Рин Серидзава "Monsta.com: Повышение без возврата"

– Да что это за взаимные подколы?! – не выдержала я, видя, как между клыкастым вновь накалялся воздух и того и гляди замелькают фиолетовые молнии. – И вообще! Откуда вы двое знаете друг друга?

Еще не успела я договорить, как в мою сторону устремилась пара убийственных взглядов. В одном темно-синие искры, в другом – рубиновые. Лисица к ним тоже присоединилась, но немного позже.

– Это не имеет значения! – меня словно одновременно окатило двумя волнами: с одной стороны холодной и такой знакомой. Почти сроднившейся со мной. С другой – темной, точно манящей в самую бездну. Но от обеих кожу чуть покалывало. Или мне это показалось?

Только через пару секунд я прерывисто вздохнула раз, потом еще раз. Ноздри начали раздуваться от гнева.

– Ну, знаете, господа хренову-тучу-лет-назад-рожденные… – заговорила, выпуская на волю весь глубоко запрятанный сарказм и одновременно пытаясь чуть изменить положение уставших ног. – Я по горло сыта как вашим супер-мега «гостеприимством»… – кивнула на Рюи. – Так и вашими «таинственными» недоговорками! – и коротко посмотрела на Ван Райана, чувствуя, как что-то сжимается у меня в груди… Нет, нельзя! Не сейчас!

В тот же миг я всеми силами заставила себя подавить эти эмоции. Пусть они схлынут или застынут. Хотя бы на время.

– На-до-ело! – противно растягиваю слова, как вредная маленькая девочка, и тут же возвращаюсь к почти мягкому сарказму. – Может, уже выложите все как есть, вы двое… Ай!

Кто-то несильно, но весьма доходчиво ущипнул меня за пятку и через пару секунд усилил нажим.

– Ай! – повторила я, вздрогнула и возмущенно посмотрела на Джен, потому что кроме нее этого сделать никто не мог.

Ее взгляд был таким же строгим, как и взгляд Драйдена. Как родители, честное слово!

– Гр-р-р! – я мелко задрожала и обиженно-расстроенно оскалилась, но тут меня сбил с толку звенящий смех, который накрывал с головой. Сейчас мягкий, совсем юношеский.

И я с удивлением обнаружила, что это смеется Рюи, глядя на всех своих «гостей». Он смеялся настолько живо и внезапно, повседневно, что я впервые посмотрела на него по-другому. Не как на вампира.

В желтоватом свете единственной лампы его волосы больше не выглядели чернильно-черными. Наоборот, цвет стал мягче, как темный шоколад. А глаза в спокойном состоянии были почти как человеческие. Если у человеческих глаз может быть цвет красного вина.

Его отчего-то очень позабавила наша так и не начавшаяся перепалка с Ван Райаном. И я запоздало сообразила, что он мог заметить чувства, которые я пыталась скрывать всеми силами. То, как он поглядывал то на Драйдена, то на меня, заставило мое сердце начать потихоньку отползать в пятки. От греха подальше.

– Знаете, что? А пойду я прогуляюсь и разомну ноги! Вы и без меня обсудите все самое важное! – я поднялась с подушки, пошла к раздвижным дверям, но на выходе обернулась через плечо и сделала жест двумя пальцами, поднеся их к глазам. – Но я буду следить за происходящим! Так что не смейте трогать моих друзей, вампир-сан и хвостатая-тян!

С этими словами я вышла сначала в коридор, а потом с досады распахнула скользящую дверь на веранде и замерла. В свете луны передо мой лежал запущенный садик с небольшим прудом, к которому вела выложенная крупными круглыми камнями дорожка. Два каменных фонаря возвышались с двух сторон водоема. Вдоль высокого деревянного забора, опоясывая дугой пруд, росли мелкие кустарники и старые деревья с толстыми стволами и тонкими, извивающимися, как змеи, ветками. Большая часть деревьев все еще была зеленой. Та, что с маленькими круглыми или вытянутыми листьями. Но некоторые уже потеряли листву до весны.

Волшебство. Настоящая сказка, пришедшая в легкое запустенье. Наверное, летом тут невероятно здорово сидеть на веранде.

– Охренеть можно… – прошептала я чуть погодя, вдыхая похолодевший воздух. – Я точно стала персонажем аниме!

В этот момент послышался чей-то сдавленный смешок, заставивший меня подобраться. Плечи напряглись, а взгляд начал бегать из одного закоулка сада в другой. Кто его знает, может, тут живут еще какие-то духи или существа?

Кто-то снова усмехнулся, на этот раз явно пытаясь прикрыть рот рукой.

Я оттолкнулась от деревянного пола веранды, и тело поднялось в воздух. Не очень хотелось ходить в одних носках по траве и голым камням. Медленно выплыла, снова пристально изучая сад. Даже под ноги себе и под веранду на сваях заглянула, чтобы ничего не упустить.

– Э… Эй? – снова послышалось теперь, кажется, сверху. Так же тихо, как и смешки до этого.

Я выпрямилась и начала медленно поднимать голову, пока взгляд, наконец, не достиг двойной четырехскатной крыши с широким козырьком. Сначала удивилась, открыла рот, а потом вдруг испытала несказанное облегчение и со вздохом приложила ладонь к груди.

– Слава Богам всех Миров! С тобой полный порядок?

– Э… что?! – непонимающе отозвались сверху.

На коньке крыши преспокойненько сидел вполоборота Курт Рейнхарт с ноутбуком в руках. Сейчас он смотрел на меня такими огромными глазами, что я сама чуть не усмехнулась. Брат Ханны был в той же одежде, что и на парковке. Только накинул капюшон на голову, но слабый свет экрана все равно подсвечивал его лицо.

Курт продолжал вопросительно смотреть на меня, но я понимала, что мне совершенно не хочется кричать ему с такого расстояния.

Быстрый взгляд на забор и высокие здания где-то вдалеке, и вот я в одно движение заставила тело резко взлететь и оказаться на крыше. За спиной у младшего лиса что-то колыхнулось. Опять хвосты. Они мазанули по воздух слабо, почти неразличимо.

Стоя на безопасном расстоянии, я опять невольно уловила аромат. «Лунный» аромат. Почему-то именно так мне хотелось его окрестить. Но вспомнив о том, что я на крыше, и меня кто-то может увидеть, начала вертеть головой по сторонам.

Курт едва слышно усмехнулся и совсем уж ссутулился над ноутбуком.

– Не волнуйся… – тихо произнес он и посмотрел на оставленные копьем порезы на рукавах моей блузки и пару высохших капель крови на расстегнутом вороте. – Нас никто не видит. Этот дом – тоже. Рюи-сама тратит большие деньги на амулеты…

Тут он резко замолчал, будто не был уверен, что я должна об этом знать.

– Че, правда? – с легкими придыханием спросила я, начиная оглядываться вокруг уже медленнее.

С другой стороны дом окружал не маленький садик, а зеленый парк. И от крыльца по прямой шла тоненькая, выложенная плиткой дорожка к ступеням и деревянным воротам. Дальше начинался современный город: светлые двухэтажные дома, автомастерская, какой-то склад и, наконец, высокая набережная неизвестной реки. На противоположном берегу расположился буддийский храм, стадион и, кажется, школа. Внутри этого повседневного пейзажа и прятался старый традиционный дом, в котором по какому-то нелепому стечению обстоятельств жили двое хвостатых и один вампир.

Рейнхарт решил совсем от меня отвернуться и перебросить обе ноги через конек крыши. Теперь его стопы были направлены в сторону парка и реки. Я аккуратно шагнула ближе, уселась к нему спиной и тяжело вздохнула. Посидела так какое-то время, подтянув к себе колени и сложив на них руки. Заинтересованно потаращилась на высокую бело-красную трубу, поднимающуюся из скопления домов с бордовой черепицей на соседней улице.

– Это общественные бани, – словно от нечего делать произнес Курт и пробежал пальцами по клавиатуре, как по музыкальному инструменту.

– Значит, благодаря амулетам вы живете тут тихо и спокойно? – решила уточнить я, раз он прервал беседу.

– Возможно. Но это не точно…

Теперь в его голосе определенно была ирония, но он тут же снова умолк и застучал пальцами по клавишам. Пару минут мы так и просидели. Я слушала звуки ночного города, шум редких проезжающих автомобилей и голоса людей, говорящих на едва знакомом языке.

– А где мы вообще находимся? – решилась первой нарушить молчание я. – Далеко от отеля «Принц», что в парке Сиба[13 - Административный район Токио.]?

Может, получится узнать что-то полезное. Хотя бы свое местоположение.

Щелканье клавишами прекратилось, и парень выпрямился.

– В Сумида[14 - Речь так же о районе столице Японии.]. Далековато, но не кошмарно, – и снова погрузился в свои дела.

Мне стало безумно интересно, чем же таким он занят, и я повернулась в его сторону. Курт начал стремительно сворачивать или закрывать одно окно за другим на дисплее. Хотя там не было «взрослого» контента или чего-то в этом роде. Только коды. Одни сплошные коды.

На рабочем столе под слоем окон обнаружилась заставка с рисунком сурового бородатого бойца в технологичной анатомической броне.

– Сунейку[15 - Имеется в виду Солид Снейк – персонаж серии игр в жанре стелс-экшн «Metal Gear».]! – восторженно воскликнула я, узнавая популярного героя.

– Что? – паренек обратил ко мне изумленное лицо и пару раз хлопнул глазами. – Ты играешь в компьютерные игры?

– Ну-у-у, я просто много чего знаю, – посмеялась и незадачливо почесала нос. – Хотя я не заправский игрок, каким была Джен… До нашей нынешней работы…

– Э-э, забавно, – вдруг протянул он совершенно искренне, в черных глазах появилась теплота. – А тебе не говорили, что твоя напарница похожа на Лару Крофт[16 - Персонаж серии игры и фильмов «Расхитительница гробниц».]?

– Ой, да ее с кем только не сравнивали! И с Джоли, и с Джей Ло, – игривым жестом отмахнулась я.

Курт, кажется, не знал, что делать и куда себя деть, будучи втянутым в неожиданный диалог. А я понимала, что ни в коем случае нельзя давать ему закрыться. Лед тронулся, а парень проявил любопытство.

– Скажи, Куруто-кун… – решила я обратиться к нему так, как это делал Рюи, но вдруг замялась. – Мне вот стало интересно, а у тебя есть… это…

– Это?! – брови парнишки поползли наверх.

– Ну, уши! Лисьи. Хвосты-то я уже видела…

Мне с одной стороны было самую малость стыдно, но с другой – дико любопытно.

На меня долго смотрели каким-то странным немного напуганным взглядом, но потом Рейнхарт вдруг тихо хохотнул. Я сидела вытянувшись по струнке и продолжала ждать, как тот самый Хатико[17 - Пес породы акита-ину, являющийся символом верности и преданности в Японии.]. Курт снова посмеялся, захлопнул крышку ноутбука у себя на коленях и медленно стянул с головы капюшон.

Сначала ничего не происходило. Лунный свет лился на его темные волосы. И когда я уже в нетерпении приоткрыла рот, то увидела, как от самых корней волос расползается белоснежное серебро.

Белесый слепок призрачной ауры вокруг напитывался силой не сразу. Точно впервые по-настоящему искал выход по собственной воле. На макушке лиса появились два полупрозрачных уха, зрачки глаз стали вертикальными и засияли голубым огнем, как мое собственное пламя, а хвосты спокойно опустились на крышу дома.

– Ва-а-ай! – машинально я поднесла руки ко рту, загипнотизированная этой красотой.

Рейнхарт скорчил скорбную гримасу. Возможно, для него это было сложно или болезненно, и вся волшебная картинка растворилась в ночи.

– Не «вай», а kawai[18 - «Милый», «милота» (яп.)]! – деловито, а от того еще более смешно поправил парень.

Я не смогла сдержать беззвучный хохот и обхватила себя руками за живот. Слишком странно и так глупо, но отчего-то мне было весело. И тепло.

– Лет-то тебе сколько, кавай? – смахнула с глаз набежавшие слезы.

– Сем… Семнадцать… – засмущался лис и отвел взгляд.

– А давно вы с сестрой живете в этом доме?

– Около двенадцати лет…

Почему-то от того, как он это произнес, улыбка сползла с моего лица.

– Но вы не оборотни и не кицунэ? Во всяком случае, не в привычном смысле…

Прежде всего, я так подумала, потому что они не японцы. И витало вокруг них что-то такое. Разлитый в воздухе тонкий оттенок безысходности. Как будто они не на своем месте.

Без тени прежнего смущения Курт грустно улыбнулся. Даже его взгляд стал более взрослым и пустым.

– Нет… – почти прошептал Рейнхарт. – Мы – проклятые.

– Проклятые? – эхом отозвалась я.

– Да, мы ведь даже не маги, – вдруг совершенно ровным голосом произнес Курт. – Всего лишь «первичники»…

– Кто?.. – я нахмурилась, потому что парень стал сосредоточенным и бледным от этих слов.

– Людей из Первичного мира так называют некоторые обитатели Отделенного. Особенно те, что разделяют политические взгляды Юргена Вульфа.

– Вы не маги?! – это с трудом укладывалось у меня в голове, и я могла лишь смотреть охреневшим взглядом на парня перед собой. – Но как такое вообще возможно?

Перед глазами тут же встал образ Джен, а потом снова, как в замедленной съёмке – капающая на шахматный пол кровь.

– Это сделали с вами какие-то демоны?

Курт рассмеялся. Я почти физически ощутила его горечь и… смирение.

– Одного старого лиса оказалось достаточно, – он с досадой почесал под глазом, совсем как мальчишка. – Наши родители работали в посольстве Германии…

У него действительно очень странное произношение. Это нельзя было назвать акцентом в полной мере, но и к его английскому приходилось прислушиваться.

– …однажды они выкупили земельный участок с заброшенным домом под Камакурой. Это очень старый город, недалеко от Токио. Хотели снести все постройки, но оказалось, что на территории находилось маленькое святилище, которое оберегал престарелый лис-оборотень.

– Но ваши родители… – я сглотнула, чувствуя неловкость за то, что вывела разговор в это русло.

Одновременно с этим меня иглами кололо желание узнать как можно больше. Может, тогда бы удалось разобраться во всей ситуации с вампиром и Ван Райаном. Но его чувства… они должны были сильно всколыхнуться, а вместо этого от него исходило что-то похожее на легкий фоновый гул.

– Я их даже толком не помню… – пожал плечами Рейнхарт. – Сначала заболела мама, а через некоторое время произошел несчастный случай с отцом. Наше же с Ханной проклятье было другим…

– Одержимость… – пробормотала я себе под нос, а потом вдруг встрепенулась. – Но вы же могли вернуться на родину? У вас же была родня?

Курт помотал головой.

– Не могли. Чем больше находишься вне Японии, тем хуже становится. Через неделю сложно встать с кровати, тело слабеет и застывает… Что-то вроде того. Но еще хуже то, что невидимый лисий покров начинает проявляться. Поэтому мы очень рано познакомились с полномочными представителями Комитета, которые тут же вернули нас назад в Японию и заставили близких забыть о нашем существовании…

Я зло прикусила губу. Комитет. Снова этот чертов Комитет! Хотя, могли ли они поступить иначе? Но это… всего лишь дети, потерявшие все…

– Так мы снова оказались в Токио… на попечении местного совета ёкаев[19 - В японской мифологии общий термин для любого сверхъестественного существа. От призраков и духов мест до оборотней и демонов.], – продолжал Рейнхарт, но было видно, что ему непривычно говорить так много; он иногда покашливал и делал паузы. – Вот только нужны мы им были… как телеге пятое колесо. Пока однажды на совете не появился Рюи-сама. Именно он забрал нас к себе и дал все, что мы имеем сейчас. Поэтому Ханна так бесконечно ему благодарна…

Парень замолчал, посчитав, что сказал более чем достаточно. Но теперь я не могла просто сделать вид, будто этого разговора не было.

– Твоя сестра и этот ваш Рюи-сама… они что… – я искала способ, как спросить помягче, а то могу и начать показывать жестами на руках, что имею в виду.

Впервые Курт рассмеялся, хрипловато, но очень весело. Даже запрокинул голову назад, подставляя лицо свету луны.

– Не-е-ет, такого никогда не было! К тому же, лисицы, как и вампиры… Что-то вроде хищников. Нас манит скорее мир людей и… наверное, их типа «бренность»… – ему очень с большим трудом дались эти слова, хотя голос звучал бодро. – Да, жутко пафосно сказал, но как-то так…

– Однако вам он почему-то помог? – даже если не получу ответа, не спросить я не могла.

– На самом деле я знаю меньше, чем Ханна, но как понял, когда-то очень давно жизнь Рюи-сама спас гайдзин… Чужестранец.

Теперь я смотрела на Курта, выпучив глаза.

«Чужестранец?!»

Он, похоже, тоже сообразил, что именно сказал, и удивленно приоткрыл рот, точно так же таращась на меня. В следующий миг мы оба опустили взгляд вниз, как будто были в силах просканировать дом насквозь рентгеновским зрением.

Не может быть! Не может же Драйден быть тем самым чужестранцем? Или может?