Единственный

Ещё немного, в обморок упаду…

Не очнусь больше.

А жить вдруг безумно захотелось…

Да и, мы же вроде как женаты.

Значит, можно?

Всё равно рано или поздно придётся…

Вот и решилась.

Расстояние между нами – совсем ничтожное. Достаточно податься чуть ближе. Самой прижаться губами к чужим губам. Почувствовать их вкус. Поймать дыхание. Разделить одно на двоих. Увязнуть и забыться в этих ощущениях. Поддаться встречному напору.

Я сошла с ума?

Может быть. Не отрицаю.

Отказываться поздно.

Полуобъятия становятся крепче. Его пальцы – неожиданно горячие, слегка шершавые, плавно скользят по моей щеке. Гладят. Спускаются к шее. Ласкают. Пробуждают мириады мурашек, растекающихся по коже, подобно микро разрядам тока. Забираются в волосы. Обхватывают за затылок. Властно. Надёжно фиксируя. Не позволяют отстраниться, разорвать контакт наших губ. Вместе с тем другая ладонь мужчины подхватывает под ягодицы, одним рывком впечатывая в его тело. Кажется, это уже чересчур и куда больше, нежели хватило бы собственной смелости. Но это не важно. Новый поцелуй – глубокий, такой откровенный и искушающий, как чистый дурман, стирает грани дозволенного, пьянит разум и губит рассудок, сталкивает в ту самую пропасть, куда я снова падаю, как тогда, под дождём, не желая обретать спасение. Нет страха. Есть потребность чувствовать острее, ярче… Мои колени полусогнуты, сжаты вокруг его торса, а жажда заполучить больше настолько велика, что едва ли я осознаю, насколько коварно она прошивает моё тело, вынуждая раз за разом подаваться мужчине навстречу, раскачиваясь в инстинктивном ритме, как если бы меня укачивала эта греховная волна. Я помню, Алихан – твёрдый, как скала, убеждаюсь в этом снова и снова, цепляясь за крепкие плечи супруга до судорог в пальцах. То, каким твёрдым может быть его ответное возбуждение, я тоже ощущаю прекрасно, внутренней стороной бедра. Не помню только, как давно задран подол моего платья. Бельё – слишком тонкое. Он не избавляется. Накрывает ладонью поверху чёрного кружева, слегка надавливает, крадёт протяжный стон из моей груди. Я запрокидываю голову, кусаю губы, стараюсь быть тише, выгибаюсь в его умелых руках. Воздуха снова не хватает. Я буквально захлёбываюсь. Бороться бессмысленно.

– Алихан… – то ли проклятие, то ли мольба с моей стороны.

Наслаждение захлёстывает в считанные секунды, ослепляет безудержной вспышкой, пронизывает, сковывает мышцы, швыряет в какую-то совершенно иную реальность, где я распадаюсь на части, после чего возвращаться обратно совершенно не хочется.

Но придётся.

Стук в дверь – немного настойчивый, понятия не имею, как давно продолжается. Он просто врезался в голову, будто из ниоткуда, отрезвляя, напоминая о том, насколько я забылась.

– Господин Алихан, – негромко и слегка виновато произнесли с той стороны. – Трап спущен, сопровождение прибыло, господин Умут дожидается вас снаружи, говорит, это срочно, вопрос связан с… кхм… госпожой Ирем.

С… кем? И что за пауза в словах такая неловкая? Тот факт, как напряглись плечи Алихана, лишь прибавил дилемм в моих мыслях. Но вслух озвучить ни одну из них язык не повернулся.

Мужчина шумно выдохнул. Прикрыл глаза. Какое-то время не шевелился вовсе, то ли обдумывал услышанное, то ли возвращал себе привычное самообладание. А стоило мне попытаться отодвинуться, как вдруг снова прижал к себе, коснулся губами виска, чуть задержался в подобии поцелуя.

– Буду через две минуты, Дениз, – произнёс громко и не для меня, после чего отстранился, поднялся на ноги. – Выйдешь, как будешь готова, – адресовалось непосредственно моей персоне.

Больше ничего не сказал. Умылся холодной водой. Поправил рубашку. Накинул пиджак на плечи. Ушёл. Мне же ничего не осталось, как отлепить себя от постели и повторить его пример. Разве что в порядок я себя приводила куда дольше. Губы опухли, лицо горело, глаза – шальные, дикие, словно и не мои, ритм сердцебиения почему-то никак не желал утихать. Расчёску я забыла, ещё когда собирала багаж в дорогу, поэтому свои буйно вьющиеся локоны разбирала пальцами, на этот раз оставила распущенными, все шпильки куда-то подевались. Хорошо, ткань платья не мнётся, с ним особых забот не возникло. Обувь нашлась у изножья кровати. Не знаю, как она там оказалась, но около неё я задержалась. Вероятно, потому, что выходить на улицу, было… страшно, вот и оттягивала этот момент, насколько возможно. Глупость полнейшая, с учётом всего произошедшего, однако пришлось сделать над собой довольное большое усилие, прежде чем подхватить сумку и направиться к трапу.

Откуда взялось вдруг это волнение?

Ответа в себе я не обнаружила.

Замерла у верхней ступени бортового спуска, сверху-вниз глядя на находящегося неподалёку Алихана. Он стоял ко мне спиной, рядом с ним – ещё один мужчина: не старше двадцати пяти, с короткой бородой медного оттенка, одетый в строгий костюм в чёрно-белой гамме, он то и дело поправлял на переносице свои круглые очки из прозрачного стекла. Заметив моё появление, вовсе снял их, с приоткрытым ртом уставившись в немом удивлении. Реакция не осталась незамеченной. Алихан обернулся.

– Аида Шахмаз. Моя жена, – обозначил ничего не выражающим тоном для своего собеседника.

Мне бы столько равнодушия!

Под чужим изучающим взглядом становилось не по себе. Особенно, если учесть, что не он один внимательно рассматривал меня. Перед трапом самолёта стояло четыре машины, около двух из которых возвышалось по два человека, одинаково одетых в такие же строгие костюмы, как и тот, к кому обратился Алихан.

– Будешь так на неё пялиться, в самом деле очки для зрения понадобятся, – добавил он всё с таким же безразличием.

По крайней мере, мне так показалось, никакой угрозы в голосе я не различила. В отличие от остальных. Прониклись все и моментально. Сразу нашли себе другой объект для внимания. Преимущественно – собственные ботинки. Стало вдвойне неудобно. Но спуск я всё же возобновила.

– Я – Умут, кстати, – спохватился рыжий, едва я приблизилась к ним, и доброжелательно улыбнулся.

– Приятно познакомиться, – улыбнулась я ему в ответ с дежурной фразой вежливости.

Собралась ответить на предложенный жест рукопожатия, но Умут почему-то передумал, прежде привественно приподнятую ладонь он одёрнул, как от ожога, после чего обе руки спрятал за своей спиной, целиком и полностью сосредоточившись на Алихане.

– Умут – мой управляющий, – произнёс Шахмаз. – И ему давно пора заниматься своими делами, – дополнил, шагнув в сторону, открывая дверцу ближайшего автомобиля с передней пассажирской стороны.

Как оказалось, для меня. Ведь Умут на слова своего работодателя торопливо кивнул, махнул мне рукой на прощание и поспешил воспользоваться другим транспортом, стоящим в отдалении. Ещё две машины последовало за той, куда усадил меня Алихан, после чего забросил мою сумку в багажник, а сам устроился за рулём. То есть, реально сопровождение.

– Твоя охрана, – правильно расценил мои оглядывания назад Алихан. – Первое время виллу без них не покидай. Одна никуда не ходи. Это пока не безопасно.

– Угу… – кивнула машинально, переставая смотреть назад, на следующие за нами машины, и сосредоточилась на пейзаже за боковым стеклом. – Виллу? – переосмыслила сказанное им.

Если у самой дороги не было ничего выдающегося, кроме густой лесополосы, то за деревьями виднелись горные верхушки, а я в горах никогда не была, видела их по-настоящему впервые в жизни, пусть и в отдалении.

– Вилла, особняк, дом – есть дом, называй, как хочешь, – отозвался между тем мужчина. – Лали считает, что это непременно вилла и заставляет всех так думать и говорить, даже если они не согласны, – хмыкнул неожиданно добродушно.

Обернувшись к нему, увидела, как черты лица сгладились, стали мягче, словно лет на пять сразу стал выглядеть моложе.

– Лали – твоя младшая сестра, – насколько я помнила, обозначила вслух.

Алихан согласно кивнул.

– А госпожа Ирем? – ну, раз уж мы тут о женщинах его разговариваем, чего бы не спросить.

Оправдала себя, как смогла.

– Госпожа Ирем Шахмаз – твоя свекровь.

И так мне полегчало. На секундочку. В следующую я осознала, что с этой самой свекровью мне предстоит в скором времени встретиться и познакомиться.

– Вы живёте все вместе? – уточнила на всякий случай.

– Да. Других родственников у нас нет. Отец погиб в одной из шахт, принадлежащих нашей семье, когда мне было шестнадцать. Лали тогда была совсем маленькой. С тех пор мама и сестра – моя ответственность.

– Понятно, – ответила, вернувшись к созерцанию горного пейзажа, радующего взор закатными красками.

Жаль, он быстро исчез. А мы въехали в город. Начало темнеть, вдоль дороги загорелись фонари. Большая часть сооружений – каменные, далёкие от современности, словно хранили глоток истории. Дома, цитадель, крытые рынки, практически вся архитектура была украшена искусными изразцами, керамической облицовкой, орнаментальной резьбой. В сравнении с Эр-Риядом – современным, тем, который знаю я, будто в иной эпохе оказалась. Ехали мы ещё минут пятнадцать, по итогу оказавшись… нет, не на вилле, перед самым обыкновенным торговым центром.

– Идём, – сообщил Алихан.

Первым выбрался наружу, после и мне выйти помог. Не то чтоб я совсем беспомощная или медлительная, просто очень уж захотелось позволить ему взять себя за руку.

– Я знаю, ты выросла в европейских странах и совсем не привыкла к нашим обычаям, но один из них, думаю, тебе понравится, – улыбнулся и потянул за собой.

Мы поднялись на второй этаж. Время – уже позднее, навстречу попадались редкие посетители, собирающиеся на выход, а магазинчики один за другим закономерно заканчивали работать. За исключением того, куда вёл меня Алихан. Наоборот, стеклянные створы ювелирного были настежь распахнуты, словно в эксклюзивном приглашении.

– Разве они не закрываются, как все? – удивилась.

– Обычно даже раньше остальных, – согласилась со мной девушка при входе в специальной форме. – Но не сегодня, госпожа Шахмаз, – улыбнулась, чуть отступая в сторону, позволяя пройти.

Ну, раз такое дело…

Чего бы не взглянуть разочек?

Не такая я уж и падкая на украшения…

Хотя моего мнения никто не спросил.

Глава 6

Аида

– Это, – бегло осмотрев богатство, расположенное на витринах, указал на центральную из них Алихан. – И это, – отметил то, что находилось чуть правее.

Девушка, неотступно следующая за нами в помощь, бросилась доставать выбранные им украшения. И если второе – самое обычное тоненькое обручальное колечко гладкой формы из платины, то первое…

– А может, не стоит так сразу? – засомневалась я.

Ответа не получила. Словесного. Получила здоровенный бриллиант прямоугольной огранки с усеченными углами в оправе, по внешнему виду напоминающую корону. Драгоценность села на безымянный палец, как влитая. Несмотря на массивность, вблизи кольцо показалось очень даже изящным, с завораживающими бликами внутри чистого, как слеза камня.

– По нашим традициям, после назначения помолвки, в день церемонии невеста одета в специальный наряд, подаренный ей свекровью и родственниками жениха, – произнёс Алихан, присоединяя к первому кольцу второе. – Также неотъемлемой частью этого события является традиционное украшение, называемое «takı», – аккуратно сжал мою заметно потяжелевшую ладошку и развернул от центральной витрины к боковой. – Выбирай.

Что я там думала про здоровенный камень на своём безымянном? Оказывается, не такой уж он и большой. А вот те, что сплетались грациозной и одновременно с тем величественной паутиной, образуя ювелирные комплекты из браслетов, драгоценных лент для волос и колье с серьгами – в самом деле массивные и весьма внушительные. Даже подумать страшно, как много они весили и стоили.

– Традиционное, значит? – всё, на что меня хватило вслух.

– Либо выберешь сама, либо я на своё усмотрение возьму.

Одарила его скептическим взглядом.

– Ты серьёзно? – прошептала как можно тише, а то неудобно при посторонних такие темы обсуждать. – Зачем?

Алихан… остался себе неизменен.

– Я так хочу.

Заметила, как сотрудница магазина за его спиной прикрыла рот внешней стороной ладони, изобразив кашель, скрывающий насмешку. Правда, осознав, что спалилась передо мной, поспешила помочь с выбором.

Сдалась я, в общем…

И стала обладательницей сапфирового великолепия.

В скором времени комплект бережно упаковали и вручили одному из моих охранников, который непонятно когда успел нарисоваться. Исчез он также быстро и расторопно.

А пока подготавливались все необходимые сертификаты…

– А ты ничего не забыл? – поинтересовалась я у Алихана.

Похоже, он в самом деле “забыл”, потому что слегка прищурился в ожидании продолжения от меня. Продолжать так сразу я не стала. Продемонстрировала ему свою руку, на которой теперь значилось сразу аж два кольца, знаменующих моё замужество. Не помогло.

– Понятно всё с тобой, – обречённо вздохнула я.

Мужчина… удивился. И удивился сильней, когда я, отобрав у него ключи от машины, направилась на выход, бросив ему:

– Скоро вернусь. Не уходи.

Тот самый охранник, что забрал сделанные его начальством покупки, дожидался неподалёку от выхода из ювелирного, около закрытого бутика с женской одеждой. Последовал за мной. Никаких вопросов не задавал, но тоже заметно удивился, когда я открыла багажник автомобиля, после чего достала из дорожной сумки свой бумажник, а затем вернулась к Алихану.

– Это, – ткнула в ранее примеченное кольцо.

Мужское. Естественно, обручальное.

– Хм… – озадачился супруг.

И так внимательно-внимательно меня разглядывать принялся, будто впервые видел.

– Что? – удивилась встречно.

Алихан усмехнулся.

– Ты забавная.

Лично я ничего забавного в себе не находила. Как и в том, почему я должна аж два кольца носить, а он – ни одного. Несправедливо это, а если несправедливо, значит надо срочно исправлять. Тем и занялась, самолично оплатив покупку. Благо, с размером не прогадала. И самолично надела кольцо супругу на безымянный, пока тот продолжал меня всё также разглядывать, да ещё и призадумался над чем-то. Сильно призадумался. Так погрузился в свои мысли, что снова заговорил лишь после того, как мы вернулись к машинам.

– Тебе нужно поесть, – произнёс, не спеша усаживаться за руль или усаживать в салон меня.

Отметила про себя, что когда-нибудь я вполне смогу привыкнуть к его командирским замашкам. Вслух же:

– Не мне одной, – согласилась своеобразно.

И тут снова настал мой черёд удивляться.

– Поужинаешь со мной? – вдруг предложил Алихан.

Снова взял меня за руку и потянул на себя, а я оказалась прижата к нему практически вплотную. Виска коснулось обжигающее дыхание. И все мысли унеслись в тот момент, когда я, несколько часов назад, уже испытывала это ощущение. А также всё то, что ему предшествовало. Но это ещё ничего. Та самая девушка, что обслуживала нас в ювелирном, запыхавшись от бега на каблуках в своей узкой юбке-карандаш, выбежала на парковку, вручив мне картонный пакет с лейблом не их магазина.

– Вы забыли, – обратилась к моему спутнику.

Он кивнул, она улыбнулась в ответ, причём – мне, и понеслась обратно. Я же осталась пребывать в недоумении.

– Что это? – спросила, но дожидаться ответа не стала, заглянула внутрь упаковки.

Там обнаружился ворох белоснежной ткани, так что было не совсем понятно. Впрочем, ненадолго.

– Вспоминай, я же тебе объяснял, – снисходительно отозвался Алихан.

Наряд…

– Откуда он взялся? – вернула внимание супругу.

– Из магазина, напротив того, где мы с тобой были, – сообщил будничным тоном, будто в этом на самом деле не было ничего такого.

Упомянутое им место я помнила. Около него дежурил охранник, который меня сопровождал, пока я за деньгами для покупки кольца ходила. И он точно был закрыт, вообще не открывался. А если сложить это со всем предыдущим, то…

– Тебя стоит опасаться, – покосилась на мужчину.

– Тебе – точно нет, – улыбнулся краешком губ.

Что-то я в этом не была так уверена, но спорить не стала.

– Где ужинать будем? – сменила тему.

Учитывая грядущее знакомство со свекровью, которая скорее всего о моём существовании ещё ничего не знает…

– А может, не будем лучше задерживаться? Время и так позднее, – засомневалась, вспомнив о семействе Шахмаз.

– Ужин в семь. Мы на него опоздали. И это, кстати ещё одна традиция. Нашего дома. К ужину лучше не опаздывать, – пожал плечами Алихан. – Подойдёт? – кивнул в противоположную сторону парковки.

Там, за дорогой располагалось строение поменьше, нежели торговый центр. Двухэтажный ресторанчик стоял обособленно от других зданий, окружённый террасой с живой изгородью, он светился лиловыми гирляндами, и даже с такого расстояния было заметно, насколько внутри оживлённо.

– Тогда я сперва переоденусь! – воодушевилась.

Исполнять обозначенное, забравшись на заднее сиденье машины, виделось задачей не из лёгких, и я воспользовалась уборной в торговом центре. Платье оказалось воздушным, свободного кроя, с открытыми плечами, длиной почти до пят, под грудью прихваченное золотистым шнурком в древнегреческой манере. И с одной стороны, хорошо, что мне достался такой подарок, ведь в заведении, куда мы отправились, внешний вид посетителей напоминал один из излюбленных папиных приёмов, где каждый норовил одеть на себя сразу целое состояние, лишь бы выделиться. А с другой, дамы – преимущественно в вечерних нарядах, с сияющим блеском драгоценностей, потягивали вино и замысловатые коктейли, принимая знаки внимания от своих кавалеров, те в свою очередь, обязательно при пиджаке и галстуке, источали такое обилие высокомерия, что я почти пожалела о выборе места для трапезы. Мне бы что-нибудь попроще. Всегда чувствовала себя неуютно в подобных кругах. Когда в нашу сторону посыпались косые взгляды и непонятные перешёптывания, так и вовсе…

– Тебе здесь не нравится? – уловил ход моих мыслей Алихан, как и я, оглядевшись вокруг.

Нас встретили при входе и проводили за один из дальних столиков, к моему сожалению, не на террасе, потому что мой супруг решил, будто я там замёрзну с учётом подкрадывающейся ночи.

– Немного, – не стала лгать.

– Уйдём? – отложил меню, вместо того, чтобы выбрать.

Невольно улыбнулась.

– Ты меня каждый раз так будешь баловать?

– Нет, что ты. Просто я тебя задабриваю, – то ли пошутил с серьёзным лицом, то ли… да, пошутил.

Тоже улыбнулся.

– Хорошо. Тогда буду пользоваться по полной, пока лимит твоей щедрости не закончился, – отозвалась, забрала меню, которое он закрыл, и принялась изучать.

Большинство названий оказалось совершенно незнакомым. Это лишь прибавило раздражения.

– Почему они все так смотрят? – не выдержала очередного пристального внимания с чужой стороны.

Блондинка в блестящем серебристом платье минимальной длины в компании своей подруги-близнеца без малейшего стеснения разглядывала меня в открытую, словно я к ней домой пришла, а поздороваться забыла.

– Дело не в тебе. Во мне.

– В самом деле? – вопросительно приподняла бровь.

– Я редко бываю в подобных заведениях. Тем более, с девушкой, – усмехнулся Алихан.

Тут мне стало очень интересно.

– Насколько редко? – забыла о существовании необременённых совестью блондинок.

– Умут за девушку сойдёт? – поинтересовался он встречно, заставив меня снова улыбнуться.

Продолжила бы расспрашивать, но позабытые мной блондинки о нас до сих пор очень даже хорошо помнили. Встали со своих мест и поравнялись с нашим столиком.

– Добрый вечер, – растянулась в приторной улыбке та, которую я заметила первой, и протянула руку в приветствии.

Почему-то снова вспомнился Умут…

И неспроста.

Жест доброжелательности Алихан не принял.

Грубо?

Ещё как!

Но блондинка сделала вид, словно не было ничего такого, улыбаться стала ещё шире. А в игру вступила вторая.

– Я – Мерьем, а это – Лейла, наша мама – близкая подруга тёти Ирем, – обозначила свой статус, от которого стало вдвойне не по себе, – а вы?… – многозначительно уставилась на меня.

Нет, не совсем на меня. На здоровенный булыжн… то есть бриллиант на моём безымянном пальце.

– Аида. Моя жена, – ответил мой спутник.

Лица обеих блондинок вытянулись настолько выразительно ярко, что я едва сдержала порыв прикрыть им рот, даже ладонь под столом на всякий случай в кулак сжала.

Дьявол! Похоже, мне достался «самый завидный холостяк» на районе, и теперь меня ждут последствия.

– Оу… Хм… – отмерла первой Лейла. – Поздравляем! Долгих лет вам. Какое счастливое событие! – воскликнула громко.

И с такой выразительностью, словно я роднее всех на свете. Слишком фальшиво. У меня аж зубы свело от приторности.

– Да, примите наши поздравления! – добавила радостно Мерьем. – Мы совсем не знали, и когда только успели?

Так и хотелось ей всю правду выложить. Чтоб они уж окончательно меня возненавидели.

– Моя жена – гражданка другого государства, регистрация нашего брака прошла там, – сухо отозвался Алихан вместо меня.

– Ой, правда? – протянула Лейла, участливо уставившись на меня. – А из какой вы страны?

– Королевство Сауд…

– Великобритания, – перебил Алихан. – Аида – гражданка Соединённого Королевства Великобритании и Северной Ирландии.

– Англичанка? – озадачились блондинки.

Я тоже озадачилась. Понимала, что и сама чуть не сболтнула лишнего, всё-таки не стоило выдавать всем подряд, откуда я прибыла, если учесть историю с Амиром аль-Алаби, но… С чего бы ему врать? О том удалось поинтересоваться немного позже, после того, как любопытные девицы отправили разносить новую сплетню всем, кто только попадался на их пути.

– Английское гражданство?

– Процедура оформления началась сразу после регистрации нашего брака, – невозмутимо отозвался Алихан.

– Зачем?

– У меня есть, и у тебя будет.

Промолчала. К тому же, подошла официантка. Выбор блюд я оставила на совесть супруга. Идея с тем, чтобы прийти сюда всё больше и больше казалось не самой удачной.

Да и…

Что я здесь вообще делаю?

Нет, не в ресторане.

В этой стране.

С этим мужчиной.

Совсем не этим я должна заниматься сейчас.

Мой папа…

Нет, не буду думать об этом.

Нельзя.

Я не буду слабой.

Не сейчас.

– Смотрю, тебя многие здесь знают, – перевела тему, заодно засунув все свои сумрачные мысли куда подальше, и демонстративно повернулась в сторону блондинок, которые совсем не стесняясь, разносили новую сплетню какой-то даме пожилого возраста через три столика от нас.

Как я поняла, что речь обо мне? Да просто-напросто та, пока их слушала, то и дело косилась в нашу сторону, регулярно округляя глаза то ли в удивлении, то ли в возмущении.

– Не только в ресторане. В городе, – добавила, припомнив торговый центр.

Алихан, в отличие от меня, на блондинок, совсем не смотрел. Хотя, больше чем уверена, знал, чем те в данный момент заняты.

– Экономика этого края держится за счёт портовой зоны. Порт принадлежит мне, – невозмутимо произнёс мужчина. – Конечно, они меня знают. Почти все. Так или иначе.

Всё. Про блондинок я снова забыла.

– Здесь есть порт? – выдохнула с восторгом.

Люблю корабли. Ненавижу самолёты. От того люблю корабли ещё больше. И волны. И безграничную линию горизонта. И…

– Если захочешь, Лали тебе устроит экскурсию.

– Хорошо, – улыбнулась, выдохнула, переосмыслила его слова ещё раз. – Мне нужен новый телефон. Своего я лишилась.

– Хорошо. Купим завтра.

– Угу. Как купим, погуглю, что ещё у тебя есть. А то замуж вышла, а за кого – не в курсе, – улыбнулась снова.

Хотя в каждой шутке, как говорится…

– Всё, что тебя интересует, можешь напрямую спросить у меня, – пожал плечами Алихан. – Не всегда можно доверять информации, добытой на просторах интернета.

– Опасаешься, найду какой-нибудь компромат? – хмыкнула.

– Настоящий компромат на меня ты вряд ли там найдёшь, – отзеркалил Алихан, сделал вид, будто призадумался. – По крайней мере, я точно не подговаривал десяток официантов повесить на себя фальшивые пояса шахидов, которые они потом швырнули в сербского посла, – выдал всё также задумчиво.

Что сказать…

Шах и мат.

Оттуда, откуда совсем не ждали!

И пусть мне ни капельки не стыдно за обозначенный поступок полугодовалой давности, всё же…

– Ты собрал на меня досье? – удивилась уже вслух.

– Должен же я был знать, к кому еду, да и путь не близкий, было время… немного почитать.

Прищурилась. Ещё один пунктик к выдающимся способностям своего супруга прибавила. Промолчала. Об этом.

– И что ещё ты обо мне узнал?

Алихан… ухмыльнулся.

– Не уходи от основной темы, – заметил бескомпромиссным тоном.