебя и начнем.
– Пожалуйста, не надо! – взмолилась залитая слезами английская роза. – Арт, да скажи ты ей!
– Заткнись, Ева.
– Скажи, или я сама скажу.
Арт продолжал сидеть с каменным лицом.
Джо подошла к Еве и коснулась ее руки. Холодные пальцы, облупившийся лак цвета морской волны.
