– Ты очень другой…
– И мне жаль, что мы столько лет не виделись. Если бы я о тебе знал, то обязательно бы забрал раньше.
Дочка крепко обнимает меня, прижимается щекой к моей щеке, и именно в этот момент ее рыжий кот решил потереться о мои ноги. Будем считать – он меня принял, иначе нам попросту не ужиться.
Мы вместе собираемся довольно быстро. Вика самостоятельно одевается, но вот волосы со вчерашнего дня превратились в непонятно что. Расчесать их не удается. У меня и так руки трясутся, когда касаюсь их, а уж когда расческа застревала, вместе с ней застревал ком страха в горле.
– Мы купим хороший шампунь! И расческу хорошую! И бантики, заколки, да все, что нужно!
Прячем волосы под шапку, чтобы они никого, особенно меня, не смущали. А еще просто жизненно необходимо научиться плести хоть одну косичку или делать хвостик. Я же папа дочки, а она у меня должна быть красавицей!
В новой одежде девочка совсем иначе выглядит, более уверенной, не такой скованной. И самое главное, появляется улыбка на лице.
– Ой! – испуганно произносит Вика, когда выходит из квартиры. – Я забыла дома Боню!
– Боню? – переспросил. – А Боня у нас кто?
– Единорог!
– Единорог Боня, кот Лютик… Сейчас принесу…
Игрушка нашлась в комнате, а еще я обратил внимание, что кровать ребенка была аккуратно застлана, подушки положены сверху. Даже стыдно за себя стало, в моей-то комнате полный бардак, а надо соответствовать.
– Вот, держи, – передал Боню дочке и быстро обулся.
На этот раз вышли без задержки, снова расселись по своим местам в машине и поехали к бабушке. Вика ведь должна их знать?
Глава 4
Родители меня в такую рань явно не ждали, вид их оставлял желать лучшего. Но они быстро сообразили, что я не один, радостно встретили внучку, которая отвечала им не менее приветливой улыбкой. Только убедившись, что Вика чувствует себя комфортно, напомнил ей, что уеду отпрашиваться с работы…
– Да мы посидим. Можешь хоть на три дня оставить, – вставила свое слово мама, но, наткнувшись на мой взгляд, замолчала.
– Я отпрошусь с работы и приеду, – повторил так, чтобы ни у кого не осталось никаких сомнений. Тем более у нас впереди очень тяжелый разговор, который я откладывать не собирался.
До офиса добирался катастрофически долго. Успел заскочить в свой кабинет, чтобы доделать одно маленькое дело, разнес по отделам документы, предупредил, что в ближайшие дни меня не будет. Только после этого дошел до кабинета Рината. Вот у кого жизнь налаживается прямо на глазах, вот кто сияет довольной улыбкой. Никогда не думал, что для счастья так мало надо. Даже я сейчас себя чувствовал чертовски счастливым, только вот остальные проблемы меня угнетали.
– Рассказывай! – с ходу произносит друг. И я вижу, что он волнуется, но забивать его голову своими проблемами мне совершенно не хочется. Пусть его ничего не омрачает. Если уж пойму, что не выплываю, обязательно позвоню и попрошу помощи.
– Потом расскажу, когда готов буду и когда утрясу один очень важный вопрос. Я сам пока толком до конца не понял, что случилось и как. Можешь меня на недельку отпустить? Могу взять без содержания.
Сам же думаю, успею ли все вопросы решить за неделю, или мне нужно чуточку больше времени?
– С ума сошел! – возмутился начальник. – Бери столько, сколько нужно! Только не забывай, что не один, понял?
– Понял! – крепко обнял друга, потому что если раньше он нуждался в моей поддержке, то теперь мы поменялись местами.
Поблагодарив друга, быстрым шагом отправился к машине. Еще одно место осталось, куда я заеду перед тем, как заберу Вику. Мне необходимо четко понимать, как быть дальше и что делать!
Все дорогу я косился на стопку документов, которые мне достались от Марии. Там было еще много чего, я попросту не смог осилить все эти бумаги, хотя надо. Но не в том состоянии был вчера, да и сегодня. Если честно, голова моя именно в этом направлении думать отказалась, эмоции берут верх над разумом. Ведь, я мог бы разобраться, если вникнуть в суть, если сосредоточиться, но перед глазами встают детские вещи, изумление, когда ребенок увидел колбасу, ее короткие фразы словно в душу врезались.
Вот если ты не любишь ребенка, отдай его отцу! Или бабушке с дедушкой! Зачем так издеваться?!
До здания, где работал юрист, добирался долго, чудом успел к назначенному часу. Ввалившись в кабинет, напоролся на строгий взгляд секретаря.
– Проходите, – коротко произнесла она.
– Спасибо, – хрипло ответил, толкая перед собой самую обыкновенную деревянную дверь.
А вот за ней находился просторный кабинет небольшого размера. Все в нем было строго, как и сидящий за столом мужчина. Он приспустил очки и кивнул мне в знак приветствия.
– Антон Павлович, времени у нас мало, а вопрос серьезный. Прошу еще раз рассказать, что случилось.
Глубоко вздохнув, я рассказал все довольно емко и по существу. Мужчина слушал внимательно, кивал, прищуривал свои глаза и поджимал губы. И как бы ни сдерживался, рассказал о том, в каком состоянии привели ко мне ребенка, что было из одежды, как Викуся отнеслась к некоторым продуктам питания.
– Покажите документы.
Без проблем передал все, что было в наличии, и стал ждать. Он долго читал все бумаги. Что-то откладывал в сторону, что-то пододвигал ближе к себе. На некоторых моментах утвердительно кивал и, кажется, даже улыбался.
– Утрата родительских полномочий не означает автоматическую аннуляцию содержания малыша. Поэтому, даже после подписания отказа, мать продолжает содержать своего несовершеннолетнего ребенка.
– Алименты? – произношу.
– Совершенно верно. На вашем месте я бы озаботился подобным вопросом, потому что то, о чем вы рассказали – страшно.
Я вздохнул, пока не понимая, как правильно поступить. Юрист же меня не торопил совсем, рассказывал о преимуществах дальше.
– Ваша бывшая жена подсуетилась, обратилась к нотариусу, который помог в оформлении заявления об отказе на дочь в вашу пользу. Значит, мы смело подаем документы в суд, где ваши интересы могу защищать я.
Кивнул, соглашаясь.
– Получится? – этот вопрос меня волновал больше всего.
– Однозначно! – усмехнулся мужчина, смотря на меня из-под очков оправы.
Еще некоторое время мне потребовалось на разъяснение некоторых вопросов.
– Я буду держать вас в курсе дела, но еще бы собрал какие-нибудь доказательства в пользу того, что вашему ребенку с матерью все это время было плохо. Думаю, мои люди смогут помочь нам в этом нелегком вопросе. Ну, и у вас имеется жилплощадь, достойная работа, чего нет у бывшей жены.
– Угу, – кивнул, соглашаясь на работу со свидетелями. Видимо, мне нужно где-то накопить как можно больше терпения, потому что мое сердце чует – легко не будет. Юрист и его подчиненные нароют столько, что проще уже сейчас забронировать себе койко-место в кардиологии.
Распрощавшись, я забрал с собой все оригиналы документов, оставив только копии. Судя по хитрому и одновременно суровому взгляду, Войнов Олег Михайлович уже сейчас знает, что нужно делать. Когда выходил из кабинета, он уже пытался кому-то позвонить. Нужно Петровича поблагодарить за помощь, в его кругу такие интересные люди водятся!
За Викой поехал не так рано, как хотел первоначально. Но стоило зайти в квартиру, как девочка выбежала меня встречать, расплываясь в улыбке.
– Приехал, – выдохнула она.
– Я же обещал!
Дочка кивнула и, как ни в чем не бывало, скрылась в комнате, где по телевизору шел какой-то мультик. Его Вика смотрела с открытым ртом, внимательно следя за перемещением героев на экране.
Я же переместился на кухню, где мать в дрожащих руках держала какие-то документы.
– Это что? – кажется, я устал. Утро только началось, а я уже все.
– Нам когда сказали, что родилась внучка – не поверили. Попросили сделать экспертизу. И вот… Она наша, – последние два слова мама прошептала шепотом, а я отстраненно смотрел на документы. Такие же были и в папке, которую возил с собой, а память даже услужливо подсунула момент из воспоминаний, когда я приехал к родителям, а они как-то очень заботливо сняли с пальто мой волос. Помнится, тогда после сильного стресса мой организм сильно поплохел, даже в больнице лежал, где у меня кровь брали из вены литрами.
Но я и без всех этих тестов скажу, что Вика наша. У нее мои черты лица, тут даже бесполезно что-либо доказывать. Возможно, когда она только родилась, сомнения у многих были. Меня интересовало другое.
– Почему вы молчали? – родители переглянулись и синхронно опустились на стулья. Я же продолжал стоять, скрестив руки на груди.
– Маша сказала, что если ты узнаешь, то ребенка никогда нам больше не покажет.
– Конечно, – усмехнулся, – потому что Вику бы мы забрали себе, и этой кукушке некого было бы показывать. А так – все остались с тем, с чем хотели. Вот только о самом ребенке никто не подумал. Она была как обезьянка на показе, не более.
Родители во все глаза смотрели на меня, но добавить больше оказалось нечего. Я неожиданно сдулся, словно весь груз, который на меня вчера вывалили, рухнул к ногам и разбился на множество кусочков.
– Вика, – зову девочку, которая моментально выскакивает из комнаты, – поехали в магазин.
– Хорошо, – кивает она. – До свидания.
И все, больше ничего не добавляет, на шею никому не бросается, а бежит обуваться. Иду за ней следом, а после даже протягиваю руку, за которую ребенок быстро цепляется. Уже огромный прогресс в нашем случае.
Спустившись вниз, мы неспешно идем к машине.
– Кушала что-нибудь? Голодная?
– Нет, – мотает головой, – меня хорошо покормили.
– А как насчет мороженого или сладкого десерта?
Девочка поднимает на меня глаза и кивает.
Не выдерживаю, обнимаю ее и подбрасываю как можно выше, чтобы потом поймать в свои объятья и прижать к себе. Какая же она худая и легкая, уй!
– Тогда поехали, сегодня у нас будет еще один насыщенный день.
У меня есть неделя на то, что показать ребенку, как удивителен мир вокруг, сколько всего интересного и необычного. А потом уже будет садик, в который мы обязательно запишемся уже завтра, точнее, попробуем записаться.
Я решил не придумывать ничего нового, сразу же отвез нас в большой магазин, где можно было купить не только продукты, но и что-то для дома. Взяв большую тележку, мы неспешно ходили с Викой мимо витрин с продуктами и размышляли, что нам нужно. Конечно, я в первую очередь думал о том, что смогу приготовить, благо руки росли из нужного места, потом уже рассуждал о перекусах в виде фруктов, которые всегда были в родительском доме, а значит, должны быть и у меня!
Мельком отмечал разную реакцию девочки на те или иные продукты, покупал то, что вызывало восторг, предлагал конфеты, которые она хочет. Как раз остановились у нужного отдела, что даже у меня глаза разбежались.
– Бери! – настаиваю.
– А какие из них вкусные? – вопрос меня убил.
– Мы возьмем несколько видов, будем каждый день пробовать и выбирать, какие самые-самые вкусные!
Так и сделал, пока Вика с округлившимися глазами на меня смотрела.
– Нам бы не забыть шампунь и вкусное мыло! – везу тележку в другой отдел. – О, смотри, какая красивая щетка! Берем?
– Берем! – ура, я готов был исполнить танец победителя, потому что дочка стала проявлять интерес!
– А заколки? Смотри, какие! И резинки!
Мы набрали и в этот раз много, а пока шли к кассе, стал рассуждать о том, что все эти вещи неплохо бы хранить в шкатулке, а шкатулку на специальном столике…
В мыслях маячил уже магазин с мебелью, но детская ладошка накрыла мою руку, словно читая мысли, останавливая.
– Давай пока что купим просто шкатулку, – просит Вика.
– Давай!
Домой пришли, смеясь, ведь снова было очень много пакетов.
– Чур, я разбираю продукты, – перехватываю нужный пакет.
– А я все остальное, – девочка подхватила пакет с ее личными вещами и действительно стала все разбирать. Что-то отнесла в ванную, что-то к себе в комнату. Я же на кухне разложил продукты, перемыл фрукты и красиво выложил их на стол в тарелку. Ну а дальше приступил к приготовлению обеда, а следом и ужина. Вика пришла мне помогать совсем скоро, даже утащила один банан, пока ждала приготовления супа, помогла сделать салат и даже накрыла на стол.
Телефонный звонок стал для меня полной неожиданностью. Увидев на экране незнакомый номер, я все равно принял вызов.
– Антон Павлович, это ваш юрист, – я чуть не подавился, – звоню с номера секретаря, свой телефон оставил дома. Хочу вас обрадовать, ждать долго не придется, ваше дело рассмотрят в самые кратчайшие сроки.
– Спасибо! – я даже на ноги подскочил.
– Такова моя работа, – усмехнулся мужчина, но добавил. – Я за то, чтобы дети были счастливы, удачи.
– И вам, – проговорил, смотря на заинтересованно рассматривающую меня Вику, – все будет хорошо!
Она тоже улыбается, глядя на меня. Я же почему-то вдруг подумал, что по матери она может скучать. Ведь может? Чисто теоретически? Наверное… Так, сейчас об этом я думать не желаю. Пусть Мария катится куда угодно, хоть на край света, лишь бы нашему счастью не мешала.
Оставшийся день, да и вечер, прошел отлично. Мы разложили вещи в комод, который имелся в комнате Вики, нашли на сайте красивый шкаф и даже симпатичный столик с зеркалом. Ну и еще я предложил купить рабочий стол со стулом, чтобы рисовать за ним, лепить…
Тут мы снова переглянулись, понимая, что про это как-то позабыли.
– Надо составить список, – рассмеялась Вика, замечая мое озадаченное лицо, – тогда точно ничего не забудем!
– Это гениальная мысль!
Так, я принес из своей комнаты лист бумаги и ручку, к сожалению, в моем арсенале больше ничего не нашлось. Список мы составляли долго, но постарались ничего не забыть, даже зашли на специальный сайт, где кто-то очень добрый выставил для общего пользования файл с нужными вещами для творчества.
– Завтра купим, – решил я, смотря на то, как медленно стала моргать Вика, – пойдем, я тебе что-нибудь почитаю.
Конечно, если бы под рукой была книга, было бы намного интереснее, но пока мы только обзаводимся нужными вещами. И как бы ни хотелось – все и сразу приобрести не получится. Читал я рассказы Сутеева с телефона и радовался, как внимательно слушала Вика, а потом неожиданно уснула. Прикрыв девочку одеялом, покосился на сидящего на подушке кота. Он нам сегодня не мешал, смотрел со стороны. Только пару раз сделал свои важные дела да основательно так поел.
– Пошли? – предлагаю коту, который сладко зевает и тянется. – Пусть спит.
Мы вдвоем вышли в гостиную, где кот моментально облюбовал один край дивана, а я другой. Наученный горьким опытом, сразу же отключил телефон. Не зря! Новый звонок последовал моментально, словно ждал, когда я вытяну ноги и откину голову назад. Может, и вибрацию убрать?
– Антоша, – пробормотал женский подвыпивший голос, когда принял звонок, – давно тебя не было видно!
– Я больше не появляюсь, – ответил, желая как можно скорее прервать этот разговор.
– А что так? – столько удивления и неподдельного непонимания я услышал в ответ.
– С дочкой сижу, – звонок прервал не я, что удивительно. Как же слова «дочь, сын, ребенок» интересно влияют на других людей. По всей видимости, мой круг знакомых станет намного уже, и совсем не удивлюсь, если в нем останутся Ринат, который и так со мной везде и всегда, да Лада Альбертовна. И знаете, а я не жалею! Даже рад, что отделаюсь от ненужных отношений, что рядом будут только хорошие и добрые люди!
Кот поднял голову, покосился на меня одобрительно, снова зевнул и закрыл глаза. Вот жизнь у него, а? Сказка!
Глава 5
Мы с Викой и Боней стояли у ворот небольшого, но очень красивого сада.
– Как замок, – поделилась своими мыслями дочка.
– Да, очень похоже, – должен был согласиться я. – Ты в садик ходила?
– Ходила, – кивнула девочка, – но не в такой красивый.
Потоптавшись у входа, пошли искать главный вход, попутно рассматривая веранды, совсем еще невысокие молодые деревца, детские площадки, которые поражали своим многообразием.
Да и само здание было выкрашено в разные краски и привлекало взгляд не только детей, но и взрослых. А уж центральный вход со своими аккуратными и ровными ступенями привел лично меня в восторг. Охранник на вахте указал нам нужное направление, когда узнал, по какому вопросу мы пришли.
– Проходите направо. По коридору пройдете прямо и на первом же повороте свернете.
– Спасибо, – отозвался, идя в указанном направлении.
На стенах кроме стандартных правил по пожарной безопасности висели фотографии детей. И так классно получилось, что мы с дочкой немного засмотрелись. Где-то малыши были на площадке, где-то в группе, даже в небольшом бассейне и спортзале.
– Красиво, – улыбнулась дочка.
– Давай у нас так же сделаем дома? – неожиданно предложил, мысленно выделяя под фото место. Да что говорить – все свободные стены можно использовать!
– Сделаем!
Когда добрались до кабинета, о нас уже сообщили.
– Что-то вы долго шли, – улыбается средних лет женщина. – Здравствуйте!
– Здравствуйте, – произношу я, – засмотрелись на фотографии.
Женщина понятливо кивнула и указала нам на свободные стулья.
– Меня зовут Антонина Викторовна, рассказывайте!
– Очень приятно, – взял слово, – Антон Павлович и Вика. Мы хотим попасть в ваш садик.
Женщина кивнула и стала рассказывать, что у них есть, чем они занимаются.
– Да что говорить, – усмехнулась она, – проще показать.
И действительно женщина провела нам экскурсию по саду, показывая не только спортивный зал, оборудованный как надо, но и актовый зал и даже предполагаемую группу, в которую может попасть Вика.
– Коллектив у нас молодой, энергичный, яркий, – это я и сам заметил, когда нам навстречу вышла воспитательница со светлыми волосами, заплетенными в короткую косу, с приветливой и доброй улыбкой. Вика, как ее увидела, сразу согласилась пойти в группу, ну а я смог объяснить, почему мы приходим не в начале года, а как придется. И объяснил ситуацию по поводу ребенка.
– Нам нужна будет справка от врача в любом случае. Если вы говорите, что все выписки из карточки имеются, то вам после осмотра все напишут. Обязательно сходите в поликлинику, а потом уже можно куда угодно. Прописывать ребенка, где будете?
– У себя! – я даже чуть было не обиделся.
– Тогда копию прописки нам принесете. Пойдемте, напишем несколько заявлений.
– Хорошо, только предупрежу дочку.
Вика уже вовсю играла с какой-то девочкой, но, заметив меня, сразу же подошла.
– Я заявление напишу и за тобой вернусь, хорошо?
– А я буду сюда ходить? – уточнила девочка.
– Да! Тебе понравилось? – слежу внимательно за тем, как расползаются губы дочери в улыбке.
– Очень!
Что ж, я так и думал.
Много времени на заполнение бумаг у меня не ушло, сразу решил заплатить и за сад в бухгалтерии, чтобы потом не метаться и не переживать. Когда вернулся в группу, то сильно удивился, когда увидел накрытые столы, сидящих детей и Вику среди них.
– Но…
Договорить мне никто не дал, вышла вперед та самая воспитательница, которая завалила меня вопросами. Увы, на многие у меня не было ответа. Например, понятия не имел, есть ли у дочери аллергия на какие-то продукты, все ли прививки сделаны в срок и чем Вика успела переболеть.
Воспитательница смотрела на меня уже не так приветливо.
– Понимаете, – замялся я, – бывшая жена скрыла наличие ребенка от меня. Жила в другом городе и молчала, а сейчас ей потребовалось уехать из страны, поэтому Вику она передала мне два дня назад. Я, честное слово, обо всем узнаю, пока мне необходимо просто привыкнуть к мысли, что у меня есть дочка.
Девушка даже рот открыла, когда я коротко рассказал, что у нас с дочкой происходит в жизни.
– Тогда запишите мой номер! – говорит воспитательница и действительно его диктует. – Звоните, если будет нужна помощь. Ваши данные я потом возьму у Антонины Викторовны.
С этими словами Олеся Игоревна ушла обратно в группу, а через некоторое время вернулась со списком того, что нужно принести в группу и какие вещи понадобятся в саду.
Я был сердечно благодарен и рад, что не только помогли, но и список составили. Мне кажется, без него бы принес попросту все детские вещи в сад, а домой закупил новые.
– Спасибо, а за обед…
– Пусть кушает, – улыбнулась девушка, окончательно уходя в группу.
Присев на скамейку, я оценил хороший ремонт, ровный ряд новых разноцветных шкафчиков, чистое зеркало и новые двери. Даже мне бы хотелось в такой сад ходить, что говорить о ребенке.
Вика вышла из группы довольная и сытая, а еще кого-то разморило так, что он стал прикрывать глаза.
– Поехали домой, – усмехнулся, – будет у нас тихий час.
И действительно, мы только приехали, как моментально завалились спать. Конечно, отдыхать ушла Вика, я же, как образцово-показательный отец, решил ребенку прочитать книжку и уснул вместе с ней.
Спать днем – замечательно, да только не бодрит. Встал еще хуже, чем был утром, потер щетину рукой, сфокусировал взгляд на девочке, которая лежала рядом, подложив ладошки под щеку.
– Храпел? – сипло спросил.
– Не знаю, – тихо ответила Вика, – я спала.
Выбравшись из кровати, я еще полчаса зевал, пока не выпил обжигающий кофе без грамма сахара. Может, невкусно, зато бодрит так, что зубы сводит.
Итак, сегодня в нашей программе – развлечения. Тем более, уже почти вечер, на календаре вторник – найдем, чем себя занять, а вот завтра пойдем в поликлинику, потом, если потребуется, запишусь отдельно в клинику. Еще нужно, просто жизненно необходимо, вписать Вику к себе.
Распланировав день, я мысленно сам себе поаплодировал.
– Гулять пойдем? – спросил дочку, которая качала на руках Боню.
– Пойдем!
– Тогда собираемся! Покажу тебе одно классное место.
Пока дочка собиралась, достал рюкзак, который покупал когда-то давно, а использовал всего дважды. Зато теперь он однозначно пригодится. Когда Вика вышла в коридор, я вытащил из комода спортивный костюм, носки и на всякий случай прихватил кофту.
– А куда мы? – с интересом спросила дочка, пока раскладывал вещи.
– Мы сегодня поедем в потрясающий парк! Сама все увидишь, я там, как ты поняла, ни разу не был.
Но сегодня такое важное упущение было исправлено. Еще бы, я шел как сопровождающее лицо, да при этом бесплатно. Ладно, последнее добавил просто так, даже если бы и заплатил, то такого великовозрастного лба все равно б не пустили, а тут…
Как только Вика переоделась, а я сдал вещи в гардероб, нацепил на плечи рюкзак и застыл с ней рядом. Посмотреть действительно было на что – огромных размеров площадка, где имелось все, что только может захотеть ребенок.
Вика медленно от меня отсоединилась и полезла наверх по канатной лестнице. Следом лезть не осмелился, хотя многие родители страховали детей. Вика довольно бодро добралась наверх, прошлась по шатающимся дощечкам, перешла мостик и застыла на одном месте. Впереди не было ни лестницы, ни спуска, зато был выход, в который смело выпрыгивали дети, чтобы после приземлиться на мягкий и огромный батут.
Моя красавица испугалась, это было видно по вытянутому лицу и испуганным глазам.
– Прыгай, – кричу, выставляя руки вперед, – я тебя тут поймаю.
Медлила дочка недолго, набралась мужества, глубоко вздохнула и с тонким писком прыгнула вниз. А уж там-то я ее поймал, чтобы стащить на пол. Вцепилась в меня Вика мертвой хваткой.
– Я больше сюда не полезу!
Жму плечами, потому что настаивать и тем более заставлять я не буду. Зачем?
– Иди туда, куда хочешь!
Мы и пошли по огромному лабиринту из лестниц, переходов то вверх, то вниз. Каждый этаж этих переходов заканчивался горкой разных размеров и моим нервным замечанием: «Кажется, я застрял!»
Кто ж знал, что проходы будут такими узкими? А еще переходы в виде труб? В одной такой трубе моя пятая точка и почувствовала тесноту. Обратно выползти не удалось, там меня кто-то очень настойчиво подпирал, пришлось ползти вперед.
– Вика, – зову дочку, которая шустро ползла на четвереньках, – кажется, я сейчас застряну!
Девочка смогла преодолеть лаз и даже заглянуть в трубу, чтобы оценить масштабы катастрофы, но лишь громко засмеялась. Да, могу только представить, какое у меня испуганное лицо было на тот момент. А всему виной рюкзак, который зацепился за что-то и не давал мне пролезть дальше. Но испугался на тот момент я знатно.
После такого путешествия мы вышли к огромной открытой площадке, заваленной множеством мягких кубиков, шаров и других предметов, сильно напоминающих подушки. Вот в них я прыгнул с превеликой радостью, изображая морскую звезду. Опрометчивость данного поступка понял, когда сверху на меня приземлились дети, вдавливая все глубже и глубже.
Выбрался из-под них, отдышался, нашел глазами смеющуюся Вику, которая прыгнула лишь тогда, когда увидела меня. Моя маленькая умница сменила угол падения, ушла в сторону, чтобы наверняка ее никто сверху не задавил, да и не дал бы я теперь.
Выбраться из этого мягкого места было сложно, но нам очень сильно хотелось попасть к батутам. Так что, работая руками и ногами, я вытолкал Вику на следующую площадку, а после подтянулся сам.
Дочка прыгала с превеликим удовольствием, так что в этом месте мы остановились надолго.
Впереди нас ждало еще много игр, аттракционов, новых испытаний, а на втором этаже поджидало кафе. Так что сегодняшний день по праву можно было назвать насыщенным и интересным. Порадовало то, что в будний день народу было меньше, чем в выходной. Длинных очередей не было, толпы детей и их родителей тоже. Мы отдохнули замечательно, чтобы после отменно перекусить.
– Устала? – спросил, когда лично у самого кончились силы.
Вика скромно улыбнулась, зачерпнула ложкой кусочек мороженого и кивнула.
– А мы еще сюда приедем? – спросила она.
– Обязательно!
Еще один день прошел вполне неплохо. Вечером дочка приняла ванну с уже новым шампунем, после мы смазали волосы каким-то средством, чтобы они не путались. Завтра буду заново пробовать их расчесать, благо нами была куплена расческа получше, чем моя. Ну и как-то необходимо научиться делать самые простые и элементарные прически.
Когда Вика уснула, прошелся по квартире, убирая разбросанные вещи, а после заглянул в комнату к ребенку. Малышка крепко спала, улыбаясь во сне чему-то своему. Я лишь усмехнулся, радуясь тому, что те боль и страх, что до этого таились в глазах, ушли. Пусть у нас все будет хорошо.
– И будет обязательно, – тихо добавил, потому что сделаю все, лишь бы моя дочка была счастлива.
Глава 6
К концу недели я сделал все возможное и невозможное, но успел попасть и в поликлинику, где мне коротко рассказали о ребенке, параллельно сообщая, что моя малютка очень мало весит. Ничего, откормлю! Совсем скоро моя девочка будет не похожа на скелет, обтянутый кожей. У нее будет нормальная, не травмированная жизнь, полная радостных и счастливых моментов.
Тут же нам выдали справку, с которой в понедельник мы пойдем в садик. Вика очень радовалась, что сможет попасть в группу, которая пришлась по душе, ну и о новой подружке нет-нет, да и вспоминала.
Кроме этого, смог прописать ребенка у себя, и теперь был горд собой. Вика стала больше разговаривать, перестала зажиматься. Кот на меня продолжал посматривать, но никаких попыток навредить не предпринимал. Носился иногда по квартире, как ненормальный, выгнув спину, шипел порой, но, видимо, это только в целях профилактики.
Как ни странно, но за все это время ни один человек из моей прошлой жизни не позвонил, зато писал время от времени Ринат. Его я заверил, что в понедельник буду на работе и смогу обо всем рассказать. Да, на корпоратив я очень хотел попасть, но спокойствие дочери для меня было намного важнее.
Однако если я думал, что у нас все наладилось, то сильно ошибался. Прилетело оттуда, откуда не ждали. В субботу утром мне позвонили родители. Нет, звонили они все эти дни, интересовались Викой, как мы устроились, всего ли нам хватает. Сказал, что переживать не о чем, я взрослый самодостаточный человек, который не нуждается в подсказках. Лучше б они раньше обо всем рассказали, в самом деле!
Злость на родителей сохранилась до сих пор, и утихать она не собиралась. Наоборот, с каждым разом становилась все больше и больше. А все потому, что мне звонил юрист и отчитывался в том, что они смогли нарыть на бывшую жену и ее сожителя. У них была страничка в соц. сетях, где они продавали детские вещи, иногда совершенно новые, иногда ношеные, но в отличном состоянии. Также продавали игрушки, про которые мне говорила мать. И стало известно, что девочку часто забывали в саду, не оплачивали ей еду и не покупали одежду взамен испортившейся. Вика иногда ходила в том, что приносила добрая нянечка, у которой была внучка немного старше моего ребенка. При этом Маша ни в чем себе не отказывала. Много раз ее даже вызывали в сад, потому что невооруженным глазом было видно – мать издевается над ребенком, но на собрания она не приходила. Единственный раз ее видели в саду, когда она пришла по звонку заведующей. Женщина предупредила, что если Мария не явится к ней в кабинет, то Вику придется переводить в другой сад. Второй раз Машу видели в группе перед самым их отъездом, при этом она наговорила много гадостей всем. Оказалось, что малышку все это время забирал либо сожитель Маши, либо она сама, но когда уже всех детей разбирали, а мой ребенок оставался с охранником.
Все эти факты всплывали один за другим, а я словно их нанизывал на ниточку, собирая в одном месте, чтобы потом предъявить всем.
Родители позвонили неожиданно, разговор начали далеко не дружелюбным тоном.
