Страница 3 из 4
*
Аурика
*
– Но почему именно я? – воскликнул Кевин. – Понимаю, что я самый молодой из всех, но ведь это не значит, что слабый! Я очень даже крепкий мужик, поверьте! – он даже продемонстрировал мне свои бицепсы.
– Бунт на корабле? – приподняла я бровь.
– Никак нет, госпожа, – тут же опомнился парень и кинул на капсулу затравленный взгляд. – Конечно, я лягу куда угодно. В любое место, в которое вы меня отправите.
– Ладно, потом разберёмся, – махнула я рукой, и в этот момент мягко дзинькнул звоночек, что в продуктовом шкафу появилась еда.
Это был словно особый сигнал для оборотней: медведь, пантера и барс моментально вернулись в человеческий облик.
Я попыталась внимательно рассмотреть процесс оборота, но всё происходило слишком быстро. Фигуру животного окутывал мерцающий туман. Миг – и перед тобой уже человек, причём сразу в одежде. Одним словом, магия.
– О, а вот и ужин. Госпожа, вы позволите? – спросил разрешения Музыкант.
Я кивнула, и все семеро принялись доставать из этого серебристого пластикового шкафа разнообразные блюда и тарелки.
Была уверена, что парни накроют стол на восьмерых: на всю мужскую компанию и одну даму в колючем платке. Но вместо этого было накрыто всего на одну персону. Закончив с приготовлениями, невольники послушно отошли в сторону и встали полукругом.
– Приятного аппетита, госпожа, – с лёгким поклоном выразил всеобщую мысль Рэнни.
Интересно, насколько сильный у них сейчас будет шок, когда я приглашу всех за стол?
– Присаживайтесь, – махнула я им рукой. – Разделите со мной трапезу.
Монах улыбнулся, Медведь расцеловал меня взглядом. Рэнни, Атлет и Музыкант восприняли приглашение как должное. Самурай – Сайтон – посмотрел с подозрительностью, не замышляю ли я чего недоброе. А Кевин растерянно переступил с ноги на ногу:
– Но… мы же теперь рабы, госпожа. Нам это вроде как не положено по статусу.
– То есть, спать с принцессой вам можно. А ужинать со мной – нет? – мягко усмехнулась я.
Кевин смутился окончательно:
– Нет… Да… Простите, госпожа Али. Мы сделаем всё, как вы прикажете.
– Так-то лучше, – одобрила я. – И прекращай уже мне перечить, Кевин.
У меня и без того голова болит, чтобы ещё пререкаться с этим милым юношей.
– Я и не перечу, гос… – осёкся он и тут же поправился: – Простите, госпожа Али. Больше не буду.
Когда все уселись на стол, я дала парням время, чтобы насытится, и дальше приступила к сбору информации, которая мне необходима, как воздух. Ведь я попала в этот мир всего три дня назад.
Конечно, кое-что мне уже рассказали Сэд и Орси, но этого было недостаточно, чтобы чувствовать себя уверенно. Особенно когда мы прилетим на Алиум и со мной будут общаться те, кто знал принцессу.
Если бы мне досталась память Аурики – всё было бы гораздо проще.
А пока что я радовалась даже тому, что понимаю местную речь и могу разговаривать на всех языках мира. Спасибо артефакту-переводчику от милой четы Блэйк.
– Как вы уже поняли, я забрала вас с Роузума не просто во дворец, а к принцессе. Расскажите, что вы о ней знаете, – обратилась я к парням, когда мы уже приступили к десерту.
– Позвольте начать мне, – первым проявил инициативу почему-то Атлет.
– Давай, – кивнула я.
– Принцесса Аурика Интана с планеты Алиум славится своей красотой. В неё влюбился даже король граксов, называющий себя Владыкой. Но она решительно отвергла предложение стать его женой и была им похищена из летнего дворца. Находилась в плену граксов три месяца, недавно сумела сбежать. Сейчас все ждут её возвращения на Алиум, а Владыка переворачивает вверх дном всю вселенную, чтобы её найти, – изложил свои знания мускулистый парень.
Негусто. Всё это я уже знала и без него.
– Хорошо. Кто ещё? – окинула я взглядом мужчин.
– По слухам, в плену с ней жестоко обращались: морили голодом и пытали. Она не сломалась только благодаря помощи Всевышнего, – подал голос монах.
Ну, с этим товарищем всё ясно.
А про пытки я и так уже знала. Пришла в ужас, увидев своё новое тело в зеркале. Дикая худоба, сплошные синяки и шрамы. Глаза на фоне исхудавшего лица казались огромными.
Орси и Сэд напичкали меня разными таблетками, помазали с макушки до пяток пахучими мазями и клятвенно заверили, что скоро раны заживут и всё придёт в норму. Поверила. И они оказались правы. На следующий день чувствовала себя уже гораздо лучше. Если бы не гиперпрыжок – вообще была бы бодра, как огурчик. Жаль только, что рубцы не торопились исчезать.
– Поэтому сейчас, когда она вернётся домой, мы должны обрушить на неё всю свою любовь и заботу! – уверенно заявил Медведь.
Спорное утверждение. Мало кто выдержит, если такой массивный здоровяк, как Медведь, обрушит на кого-то свою любовь. А уж хрупкая принцесса – тем более.
– Всё гораздо сложнее, чем вы думаете, – неожиданно заявил Самурай.
– Поясни, – сказала я.
Глаза всех присутствующих скрестились на Сайтоне.
*
Рэнни
*
– Всё сложно, – ещё раз повторил Сайтон.
Я досадовал, что мало врезал этому типу, но в данный момент так же, как все остальные, притих в ожидании, что он расскажет.
Твёрдо решил проучить его, но потом, уже на Алиуме. Его фраза, что госпожа Али – это подвид престарелой доминаторши, – до сих пор царапала внутренности. Так что он не отвертится, ответит за свои слова по-любому. Честный бой – я и он, никаких ударов в спину исподтишка. Спишем это на тренировочный спарринг. Слышал, в мужских гаремах такое приветствуется. Там спортивные парни в почёте.
Сайтон тем временем заявил:
– Принцессу Аурику выдал врагам один из гаремников.
Опаньки. Для меня эта информация была неожиданной. Как же она теперь будет доверять своим мужчинам, в том числе новеньким?
Мы с парнями потрясённо переглянулись. Не только я, но и остальные были в шоке. Разве что кроме Дэвида. Этот парень непрошибаемый: он твёрдо уверен, что всё, что происходит, – по воле Всевышнего. Не понимаю, почему он пошёл в гаремники. Ему прямая дорога в одно место – в монастырь.
А на лице госпожи Али была маска спокойствия. Думаю, я единственный, кто понимал, как сильно она сейчас нервничает. Знать бы, почему.
– Как это случилось? – выразил всеобщую мысль Эльтон. Жилистый, длинновязый – этот блондин имел эльфийские корни и отлично владел мечом. Я как-то видел его утренние тренировки и могу с уверенностью сказать, что его внешняя хрупкость – лишь иллюзия, на самом деле он отличный боец. Уверен, что в гареме принцессы он не пропадёт, а наоборот – станет одним из фаворитов.
– Всё случилось в её день рождения. Под вечер принцесса заявила, что её утомило пышное однотипное торжество и она отметит этот праздник по-своему. В итоге сбежала из дворца в летний замок в Ринейде. Взяла с собой только пятнадцать своих гаремников. А дополнительную охрану она не позвала, – пояснил Сайтон.
– Она отправилась в Ринейд? Без нормальной охраны? – удивлённо переспросил Кевин. – Но зачем она пошла на такой риск? Даже я знаю, что абсолютная защита установлена только над дворцом, в остальных местах щит-протектор может давать сбои и пропускать неопознанные корабли.
– Думаю, принцесса об этом знала, но не придала значения. Она перешла в Ринейд порталом, это было спонтанным решением. Никто не подозревал, что она туда отправится, и никакой засады она там не ждала, – пояснил Сайтон.
– И как она оказалась в плену у граксов? – спросил Бэкет. Этот флегматичный оборотень-медведь был спокойным, как удав под валерьянкой.
– В Ринейде принцесса отпустила всех слуг, предупредив, чтобы до утра её не тревожили. Сказала, что устала от общества и хочет видеть только своих мальчиков. Мол, они будут для неё танцевать, развлекать её. Но один из них отправил сообщение Владыке – передал координаты с местонахождением принцессы. Затем активировал сонный артефакт. Все вырубились через несколько минут. Очнулись уже утром. Окно разбито, принцессы нет. Гаремников и слуг после этого месяцами пытали и допрашивали. Но так и не смогли установить виновного. Похоже, он стёр себе память об этом преступлении, – мрачно предположил Сайтон.
– Но почему все уверены, что это сделал именно гаремник? Может, это был один из слуг? – выразил сомнение Эльтон.
– Нет, – покачал головой Сайтон, – сигнал с координатами был передан из замка, когда слуг там уже не осталось: они все ушли, повинуясь приказу принцессы. Следственные эксперименты и магические артефакты установили, что это был именно гаремник. Только непонятно, кто именно.
– А где они сейчас? В тюрьме? – спросил Арни. Этот покладистый парень был фанатом силовых упражнений и очень гордился своей мышечной массой. Я ценил его за беззлобность и дружелюбие.
– Сейчас их вернули во дворец, и за каждым ведётся пристальное наблюдение. Каждый чих под контролем. Король Джед хотел их всех казнить – за то, что не уберегли его дочь, но министры воспротивились, убедили его действовать в рамках закона. Нельзя убивать четырнадцать невиновных только ради того, чтобы покарать одного виновного.
– Согласен, – кивнул Дэвид. – Это было бы большим грехом.
– Причём граксы долго не признавались, что Аурика у них. Пару месяцев валили всё на пиратов. А когда выплыла правда, король Джед едва не объявил войну граксам. Но не сделал этого: понимал, что Алиум проиграет. Это чудо, что принцесса смогла сбежать, – пояснил Сайтон.
Представляю весь тот ужас, через который пришлось пройти этой хрупкой красавице. Сердце сжалось от острого сочувствия.
– И как она смогла вырваться из плена? – спросил Кевин.
Хороший вопрос.
– По слухам, ей помог Итан Уолден – главный маг при дворе короля Джеда. Разведка донесла, что Владыка позволил Аурике оставить при себе лишь один артефакт – тот, что с бытовой магией. С его помощью можно что-то почистить, подсушить, убрать пыль, залатать рваную одежду. Ничего серьёзного. Но Итан умудрился передать в этот перстень мощную энергию и превратил его в портальный камень. Никто не верил, что такое возможно, тем более на таком расстоянии, но он справился. Можно сказать, сотворил чудо. К сожалению, ему не хватило сил, чтобы Аурика смогла создать портал прямо до Алиума. Но она переместилась на один из кораблей и теперь уже подлетает к дому. А может, она уже там, – объяснил Сайтон.
– Откуда ты всё это знаешь? – с недоверием уточнил я.
По лицу Сайтона промелькнула тень, и он с неохотой пояснил:
– Один из тех пятнадцати – мой брат…
*
Аурика
*
В повисшей тишине Сайтон взмахнул руками:
– Ну что вы все так на меня смотрите?! Да, мой брат Майкл – один из гаремников принцессы. Я это не скрываю. По-вашему, это проблема?
– Вообще-то да. Проблема, – сдержанно произнёс Рэнни. – Ты же понимаешь, что перешёл сейчас в разряд неблагонадёжных? Преступник до сих пор не найден. А вдруг это был твой брат?
– Майкл никогда бы такого не сделал! – с горячностью воскликнул Самурай. – Вы не представляете, как сильно он влюблён в принцессу! Он бы сам погиб, нежели причинил ей вред!
– А если его шантажировали? Например, тобой? Как ты думаешь, кого бы он выбрал: тебя или Аурику? – спросил Кевин.
Сайтон помрачнел, не зная, что на это ответить.
– И мог быть не только шантаж. А, к примеру, гипноз. Вполне возможно, гаремник даже не осознавал свои действия, – резонно добавил Медведь.
– Пока мы не знаем наверняка, что там случилось, тебя вряд ли подпустят к её высочеству Аурике, – подвёл итог Рэнни.
– Я не сильно расстроюсь, – буркнул Сайтон. – Не питаю к принцессе нежных чувств. Само собой, я буду спать с ней, если она меня захочет. И буду защищать даже ценой своей жизни. Но единственное, что меня волнует, это мой брат. Я хочу быть рядом с ним, чтобы поддерживать. Из-за легкомысленного поступка принцессы пострадала и она сама, и пятнадцать человек, которых потом пытали дознаватели. Это не считая слуг. Когда Майкла отпустили из тюрьмы, он связался со мной по видео-артефакту. На нём живого места не было, он едва мог говорить. И ходил с большим трудом. Не думаю, что он уже восстановился. Не удивлюсь, если после всего этого он до конца своих дней останется инвалидом. Но знаете, что меня бесит больше всего?
Все дружно помотали головой.
– Что он до сих пор влюблён в принцессу и переживает за неё больше, чем за себя.
Блин, как всё сложно-то…
Что тут сказать – я просто не знала. На помощь пришёл Рэнни:
– Уверен, госпожа Али обдумает твою ситуацию и примет верное решение. Но в любом случае последнее слово останется за принцессой.
– Да, я знаю. Спасибо, – коротко кивнул Самурай. – Госпожа Али, я должен перед вами извиниться за своё недостойное поведение. У вас за спиной я сказал парням, что вы – вид престарелой доминаторши.
– Подвид, – дотошно уточнил Кевин.
– Верно. Подвид. Я раскаиваюсь в своих словах и прошу у вас прощения. Приму любое наказание, какое вы скажете, – гаремник с виновато опущенной головой встал передо мной на колени.
Я – доминаторша? Серьёзно?
Это было не столько обидно, сколько смешно. Никогда не любила над кем-то властвовать и командовать.
– Встань, – махнула я ему рукой. – Потом с тобой разберёмся. Я подумаю, как тебя наказать.
– Слушаюсь, госпожа, – побледнел гаремник.
Да-да, вот пускай теперь терзается в сомнениях. И пусть за меня отомстит его собственное воображение – мысли о том, что я собираюсь с ним сделать. Мы, доминаторши, ещё и не на такое способны.
Как говорила моя любимая бабушка, нет ничего хуже неизвестности. Это и будет его наказанием.
– Ладно, кто следующий рассказывает, что он знает о принцессе? – обвела я взглядом притихших парней и показала пальцем на Музыканта: – Давай ты. Кстати, представься заодно. Как и все остальные, кроме Рэнни, Кевина и Сайтона – их имена я уже запомнила.
– Я Эльтон, госпожа. Эльтон Лайниэр. В моём роду были эльфы, поэтому у меня такое телосложение. Я не коренастый, как Бэкет Дик, – махнул он на Медведя. – И не такой мускулистый, как Арни Нортон, – кивнул на Атлета. – Но я неплохой боец, и при необходимости смогу защитить принцессу. Надеюсь, я ей понравлюсь и стану одним из фаворитов. По крайней мере, такова моя цель.
– А как тебя в гаремники занесло, эльф? – подал голос Сайтон.
– Я полукровка. И моя история ничем не отличается от остальных: финансовые трудности в семье привели меня в красочное место под названием «Гаремники Роузума». Отныне я ваш преданный раб, – посмотрел он мне в глаза. – Ваш и принцессы. Я давно мечтал попасть в гарем к Аурике. Мне нравится и сама эта девушка, и те возможности, что она даёт своим мужчинам. Это же здорово: получить образование на Алиуме и устроиться на работу. Таких условий больше нет ни в одном гареме. Так что я очень благодарен судьбе. И вам.
– Ясно, – кивнула я. – Но что ещё ты знаешь о принцессе? Кроме того, что она позволяет своим рабам учиться и работать?
– Я видел её портреты и знаю, насколько Аурика прекрасна. Слухи о её красоте ничуть не преувеличены. Стать гаремником такой девушки – большая честь для меня. Это будет очень приятно – ухаживать за ней и дарить свою любовь. История с её похищением меня потрясла. И я очень рад, что она смогла сбежать из плена и возвращается домой. Мне нравится не только её внешность и доброе отношение к рабам, но и её имя. Оно произошло от древнего слова «аурус», что в переводе означает «золото», «золотой». Это очень поэтично, – подвёл итог полуэльф.
– Понятно, – кивнула я ему. – Кто следующий на очереди? Рэнни. Рассказывай, что ты знаешь об Аурике.
– Мне жаль, но я ничего не знаю о принцессе и… – начал было он, но осёкся.
– И ничего не хочешь о ней знать, – закончила я за него фразу.
– Потому что мне нужна только одна женщина. Вы, – он решительно посмотрел мне в глаза и продемонстрировал всем свою метку истинной пары.
Медведь аж присвистнул, а остальные с молчаливым сочувствием уставились на дефектную татуировку.
– Она разорвана, – произнёс Кевин. Наш юный Капитан Очевидность.
– А то мы не знаем, – мрачно усмехнулся оборотень.
*
Аурика
*
– И что вы намерены делать с меткой? – в повисшей тишине спросил Сайтон.
Почему-то все посмотрели на меня.
– Жить, – пожала я плечами.
– На всё воля Всевышнего, – изрёк Дэвид. – И что бы ни случилось, всё к лучшему.
– Согласна, – вздохнула я и развернулась к Медведю: – Ну, а ты что расскажешь?
– Я Бэкет Дик, оборотень-медведь, – представился рыжий парень. – Мне двадцать четыре. Зачем я пошёл в гаремники? Моего брата похитили, и запросили за него огромную сумму. Я прикидывал разные варианты, где быстро найти деньги. Полиция в наших краях бессильна, а банда всегда убивает всех, за кого не заплатили. Но тех, за кого они получили выкуп, – уже не трогают. В конце концов отправился на Роузум. И ни капли не жалею. Брат уже на свободе, в безопасности. Он – вся моя семья. А я отправляюсь во дворец на Алиуме, с возможностью получить образование и потом устроиться на неплохую работу. Я намерен стать для принцессы хорошим гаремником и готов выполнять любые её прихоти. Буду стараться, чтобы ей было со мной хорошо.
– Понятно, – кивнула я и посмотрела на Атлета: – Ты уже говорил о том, что знаешь о принцессе. Расскажи теперь о себе. Как ты решился стать рабом?
– Меня зовут Арни Нортон, мне двадцать три года, и я работаю помощником инструктора в тренажёрном зале. Точнее, работал, – поправился он. – Занимался своим любимым делом до тех пор, как отец проиграл наше имение в карты и влез в огромные долги. У меня мать, четверо мелких братьев и две сестрёнки. Самые большие и быстрые деньги можно было получить только через фирму «Гаремники Роузума». Туда я и направился. Отец тоже подал заявку, но его не взяли: сказали, староват и женат. Ну, а я им подошёл. Думаю, пригожусь в гареме во дворце: помогу подтянуть физическую форму другим парням. И даже принцессе, если она захочет.
– Ты же понимаешь, что тебя туда не для этого взяли, – иронично хмыкнул Самурай.
– Знаю, – парировал Арни. – Буду делать всё, чтобы принцессе было хорошо со мной. И, в отличие от некоторых, мне хотя бы не придётся скрывать неприязнь к ней, – кинул он камушек в огород Сайтона. Тот помрачнел. – По слухам, Аурика очень красивая девушка. И я согласен с Эльтоном: нам будет приятно дарить ей свои ласки. А ещё я безумно рад возможности получить образование и в будущем снова устроюсь в тренажёрку, но уже как тренер высшего разряда. Это было бы здорово. Надеюсь, принцесса мне это позволит.
Ладно, с этим тоже всё ясно.
Я посмотрела на Монаха:
– Теперь твоя очередь. Рассказывай: как ты докатился до такой жизни, что пошёл не в монастырь, а в гарем? Неужели тоже из-за финансовых трудностей?
– Я Дэвид, госпожа. Просто Дэвид. Ваш покорный раб, – склонил он передо мной голову. – И нет, деньги меня не интересуют. Всю вырученную за мою свободу сумму я перевёл в детский приют на Соаренте. Я здесь по другой причине. Мне приснился сон, в котором я видел ангела. Он сказал, что я должен отправляться на Роузум, стать гаремником. Что интуиция подскажет, кто должен быть моей хозяйкой. И я обязан её защищать – свои мечом, но главное – молитвами.
– Думаешь, по ночам Аурика будет приглашать тебя для совместных молений? – озадаченно хмыкнул Сайтон, глядя на него, как на чудика.
– Что-то мне подсказывает, что до этого не дойдёт, – загадочно улыбнулся Дэвид.
– Ты считаешь, психика принцессы настолько сильно пострадала в плену, что она больше не подпустит к себе ни одного мужчину? – напрягся Кевин.
– Я этого не говорил, – мотнул головой Монах. – И вообще, моя госпожа – не Аурика, а леди Али, – он так пристально посмотрел на меня, что я даже смутилась.
А вдруг он понял, что я попаданка в тело принцессы, и на мне морок? По спине пронеслись холодные мурашки.
– Полагаю, что бесполезно читать тебе лекцию о том, что всё, чем владеет госпожа Али, принадлежит принцессе, – отметил Эльтон.
Дэвид невозмутимо кивнул:
– Бесполезно.
– Но ты не сразу подошёл к ней на отборе. Неужели сначала встал в очередь к Вивьен, как большинство из нас? – уточнил полуэльф.
– К этой рептилии? Не смешите меня, – криво усмехнулся Дэвид. – У неё душа, как у древней злобной ящерицы – дурно пахнущая и чёрная. Я просто стоял в стороне и не решался подойти к госпоже Али, – произнёс он и снова пристально посмотрел на меня: – Для вашего возраста у вас невероятно молодая и светлая аура, пахнущая мёдом и зелёными яблоками. А ещё – ирисом и карамелью. Мне всё казалось, что я что-то путаю, улавливаю то, чего не может быть. Встал в общую очередь, когда уже все к вам перебежали. А светлые силы сделали всё остальное, и вот я с вами, на борту «Андромеды».
Корабль словно услышал, что говорят про него, и разразился громкой сиреной со звучным:
– Внимание! Предупреждение! До гиперпрыжка – три минуты. Всем леди занять капсулы, рабам – лечь на пол. Отсчёт пошёл.
«Держись, Алинка, это последнее испытание», – подбодрила я себя. Надо просто выдержать ещё одну перегрузку, и всё будет хорошо. Не сразу, конечно, но будет.
И я больше никогда в жизни не зайду на космический корабль.
Вышла из-за стола, чтобы лечь на пол у стены – на место моих прежних мучений во время гиперпрыжков. Про себя называла его пыточным квадратом.
Парни, кроме Рэнни, легли в ряд в центре каюты, а Кевин вспомнил мой приказ и с видом побитого сиротки поплёлся в капсулу.
Я думала, что барс решил устроиться на полу возле моей персоны, но он неожиданно подхватил меня на руки:
– Простите, госпожа. Боюсь, нормального раба из меня не выйдет.
Я не успела пикнуть, как он метнулся к капсуле, опередив опешившего Кевина, и уложил меня внутрь. Мало того: он тоже запрыгнул туда, крепко прижал моё тело к себе и захлопнул крышку.
Разум затопила острая паника, но спокойный голос оборотня и его тёплые объятия не дали мне окончательно потерять контроль над собой:
– Всё хорошо, госпожа Али. Всё хорошо. Смотрите мне в глаза и дышите глубоко и ровно. Вдох-выдох. Вот так. Вдох-выдох. Можете наказать меня за это непослушание как угодно. Но я не могу позволить, чтобы вашему здоровью был причинён вред.
– Покажи котика, – судорожно выдохнула я. Каждое слово далось с большим трудом.
Миг – и ко мне прижимается шикарный пушистый барс. Сама не заметила как, но я вцепилась в него, словно ребёнок в любимого игрушечного медвежонка. Тепло его тела, размеренное дыхание, шелковистая шерсть под моими ладонями – и все страхи и клаустрофобии быстро развеялись, оставляя после себя безмятежность.
Корабль дёрнулся, уходя в гиперпространство, а я этого почти не заметила.
*
Рэнни
*
Наверное, я слегка перенервничал в последнее время, ибо заметил, что мой и без того не особо сильный дар телепата значительно ослаб.
Я мог ещё улавливать некоторые мысли парней. Арни всё время думал о своей тренажёрке, Эльтон предвкушал встречу с принцессой и составлял план по её соблазнению, твёрдо намереваясь выбиться в фавориты. Бэкет размышлял о будущем образовании – прикидывал, на какой факультет он хочет пойти учиться, у Кевина тоже все мысли были об учёбе. Сайтон злился, вспоминая о пытках брата, а на уме у Дэвида были только молитвы.
А мысли госпожи Али были от меня по большей части сокрыты. Я улавливал только что-то странное про сбор информации, шпионские игры и геенский колючий платок.
Лишь один момент не вызывал у меня ни тени сомнений: моя истинная пара панически боялась замкнутых пространств вообще, и капсулы, в частности.
И это было настоящей проблемой: ведь гиперпрыжок был на носу. А я не мог позволить, чтобы её хрупкий женский организм пострадал во время перегрузок. Стоило только представить, как моя вторая пара корчится от боли, как у моего барса начиналась натуральная истерика.
Так что у меня просто не было выбора: когда искин корабля начал обратный отсчёт перед прыжком, – я подхватил свою женщину на руки и уложил её в капсулу. А чтобы она не боялась – лёг туда вместе с ней.
В память врезались ошалелые очи Кевина, вытянутые лица других парней и одобрительный кивок Дэвида. А ещё – округлившиеся от ужаса глаза моей пары.
Пусть она прибьёт меня за это или накажет как-то по-другому, – но других вариантов для меня не было.
Да, я нарушил её приказ насчёт отправки в капсулу Кевина и вообще являюсь рабом, не имеющим прав ни на что, и обязан сейчас лечь на пол, но всё это было неважно.
Только бы с ней всё было хорошо.
Захлопнув над нами крышку, я пошёл ещё дальше: крепко прижал женщину к себе и принялся негромко, но уверенно её успокаивать. Видел однажды в танцевальном клубе, как штатный психолог приводил в чувство клиента с белой горячкой. Правда, там была задействована ещё целительская магия, но я хорошо запомнил те слова, что он говорил, и то, с какой уверенностью парень держался перед паникующим громилой, способным походя затоптать кабана.
А когда леди Али сдавленно попросила: «Покажи котика», – барс едва не выпрыгнул из шкуры от счастья.
Было жарко, неудобно, тесно, и концы серого платка на голове госпожи оказались настолько колючими, что до меня дошла её мысленная фраза про геенское изделие. Как я был с ней согласен!
А ворсинки этого пыточного головного убора так и норовили залезть в нос. Хотелось чихать.
Но я стоически терпел все неудобства. А барс вообще ничего не замечал, млея в прочных тисках второй половинки.
Вспомнил неожиданно слова Дэвида о том, что от нашей госпожи пахнет не только ирисом и карамелью, но и яблоками и мёдом. Принюхался.
Да, что-то такое точно есть. Необычный запах, но полный свежести и очарования.
В голове совершенно не укладывалось, что такой приятный аромат может исходить от пожилой женщины. Это было выше моего понимания.
Наконец-то гиперпрыжок остался позади и можно было покинуть капсулу. Только я лежал смирно, боясь пошевелиться: моя истинная пара неожиданно уснула, продолжая прижимать меня к себе.
Сколько продлился её сон – даже не знаю. Может, час, или даже больше. Время перестало иметь значение. Барс расплывался счастливым блинчиком, а я тоже расслабился и глубоко вдыхал такой притягательный запах своей пары, стараясь не чихать при этом от её платка.
Эта идиллия была прервана самым бесцеремонным образом: кто-то не просто распахнул крышку нашей капсулы, а сорвал её с петель и с грохотом отшвырнул назад.
Режим боевого кота включился мгновенно. Я вспомнил все свои навыки телохранителя, полученные во время учёбы. Бросился на неприятеля, но противник – высокий широкоплечий гракс – оказался отлично вооружён.
Святые небеса, откуда тут граксы на борту?! Кажется, у капитана «Андромеды» и у всех нас большие проблемы…
Правда, поначалу агрессор ошалел, не ожидая, что из капсулы со спящей старушкой на него выпрыгнет взъерошенный злющий барс.
– Однако… – изумлённо пробормотал он, шарахаясь назад.
Но я так и не смог до него добраться: этот гад успел сделать выстрел из парализатора, и я позорной тушей рухнул на пол, где уже были обездвижены остальные, включая капитана и его жену.
Единственным из всех, кто мог двигаться и стоял на ногах, был Дэвид.
– Что происходит? – раздался сонный женский голос.
Проснувшись, госпожа Али села в капсуле и непонимающе уставилась на гракса.
Тот издал рык разочарования и резко развернулся к Дэвиду, державшему в руке рукоятку меча:
– Оружие убрал! Только попробуй активировать плазменный клинок – я тебя на части порву!
– Какой клинок? Этот? – невозмутимо поинтересовался тот и сжал рукоятку сильнее.
Вспышка – и всех нас: и госпожу Али, и меня, и парней, и чету Блэйков, и самого Дэвида – окутало искрящееся защитное поле.
Я мысленно присвистнул: никогда не видел таких технологий.
– Откуда у тебя Лерзонский щит?! – в ярости прорычал гракс.
– Это неважно, Владыка, – спокойно отозвался Дэвид, и в моей душе всё похолодело.
Значит, это не просто гракс, а тот самый, который держал в плену и пытал принцессу!
*
Аурика
