Конечно, не в тот первый день, когда он повез меня за покупками, не особо-то интересуясь моим мнением на этот счет. И не во второй, когда одно из вечерних платьев, приобретенных в том бутике с красоткой-продавщицей, мне пригодилось. Был уже вечер, я весь день просидела в офисе и собиралась ехать домой, готовить нам с дедушкой ужин, но тут…
– Я завезу тебя переодеться, а потом поедем во «Дворец султана», – сообщил мне начальник.
– Зачем? – опешила я, мысленно уже нарезая овощи для салата.
– Как зачем? – изогнул черную бровь Арслан. Его мое недоумение, похоже, забавляло. – Ты должна сопровождать меня везде, забыла? В том числе и на деловых ужинах. Не волнуйся, все расходы за счет компании.
– А если бы у меня были на этот вечер другие планы?
– То ты бы их отменила.
«Дворец султана» оказался восточным рестораном, но не одним из тех, куда может войти любой, даже простая студентка вроде меня. Нет, это было место для избранных. И цифры в меню с непонятными названиями, и дизайнерский интерьер – все кричало о том, что без солидного банковского счета сюда лучше не входить. Как, впрочем, и одежда тех, кто сидел за столиками. Я бросила взгляд на свое черное платье, ассиметричное, оставляющее полностью открытой одну руку, но до запястья закрывающее вторую. Кажется, в этом дорогом наряде я вполне вписывалась в здешнюю публику. Но все равно чувствовала себя чужой, лишь по какой-то случайности оказавшейся среди этих привилегированных людей, которые тут ужинали.
Зато Арслан Булатов держался как рыба в воде. Уверенно, спокойно. Провел меня к столику, усадил за него, заметив, что я ничего толком не поняла в меню, предложил самостоятельно сделать заказ.
– Ладно, – согласилась я. – А где те, с кем мы должны встретиться? Задерживаются?
– Все здесь, – не моргнув глазом отозвался Булатов.
– То есть? – не поняла я.
– То есть, все на месте. Мы ужинаем вдвоем, Яся. Ты ведь сама сказала, что так, как хотелось бы мне, для тебя слишком быстро, вот я и даю нам время и возможность получше узнать друг друга.
– Это… это уже ни в какие ворота не лезет! – возмутилась я, поднимаясь на ноги. – Если у нас свидание, вы должны были сначала меня на него пригласить! А не отдавать распоряжение!
– Сядь, – произнес мужчина, хватая меня за руку. – Не надо устраивать скандал на людях. Отцу это очень не понравится. А если ему что-то не нравится, он от этого избавляется. Холдинг пока целиком и полностью его собственность, даже журнал еще не мой, он перейдет мне только в том случае, если я справлюсь как руководитель. Сейчас у нас обоих испытательный срок, Яся. Вот только меня Тахир Булатов при всем желании уволить не сможет, а тебя – запросто.
– Тогда вы бы лучше рабочими делами занимались, а не девушек по ресторанам водили, – сказала я, немного остыв, и снова села на стул.
Арслан вдруг улыбнулся. Это действительно была улыбка – не кривая усмешка и не просто приподнятые уголки рта. И от нее все его лицо вдруг преобразилось, став еще привлекательнее.
Глава 6
Сейчас мне кажется, что с тех времен прошла целая жизнь. Тот вечер в ресторане, свечи на столе, улыбка, преображающая лицо моего спутника… Все в прошлом. И я сама – уже не прежняя наивная девочка, юная и влюбленная. Я изменилась.
Теперь у меня есть Гошка.
Я стараюсь проводить больше времени с сыном в эти дни. Показываю ему места моего детства. Рассказываю о дедушке, в честь которого его назвала. Гошка хмурит брови. А затем спрашивает:
– Папа тоже здесь живет? Я его увижу? Когда мы пойдем к нему, мама?
Эти его вопросы режут меня больнее ножа. А еще взгляд сына – такой доверчивый, непонимающий. Ведь папа должен быть у каждого ребенка! За что это ему? За чьи грехи он расплачивается?
Закрываю глаза, но не могу спрятаться от воспоминаний. Известно, за чьи. Его дед Тахир Булатов – очень жесткий человек. Наверное, будь он иным, не создал бы практически с нуля настолько большой бизнес. Чтобы тебя не съели, нужно самому стать акулой.
В тот вечер в ресторане я впервые услышала об этом человеке от его старшего сына. Арслан произнес имя отца с уважением, но в то же время как-то прохладно. В его голосе не было улыбки, тепла, которое появляется, когда мы говорим о близких нам людях. И это показалось мне странным. Тогда я думала, что восточные мужчины – отличные семьянины, и в их домах царит привязанность друг к другу. Но то ли это утверждение, которое я нередко слышала, оказалось стереотипом, то ли Булатовы были исключением. Со временем я узнала про них намного больше и даже лично встретилась с другими членами семьи.
Пока же единственным из них, кого я знала, оставался мой непосредственный начальник. Постепенно он начинал занимать все больше места в моей жизни. Его интересовало, как я живу, чему учусь в своем не самом престижном университете, в котором мне, когда я стала работать, пришлось перейти на заочную форму обучения, как провожу свободное время. Я рассказывала – ничего секретного в этом не было.
Однажды Булатов даже подвез меня в универ. В тот день его и увидела Лиля. Когда мы остались наедине, она начала расспрашивать меня, кто он такой и что у нас с ним вообще общего.
– Это мой босс, – ответила я. – Мы не близки, ты не подумай! Просто я опаздывала, и он…
– Ты совсем не умеешь врать! – расхохоталась моя бойкая подруга. – Я же не дура! И уж точно заметила, как он на тебя смотрел!
– Да ну что ты такое говоришь… – отвела взгляд я.
– И нечего тут смущаться! Как там в кино говорится: «У них свои женщины есть, а мы не хуже ихних»! Ты уж точно ничем не хуже, даже лучше, все свое, никаких наращенных ресниц или волос…
– Еще бы я стала тратить деньги на такую ерунду! – фыркнула я.
– Вот именно! О чем я и говорю! Ты настоящая! Не гламурная, как отфотошопленная картинка, фифа, которая хорошо смотрится на фоточках, а внутри пустота! Им – вот таким, как этот твой крутой начальник – как раз настоящего в жизни и не хватает!
– Звучит так, как будто я пупырчатый деревенский огурец против гладких и блестящих, но генно-модифицированных, – пробормотала я.
– Вот именно, – кивнула она. – Человек хочет попробовать реального огурца прямо с грядки, а не из супермаркета! Вот только тебе-то каково будет… Примет ли тебя его богатая семейка? Это, знаешь ли, тоже может стать проблемой.
– И вовсе это не проблема, – возразила я. – Мы с Булатовым только работаем. Да, иногда он пытается продвинуть наши отношения… в другую плоскость, но я…
– Но ты пока держишься, я поняла. Строгое дедушкино воспитание и все такое. Но долго ты не сможешь сохранять дистанцию. Рядом с таким мужчиной уж точно… Потому что то, как ты сама на него смотришь, я тоже заметила… – вздохнула Лиля. – Мне бы позавидовать тому, какой ты редкий экземпляр отхватила, а я что-то переживаю. Боязно за тебя…
Подруга была права. Увы, тогда я не придала значения ее предупреждающим словам. Они прозвучали еще до того, как мое отношение к Арслану окончательно изменилось. До того, как я сделала шаг в пропасть. Упала в любовь.
Я самонадеянно думала, что справлюсь с этим искушающим меня соблазном и продержусь. Оказалось очень сложно видеть этого мужчину практически каждый день, зачастую полуодетым, будить его, когда он не успевал сам проснуться до моего прихода, готовить ему завтрак, варить кофе, наблюдать за ним, отмечать все его, даже мелкие, привычки и при этом оставаться равнодушной и хладнокровной. А ведь наше общение, кроме того, не ограничивалось одной лишь работой. Были деловые мероприятия, ужины и приемы, на которые мне приходилось ходить вместе с ним. Были вечера в офисе, когда мы оставались одни, за исключением охранников, и босс, который всерьез взялся за руководство журналом, предлагал заказать пиццу, которую мы по-простецки делили на двоих, а после лично, не доверяя шоферам и таксистам, отвозил меня домой по улицам вечернего освещенного фонарями города, и пару раз я даже засыпала прямо в машине, уронив голову на его плечо.
А еще были свидания, каждый раз разные, особенные и неповторимые.
Сначала это оказался забронированный только для нас ВИП-зал в одном из кинотеатров. Арслан Булатов, как оказалось, запомнил, что я люблю ходить в кино. Разумеется, я никогда прежде не бывала в ВИП-залах. Мы смотрели мелодраму, грустную историю о любви. Под конец у меня глаза были на мокром месте, и я смущенно вытирала их краешком рукава, а мой спутник заметил это и привлек меня к себе. Мягко, совсем не напористо, чего я от него никак не ожидала. Не пытался поцеловать, даже не смеялся над моей сентиментальностью, просто обнимал и поглаживал по волосам до самого финала.
Лишь когда по экрану побежали титры, он с заметным сожалением выпустил меня из объятий и сказал:
– Я не думал, что этот фильм тебя расстроит. Не знал, что он так трагично заканчивается. Прости.
– Ничего страшного, – отозвалась я. – Я часто плачу над фильмами. Над книгами тоже.
– Вот как? Удивительно… Я таких, как ты, еще не встречал.
– Вы мне это уже говорили, – заметила я.
– И с тех пор мое мнение не изменилось.
Мужчина провел кончиками пальцев по моей еще влажной щеке, затем наклонился и легко, едва касаясь, собрал губами еще не высохшие слезинки. У меня замерло сердце. Это было так… непохоже на все то, что он делал раньше. Сейчас в его прикосновениях чувствовалась нежность, даже трепетность. Он точно боялся действовать настойчиво, как в первое время.
Неужели это всего лишь хитрая тактика обольщения, а я попросту наивная дурочка, жертва расчетливого соблазнителя? Я боялась об этом думать, и в то же время предупреждения Лильки не давали покоя. Что, если она права, а я прямо сейчас делаю еще один шаг к разверзнувшейся передо мной пропасти?..
Я отстранилась, сделав шаг назад.
– Нам, наверное, уже пора… Фильм закончился. И меня ждет дедушка, я должна проверить, выпил ли он все свои лекарства.
– Когда ты уже меня с ним познакомишь?
– Вас? Зачем? – не поняла я. – Разве начальников знакомят с родными?
– Начальников, может, и нет, а вот ухажеров – да. Я так понял, он у тебя человек старой закалки. Значит, все должно быть как положено.
– Вы серьезно? – опешила я. – Думаю… сейчас не лучшее время. Он может разнервничаться. Давайте в другой раз, когда дедушке станет лучше. Хорошо?
– Как скажешь. Может, что-то нужно? Лекарства, консультации узких специалистов? Мой отец тут взялся спонсировать медицинский центр. Он только недавно открылся.
– Пока все, что нужно, у нас есть. И в районной больнице хорошие врачи. Но спасибо, – отозвалась я, пытаясь привыкнуть к мысли о том, что Булатов пожелал официально представиться моему деду.
Следующее свидание тоже было в кино. На этот раз кинопоказ проводился на открытом воздухе, вечером. С погодой повезло, а еще мы с Арсланом заняли выгодные места, и он купил для нас два стаканчика кофе. В этот день босс выглядел очень демократично в джинсах и футболке, мало чем отличаясь от остальных парней, которые здесь присутствовали. Впрочем, теперь я знала, что его одежда стоит значительно дороже, чем у большинства.
Мы смотрели комедию. Громко хохотали вместе со всеми. Прихлебывали кофе, а после фильма – и это удивило меня едва ли не больше всего – мужчина затащил меня в круглосуточный Макдональдс, где мы набрали еды и переместились на лавочку в ближайшем сквере.
– Я думала, что Арслан Булатов питается только в шикарных ресторанах, – хмыкнула я, недоверчиво глядя на весь тот фаст-фуд, что он заказал.
– Обычно да, – откликнулся мой спутник, впиваясь крепкими белыми зубами в двойной рыбный бургер. – Но иногда это до ужаса надоедает. Только никому не говори, – добавил со смехом.
– А вот и расскажу! – тоже засмеялась я. – Всем расскажу! Объявление в офисе повешу!
Почему-то сейчас я чувствовала в его обществе небывалую легкость. Как будто меня впервые отпустили мысли о том, что мы очень разные, что я ему не пара и прочее, что прежде упорно лезло в голову. В конце концов, живем один раз. Так почему я не могу просто наслаждаться жизнью хотя бы чуть-чуть? Теплой летней ночью, ароматом цветущих лип, хорошим фильмом, вредной едой, близостью человека, которому не просто приятна моя компания, а нечто большее… Которому я нравлюсь такая, как есть. Пусть даже он всего лишь хочет затащить меня в постель, сколько можно держаться за эту девственность? Все девчонки, с которыми я общалась, вон уже давно с нею распростились. И не лучше ли лишиться ее с опытным мужчиной, чем с неловким вчерашним мальчишкой, который и целоваться-то не умеет?..
Однако в тот день что-то все же остановило меня от того, чтобы сделать первый шаг навстречу. То ли страх, то ли робость. Я снова удержалась на грани, но на прощание, проводив меня до квартиры, Арслан вдруг крепко обнял меня и прошептал, касаясь губами моего виска:
– Спасибо, Яся, я еще никогда не был настолько живым…
От этих его слов все во мне затрепетало. Бабочки в животе? Набившее оскомину сравнение, но я в самом деле ощущала нечто похожее. Как будто внутри меня зажглось маленькое солнце, которое пульсировало, с каждым моим вдохом становясь все больше. Я повернула голову, скользнув губами по слегка колючей щеке мужчины. Быстро поцеловала его в уголок рта, и тут скрипнула дверь. На лестничную площадку выглянул дедушка.
– Вот и моя гулена пожаловала… – проворчал он, окинув взглядом меня и Булатова. Мы не успели расцепить объятия. Только сейчас запоздало я попыталась отпрыгнуть от него, но тот удержал меня левой рукой, а правую протянул дедушке для рукопожатия.
– Арслан Булатов, – представился уверенно.
– Георгий Аркадьевич Туманов. И что же ты, Арслан Булатов, можешь сказать в свое оправдание? На дворе скоро светать начнет, и этой барышне давно пора спать.
– Скажу, что хочу встречаться с вашей внучкой.
– Просто так встречаться или? Каковы твои намерения? У Яры никого больше нет, кроме меня, и я хочу знать, останется ли у нее кто-нибудь, когда меня не станет.
– Ну деда! – воскликнула я. – Не говори так! Ты еще много лет будешь со мной!
– Так как? – снова обратился дедушка к моему спутнику, который наверняка уже пожалел, что поднялся со мной на пятый этаж. А, может, нет? Ведь сам же говорил о знакомстве, вот только я вовсе не хотела с этим знакомством торопиться… Еще и такие вопросы… Мы же не в девятнадцатом веке, в самом-то деле!
– Не просто так, – ответил начальник, когда я уже готова была утащить его за руку из подъезда. – Она мне нравится. Очень.
– То, что Яра когда-нибудь кому-то очень понравится, для меня не новость, – хмыкнул дедушка. – Что ж, ладно, заходи. Пойду чайник поставлю.
– Надо было попрощаться на улице! – негромко произнесла я, пока босс разувался в прихожей. Не верилось даже – Арслан Булатов здесь, в нашей скромной квартире, где серьезный ремонт не делали лет пятнадцать, если не больше. Но не выталкивать же его, раз уж зашел.
– Я все равно собирался с ним встретиться, – напомнил он мне.
– Но не сейчас же!
В гостиной пахло лекарствами. Уже ставший привычным навязчивый запах, казалось, пропитал стены. Запах тоски и безнадежности. Но дедушка держался, и я тоже. Я действительно верила, что он еще долго не оставит меня в одиночестве, присоединившись к тем, кого уже давно не было рядом. Думать о том, что будет, когда не станет и его, не хотелось. Да, я не чуралась работы и успела стать вполне самостоятельной в быту, но дело же не в этом, а в той родственной близости, в связи между поколениями одной семьи, из которой у меня остался один только дед.
Вскоре мы втроем уже пили чай с конфетами и мятными пряниками. Мне подумалось, что Булатов наверняка привык к совсем другому, но затем я вспомнила, как он уплетал фаст-фуд, и успокоилась. Этот человек вовсе не такой избалованный и рафинированный, как могло показаться поначалу.
Дедушка попросил нашего гостя рассказать немного о себе, о родственниках. Я и сама слушала с интересом. Казалось, что вот сейчас-то знакомлюсь с Арсланом по-настоящему, вижу его с новой стороны.
– Значит, вы начальник Яры? Вон оно как… Это из-за вас она частенько задерживается якобы на работе, – заметил дедушка, подчеркнув интонацией слово «якобы».
– Да, – кивнул мужчина. – Но она для меня больше, чем личная помощница. Яс… Ярослава для меня очень важна.
– Важна, говорите. А вы для нее? Что скажешь, внучка?
Я смущенно засопела, но ничего не ответила.
– Покажешь мне свою комнату? – шепнул мне Булатов, когда дедушка вышел.
– Вот еще! – шикнула я на него. Затем добавила: – В другой раз покажу. Не сегодня.
Это произошло спустя примерно недели две, когда мой дед уехал к другу на дачу. Но наш первый раз состоялся в другом месте. В квартире Арслана.
Я до сих пор помнила то утро. Неожиданно теплую и в то же время искушающую улыбку на губах моего мужчины, когда я, как обычно, разбудила его утром. То, как он потянулся ко мне. То, как поцеловал. И я ответила. На этот и еще множество поцелуев.
Помнила, как скользила по телу ткань одежды, предметы которой с меня снимали один за другим. Помнила свою неловкость – все ведь происходило при свете дня. Но то, как Булатов смотрел на меня, заставляло чувствовать себя очень красивой. И безумно желанной. Настолько, что я даже боли почти не ощутила, так нежен он был тогда.
С нами будто случился солнечный удар. Вспыхнувшая, как порох, страсть, не оставляющая выбора. Но это было лишь начало. Мы много говорили, и постепенно я узнавала Арслана Булатова лучше. Однажды он даже решился на откровенность и рассказал мне о своей матери. О том, как ее не стало после долгой изматывающей болезни. О предательстве отца, в чьей жизни появилась другая женщина, когда его супруга и мать первенца заболела и больше не могла выполнять супружеские обязанности.
– Я увидел их вместе, – глухо произнес Арслан. – Случайно. Прогулял школу, слонялся по городу, вот так и наткнулся… Он, никого не стесняясь, привел ее туда же, куда водил и нас. В мамин любимый ресторан!
Я беззвучно ахнула, прижав ладонь к губам.
– Я смотрел на них через окно, они меня даже не заметили… Слишком были заняты друг другом. Он улыбался ей так, как будто все у него в жизни прекрасно, как будто его жена не умирает медленно день за днем… Улыбался. Ненавижу!
Он вдруг резко ударил кулаком по столу – я вздрогнула от неожиданности.
– Ненавижу измену, – сказал это негромко, но как-то так, что мурашки пробежали по коже. – Не смогу простить. Если когда-нибудь узнаю, что ты… с кем-то…
Арслан не договорил. Все и так было ясно. Кстати говоря, та другая женщина, с которой Тахир Булатов начал встречаться еще когда его первая супруга была жива, оказалась той самой Сюзанной.
Его на тот момент будущей второй женой.
Глава 7
Мне казалось, время тянется слишком медленно, но этот день все же наступает. Тот самый. Сегодня я встречусь с Арсланом Булатовым впервые после долгой разлуки.
Стою перед зеркалом в платье, которое для меня отыскала подруга. Туфли – удобные, на невысоком каблуке, но красивые – одолжила она же. Повезло, что у нас один размер, иначе пришлось бы покупать. Я в последнее время ношу только спортивную обувь. Да и вообще мой нынешний гардероб выглядит довольно-таки уныло, никаких непрактичных кокетливых вещей, все сугубо утилитарное.
– Боишься? – спрашивает Лиля.
– Да, – киваю я. – Боюсь, что я непохожа на журналистку. Что что-то пойдет не так, и меня не пропустят.
– А встречи с ним?
– Тоже. Что, если он не захочет меня слушать? Еще ведь помолвка… Если кто-то услышит мои слова? Те же журналисты… Тогда будет скандал… Самый настоящий.
– Плевать. Мне вот нисколько их не жалко – ни его, ни его папашу. Так им и надо.
Смотрю на Гошку. Он занят рисованием, сосредоточенно наклонился над листом бумаги и водит по ней карандашом. У сына к этому настоящий талант, я в его годы и близко так здорово не умела.
Вот бы отдать его в художественную школу… Думаю, ему понравится, а там, кто знает, может, это станет профессией и призванием? Главное, чтобы Гошка до этого дожил.
Закусываю губу и отворачиваюсь, чтобы он не видел моих слез. Да и плакать мне сейчас нельзя – макияж потечет. Лилька над ним от души потрудилась, я даже устала сидеть на одном месте, не шевелясь.
– Присмотришь за ним?
– Конечно! И что-нибудь вкусненькое на ужин приготовлю! К твоему возвращению! – обнимает меня подруга. – Ну, с Богом! Держись, прорвемся! – напутствует, протягивая мне пригласительный на мероприятие, где решится моя судьба.
Вызываю такси, чтобы не садиться на общественный транспорт в чужом вечернем платье. Еще не хватало его испортить. Пробок на улицах нет, и дорога занимает совсем мало времени, я даже не успеваю как следует настроиться на то, что мне предстоит.
На парковке роскошного, не так давно открытого отеля, где состоится прием, множество автомобилей. Почти все они класса люкс. Таксист косится на меня:
– Вы что, тоже сюда? Важная персона, а? Работаете в этом холдинге?
– Когда-то работала, – отвечаю я.
Расплачиваюсь, выхожу. Еще раз мысленно благодарю Лильку за туфли и платье, не сковывающее движений. Я и без того чувствую себя связанной по рукам и ногам. Своей болью, страхом. Ожиданием неизбежного.
Через несколько минут я увижу Булатова.
Охрана на входе просит показать приглашение. К счастью, мое вопросов не вызывает. Мужчины практически сразу теряют ко мне интерес.
Иду в толпе. Дресс-код для всех, так что я не могу различить, кто здесь журналисты, а кто гости. Ну и ладно, главное, что моя легенда помогла мне попасть в здание.
На входе в зал меня ждет еще одна проверка. Снова охранники, только не в форме, а в строгих черных костюмах. Моя рука немного дрожит, когда я протягиваю свой пригласительный.
– Нервничаете? – понимающе хмыкает парень, поправляя криво завязанный галстук. – Понимаю. Мне и самому слегка не по себе.
– Хватит болтать! Хочешь, чтобы на тебя жалобу накатали? – одергивает его старший коллега. – Проходите, девушка, не задерживайте очередь! – это уже мне.
Пробормотав извинения, вхожу в зал. Он оформлен с большим вкусом, дорого и стильно, видно, что над этим постарались. В толпе приглашенных ловко снуют официанты с подносами.
– Шикарно! – слышу восторженный женский голос, проходя мимо группки людей. – Фуршет для всех, нам, журналистам, в кое-то веки тоже можно по-человечески поесть и выпить! И с богатыми мужиками познакомиться! – добавляет со смехом.
– А вы знаете, что младший Булатов еще свободен? – отвечает ей другой женский голос. – Тот, который Дамир. Красавчик!
– Жаль, что его брата мы скоро потеряем в качестве завидного холостяка! Слышали же о помолвке? А там и до свадьбы недалеко!
– Так с кем, с кем помолвка-то?
– Держат в секрете! Но я тут кое-что слышала… Деньги к деньгам, всем же ясно…
Кусая губы, прохожу мимо. Деньги к деньгам. Так всегда и бывает, исключения крайне редки. Жаль, что я не понимала этого раньше. Тогда, когда с головой окунулась в роман с Арсланом Булатовым. Полюбила. Поверила.
Ведь сначала все действительно складывалось лучше некуда. Мы были по-настоящему счастливы в то время – вместе, вдвоем. Практически не ссорились. Вот только я очень боялась знакомства с семьей любимого. Особенно после того, что он рассказал о своем отце. Отношения между ними действительно были натянутыми, недостаточно теплыми для родных людей. Ведь Арслан так и не смог простить его за измену матери, которой, разумеется, доложили о том, что Тахир, не таясь, проводил время с другой женщиной.
Но все же однажды наступил тот день, когда мой мужчина решил представить меня своей семье. Представить официально. Не как личную помощницу и сотрудницу компании, а как ту, с кем он встречается.
На тот момент мы были знакомы уже больше полугода.
– Не волнуйся! – то и дело прикасался ко мне Булатов, мешая собираться. – Дрожишь, как заяц. Не съедят же они тебя.
– Легко тебе говорить! – отозвалась я. – Не тебе ведь это предстоит. А если я им не понравлюсь?
– Ну и что? – пожал он плечами. – Пускай. Главное, что ты нравишься мне.
Я нахмурилась, но долго удерживать сердитую гримасу не смогла. Не получилось. Только не под его взглядом и не в его объятиях.
– Как я выгляжу? – спросила, бросив на себя взгляд в зеркало. Я выбрала комплект одежды, купленной Арсланом тогда, когда я еще не была его девушкой. Все вещи вполне приличные, недешевые и очень стильные, но я все равно чувствовала себя так, словно собиралась явиться к Булатовым в том самом костюмчике с рынка.
– Слишком одетая, – хмыкнул он, игриво проводя пальцами по коже вдоль выреза блузки. – Но ничего. Ближе к ночи мы это исправим.
Семья Арслана проживала в большом частном доме. Это оказался самый настоящий кирпичный особняк, на мой взгляд, слишком большой для семьи из четырех человек. Подумалось, что там наверняка есть и бассейн, и спортзал, и ванны с джакузи, в которых может свободно поместиться средних размеров аллигатор. Что за ерунда лезет в голову в самые ответственные моменты? А все от нервного напряжения.
– Просто будь собой, – шепнул мне мой спутник, когда внушительные ворота медленно разъехались в стороны перед машиной. Его рука, соскользнув с руля, легла на мою и ласково ее сжала. – Не нужно ничего из себя изображать.
– Легко тебе… – снова проворчала в ответ.
Но я ошибалась. Арслану было вовсе не легко. Я поняла это, когда увидела его отца и услышала, каким тоном говорит с ним его мачеха. В нем слышалось явное превосходство той, что обошла всех соперниц в борьбе за первый приз. Она гордилась тем, что сумела увести мужа у умирающей женщины. Гордилась тем, что смогла его удержать и родила ему двоих детей, таких красивых, породистых, похожих на своего отца.
На меня эта женщина, которая в реале выглядела еще лучше, чем на фото в Интернете, смотрела с некоторым удивлением. Что она думала при этом? Что у ее пасынка плохой вкус, раз он не остановил свой выбор на ком-нибудь его круга?
Чувствуя себя неуместной здесь, в огромном доме, где все отличалось от обстановки, в которой я выросла, неловкой, потерянной во всей этой роскоши, я едва могла отвечать на вопросы, которые мне задавали эти двое – отец и мачеха Арслана. Краснела и бледнела под пристальным суровым взором Тахира Булатова. Теперь я действительно понимала, как этот человек мог создать настолько большой бизнес. Его присутствие подавляло, он выглядел абсолютным лидером во всем, за что бы ни взялся. Наверняка практически у всех более слабых морально людей этот мужчина вызывал безусловное, какое-то почти инстинктивное желание ему подчиняться.
Его сыновья походили на него внешне, и эта аура властности, присущая отцу, уже начинала ощущаться в них обоих. Особенно в старшем. Я еще в нашу первую встречу в лифте это почувствовала. Однако Арслан был не просто сыном и преемником Тахира Булатова, получившим возможность взять на себя руководство журналом. Он был его соперником. Желал его превзойти. Я начала догадываться об этом, наблюдая их рядом.
Мне вдруг отчего-то стало не по себе. Казалось бы, просто семейный ужин в узком кругу, итальянское красное вино в бокалах, негромкое звяканье столовых приборов по посуде, и все же обстановка была очень напряженной. Очень красивой, кстати, посуде, я даже залюбовалась. В чем-чем, а во вкусе Сюзанне Булатовой не откажешь. Похоже, она очень старалась быть идеальной женой, с которой и в свете показаться не стыдно, и в доме все идеально.
Мой взгляд скользил по стенам, задерживаясь то на картине в тяжелой деревянной рамке, то на подобранных явно дизайнерской рукой предметах мебели, а сердце стучало все громче. В душе росло дурное предчувствие. Даже пальцы подрагивали, и я постоянно боялась выронить вилку.
– Твоя девушка всегда такая молчаливая, братик? – задала вопрос Далия. Она сидела напротив и с интересом меня изучала. Эта яркая брюнетка взяла все самое лучшее от обоих родителей – стройную фигуру и сражающую мужчин наповал женственность матери, иссиня-черные волосы и темные глаза отца. Но вот характер из тех, про которые говорят «ей палец в рот не клади». – Или она нас боится?
– Прекрати! – наградил ее испепеляющим взглядом Арслан.
– А что я такого сказала? Вы ведь не боитесь нас, Ярослава? Скажи ей, что мы совсем не страшные! – толкнула девушка в бок сидящего рядом с ней Дамира.
Тот вежливо улыбнулся, а я отвела взгляд. Второй сын Тахира Булатова оказался очень привлекательным молодым человеком. Черты его лица были мягче, чем у отца и старшего брата, губы более пухлыми, чувственными. Должно быть, одного лукавого взгляда его почти черных обжигающих глаз хватало для того, чтобы девушки теряли голову. Я и сама ощутила это на себе, хотя мое сердце целиком и полностью было занято Арсланом.
Подначки Далии были неприятны, но еще хуже оказалось внимание ко мне ее отца. Он очень много спрашивал о том, где и на кого я учусь, чем планирую заниматься в будущем, из какой я семьи. При этом по его непроницаемому лицу ничего нельзя было прочесть, и я, как ни старалась, не могла понять, какую реакцию у собеседника вызывают мои ответы.
Настоящий экзамен! И вечером того дня у меня было отчетливое ощущение, что я его не сдала.
Сейчас, на приеме в честь юбилея основанного Тахиром Булатовым холдинга, я вспоминаю тот ужин в его доме. Сегодня мне еще страшнее, чем тогда. Нервы натянуты струнами. Вечернее платье кажется тяжелыми доспехами воина. Это и в самом деле война – война за жизнь моего сына.
Напоминаю себе о том, что я уже не прежняя наивная девочка, которая когда-то переступила порог особняка Булатовых. Я стала другой. Это они меня такой сделали.
Глубокий вдох. Делаю шаг вперед. Туда, где вот-вот появятся виновники торжества. И они появляются. Все шестеро.
Зал взрывается аплодисментами. Журналисты достают диктофоны, мелькают вспышки фотокамер. Женщины кокетливо поправляют прически.
Стоя в толпе гостей, я смотрю на тех, чьи лица ни на миг не забывала все эти долгие пять лет. Пеленая сынишку, укладывая его спать, целуя. Стоя на остановках и в очередях. Просматривая вакансии о работе. Сидя в кабинете врача, сообщившего мне тот самый страшный диагноз, из-за которого я здесь.
Сюзанна все так же хороша собой. Ее зрелая красота и чуть располневшая фигура в персикового оттенка платье притягивают мужские взгляды. Она идет под руку с Тахиром. Они точно король и королева в этот момент. Его будто вытесанное из холодного камня лицо стало строже, чем раньше, но сейчас он натягивает на него улыбку, ведь это его праздник. День его торжества. Наверняка это делает этого человека счастливым и заставляет гордиться собой.
Далия все так же прелестна. На ней черное платье дерзкого кроя, которое на любой другой смотрелось бы пошловато, но эта красотка умеет эпатировать публику. Стройные ноги обвивают кожаные ремешки босоножек на высоких каблуках, подчеркивая безупречный педикюр.
Дамир держится рядом с сестрой. Он заметно повзрослел, но это ему к лицу. Как и черный костюм с галстуком-бабочкой.
Я смотрю на них по очереди, точно боюсь перевести взгляд на того, кто там с ними. Старшего сына Тахира Булатова. Того, о чьей помолвке будет объявлено сегодня. Но затем я поворачиваю голову, вижу его и уже не могу отвести глаз. Жадно впитываю весь его облик, ищу перемены и нахожу их.
Как и его брат, Арслан выглядит старше. Сейчас он еще больше похож на своего отца, чем прежде. Черты лица стали более резкими. В изгибе губ, по которому я так любила проводить кончиками пальцев, нет и намека на тепло преображающей его улыбки. Сейчас он выглядит самым настоящим крупным бизнесменом, уверенным, сдержанным.
Далеким.
Мы точно на разных планетах. Я на одной, а мужчина, которого я когда-то всей душой любила, на другой. И там, на той планете в ледяном пространстве космоса, он не один.
С ним совсем молодая девушка. Она похожа на ожившую в реальности сказочную принцессу. У нее светлые глаза, белая кожа, длинные рыжие локоны. Ее белое платье похоже на свадебное – словно невеста Арслана уже сегодня репетирует грядущее радостное событие. Они очень красивая пара.
Я смотрю на них. Сердце колотится где-то в горле. Кажется, что в зале не хватает воздуха.
– Вам плохо? – слышу я чей-то участливый голос. А затем чувствую внезапную слабость, слышу звон в ушах. Затем в глазах темнеет, и я будто проваливаюсь в гигантскую черную дыру.
Прихожу в себя в какой-то комнате, похожей на конференц-зал. Видимо, это он и есть. Я лежу на кожаном диване в углу. Надо мной склоняется чье-то лицо. Незнакомая русоволосая и круглолицая девушка в форме официантки.
– Вам лучше? Или вызвать врача? – спрашивает она. – Первый раз на моих глазах кто-то падает в обморок! Я Вика, администратор велела мне побыть с вами. Я уж боялась, вы никогда в себя не придете…
– Не надо врача, – отвечаю я. – Вы можете выполнить одну мою просьбу? Пожалуйста! Это очень, очень важно! Вопрос жизни и смерти!
– Ну, если это в моих возможностях…
– Пожалуйста, позовите ко мне Арслана Булатова. Скажите, что его спрашивает Яся… Ярослава Туманова.
– Того самого Булатова, который скоро женится? – округляет глаза собеседница.
– Да, его. Но ни в коем случае не его отца! Мне очень нужно с ним поговорить! – сбивчиво говорю я.
– Ну, я попробую… – неуверенно отвечает Вика и идет к выходу. Кажется, она сочла меня не совсем адекватной особой. Что ж, остается надеяться на то, что моя знакомая приведет сюда не администратора с охраной, а того, кто мне нужен.
Тянутся томительные минуты ожидания. Приподнимаюсь, сажусь, привожу себя в относительный порядок. Меня все еще потряхивает. Я впервые в жизни потеряла сознание. Не думала, что эта первая встреча спустя годы так меня ошеломит.
Или все дело в той девушке? Невесте Арслана. Я ведь знала о ее существовании, почему же так отреагировала? Не ожидала, что она окажется именно такой? Думала, что будет больше похожа на меня? Глупо. Со временем вкусы меняются, да и вообще, может, я просто была исключением, а на самом деле ему всегда нравились вот такие, рыжие, принцессоподобные.
Хотя кожа у нее тоже светлая… Могу представить, как это смотрится на контрасте с его кожей, когда они вдвоем в постели. Знаю, как…
Помню.
За дверью раздаются шаги.
Глава 8
Затаив дыхание, ожидаю того, кто сейчас войдет. Это Арслан? Кто-то другой? Или Вика вернулась одна? Ведь я попросила позвать, можно сказать, виновника торжества – решилась ли обычная официантка к нему подойти?..
Но вот дверь открывается. Поднимаюсь с дивана, чтобы сразу увидеть вошедшего. Я все еще неважно себя чувствую, но уж на ногах-то удержаться смогу.
Мое нервное ожидание оправдывается. Это Арслан Булатов. Он идет ко мне, а я не отвожу от него взгляда, сминая влажными от волнения ладонями гладкую ткань чужого вечернего платья.
Булатов подходит ближе, останавливается. Его руки в карманах пиджака – закрытая поза. На губах ни тени улыбки, взгляд холодный, как и тон, когда он спрашивает:
– Что тебе нужно?
– Поговорить.
– Ты уверена, что нам есть о чем?
– Да, – киваю я. Губы дрожат и пальцы тоже. Но я держусь, упрямо стоя перед мужчиной, который когда-то оставил меня в одиночестве, лишив всех надежд на счастливое будущее, которые рассыпались горьким пеплом после нескольких его слов.
Но сейчас я не одна. У меня есть Гошка. И нет ничего важнее, чем его жизнь и здоровье.
– У тебя пять минут. Мне некогда. Через десять минут объявят о моей помолвке.
– Я видела твою невесту. Она… красивая. Ты ее любишь?
– Я не намерен обсуждать это с тобой. Твои пять минут уже начались. Если тебе нечего сказать, я могу уйти раньше, чем они подойдут к концу.
– Когда-нибудь я расскажу нашим детям историю о нас с тобой. Историю любви, почти сказочную. Она и была такой… до тех пор, пока ты не решил, что я тебя обманывала.
– Детям?
– Да. Я должна родить от тебя второго ребенка. Если я этого не сделаю, наш сын умрет.
Арслан делает шаг вперед, сокращая расстояние между нами. Я вижу его глаза вблизи. Их выражение меняется. Только что в них отражалось лишь надменное равнодушие, но сейчас в их темноте словно вспыхивает огонь. Похоже, этого он никак не ожидал от меня услышать.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
