– Тебе как будто начхать на Тома, – брякнул я.
– Гаррет, посуди сам, в доме толпа гостей. Ну кто сумеет вынести тело и остаться незамеченным?
– Не знаю, не знаю. Смотри – они пробрались внутрь, у них был некий план, значит и пути отступления они должны были просчитать. Все коммандос-самоубийцы остались в Кантарде, Макс.
Вейдер повернулся к крепким ребятам, мявшимся у дальней стены кабинета:
– Предупредите остальных, ребята. И скажите Гилби, чтоб зашел ко мне.
– И за Киттиджо приглядите, – вклинился я. – Лично я ее так и не нашел. Макс, тут явно не обошлось без колдовства. Стоит на секунду отвести взгляд, как эти хмыри пропадают без следа.
Если принять мое предположение за истину, из него следовало, что «Черные драконы» Вальсунга неким образом связаны с Холмом. Только этого и не хватало для полного счастья!
– Все страньше и страньше, – проворчал Вейдер. – Но почему я? Кому я мог досадить? Колдунов знакомых у меня раз-два и обчелся, да и те, коль разозлятся, мелочиться не станут: раздавят, как жука, и вся недолга. А деньги вымогать, похищать кого-то – нет, это для них слишком мелко.
Он подошел к камину, в котором потрескивали дрова, и уставился на огонь. Потом поманил меня пальцем. Когда я подошел, он спросил шепотом:
– Мне опять достанется, да?
На мгновение Макс Вейдер, глава пивной империи, стал обыкновенным человеком, растерянным и напуганным.
– Постараюсь этого не допустить, босс, – пообещал я и сердито поглядел на Маренго.
Тот и бровью не повел. Этакие взгляды были для него не в диковинку. Успел привыкнуть.
Аликс порывисто обняла отца:
– Не волнуйся, папочка, Гаррет все уладит.
Это она о ком? Лично мне тот Гаррет, который стоит перед папашей Вейдером, особого доверия не внушает.
Вейдер опустился в кресло и прикрыл рукой глаза. Никогда не видел его таким… опустошенным, что ли. Впрочем, окажись я на его месте, еще неизвестно, как бы я себя повел…
– Насколько могу судить, – изрек Северная Англия, – вы не симпатизируете вольным сообществам, мистер Гаррет?
С ума сойти – великий Маренго изволил заговорить с мелкой сошкой!
– Ну почему же? – удивился я. – Очень даже симпатизирую. Цели у вас где-то даже благородные. Вот только публика собралась… гм… Глотки луженые, лишь бы хай поднять. Неужто, по-вашему, людям захочется, чтоб эти горлопаны ими управляли? И потом, уж извините, но большинству ваших молодчиков наплевать на всякие там права. Им бы захапать себе побольше, только и всего.
Маренго пристально поглядел на меня. Вид у него был такой, словно он раскрыл дорожную сумку и увидел там жирную змею.
– В любой организации, мистер Гаррет, даже в той, которая преследует самые возвышенные цели, обязательно найдутся фанатики и мародеры. Такова человеческая натура. Вот если бы все участники движения были столь же рассудительны и спокойны, как вы…
Куда это он клонит?
– На вашем месте я бы проследил, чтоб рассудительные герои приглядывали за особо буйными, а то вы двоих человек привлекаете, а десяток отталкиваете своими выходками.
Глаза Маренго сузились. Мелкая сошка осмелилась учить его жизни! Я уверен, в глубине души он наверняка одобрял все фортели своих субчиков.
Если и дальше так пойдет, мы с ним быстро друг друга на чистую воду выведем.
Мне самому Маренго был даром не нужен, но Макс Вейдер считал его своим другом, а Шустер просил меня проникнуть в его движение…
– Прошу прощения за резкость. Просто я еще не успел отойти от встречи с вашими фанатиками пару дней назад.
– Я слышал об этом. – Маренго овладел собой, и лицо его вновь стало бесстрастной маской. – Мы стараемся избавиться от подобных людей. Вот, кстати, почему в Танфере сейчас столько мелких групп – они откололись от «Зова», то есть их выгнали. Эти люди – все равно что сорняки, и мы их постепенно выпалываем.
Северная Англия, похоже, и не заметил, что ненароком признал принадлежность «Черных драконов» к возглавляемому им «Зову», а я не стал ему о том сообщать, чтобы не усугублять ситуацию. Шустеру не понравится, если я не сумею оказаться в вольных сообществах из-за собственной несдержанности.
– Прошу прощения, – повторил я. – Не со зла, сами понимаете… Просто я работаю на мистера Вейдера, а сегодня у нас тяжелый денек.
– Все в порядке, мистер Гаррет. Загляните ко мне, когда вас ничто не будет тяготить. «Зов» заинтересован в таких людях, как вы, в тех, кто побывал на юге, видел войну своими глазами, совершал подвиги на поле брани, а когда вернулся, столкнулся с черствостью, неблагодарностью и откровенным равнодушием. Люди вернулись и обнаружили, что их жизнями теперь заправляют те, кто и пальцем не шевельнул ради победы… О, извините, пожалуйста! Когда рядом нет племянницы – она меня останавливает, – я могу говорить часами. К сожалению, разговоры далеко не всегда помогают обрести новых друзей.
Маренго Северная Англия – один из богатейших людей Танфера и всей Каренты. Говорят, он чуть ли не купается в золоте. На кой, интересно, ему сдалось движение городских низов? Уж таким, как он, без работы остаться точно не грозит. Они все равно ни дня в своей жизни не работали.
– Гаррет!
– Да, мистер Вейдер?
– Время идет.
– Слушаюсь, сэр.
Заболтался! До чего дошло – Макс Вейдер велит Гаррету не языком чесать, а делом заниматься!
37
Я был сбит с толку. От меня требовали действий, а я знать не знал, что предпринять. Между тем гости прибывали и прибывали, так что отыскать злоумышленников с каждой минутой становилось все труднее. Не будешь же хватать каждого, на ком жилетка официанта. И потом, если у них достало ума до сих пор не попасться, значит они сменили маскировку. Наряд официантов потребовался лишь для того, чтобы «на законных основаниях» проникнуть в дом.
Мне в голову вдруг пришла ужасная мысль. Точнее, жуткое воспоминание. Картер с Трейсом были в моем доме, находились всего в какой-нибудь дюжине ярдов от Покойника, и он не учуял в них и намека на злодейство!
Следом за этой мыслью прискакала вторая, не менее ужасная. Простучала копытцами – я отчетливо расслышал их цокот. И мысль была такая: эти ребята слишком уж хорошо знали внутреннее устройство вейдеровского дома…
– Что будем делать? – спросила Аликс, глядя из-за моего плеча на толпу гостей у подножия лестницы.
– Хороший вопрос. Для начала подыщем тебе безопасное местечко. Вдруг они покусятся на тебя или на Киттиджо? Или даже на Тая?
Напоминаю: Тай бегать не может, а из Ланса телохранитель так себе.
– С тобой, Гаррет, я буду в полной безопасности.
– Не могу сказать того же про себя.
– Гаррет! Я ведь и обидеться могу!
– Вон Гилби. Идем к нему.
Манвил Гилби выглядел замученным. Гости прибывали пачками, Дженорд – осипнет, бедняга, как пить дать осипнет! – не переставая выкрикивал имена; за всеми было не уследить даже при огромном желании.
– Ну что еще? – буркнул Гилби.
– Тома похитили. Их было трое, возможно, четверо. Поднялись по черной лестнице, там мы с ними и столкнулись. Том был жив, но без сознания. И Киттиджо я найти не смог.
– Минуту назад она спустилась по парадной лестнице. Обознаться было трудновато: своим платьем она всех затмила… Брр! Очередной желающий лично побеседовать с Максом. – Гилби приветствовал высокого, подтянутого старика, в котором я с некоторым запозданием узнал отставного генерала кавалерии. – Надо предупредить ребят у двери.
– Макс уже распорядился.
– Все равно напомню; от них не убудет. А ты смотри в оба. Злодеи должны быть где-то здесь.
– Слушаюсь, босс. – Я состроил гримасу, но Гилби уже отвернулся.
Генерал – прямой, как древко копья, – оглядел меня с таким видом, будто силился вспомнить день нашего знакомства. Должно быть, он с кем-то меня перепутал.
Я направился в комнаты обслуги. Аликс не отставала от меня ни на шаг.
Ко мне подскочил Грессер:
– Что прикажете делать? У меня теперь людей не хватает!..
– Неужто еще кто-нибудь сбежал?
Его щеки порозовели.
– Вас, кажется, Гарретом зовут?
– С утра точно звали, а что?
– Гаррет, я не собираюсь снова извиняться за свои промахи. Если у вас есть что обсудить, давайте обсудим. Если нет, извольте не мешаться под ногами.
– Понял, учту. Вот задачка: кто-то похитил Тома Вейдера – не знаю уж зачем, да это и не важно. Сейчас важно другое – изловить похитителей. Как, по-вашему, они могли выбраться из дома?
Честно говоря, на толковый ответ я не рассчитывал. Старый циник Гаррет не привык находить поддержку у ближних.
– Может, воспользовались доставочным фургоном?
– Чем-чем?
– Часть угощения – торты и прочие сладости – заказывалась на стороне и доставлялась в фургонах. Эти фургоны стоят на заднем дворе. Их разгружают по мере необходимости…
– Мистер Грессер, беру обратно все нелестные высказывания в ваш адрес. Я замолвлю за вас словечко перед мистером Вейдером.
– Спасибо. Но как мне быть с нехваткой рук?
– Не знаю. Погодите, коли рук не хватает, есть еще ноги и зубы. Во всяком случае…
Аликс дернула меня за рукав:
– Гаррет, ты треплешься, а Тома, быть может, как раз увозят!
Я позволил себя увести.
– Мне показалось, тебя нужно выручать, – заметила девушка.
– Ну…
– Иногда полезно быть грубым.
– Моя матушка учила меня, что хорошие манеры – прежде всего.
– Сюда.
У Аликс явно было иное представление о хороших манерах.
Насколько я мог судить, мы двигались кружным путем. В отдалении мелькнула Тинни; должно быть, Аликс углядела ее раньше моего, потому и направилась в обход. Улучив момент, когда Аликс отвернулась, я помахал Тинни. Она махнула в ответ. Мало того, я удостоился взмаха руки и поощрительной улыбки от миловидной дамы в возрасте; похоже, она была вне себя от счастья из-за того, что привлекла внимание столь симпатичного кавалера.
Конечно, быть грубым и вправду иногда полезно, но я иначе воспитан. Вдобавок как тут будешь грубым, когда рядом с тобой красивая женщина?
38
– Я думала, ты беспокоишься за Тома, – дружески упрекнула Аликс.
Очень дружески, очень ласково… Моя знаменитая стойкость благополучно трещала по швам, мое удивительное хладнокровие и нечувствительность к душевным мукам подбирались к крайнему пределу. Если я не унесу ноги из этой пустынной подсобки, мне грозит стать ближайшим другом Аликс Вейдер.
В подсобке было пыльно – не прибирались в ней, вероятно, как минимум несколько лет. Я чихнул. Аликс последовала моему примеру. Пошатываясь, я вывалился в коридор.
Тут, откуда-то с задворок, появилась Тинни.
– А, вот вы где! Я уж решила, что вы заблудились.
– Мы ищем Тома, – объяснила Аликс у меня из-за спины, ничуть не смущенная появлением подруги. По ее тону нельзя было и заподозрить, что она пыталась учинить со мной лишь мгновение назад. – Его похитили прямо из комнаты. Гаррет сумел задержать похитителей, но они ускользнули и прихватили Тома с собой. Манвил утверждает, что они не могли выбраться из дома, потому мы и осматриваем все помещения. А мистер Грессер считает, что…
Одурачить Тинни не так-то просто. Взглядом она посулила мне допрос с пристрастием, а вслух спросила:
– Кому мог понадобиться твой брат?
Аликс пожала плечами – и вновь обернулась этакой робкой, наивной девочкой, будто натянула на себя маску. Удивительная способность к притворству! Старина Макс убежден, что держит дочь в строгости, но, по-моему, он сильно заблуждается.
Уж насчет Киттиджо он точно заблуждался. Во-первых, Киттиджо была решительнее своей младшей сестры. А во-вторых, в те дни нас меньше отвлекали…
Честно говоря, я не рвался возобновлять знакомство. На мой вкус, Киттиджо чересчур… гм… возбудима. Она из тех коварных истеричек, которые поначалу успешно скрывают свою истерию, зато потом дают себе волю…
