«Только не тогда, когда у меня есть возможность свободно войти в “Неночь”», – подумала она. Аид пожалеет о том, что поцеловал ее, когда увидит, как она решила использовать это ради своего блага.
Спустя мгновение Адонис вздохнул:
– Ладно. Я сообщу Деметрию, что мы уходим.
Персефона остановила его:
– Ты ведь не… рассказал Деметрию обо всем этом?
– Не о том, что ты хочешь написать эту статью.
– Можно мы оставим это в тайне? Пока.
Адонис улыбнулся:
– Да, конечно. Все, что пожелаешь, Персефона.
* * *
Адонис припарковался на обочине перед входом в «Неночь», и его красный «Лексус» ярко выделялся на фоне черной обсидиановой башни Аида. Хотя Персефона была твердо намерена получить ответы на свои вопросы, ее на миг посетило сомнение. Не слишком ли она расхрабрилась, решив вот так воспользоваться тем, что дал ей Аид?
Адонис встал рядом с ней.
– В дневном свете она кажется другой, правда?
– Ага, – рассеянно ответила девушка. Башня действительно выглядела иначе – суровее. Неровный разрез на теле сверкающего города.
Адонис дернул дверь, но та была заперта, так что он постучался и, не дожидаясь ответа, отступил:
– Похоже, никого нет.
Ему явно было некомфортно находиться здесь, и Персефона задалась вопросом: почему он так боялся предстать перед богом, несмотря на то что часто приходил в его клуб по вечерам?
Адонис отвернулся от двери, и Персефона дернула ее сама – та сразу открылась.
– Да! – шепнула она себе под нос.
Адонис озадаченно оглянулся на нее:
– Как ты… Она же была заперта!
Девушка пожала плечами:
– Может, ты просто потянул недостаточно сильно. Идем.
Шагнув в «Неночь», она услышала, как Адонис произнес:
– Готов поклясться, она была заперта.
Персефона спустилась по лестнице и оказалась в уже знакомом клубе. Ее каблуки стучали по блестящему черному полу, и она всмотрелась во мрак высокого потолка, зная, что этот зал видно из офиса Аида.
– Ау? Есть кто дома? – позвал Адонис.
Персефона поморщилась и едва сдержалась, чтобы не попросить Адониса помолчать. У нее мелькнула мысль подняться в офис к Аиду и застать его врасплох, но она не была уверена, что это хорошая идея. Богиня помнила, в каком виде он открыл ей дверь накануне.
По крайней мере, если ее появление станет для него неожиданностью, то, возможно, ей удастся узнать правду о том, что происходит между ним и Минфой.
Словно прочитав ее мысли, из темноты зала возникла рыжеволосая нимфа, одетая в обтягивающее черное платье и туфли на шпильке. Она выглядела так же прекрасно, как и в прошлые разы. Богиня весны за свою жизнь успела познакомиться и подружиться со многими нимфами, но ни одна из них не казалась такой холодной, как Минфа. Было ли это результатом ее служения богу подземного царства?..
– Чем могу помочь? – Голос Минфы был манящим и сексуальным, но не скрывал резкости ее тона.
– Привет! – Адонис обошел Персефону, вдруг снова обретя уверенность в себе, и протянул руку. Персефона удивилась и слегка расстроилась, когда Минфа пожала ее и улыбнулась. – Адонис.
– Минфа.
– Вы здесь работаете? – уточнил он.
– Я помощница лорда Аида, – ответила она.
Персефона отвела взгляд и закатила глаза. Слово «помощница» прозвучало слишком многозначительно.
– Правда? – В голосе Адониса прозвучало искреннее удивление. – Но вы так прекрасны!
И Адонис был в этом не виноват. Нимфы всегда производили такой эффект на людей, но Персефона была на задании и начинала терять терпение.
Адонис держал Минфу за руку дольше, чем следовало, – только когда Персефона прокашлялась, он наконец выпустил ее ладонь.
– Эм… а это Персефона. – Он жестом указал на коллегу. Минфа ничего не ответила, даже не кивнула. – Мы из «Новостей Новых Афин».
– Так вы репортеры? – Глаза нимфы сверкнули, и Адонис, по-видимому, принял это за интерес к их деятельности, но Персефона знала, что все совсем наоборот.
– На самом деле мы здесь, чтобы поговорить с Аидом, – сказала богиня. – Он здесь?
Минфа прожгла ее взглядом.
– У вас назначена встреча с лордом Аидом?
– Нет.
– Тогда, боюсь, вам не удастся с ним поговорить.
– Ох, что ж, печально, – сказал Адонис. – Мы вернемся, когда назначим встречу. Персефона?
Она проигнорировала Адониса, свирепо взирая на Минфу.
– Сообщите своему лорду, что Персефона здесь и желает с ним поговорить. – Это был приказ, но Минфа лишь невозмутимо улыбнулась, глядя на Адониса.
– Ваша напарница, видимо, новенькая и потому не в курсе, как тут все работает. Видите ли, лорд Аид не дает интервью.
– Конечно. – Адонис обхватил запястье Персефоны. – Идем, Персефона. Я же говорил тебе, что мы должны следовать протоколу.
Персефона опустила взгляд на пальцы Адониса у себя на запястье, после чего посмотрела ему прямо в глаза. Она не может точно сказать, что это был за взгляд, но глаза у нее пылали, а в крови разгоралось пламя гнева.
– Отпусти. Меня. Сейчас же.
Широко распахнув глаза, он выпустил ее руку. Она снова повернулась к Минфе.
– Я в курсе, как тут все работает, – сказала Персефона. – Но я требую встречи с Аидом.
– Требуете? – Минфа скрестила руки на груди, высоко подняв брови, и зловеще улыбнулась. – Ладно. Я скажу ему, что вы требуете встречи с ним, но только потому, что мне доставит огромное удовольствие услышать, как он вам откажет.
Она развернулась на каблуках и скрылась во мраке. Персефона на мгновение задумалась, правда ли та пойдет рассказать все Аиду или же подошлет огра, чтобы тот выставил их вон.
– Откуда Аиду знать твое имя? – спросил Адонис.
Она ответила, не поднимая взгляда:
– Я познакомилась с ним в тот же вечер, что и с тобой.
Она почти чувствовала, как в воздухе между ними повисли вопросы. Она надеялась лишь, что он их не задаст.
Минфа вернулась со взбешенным видом, и сердце Персефоны наполнилось восторгом – ведь нимфа была уверена, что Аид им откажет.
Она подняла подбородок и натянуто произнесла:
– Следуйте за мной.
Персефона хотела сказать Минфе, что ей не нужны провожатые, но рядом был Адонис, и в нем уже разгоралось любопытство. Богиня не хотела, чтобы он узнал о ее вчерашнем визите сюда, как и об их контракте с богом мертвых.
Персефона бросила быстрый взгляд на Адониса, прежде чем последовать за Минфой по той же витой лестнице, по которой она вчера поднималась за Аидом и которая вела к богато украшенным черно-золотым дверям его офиса. Адонис ответил ей тихим свистом.
Сегодня внимание Персефоны было сосредоточено на золоте, а не на цветах. Она решила, что его выбор в пользу золота был уместным – в конце концов, он ведь был и богом драгоценных металлов.
Минфа не постучала, прежде чем войти в офис Аида, и зашагала вперед, покачивая бедрами. Наверное, она надеялась удержать внимание Аида – но Персефона ощутила на себе его взгляд, как только вошла в комнату. Он следил за ней, словно за добычей, со своего места у окна, и ей стало любопытно, как долго он наблюдал за ними, пока они находились внизу.
Судя по его напряженной позе, довольно долго.
В отличие от своего вчерашнего облика, когда богиня потребовала впустить ее в «Неночь», сегодня Аид выглядел безупречно. Он был элегантным воплощением самой темной пучины, и она могла бы испугаться, если бы так не злилась на него.
Минфа остановилась и кивнула:
– Персефона, милорд.
В ее голосе снова появились томные нотки. Персефона представила, как нимфа пользовалась им, когда хотела подчинить мужчин своей воле. Может, она забыла, что Аид был богом. Минфа отодвинулась, снова повернувшись лицом к Персефоне и встав прямо за богом.
– И… ее друг, Адонис.
При упоминании Адониса Аид наконец оторвал взгляд от Персефоны, словно выпустив ее из-под действия чар. Глаза Аида всмотрелись в ее напарника и потемнели. Он кивнул Минфе:
– Ты свободна, Минфа. Спасибо.
Когда она ушла, Аид наполнил стакан янтарной жидкостью из хрустального графина. Он не попросил их сесть, как не предложил и налить того же, что и себе.
Это был плохой знак. Он намеревался сделать эту встречу очень короткой.
– Чем я обязан этому… вторжению? – поинтересовался бог.
На этом слове Персефона прищурила глаза. Ей хотелось задать ему тот же вопрос, потому что именно это он и сделал – вторгся в ее жизнь.
– Лорд Аид, – сказала она и достала из сумочки блокнот – в нем она записала имена каждой жертвы, упомянутой в жалобах, – мы с Адонисом из «Новостей Новых Афин». Мы проводим расследование по нескольким жалобам на вас и пришли узнать, не хотите ли вы их прокомментировать.
Он поднял бокал к губам и сделал глоток, но ничего не ответил. Адонис издал нервный смешок.
– Это Персефона ведет расследование. А я здесь просто… чтобы морально ее поддержать.
Богиня испепелила его взглядом. Трус.
– Это список обвинений против меня? – Глаза Аида были темными, без проблеска эмоций. Персефона задумалась, не с этим ли выражением лица он принимал души в своем мире.
Она проигнорировала его вопрос и зачитала несколько имен из списка. Спустя несколько мгновений девушка подняла глаза.
– Вы помните этих людей?
Аид лениво отпил из бокала.
– Я помню каждую душу.
– И каждую сделку?
Он сузил глаза и несколько секунд просто изучал ее.
– Суть, Персефона. Переходи к сути. Прежде у тебя не было с этим проблем, почему сейчас появились?
Она почувствовала, что Адонис смотрит на нее, и бросила рассерженный взгляд на Аида, лицо ее вспыхнуло от ярости. Он произнес это так, словно они знакомы намного дольше, чем два дня.
– Вы подтверждаете, что предлагаете смертным то, чего они желают, если они сыграют с вами и выиграют?
– Не всем смертным и не все, что они желают, – сказал он.
– О, простите меня, вы разборчивы в отношении жизней, которые рушите.
Его лицо ожесточилось.
– Я не разрушаю жизни.
– Вы всего лишь озвучиваете условия своих контрактов только после того, как выигрываете! Это жульничество.
– Условия прозрачны. Детали определяю я. Это не жульничество, как вы это назвали. Это игра.
