Вот что значит иметь могучую логику! Хо-хо.
Ничего ведь умнее хитрюга выдумать не смогла.
– Ну и где моя куртка? – набрал сразу вызов. Знать, что она вот-вот сама же выйдет за сумкой, только подтверждает – мишень натуральная. – Сумка на лавке. Руки пустые. Видишь?
Поднял вверх обе руки, в одной с телефоном для обмена, и покрутил.
В каком дупле сидит она не знаю, но должна рассмотреть, раз до лавки недалеко добираться.
– Отойди от лавочки на пять шагов, – добавились новые указания.
Нет, вы посмотрите на нее. Деловая колбаса нашлась.
– Ты не обнаглела там, Мишень? Хватит голову морочить! Живо признавайся, куда куртку подевала?
– Раз ты все выполнил, тогда слушай, – отметил про себя, что мое отдаление от лавки заметила. – Только внимательным будь, стрелок. Лучше не трать время на психи, а скорей беги на поиски. Твою куртку я отдала тезке, ищи Александра. У него и заберешь.
Зашибись!
– Где? Где Он? – голос резко охрип.
Ааааа… зараза!!! Так я заорал внутри себя, пугая могучую логику.
– На бульваре, твой тезка рядом, – протарахтела и бросила трубку.
Больше я думать не мог ни о чем.
Только бы найти Александра, захватившего чужую вещь. Только бы успеть, пока он еще здесь.
Не отдаст – придется драться.
А потом по заднице дам нахальной девчонке. Совсем оборзела мои вещи раздавать кому попало.
Внимательно обвел взглядом бульварное кольцо. Компания парней и девушек на лавочке сидят поблизости. Мимо фонтана проносится велосипедист, сворачивает мимо памятника женщина с коляской. Вдали прогуливаются парочки. Сильно потрепанного вида алкаши рыскают, чем поживиться. Уже не говоря о прохожих, снующих туда-сюда без задержки.
Твою ж мать!
Кто из них Александр? Не так даже.
Кто именно тот самый обладатель моей куртки?
Больше не трачу время на размышления. С лавки компания поднялась уходить. Пока с логикой посоветуюсь, точно без прав и ключей останусь. Бог с ней, с курткой, хоть бы уже самое важное спасти.
Расстегнул куртку, которая на мне. Не до конца еще раздела ловкая злючка, дома было что надеть. И понесся к компании, закатывая рукава. Приготовился вещи выбивать, если придется.
– Кто из вас Александр? – преградил им путь, сжимая кулаки.
– Ни-никто, – ответил пухленький парень, испуганно поглядывая.
– У нас есть друг с таким именем, но он дома, – сдал дружбана с потрохами другой, с кольцом в носу.
Девушки закивали в подтверждение.
Хмм… Если Мишень договорилась, то владелец моей куртки должен признаться. Иначе я ей…
Повернулся и громко чертыхнулся. Компанию сдуло. Но не только. Сумка с лавки тоже исчезла.
Счет пошел не в мою пользу, подстегнула могучая логика.
От перенапряжения даже вспотел.
Никто и ничто меня еще так не будоражило, как наши ходы с Мишенью. Вне боев жду от нее ответ и надеюсь на продолжение.
Но сейчас я в самом эпицентре. И скоро дым повалит из ушей от бешенства. А она там, поди, хихикает в своем укрытии.
– Если мои вещи окажутся у тебя, а я тут…
Снова позвонил заразе, пока бежал дальше на поиски.
– Клянусь мидиями в твоих карманах, у меня нет. Просто будь внимательнее, пожалуйста, – подкупило то, что не нахально говорила, а упрашивала, вроде переживает.
Да ну тебя.
Начал останавливать прохожих. Среди мужиков двух тезок встретил, а моей куртки с ними – нет .
К женщине с коляской подошел, тихонько спрашивая, тоже мимо.
Увидел девушку, довольно миловидную. С моим именем много как мужчин, так и женщин встречается. Со счетов снимать нельзя.
– Девушка, вас не Александра случайно зовут?
– Вообще-то, Женечка, – остановилась девушка, хлопая ресницами.
Когда я на взводе, не до любезностей.
– Спасибо, Женечка. Тогда до свидания, – выдавил из себя улыбку и двинулся дальше.
– Я что, по имени не подхожу? – девушка погналась за мной, – Зачем знакомился тогда?
Пришлось ей выдать на ходу, что обознался. Еле отвязался от требующей продолжить знакомство Женечки.
Практически всех опросил. Новые пока не появлялись. Голова шла кругом от поисков. И остались у меня в запасе алкаши в ободранной одежде, которых заметил в самом начале.
Разве она могла? Могучая логика грустно вздохнула.
Эх-х.
Приблизился к развеселой компашке. Они как раз из-за бутылки драться начали.
– Среди вас есть Александр?
Хоть бы не было, подумал про себя.
– Санек, что ли? – нахмурился бородатый в дырявой фуражке.
– Да хоть кто, лишь бы с таким именем.
Вот до чего Мишень довела.
– Эй, хорош вам делить, – бородатый разнял двух собутыльников, – Тут это… к Саньке пацан пожаловал. Денег подкинуть хочет.
– Так я, вот он! Весь перед тобой, – протянул ладонь Санек, подмигивая заплывшим, фиолетовым глазом.
Такое впечатление, что только здесь меня и ждали…
– Куртка моя у тебя?
Глаза у всей честной компании забегали.
Етить твою колокольню.
– Брал ты мою куртку сегодня или нет?
Повторил вопрос, а то мужики завозились в мешках.
– Пацан, что твоя не знал. Ей богу! – Санек перекрестился, – Только я уже привык к ней, и че там, полюбил. Задарма не верну. Самому носить охота.
Если Кир с Марком узнают во что я встрял, стану главным лузером среди друзей на год, а то и больше.
По чьей вине? Подлой злючки!
– Заплачу только в том случае, если документы и ключи до сих пор в карманах.
Санек кинулся уверять:
– А я ж и не трогал ничего. Все-все на месте! Как новенькое. Прямо чувствовал, что такое добро кому-то понадобится, когда подобрал.
– Только так давай, чтоб на всех разделить хватило, – подпрягся бородатый, он у них за главного, похоже, был. – Деньги вперед!
Прикинул в уме бутылки умножить на пять и выдал купюры Саньку. Бородатый тотчас отобрал.
– Вот тебе куртка. Носи на здоровье.
Протянул Санек мусорный мешок.
Стараясь не дышать, заглянул в него… и вытянул вообще не пойми, что.
– Это не моя вещь!
Только сказал, компашка бросилась наутек врассыпную. Бородатый мигом исчез, как сквозь землю провалился.
– Другой нет! Твой размерчик зато, – на бегу выкрикнул Санек.
Бррр. Вонище из мешка.
Все! Все! Все!
Найду. Догоню. Получит зараза.
– Последняя попытка признаться у тебя, где моя вещь, – зарычал в трубку, – Тот, кто был мне нужен сбежал? Я опоздал?
– Тише, тише, стрелок. Думаешь, мне вчера легко искалось с твоими правилами? – вот уже и посмеиваться начала довольная злючка, – Никто никуда не ушел и куртка на месте. Я бы не допустила срыва обмена.
Издевается, гадость такая.
– Прекращай врать! – пока говорил с ней, продолжал осматривать лавки, всю площадь бульвара, откуда могут зайти и выйти люди. Сдуло всех, кто здесь раньше был, не без моей помощи.
Бегал и пугал людей почти час в поисках Алекса…
Взгляд уперся в табличку памятника, который я знал и видел много-много раз, и носился в поисках вокруг него:
«Александр Сергеевич Пушкин»
Медленно поднял глаза выше, еще немного, и еще…
Мать твою! Тезка нашелся!!!
Ровнехонько на плечах бронзового Пушкина накинута моя несчастная куртка. Памятник не слишком высокий. Но и влезть на него затруднительно, даже мне без специального снаряжения.
Могучая логика протяжно застонала. Алекс, ты проду-ул!
И я переключился на интуицию. Не все потеряно!
– Мишень, серьезно тебе говорю, признавайся, куда спрятала?
– Посмотри вокруг себя! А то только и знаешь девушек клеить.
Ха, вспомнила Женечку, видимо. Глазастая какая, притаилась и выглядывает.
– Одно другому не мешает, – раскручивал дальше наш разговор.
Мне важно стало потянуть время.
И правильно рассчитать потайное укрытие хитрющей мишени.
Теперь я спокоен. Пушкин не сбежит с вещами. Новых указаний для обмена телефонами ждать не собираюсь. Вначале отыщу Свою Мишень. После головомойки на бульваре, надолго ей Мишенью предстоит остаться…
Глава 11
Даша
– Можешь говорить, что хочешь. Я к тебе все равно не выйду.
Мне еще жить не надоело.
– Если сейчас выйдешь и покажешь куртку, тогда получишь немного меньше, чем и так огребешь, – мстительно предложил Стрелок.
Ага, разбежалась. Вот после таких условий точно разбег возьму в другую сторону от Стрелка. Достал уже своими правилами.
– Тем более не выйду, – пригнулась еще ниже, сидя на корточках за широким дубом, – Глаза раскрой! Разве я виновата, что у тебя ума найти не хватает. Ты же и гору перед собой не заметишь!
Я на белобрысого ставила, между прочим, вдвое меньше времени для поиска. Так и замерзнуть можно, пока Стрелок прозреет. Видеть все его скитания не могла, памятник и деревья заслоняли, но то что открывалось, смешило до слез.
– Гору могу и не заметить. Зато спрятанную норку в любом месте отыщу.
Телефон я все еще держала возле уха, но голос прозвучал не оттуда.
А за голосом раздался смех зловещий прямо над моей головой.
– Что, попалась, Мишень? Мха-ха-ха.
На мгновение задрала голову и встретилась с белобрысым кошмаром, растрепанным после поисков, глазища стреляли молниями, и потрясал он мусорным мешком передо мной.
– Спаси-и-ите!!! Демон белобрысый нападает!
Откатываясь в сторону заорала, что есть мочи.
– Спасу, спасу, не сомневайся, – сбежать не получилось, Стрелок подкинул меня под руки вверх и прижал спиной к стволу дерева, – Сейчас как получишь по заднице, так и спасешься от желания перехитрить меня на будущее.
Попадос!!!
Какое еще будущее? Мне тут хоть бы из настоящего выкарабкаться!
И вообще, откуда он здесь взялся?
Только же возле памятника стоял, ворон считал, вместо…
– Твоя куртка у Пушкина!
Скорей выдала в надежде, вдруг пронесет, и сейчас побежит проверять.
– Так значит, да? – кивнул он, не сдвигаясь с места. Не пронесло! – И что она там делает, сможешь объяснить?
Попробуй тут объясниться!
Навалился на меня, вжимая в дерево, ближе близкого его лицо напротив моего. Дыхание сбилось от непонятного дрожания в груди. Это все аллергия на козлов сказывается, а на белобрысых обостряется в тяжелой форме.
– Ты еще не приехал тогда. А Пушкин… эээ… замерзал, жа-а-алко стало. Ну я и согрела его твоей курточкой, позаботилась, – начала косить под девочку в бреду.
Что он там себе подумал не сразу поняла, вначале почувствовала облегчение. К дереву прижимать перестал и взял за руку. Для уточнения – железной хваткой.
– Какая же ты умница, Дарья! Даже не ожидал от тебя такой доброты.
Ой, мамочки.
Чем дальше Стрелок хвалил, тем страшнее становилось.
Запомните меня хорошей. Честно, я бываю такой иногда. Подруги докажут.
– Поменяемся телефонами и отпустишь?
Каждый имеет право на последнее слово. Ну и я попыталась.
– А как же, конечно, отпущу, – почему-то, вместо того, потянул мимо деревьев к центру бульвара, и по пути выбросил свой мешок в мусорный ящик. – Пушкин еще не согрелся. Но и я рисковать вещами не могу. Зато есть у нас добрая девочка, которая поможет.
– К-как? – икнула с вопросом.
– По правилам Пушкина, – притянул как раз к самому памятнику, – *Там было у него про ученого кота, который днем и ночью на цепи сидит. Вот и ты так посторожишь. А завтра с обменом закончим.
Мигом весь план разжалобить свернулся.
Мало его проучила, мало.
– Совсем спятил? Не надо меня на цепь! – напугала мимо проходящую парочку, – Пошутила я, разве не ясно?
– Почему тогда не смеешься, когда я шучу?
Вот и новость дня.
В каком месте он шутил?
– Предлагаю потом посмеяться, далеко друг от друга, – мысленно закинула белобрысого на другой континент, там ему и место, – Зачем я тебе? Ничего не потеряно, все на месте. Телефон у тебя.
Когда к дереву прижал, вытянул из моей руки и в карман засунул. Мой до сих пор не отдал.
– Самое главное упустила, Мишень. Доставать, кто куртку будет? Но вначале признайся, как закинула туда? – задрал голову вверх, показывая на дело моих рук.
Упс.
Признаваться или снова пошутить?
Вдруг мне еще метод пригодится против стрелка бешеного, рискованно сдавать понапрасну реквизит.
Во всех сложных фокусах вначале идет простая подготовка. И раскрытие скорей разочарует зрителей. Всем хочется недосказанности и магических чудес.
– Волшебник помог, – выбрала полупризнание.
– Забыла о заклинании еще упомянуть, – подсказал стрелок, глядя на меня как на сумасшедшую.
Согласилась на свою голову.
– В таком случае, прямо сейчас снова пошепчи, волшебника вызови, потому что доставать будешь… ты.
***
* (примечание: упоминается стихотворение Пушкина "У Лукоморья дуб зеленый").
***
Даша
Даже спросить ничего не успела, поднял за ноги, и я руками схватилась за памятник. Встала Стрелку на плечи, буду потом еще получать, что испачкала кроссовками.
– Переставляй мне ноги на руки, не бойся, я поймаю, – осторожно удерживая меня, начал приподнимать еще выше.
Цирк на гастролях, а я тут отдуваюсь.
– Тянись еще выше, – подталкивал Стрелок.
Я карабкалась по прямому пьедесталу, пока смогла схватиться за ботинок Пушкина, подтянулась, вот уже и наверху. Обняла поэта и замерла. Так все быстро произошло, что и подумать не успела. Но напоминание настигло само по себе…
Ой-йо-йо.
Прикрыла глаза, борясь с тошнотой и головокружением.
Еле-еле стянула куртку с плеч памятника.
О том, что высоты панически боюсь, знают только близкие. Причина невыдуманная и кроется в детстве. На уроке акробатики порвался трос, и я упала с высоты на манеж. Спасали, лечили, и восстанавливали меня мучительно долго. Больше никто из семьи не заставлял учиться цирковому мастерству и разрешили выбрать самой призвание по душе.
– Хватит приставать к Пушкину! Не стыдно тебе?
Через шум в ушах, как эхо, раздался смеющийся голос стрелка.
Попыталась настроиться на спуск, пошатнулась, и еще сильнее схватилась за Пушкина.
– Променяли тебя, парень, – внизу кто-то и над Алексом посмеялся, но я боялась раскрыть глаза, только прислушивалась.
– Дарья, с тобой все в порядке?
Слегка помахала в стороны, показывая «нет».
Все-таки буду сторожить, как он и хотел. Даже цепь не понадобилась.
– Прыгай вниз! Я поймаю тебя. Давай, отпусти руки и прыгай, – начал выкрикивать снизу Стрелок.
– Лови, – выкрикнула ему, набрав воздуха побольше.
И сбросила куртку вниз. Ему ведь только она была нужна. Пусть уходит, разберусь как-нибудь.
– Прыгай, иначе доберусь до тебя, ох и получишь тогда, Мишень.
Уже вещи у него, а от меня никак не отцепится.
– Сама спущусь, уходи!
Послала нахала белобрысого.
Достать бы только рюкзак за спиной, там же веревка есть, захватила вместе с реквизитом. Составные трубочки, которые накручивала перед подъемом куртки, в моем положении не пригодятся. Вот благодаря двум длинным собранным палкам, которые взяла в рабочем кабинете крестного, и подняла куртку. Но того, что сама здесь окажусь, не ожидала.
– Послушай меня внимательно, – продолжил Стрелок, – Я обещаю поймать тебя. Если не справлюсь, согласен на любую ответку.
– И на слайм? – слабо пискнула.
– Даже на него, – раздобрился Стрелок, – И телефон твой тогда сразу верну. Номер все равно запомнил и записал. От меня не избавишься, так что прыгай, Мишень. Пушкину ты там надоела уже.
Холодная бронза постепенно замораживала руки. Не хотелось показаться слабой особенно перед ним. Но и выстоять долго не смогу, а Стрелок, похоже, не уйдет.
Начну ныть, тогда уж точно примет за слабачку, а мы, цирковые, не такие. Мы смелые.
Так себе утешение. Но я пыталась. Вытянула шпильку из волос, подаренную крестным, зажимая в руке на удачу.
– Все, я прыгаю! – крепко-крепко зажмурилась.
Под выкрики с отсчетом: раз, два, три…
Сорвалась с высоты.
И… приземлилась в руки Стрелка, впервые радуясь, тому, что держит.
– Ну все-все, успокойся, – отбросил он на время грозный настрой, при виде моего потряхивания, – Я же не знал, что так… получится. Больше никогда на памятники тебя закидывать не буду.
Перебрался к той лавочке, где мою сумку оставлял, так и не выпуская. Постепенно приходила в себя, согревалась. Прижимала щеку к его плечу, пока он гладил мои волосы. Приятные мысли о том, что Алекс помог, не уронил, и вовремя почувствовал опасность, расслабили, даря непривычные ощущения защиты.
– Теперь не будешь меня доставать? – тихонько спросила, борясь с желанием продлить чуть дольше наши посиделки.
– Ну вот еще! Обмен так просто с рук не сойдет хитрюге. Догадываешься, о ком я?
Задел губами мочку моего уха, вызывая волну жара, и почти сразу вторая волна бахнула в мозг.
Вскочила с его колен.
– Никогда так больше не делай. К другим приставай, а ко мне, нельзя.
Истинная правда!
О споре даже не переживаю. Выиграю и так. Связываться с Алексом цирковые никогда не дадут.
– Фу-ух, умеешь успокоить, Мишень, – Стрелок выразительно выдохнул, возвращая надменность, – А то я забыл тебя в список внести, к кому хочу поприставать. Значит, и мне нельзя. Так ты ж липнешь, будто выпрашиваешь, записаться.
