Но если он считает, что Милана будет безропотно его слушать, а также делать, как он скажет, то его ждет большой сюрприз. А главное – ей ничего от Баграта не нужно. Как-то обходилась без его помощи раньше, и теперь обойдется.
Если бы действительно хотел помочь, так предложил бы что-то путное, а не забрать грудничка у матери на неопределенный срок. Кто так делает? Как у него язык повернулся такое сказать?
Если Баграт хочет войны, он ее получит. Милана готова.
Вчера вечером она уже позвонила Кире. Скрепя сердце собиралась признаться ей, от кого родила Пашку, заодно поделиться проблемами с Багратом. Уже морально была готова к тому тайфуну, что сестра обрушит на ее голову за глупость, совершенную Миланой полтора года назад, когда легла с этим типом в постель.
Однако телефон сестры оказался недоступен.
А потом Милана нашла в одном из мессенджеров сообщение, в котором Кира говорила о том, что они с Левоном собираются в морское путешествие на пару-тройку дней. Экзотический остров, романтика, отсутствие сотовой связи… Будь оно неладно!
Милана решила – не смертельно, а может, даже и к лучшему.
Зачем портить сестре медовый месяц? С островов она все равно ей сильно не поможет, только перенервничает. А когда вернется, Милана ей все-все расскажет. Кира, конечно, позлится-покричит, но стопроцентно поможет выстоять против Саркисяна.
Милана активно работала, забыв про время. Водила пальцем по экрану мобильного, дополняя список рабочих дел, которые ей предстояло выполнить в ближайшие дни. Сосредоточенная донельзя, она аж вздрогнула, когда мобильный в ее руках завибрировал.
Звонил Баграт.
– Легок на помине… – процедила она тихонько.
Честно говоря, думала, он позвонит еще вчера, оборвет ей телефон, напишет штук сто сообщений с разными обвинениями и угрозами. Но он молчал, что очень не вязалось с его образом, который Милана нарисовала у себя в голове.
Она взяла трубку, поздоровалась приторно вежливо:
– Здравствуй, Баграт.
– И тебе не хворать… – протянул он насмешливым тоном.
– Что хотел? – спросила она, резко посерьезнев.
– Звоню предупредить, – начал он деловито. – Пашу я забрал, верну, как и договаривались, через неделю. За сына не волнуйся, я нанял квалифицированную няню, с ним все будет хорошо. И маленький совет: впредь думай, прежде чем посылать меня на хрен.
Милана попыталась сглотнуть, но в горле резко пересохло.
– Т-ты шутишь? – спросила она не своим голосом.
– Я похож на шутника? – возмутился Баграт. – Когда дело касается сына, у меня отключается чувство юмора.
– Ты что? – взвизгнула Милана. – Ты совсем уже того… Сбрендил?!
– Прикуси язык, женщина. Поговорим через неделю.
– Ты с ума сошел! Что творишь? – прохрипела она.
Однако трубка уже разразилась короткими гудками.
Милана уставилась на телефон, как на чужеродный предмет. От шока не сразу даже сообразила, куда нажать, чтобы снова набрать номер Баграта. А когда набрала, он сбросил звонок. И второй раз сбросил, и третий.
В этот черный момент ее жизни в коридоре офиса турфирмы вдруг появилась коротко стриженная брюнетка в синем брючном костюме.
– Здравствуйте, вы Милана? – проговорила она с улыбкой.
– Д-да, – кивнула она в тщетных попытках собраться с мыслями.
– Я – Марина, менеджер по набору персонала, – представилась брюнетка. – Извините, немножко задержалась, но готова провести собеседование.
Милана уставилась на нее непонимающим взглядом. Вскользь отметила, что у служащей турфирмы чуть испачкан лоб у самой линии роста волос, как бывает, когда женщине красят волосы.
«Она была в парикмахерской…» – отметила Милана заторможенно.
А потом ею завладела такая злость, что стало трудно дышать. Значит, пока она ждала эту выдру из салона, Баграт забрал ее сына. Может, приди менеджер по персоналу вовремя, Милана успела бы вернуться и предотвратить случившееся.
– Пойдемте? – спросила служащая приветливым голосом.
– Идите вы с вашим собеседованием… – зафырчала Милана и бросилась прочь.
Она примчалась на остановку за считанные минуты. Начала выглядывать транспорт, но очень скоро поняла, что пока будет ждать, скончается от инфаркта. К тому же не знала, куда ехать.
Сразу в гостиницу? Но Баграт вроде бы переехал в квартиру, хотя Милана не была в этом уверена, ведь больше не трудилась в «Солнечном рае» горничной. А нового адреса этого козла она не знала.
«Но как же он мог забрать сына? – наконец пришла в голову резонная мысль. – Пашка ведь у Лары, откуда Баграту про это известно?»
В сердце прокралась робкая надежда, что Саркисян все же пошутил. Но если так, это очень просто проверить.
Милана судорожным движением достала из сумки мобильный, позвонила соседке.
Звонила долго, но та не взяла трубку.
«Может, не слышит?»
С Ларой такое частенько случалось – если дети орали или телефон стоял на вибро. У нее двое активных парней, плюс крикливый Пашка. Такое вполне вероятно.
Милана решила ехать домой.
Как сумасшедшая принялась махать проезжающей мимо машине такси, но она не остановилась. Проехало и следующее такси. Милане удалось поймать попутку лишь через несколько минут.
Пока ехала домой, перенапряжение дало о себе знать. Глаза ее увлажнились, по щекам потекли слезы.
– Девушка, у вас что-то случилось? – спросил усатый армянин.
А она была даже не в силах ответить водителю.
Так и сидела, молча глотая слезы, молилась, чтобы все это оказалось дурной шуткой.
Милана выскочила из такси, бросив водителю деньги и даже не взяв сдачу. Как сумасшедшая бежала на пятый этаж старой хрущевки. Нажала на кнопку звонка, вспомнила, что не работает, принялась тарабанить в дверь.
Скоро соседка открыла.
– Где Пашка? – прокричала Милана, влетая в прихожую.
Лара посторонилась, пропуская ее.
– Милана, тут такое дело, – развела руками она. – Пашу я отдала…
– Ты шутишь, что ли? – закричала Милана. – Паша, сынок…
С этими словами она вбежала в гостиную. Оглядела комнату, но синее кресло, в котором оставляла сына этим утром, оказалось пустым.
Дети Лары на месте – сидели на том же ковре, играли. А вот ее Пашеньки нет.
– Ты что сделала? – завизжала Милана. – Ты зачем его отдала?
– Милан, успокойся, – Лара выставила вперед ладони. – Просто Пашка начал капризулить сразу после твоего ухода. Ну я подумала, в коляске на улице поспит, собрала детей, повела на площадку. Тут появился Баграт Вазгенович, сказал, что вы договорились, чтобы сын пожил у него неделю, вот я и…
– Да как ты могла? – топнула ногой Милана. – То есть к тебе подошел абсолютно неизвестный мужик, сказал, что он отец Пашки, и ты так просто его отдала?!
– Почему неизвестный? – возмутилась Лара. – Что ж я, совсем уже? Они с Пашкой на одно лицо, понятно же, что отец. К тому же ты утром сама мне сказала, что он объявился. Ну я и решила…
– А кто тебе дал право решать? – воскликнула Милана с дрожью в голосе.
– Да успокойся ты, – махнула рукой Лара. – Он вроде нормальный, такой весь интеллигентный, обходительный, оставил свою визитку на всякий случай. Он с женщиной пришел, сказал, что няня. Я хотела тебе позвонить, но он сказал, что сам предупредит. Все с твоим разбойником будет нормально, не переживай…
Милана слушала ее объяснения и не понимала, как соседка, которой она не раз доверяла ребенка, умудрилась сотворить такое. Зачем? Она же мать, растит детей без отца, должна понимать, что так делать нельзя.
Вдруг комнату заполнил радостный визг старшего сына Лары:
– Убил! Ура!
Милана повернула голову в сторону детей и только теперь приметила, что они играют не в лего, как раньше. Мальчики склонили головы над тонким серебристым планшетом и, кроме экрана, ничего не замечали. Вряд ли даже слышали разговор взрослых.
Еще сегодня утром никакого планшета у Лары не было, да и откуда бы ему взяться, ведь она жила очень бедно.
И тут до Миланы дошло, какими аргументами Баграт уговорил Лару отдать ребенка.
– Ты поменяла моего сына на планшет?! – спросила она обалдевшим голосом.
Лара замялась, закусила губу и ничего не ответила.
Но ей и не нужно было, Милана без слов все поняла.
– Ты змея! – прошипела она и пулей выскочила из квартиры.
Милана не помнила, как спустилась на третий этаж, открыла дверь своей квартиры. Прошла на кухню, налила себе стакан воды и залпом выпила, но это не помогло хоть сколько-нибудь прийти в себя.
Она поставила на стол сумку, судорожно начала в ней рыться в поисках телефона.
Достала мобильный, начала звонить Кире. Однако ее номер со вчерашнего дня был недоступен.
– Давай, давай… – стонала Милана, снова и снова набирая номер сестры.
Через время поняла, что не дозвонится.
Плюхнулась на табуретку, стала думать, что делать дальше.
Настенные часы показывали тринадцать сорок пять.
Собеседование Миланы было назначено на одиннадцать утра. Баграт позвонил ей где-то в двенадцать сорок. Но если Лара вывела детей гулять сразу, получается, он мог забрать сына гораздо раньше. Просто позвонил ей не сразу.
Похоже, сын у него уже больше двух часов.
– Полиция! – простонала Милана.
Слишком резко потянулась к телефону, лежащему на столе, и умудрилась сбить его экраном вниз прямо на кафельный пол кухни.
– Мамочки! – закричала она, обнаружив, что экран пошел трещинами.
Милана попыталась активировать телефон, но ничего не вышло.
Тут же вспомнила, что у нее есть старый мобильный, который не выбросила из бережливости.
Осталось его найти.
Она бросилась в гостиную, принялась перерывать полки комода, потом побежала в спальню, стала вываливать из тумбочки вещи. Телефон нашелся, только оказался разряженным в ноль и не включался.
Милана кое-как вставила в него сим-карту, стала заряжать, молилась, чтобы это произошло быстрее.
Ноль процентов зарядки. Один процент… Два.
Можно включать.
Сейчас она позвонит в полицию, заявит о похищении, и этому гаду не поздоровится. По документам Баграт Паше никакой не папа, прав на него не имеет. Кто бы он ни был, похищение ребенка – это серьезно.
Милана уже набирала номер, предвкушая момент, когда Баграта поведут под белы рученьки в тюрьму.
И вдруг из прихожей послышалась настойчивая трель дверного звонка.
В эту же самую секунду в уши Миланы врезался детский плач, доносившийся с лестничной клетки. Громкий, с надрывом.
Фирменный плач ее дорогого сыночка.
Глава 13. Гениальное решение
Баграт стоял у квартиры Миланы, держал рыдающего ребенка и боролся с сильнейшим желанием постучать в дверь не кулаком, а головой.
Что угодно лучше, чем надрывный плач маленького человечка, родной крови.
Он понятия не имел, почему Пашка плачет, перепробовал все, но не помогло. Пытался его качать, кормить, гулять с ним, показывал игрушки, которые накупил для него, няня поменяла ему подгузник целых два раза. Толку ноль. Ребенок просто заходился криком.
Один бог знает, как Баграту было стыдно возвращаться с сыном к Милане всего через два с половиной часа после того, как он его забрал.
Он представлял, с какой издевательской ухмылкой она его встретит.
«Что, уже нанянчился? – наверняка съязвит. – Взрослый мужик, а не справился с малышом…»
Но он готов был выдержать от нее даже это.
Согласен стерпеть все, что угодно, лишь бы помогла. Лишь бы сын прекратил так истошно орать.
Милана открыла дверь не сразу. За Пашкиным ревом Баграт услышал, как в глубине квартиры что-то упало, раздался женский визг. Лишь после этого дверь наконец открылась.
Когда Милана показалась в дверном проеме, Баграт приготовился к порции яда из ее уст.
Однако именно Баграту она не сказала ни слова, смотрела только на сына.
– Пашенька, любимый… – простонала Милана.
Потянула к малышу руки.
Баграт отдал ребенка.
А дальше начала твориться какая-то магия.
Как только маленький крикун оказался на руках у матери, тут же замолчал. Больше того, позволил ей расцеловать ему щеки, хотя, когда Баграт пытался его поцеловать раньше, Пашка закатил истерику. Как так? Ей можно, а ему нельзя? Сын даже приобнял мать своими крохотными ручонками.
Впрочем, блаженная тишина длилась недолго.
Пашка чуть покряхтел, а потом снова открыл варежку и давай орать…
– Сделай что-нибудь! – прорычал Баграт.
Милана опалила его ненавидящим взглядом и скрылась с малышом в квартире. Убежала так быстро, что Баграт опешил. Еле успел придержать дверь, чтобы не захлопнула перед его носом.
Он поспешил за Миланой в гостиную.
– Уходи! – прошипела она, стараясь унять плачущего ребенка.
Баграт всем своим видом показал, что с места не сдвинется.
– Почему он так орет? – спросил он, кивнув на сына.
– Голодный!
С этими словами она собралась юркнуть в спальню.
Баграт не пустил.
– Куда? – спросил строго.
Милана опешила от того, что Баграт встал у нее на пути, чуть попятилась, уже с меньшим гонором сказала:
– Покормить хочу…
– Корми при мне, здесь, – строго сказал он и указал на диван.
По взгляду видел, Милана очень хотела послать его подальше. Но ребенок снова зашелся плачем, и она переключила внимание на него.
Баграт с большим интересом наблюдал, как Милана занялась сыном.
Ему было очень интересно посмотреть, как же она успокоит малыша. Не слишком верил, что у нее это получится.
Однако маленький бандит снова очень быстро замолчал на руках у матери.
Милана стащила с сына уличный комбинезон, устроилась на диване, расстегнула блузку и, неловко прикрывшись белой пеленкой, дала малышу грудь.
Наступила блаженная тишина, нарушаемая лишь громким причмокиванием.
Баграт ожидал, что сын вот-вот снова разразится громкими рыданиями, но нет. Он лишь увлеченно ел наверняка собой очень довольный.
Как так-то?
Баграт присел на кресло рядом с диваном, попытался объяснить Милане:
– Я купил три разные смеси по совету няни, хорошие, качественные. Ты не думай, я не собирался морить его голодом…
– Он же на грудном вскармливании, – закатила она глаза. – Естественно, ему не понравились смеси, он же их никогда не ел. Ты о чем думал, когда его забирал? Как ты собирался справиться с восьмимесячным ребенком, если совершенно ничего о нем не знаешь?
– Знал бы, потрудись ты нормально со мной поговорить…
– Так это я еще и виновата? – воскликнула Милана с обалдевшим видом.
– Естественно ты! – возмутился Баграт.
Он не справился с малышом – это факт. Облажался по полной программе. Но ведь в этом действительно виновата именно Милана.
Баграт предлагал все сделать по-человечески. Согласись она на его условия, вместо того чтобы послать на хрен, уж догадалась бы снабдить инструкциями. Тогда с парнем было бы легче сладить. Но она не пошла ему навстречу, уперлась рогом, вынудила Баграта действовать агрессивно. И вот что вышло.
– Ты… ты… – зашипела Милана, буравя его ненавидящим взглядом.
Баграт нахмурился, морально готовясь выслушать от нее новую порцию возмущений. Но в этот момент Пашка оторвался от груди матери и снова заверещал. Видно, ему не понравилось, что она посмела переключить внимание с него на кого-то другого, или просто не пришелся по вкусу ее тон.
Милана зло зыркнула на Баграта, но ругаться больше не стала. Должно быть, постеснялась сына. И правильно сделала, потому что нервов у Саркисяна на нее не осталось.
Вместо ругани гордячка принялась шептать на ушко сына нежности:
– Ты мой любимый, ты мой хороший… проголодался, да?
Пашка успокоился, продолжил есть. При этом положил руку матери на грудь, Баграт заметил, как его маленький кулачок немного выглянул из-под пеленки. Малыш как бы пытался обнять Милану или плотнее прижаться. Она тоже нежно его обнимала, продолжала ворковать с сыном. Эти двое были настолько друг другом увлечены, словно остального мира для них не существовало вовсе.
Картина матери и ребенка в буквальном смысле заворожила Баграта. Дело было не в красоте Миланы, совсем нет, хотя в этот момент она показалась ему особенно привлекательной. Просто эти двое очень гармонично смотрелись вместе, как-то правильно.
«Они неразделимы…» – понял Баграт с запозданием.
В этот самый момент он почувствовал себя жуткой свиньей.
Ребенок хотел маму, ее грудь, привык, что Милана всегда рядом. А Баграт увез его, потом бутылочку в рот совал и пытался оставить с незнакомой женщиной. Вот и случилась у парня истерика.
А как хорошо все начиналось!
Баграт забрал своего ангелочка-сына, покатал на машине, привез в свою новую квартиру, занес в детскую.
Но потом что-то определенно пошло не так…
Пашка расплакался, когда Баграт попытался поцеловать его в щеку, да так сильно, что горе-папаша в прямом смысле обалдел. Он потребовал, чтобы няня немедленно успокоила ребенка, а та, вместо того чтобы тут же приступить к делу, стала расспрашивать новоиспеченного отца:
– Что малыш любит есть? Какой у него режим? Любимая соска имеется?
Однако у Баграта, понятное дело, не было ответов на эти вопросы.
– Успокойте ребенка, я вам за что плачу? – рыкнул он на няню в попытке остановить лавину вопросов.
И началась свистопляска.
Как только Баграт с няней ни старались, чтобы угомонить крикуна. Разве что дуэтом ему колыбельную не спели. Хотя нет, пели!
Истерику сына было никак не унять.
Баграт в жизни себя так погано не чувствовал, как за последние часы. Это же форменный звездец – когда ребенок орет, а ты ровным счетом ничего не можешь с этим сделать.
Спустя бесчисленное количество попыток успокоить малыша Баграт все же не выдержал. Послал няню подальше, все равно ничем не помогла, и порулил обратно к Милане.
Но главное – что теперь делать?
Признать поражение и убраться восвояси? Попрощаться с идеей проводить с ребенком время? Тогда как Пашка узнает отца? Как к нему привыкнет?
Баграт наблюдал за тем, как Милана отняла ребенка от груди, быстро застегнула блузку и начала его баюкать. А тот взял и уснул. Вот так просто, считай, по щелчку пальца.
Тут до Баграта окончательно дошло, что он должен сделать, чтобы его сыну было хорошо.
– Собирайся, Милана, – проговорил он приказным тоном. – Эту неделю ты и Паша живете у меня.
Глава 14. Пещерный человек
После того как Баграт озвучил свое решение, он подметил, как Милана застыла. Даже как будто дышать перестала, уставилась на него круглыми глазищами.
Видно, девушка в шоке. Или не расслышала? Ну так он повторит.
Он откинулся на спинку кресла и проговорил твердым, уверенным голосом:
– Вы проведете в моей квартире неделю, и за это время ты поможешь мне найти подход к ребенку.
Хотел, чтобы Милана прочувствовала всю серьезность его намерений.
Она шумно вздохнула, что-то хотела сказать, но не сказала, лишь плотно сжала губы и крепче прижала к себе спящего ребенка. Потом поднялась с дивана.
Ответила ему неожиданно тихо и спокойно:
– Я сейчас уложу Пашу в спальне, а потом мы поговорим.
Баграт кивнул, очень собой довольный. Ему понравился ее тон, и то, как она восприняла новость. Правильно восприняла.
Проводил ее взглядом, стал ждать, когда выйдет из спальни.
Мысленно очень порадовался реакции Миланы. Она поступила как умная, рассудительная девушка. В конце концов, она ведь должна понимать, что он, как отец, имеет право общаться со своим ребенком. Он ясно дал ей сегодня понять, что выпендрежей с ее стороны не потерпит. Наверное, до нее наконец дошло, с кем имеет дело.
Уже прикидывал, какое содержание ей предложит, когда она согласится на все его условия. Подсчитывал, сколько примерно может понадобиться на ребенка в месяц.
Милана вскоре показалась в дверном проеме.
Баграт встал, ожидая ее приближения. Вскользь отметил, как она тщательно прикрыла дверь спальни.
А потом Милана наконец к нему повернулась. Вдруг вперила в него ненавидящий взгляд и зашипела:
– Пошел вон из моей квартиры!
Хищно так зашипела, при этом сверкнула глазами, сжала руки в кулаки.
Вот тебе и спокойная рассудительная девушка.
Ничего-то она, похоже, не поняла. Что ж, он терпеливый, объяснит.
Баграт свел брови у переносицы, навис над ней и процедил строго:
– А ну, пошла собирать вещи!
– Я с тобой не поеду! – заявила с чувством.
– Еще как поедешь…
Он пропустил момент, когда она кинулась к дивану за телефоном. Схватила его и стала судорожно набирать номер.
– Я сейчас вызову полицию и напишу на тебя заявление. За то, что ты вломился в мою квартиру…
Баграт в два прыжка оказался рядом, выхватил у нее мобильный, сказал еще строже:
– Ты никому не позвонишь. Сделаешь, как я сказал, или будут жестокие последствия.
– Отдай телефон! – взвизгнула она и попыталась отнять мобильный.
