17
Город Лакота насчитывал семьсот тысяч жителей и располагался всего в сорока километрах от Квинбурга – на побережье города стояли очень часто.
Лакота боролся с Квинбургом за туристов, а местные фирмы, как и их конкуренты из соседнего города, старались проникнуть в бизнес-сферы соседних городов, тем более что фактическое разделение существовало лишь на бумаге, а на самом деле города были связаны цепочкой городков поменьше, а те между собой – цепочками предместий.
Таким образом, это была единая агломерация длиной почти в сотню километров, однако разделенная административными границами.
Лакота была известна своими многоэтажками, рядами стоявшими вдоль берега и вечерами полностью затенявшими пляжи, что понижало стоимость номеров у местных отельеров, поскольку многие курортники предпочитали вечерний загар.
Корпус «Сорока», высотой в сорок этажей, располагался в северо-западной части – на самой дорогой земле прибрежной полосы – и принадлежал охранной компании «Форт-Альфа».
Это был местный гигант охранного бизнеса, и соперничать с ним могла лишь небольшая компания «Смарт», сфера которой оказывалась недоступной для «Форта-Альфы», поскольку «смартисты» занимались весьма специфичной сферой безопасности на электронном и квантовом уровне.
Такого «фортсмены» потянуть не могли, да им такое и не требовалось, и, прекратив в свое время попытки подмять «Смарт», оставили его в покое и иногда привлекали в качестве экспертной силы для решения той или иной тонкой задачи.
Руководство «Форта-Альфы» располагалось на тридцать седьмом этаже, в прошлом году было на тридцать шестом и каждый год переезжало с места на место. Эта суета диктовалась требованиями безопасности.
Прежде, семь лет с момента постройки многоэтажки, «фортсмены» сидели на сороковом – самом верхнем этаже, пока не столкнулись с «Арго» за договор с казенной компанией, располагавшейся почти на стыке территорий.
Верные своим традициям «фортсмены» отправили группу автоматчиков и положили все представительство «Арго» на сопредельной территории. А потом выставили посты в содружестве с местной полицией, чтобы не пропустить ответную группу автоматчиков.
Однако «Арго» ответило асимметрично. Ее сотрудники завели в бухту несколько катеров и ударили по сороковому этажу высотки ракетами, разом ополовинив весь управленческий штат «Форта-Альфы».
В результате с «Арго» пришлось договариваться, чтобы остановить войну, однако даже после замирения руководство «Форта-Альфа» не оставило привычек переезжать с этажа на этаж. Так, на всякий случай.
Такова был плата за место у моря и прекрасный вид на бухту.
За пару часов перед обедом в кабинет босса, симмерийца Боно Руканезе, постучал менеджер по «статистике клиентской базы» Арнольд Шапиро.
Он имел статус заместителя босса и мог входить без стука, однако Арнольд не был симмерийцем, а большая часть управляющего персонала – это как раз симмерийцы. К тому же по статусу он был двенадцатым из двенадцати заместителей, поэтому предпочитал сохранять дистанцию и не лезть на рожон, чтобы его в суете не спутали с прислугой.
– Але, кто там? Входите!.. – крикнул босс, и Шапиро вошел.
– Какого хрена, Арни? Я-то думал, какой-то стукач скребется, или, там, налоговый инспектор, или другая легавая шушера. А это ты, брат. Что за скромность, ты же один из нас.
– Извините, сэр, привычка.
– В следующий раз просто дай с ноги в эту дверь – ты здесь свой, понимаешь?
– Так точно, сэр, спасибо, – ответил Шапиро. – Я принес кое-какую информацию, сэр.
– По своим делам или как?
– И так, и эдак, – сказал Шапиро, садясь без разрешения на обычный гостевой стул.
Это было, конечно, скромно. Однако он садился без спросу, согласно требованиям вольного поведения, отчасти панибратства, – такой порядок установил Боно Руканезе.
Но Арнольд Шапиро знал границы, в которых мог вести себя вольно, он хорошо чувствовал дистанцию и ветер. В том смысле, с какой стороны он дует и как сильно. Ведь «ветер» был главным фактором в его работе, Шапиро следил за тем, как клиенты реагировали на предоставляемые компанией условия. Насколько хорошо они оценивали качество услуг, как часто называли главу компании ослом или еще как-то похуже.
Разумеется, подобные сведения приходилось добывать тайно, через систему агентов-осведомителей, поскольку открыто обозвать симмерийца никто бы не решился. Однако уйти к конкурентам клиенты могли. И уходили. Даже если владельца компании-конкурента или главного менеджера сбрасывали со скалы в бухту с гантелями на ногах.
На место пропавшего руководителя назначали нового, но уже в соседнем городе, Квинбурге.
Поначалу в горячке симмерийцы пытались преследовать своих клиентов и там, но, после того как стали получать своих боевиков по почте частями, одумались и завели отдел обратной связи.
Они хотели знать, что думают о них клиенты, и на пост менеджера в этом отделе поставили чужака – Арнольда Шапиро. Математика по первому образованию, романтика по натуре и любителя пострелять из пистолета даже находясь в меньшинстве.
После одного из дуэльных съездов он оказался в больнице, откуда его и завербовали напрямую, предоставив адвоката и пообещав отмазать от срока.
Шапиро согласился, провести десяток лет в тюрьме ему не хотелось.
– Значит, продали? – переспросил Боно.
– Так точно сэр. Продали.
– Могли бы и нам предложить, нет?
– Нет, сэр. Насколько я понял, «Рекс-стандарт» никто не спрашивал – просто вшили им в мясо новую команду, и все.
– Но у «Арго» была неплохая позиция…
– Прекрасная позиция, сэр, они свели бюджет к нулю и еще остались в пределе двадцати процентов дохода.
– Ох, мы о таком только мечтаем.
– Так точно, сэр.
Боно открыл сейф и, не стесняясь Шапиро, выкатил на стол ополовиненную двухлитровку чинви.
Поискав глазами подходящую посуду, Боно обнаружил серебряный поднос с несколькими четвертьлитровыми коктейльными стаканами и, взяв парочку, поставил перед собой. После чего наполнил оба до краев.
Шапиро прикрыл глаза и вздохнул, надеясь, что он в этой комедии участвовать не будет. По крайней мере, не обязан.
– Давай дернем, Арни, я должен принять жесткое решения, так их всех разэтак… – печально произнес Боно Руканезе и подвинул Арнольду его дозу.
– Э… мистер Руканезе, я… э-э… В нашей традиции без закуски не пьют, я ведь не симмериец, вы знаете…
– Да знаю-знаю, – кивнул босс и, выдвинув ящик стола, поискал там чего-то среди скрепок и магнитных реддикеров, которыми можно было исправлять ошибки на пластиковой бумаге.
– Ага, вот… – произнес он и бросил на стол початую упаковку мятных конфет «Зеленая овечка».
Арнольд принял «щедрый подарок» и вытряхнул из упаковки в пригоршню восемь штук. Больше не было.
– Ну, бамбини, давай примем с благодарностью, и пусть это прочистит наш разум… – произнес босс и стал пить большими глотками. А Шапиро смотрел на него и никак не мог начать, хотя знал, что тот, кто позже босса допивал свою дозу, рассчитывать на одобрение не мог.
«Эх, была не была!» – Он запрокинул голову и стал поглощать шестидесятиградусное пойло полуторными глотками, чтобы обойти босса и прибыть на финиш первым.
И он прибыл, отбросил стакан и запихнул в одеревеневший рот горсть мятных конфет.
– Ладно, говори, – сказал Боно, и зажмурившемуся Арнольду пришлось открыть глаза.
Между тем босс был в порядке, и ему не приходилось жевать мятные конфеты, которые оказались слишком свежими, отчего сводило скулы вдобавок к тому, что шумело в ушах.
И Арнольду ничего не оставалось, как начать неторопливый рассказ обо всей собранной накануне информации.
18
Концентрация мысли давалась с трудом, и Арнольд боялся, что еще немного – и он потеряет нить повествования, однако его выручил приход еще двух заместителей босса, тоже симмерийцев.
Согласно их обычаям, следовало прервать дела ради традиционного приветствия и отвлеченной беседы на пару минут: кто как поел и поспал, и хороша ли на улице погода.
После того как необходимый ритуал был соблюден, Арнольд попытался откланяться, поскольку не хотел быть свидетелем разговоров босса с Рыжим Заппой, являвшимся начальником службы безопасности компании, и Нукелле, распоряжавшимся финансами.
Это были ключевые заместители, и каждое их слово являлось секретом, стоившим полновесной пули или гантели на ноги.
Ну зачем Арнольду эти секреты, если его и свои тяготили?
– Нет-нет, Арни, ты один из нас, и ты должен участвовать в совете. Так ведь, камрады?
Камрады переглянулись и кивнули.
Присутствие в компании чужака списывали на чудачества Боно Руканезе, на которые он, безусловно, имел право, и чужака терпели, подсчитывая количество секретов, которые он узнавал.
Пришлось Арнольду вернуться на стул, в то время как ключевые заместители располагались в мягких креслах.
– Что у нас по угрозам «Карнавалу»? – спросил босс.
– Именно об этом я и собирался с вами говорить, сэр, – ответил Заппа.
– Так я слушаю тебя.
– Нам удалось проследить только Жирного, его реализовали в горной деревне – это там, где курорт.
– Я понял. А Лилборн?
– С этим сложнее. У него хорошая охрана, и мы там потеряли уже двух исполнителей.
– А насколько хороши были эти исполнители, Рыжий? – жестко спросил босс, нависая над начальником службы безопасности.
– Настолько, сэр, насколько достаточным сочла это служба камрада Нукелле, – отфутболил вопрос Заппа.
Начальник финансов компании напрягся и сел ровнее.
– Ты чего задумал, сучонок? – спросил босс, забрасывая ногу на ногу.
Арнольду показалось, что именно в этот момент на босса начал действовать чинви. Сам-то он уже смотрел на все это, как будто в телевизионном шоу. И даже ощущал некоторый комфорт, если, конечно, не вспоминать о том, что ему будет за погружение в секреты компании.
– Сэр, я забочусь о финансовом благополучии компании, и ничего кроме!
– А почему Заппа не может приобрести нормальных стрелков? Почему бегает по порту в поиске бездомных дураков?
– Он… он не бегает, сэр.
– Не бегает, но это я так фигурально выражаюсь. Приказываю выдать необходимое финансирование. Понял меня, очкарик?
– Я не очкарик.
– А я сказал – очкарик. Ты ведешь себя, как очкарик из Виндер-Хармского колледжа. Они ни хрена не смыслят в жизни и живут лишь понятиями перепроданной биржи. Вот и ты такой. А нам нужно проблему решать. «Карнавал» – это двадцать тысяч охранных постов по всему полуострову. Это бешеные бабки в наш карман, и всякий, кто им угрожает, становится нашим кровником. Ты это понимаешь, виндер-хармский очкарик?
Финансист вздохнул и не решился больше возражать боссу.
– Прошу прощения, сэр. Я оформлю финансирование на том уровне, на котором запросит Заппа.
– Все, теперь вы свободны. Хотя ты, Заппа, задержись.
Привставший было начальник службы безопасности вернулся на место, а бросивший на него короткий взгляд Нукелле с чувством облегчения выскользнул из кабинета босса.
– Прошу прощения, сэр… – поднял руку Арнольд. – Можно, я пойду? У меня там дела нерешенные…
– Дела?
Босс почесал в затылке, потом покосился на шкаф, где стояла выпивка.
– Подождут твои дела. Вот отправлю Заппу, и еще поговорим.
«Вот же невезуха», – подумал Арнольд. Он так надеялся поскорее вырваться отсюда, чтобы добраться до кабинета, выпить две… Нет, пять отрезвляющих таблеток и оказаться наконец за пределами сверхсекретной информации компании. Он совсем не хотел вникать во все это. Совсем.
– Сколько у тебя персонала, Заппа?
– Восемь тысяч пятьсот тридцать два.
– Жуткое количество. Согласен?
– Немало, сэр.
– Немало. Так почему человека, который может грамотно выстрелить, нужно искать в каких-то портах?
– Ну… Лучше подключать профессионалов.
– Сбрасываешь ответственность, говнюк? Страшно?
– Боюсь оказаться в «синем списке» подозрительных лиц, сэр.
