Мне осталось только крепче стиснуть зубы. Отец подтолкнул ко мне фотографию.
– Сделай милость, Данил, не доверяй ей больше подбор персонала. – Посмотрел на Агнию. – Ты права. Нам действительно нужен ландшафтный дизайнер. У тебя есть предложения?
– Есть. У меня есть диплом и несколько грамот. Мой последний проект занял первое место среди проектов ландшафтного дизайна для ресторанов под открытым небом. В прошлом году я заняла второе место по оформлению приусадебных территорий. К сожалению, документов с собой у меня нет, но это не проблема. В ближайшие дни их перешлют из Штатов.
– Хорошо, – кивнул отец.
– Папа… – Я хотел было возразить, но он поднял руку. Показал на сложенный снимок.
– Сделай так, чтобы сегодня же этого не было. – И снова сводной сестрице: – Открытие нового отеля должно состояться в конце лета. Будешь работать вместе с Данилом, – снова помолчал и добавил: – С возвращением.
Кивком указал на ошмётки на столе.
– Так лучше. Бабушка была бы довольна.
Отец посмотрел на часы. Ещё раз смерил Агнию взглядом. Черт знает, о чём он думал. Самого меня захлёстывало от гнева.
– У меня встреча через час, – произнёс он, взяв из стола папку с документами.
Я не сводил глаз с Агнии. Ну погоди, стерва.
Небрежным движением она поправила заколку. За прошедшие годы из черт её лица окончательно ушла подростковая мягкость. От этого она стала выглядеть более утончённо.
– Когда я могу приступить к работе?
– Прямо сейчас, – отрезал отец. – Если, конечно, готова.
Вопрос с подковыркой. Поначалу я вёлся на это. А вот сестрица и глазом не моргнула.
– Для этого я тут.
Кажется, батяня её ответом остался доволен. Кивком указал на меня.
– Данил введёт тебя в курс дела. Я вернусь к вечеру. В ближайшие два часа буду недоступен, но, если возникнет что-то срочное, можешь отправлять сообщения.
– Я помню, – она замолчала, но затем добавила: – Помню, папа.
Отец кивнул. Буквально через несколько секунд в кабинете мы остались один на один.
Медленно встав, я подошёл к Агнии вплотную. Как ни пыталась она изображать хладнокровие, дрогнувшие пальцы выдали её.
– Какого хрена? – вкрадчиво спросил я, как только она попыталась взять свою грёбаную сумку. Перехватил ремешок и намотал на кулак. Дёрнул на себя. – Какого хрена, я спрашиваю?
Она потянула ремень, но я не отпустил. Вырвал сумку и швырнул подальше. Сестрёнка попятилась. Поняла, что запахло жареным?!
Отступать она могла сколько угодно – не помогло бы. От неё так и веяло свежестью. Лёгкий цветочный запах духов щекотал ноздри и, чёрт побери, возбуждал. Дома меня ждала Наташка, готовая на всё, а я не мог отделаться от преследующего с вечера желания прижать к стене эту рыжую дрянь и поглубже вдохнуть аромат у её виска.
– Прекрати, Данил! – нервозность послышалась и в её голосе.
Я зло усмехнулся, подходя ближе. До тех пор, пока она не шмякнулась на задницу, наткнувшись на диван.
– Твои штучки больше не прокатят, – встав, она оттолкнула меня. – Прибереги их для кого-нибудь другого. Для своей невесты, например.
– А тебя, я смотрю, моя невеста очень беспокоит.
Она фыркнула. Я схватил её за локоть, развернул к себе лицом.
– Решила старое вспомнить? Я не дал тебе выйти за Игорька, ты собралась расстроить мою свадьбу? – я прищурился, гадая, что творится у неё в голове.
Агния выдернула руку.
– А если так? – спросила она с вызовом.
Взять в толк, серьёзно она или нет, я не мог, сколько ни пытался. Судя по её виду и прямому взгляду – вполне.
– Ты стала стервой.
– У меня был отличный учитель.
Выпад я не оценил. Кулон так и притягивал взгляд к ключицам, к скрытой тонким шёлком блузы груди. Шальная мысль наплевать на всё, нагнуть её над столом и напомнить о прошлом самому себе показалась безумием. Через пару месяцев у меня свадьба, чёрт возьми. Когда Наташка узнает о явлении бывшей подружки, взбесится.
Повернувшись спиной, Агния вернулась к столу. Нашла среди папок нужную и, бесцеремонно достав бумаги, стала перелистывать. В её густых волосах разноцветными стразами блестела заколка, на тонких запястьях выделялись синие нити вен.
– Ты пожалеешь, – я оказался возле неё быстрее, чем успел отдать себе в этом отчёт.
Развернул лицом, прижал к столу, заключил в капкан.
Агния дёрнулась. Пах напрягся сильнее. Первый же вздох ее запаха снёс мне башню.
С шумом втянув носом воздух у её щеки, я чертыхнулся. Да плевать!
– Данил, – её выдох пощекотал мне губы.
Схватив её за шею, я накрыл её рот. Вспоминай, девочка. Решила остаться?
– Ты пожалеешь, Агния, – прорычал я ей в губы. Прикусил и заставил её раскрыть их. Втиснул язык. Проклятье!
Она пыталась отвернуться, но я держал её крепко. Второй рукой сжал ткань блузки на груди. Снял с волос заколку и швырнул на стол. От стука Агния вздрогнула.
– Нет, – на выдохе.
Упёрлась в меня ладонями и принялась отталкивать. Только силёнок ей не хватало.
– Хочешь работать в компании? Удерживая её за волосы, прорычал я ей в лицо. – Уверена?!
– Уверена, – она оскалилась. В глазах ни намёка на страх. – А ты чего хочешь?
Рука её неожиданно опустилась по моей груди вниз. По животу и ещё ниже.
Схватив меня между ног, Агния приподняла бровь. Взгляд наглый, дерзкий.
– Что-то не похоже, чтобы ты был доволен своей невестой. Может, папа сказал, что пора обзавестись благоверной для статуса, а ты и рад стараться?
Оттолкнув меня, она отошла от стола. Подняла с пола сумку и закинула на плечо ремень.
– Я спущусь вниз выпить кофе. Вернусь через двадцать минут. Надеюсь, к этому времени ты сумеешь настроиться на рабочий лад, – она красноречиво глянула на мой пах.
Я стиснул кулаки. Если сейчас дотронусь до неё – прикончу. Стерва.
Нет, раньше она такой не была. Но если сестрёнка решила поиграть в месть, я принимаю правила игры.
Глава 3
Агния
Искоса я посмотрела на Данила. Развалившись в кресле, он курил и набирал текст на смартфоне. Пиджак его валялся на диване, словно это был не рабочий кабинет, а его собственная квартира, где можно делать, что вздумается. Хотя, о чём это я? Мой сводный брат всегда делал, что вздумается и когда вздумается.
– Если отделка будет выполнена в белых и зелёных тонах с вкраплениями голубого, – только он отложил телефон, я повернула к нему ноутбук, – предлагаю два варианта. Можно добавить лёгкости, а можно, наоборот, сыграть на контрасте.
Данил нехотя глянул на меня и затянулся. У меня возникло ощущение, что ему дела нет до того, что я говорю.
Телефон на столе снова запищал. Наташа, чтоб её!
– Мы работаем или нет? – вскипела я, когда он опять взялся строчить. – Это настолько срочно, что она не в состоянии потерпеть до вечера?!
Ничего не ответив, он дописал сообщение.
– Ландшафт – твоё дело. Ты же у нас спец по кустикам.
Ещё немного, и я бы запустила в него чем-нибудь тяжёлым. Время близилось к вечеру, а всё, чего я добилась, – получила эскизы внутренних помещений и несколько фотографий вкупе с планом территории.
– Эти кустики – часть проекта, – процедила я, наградив его колючим взглядом. – Или ты считаешь, что человек, заплативший за номер бешеные бабки, только и будет делать, что в этом номере сидеть?
– Зачем мне считать?
И снова раздражающий писк телефона. Недержание у неё, что ли?! Едва не зарычав, я захлопнула крышку ноутбука. Свою-то работу я сделаю, главное, чтобы он сделал свою.
Данил соизволил отложить мобильный.
– Что там у тебя?
Сделал, чёрт его подери, одолжение! Взяв себя в руки, я уже хотела ответить. Но сделать это помешал телефон, на сей раз мой.
– Хорошо, что ты позвонил, – приняв вызов, я встала и отошла дальше от стола.
Мельком заметила, что сводный брат смотрит на меня. Мирон заканючил, напомнил, что я обещала быстро вернуться.
– Извини, – вздохнула я. Телефон Данила снова запищал. Я повернула голову. Это ведь он специально! Не хотел бы отвечать, не стал бы. – Я скоро приеду. Раз обещала тебе, что вечер мы проведём вместе, значит, мы проведём его вместе, – тихонько улыбнулась, слушая сына.
Покосилась на Данила и поймала на себе его взгляд.
– Может быть, поужинаем? – снова покосилась на братца.
Тот стал неожиданно мрачным. Сын особым энтузиазмом к идее не воспылал, но я продолжила:
– Мы с тобой давно нигде не были.
Сын опять заканючил. Что-что, а кафе были ему не по нутру. Куда больше он любил пикники на природе, хотя в последнее время как раз с этим у нас не складывалось из-за моей занятости.
– Договорились, – сказала я в ответ на его предложение съесть по большому бутерброду с колбасой. – Буду через, – посмотрела на время, – час. Жди. Постараюсь не задерживаться.
– Я соскучился, мам, – сказал он напоследок.
– И я тоже, – я улыбнулась. – Люблю тебя.
Я убрала телефон и вернулась к столу. Данил не сводил с меня взгляда.
– Показывай, – приказал он, открыв мой ноутбук. На экране появились фотографии, и он уже почти подтянул ноут к себе, но я снова захлопнула крышку.
– Рабочий день закончен, – заявила я, не обращая внимания ни на его приказной тон, ни на прожигающий взгляд.
– Рабочий день будет закончен, когда я решу.
– Твой – возможно. А мой закончился сейчас. Прости, но меня ждут.
Я убрала ноутбук в сумку. Утром пришлось попросить Оливию передать его курьерской доставкой. Благо, что я всё-таки не оставила его в Штатах, иначе пришлось бы труднее. Данил встал. Я вскинула голову. Хватило с меня нашей утренней схватки. Проверять себя на прочность больше не хотелось. Его телефон вновь запищал, только теперь он и не подумал взять его.
– Кажется, она очень тебя хочет, – я взяла со спинки стула жакет.
Идя к двери, я чувствовала на себе его взгляд. Что-то подсказывало: завтрашний день проще не будет. Но первый я, кажется, выдержала.
***
– Спасибо, – поблагодарила я водителя очередного такси.
– Помочь вам донести вещи?
Я отрицательно качнула головой. С собой у меня были только рюкзак и небольшой дорожный чемодан. Улетая, я никак не рассчитывала, что останусь дольше запланированного. Но жизнь часто преподносит сюрпризы.
Отпустив водителя, я повернулась к дому. Нашла нужный балкон.
– Мам, а что это за дом? – Мирон нетерпеливо глянул на подъезд.
Проще бы было оставить сына с няней в гостинице, а потом вернуться за ними. Но вместо этого я дала Оливии отгул до утра. Именно этот момент мне важно было разделить с сыном. Только с ним и ни с кем больше.
– Это наш дом, – я протянула ему раскрытую ладонь.
Сын вложил в неё свою. По-взрослому внимательно посмотрел на возвышающуюся перед нами трёхэтажку в стиле лофт.
Бровки его сдвинулись.
– То есть мы тут будем жить?
– Да, – я выдвинула ручку чемодана. – Что не так?
Мирон мотнул головой.
– Он похож на завод. Разве тут можно жить?
Подступившие горькие воспоминания отступили. Я кивнула сыну на подъезд. Можно ли тут жить? Хороший вопрос. Один раз я уже приводила эту квартиру в порядок после нескольких лет простоя. Пришло время повторить.
***
Лифта в доме не было. Пришлось подниматься по лестнице, а заодно и тащить чемодан. Мирон забегал вперёд и ждал меня на каждом пролёте.
– Сюда, – показала я на нужную дверь, а затем отперла ее.
Пропустила сына вперёд.
– Ух ты! – не успела я отдышаться, как услышала его удивлённо-восхищённый возглас. – Мама! Мама, смотри! Мам!
Смотреть не было необходимости: я знала, что вызвало у него столь бурные эмоции. И действительно: приподняв край чехла, сын разглядывал колесо. Брошенный рюкзак валялся тут же, среди покрывшихся пылью старых журналов у его ног.
– Мама…
Глаза Мирона горели. Не помню, когда в последний раз он был таким взбудораженным. Подойдя, я кое-как сняла с мотоцикла чехол. От поднявшейся в воздух пыли запершило в горле. На глазах выступили слёзы. Только ли от пыли?
Коснулась руля мотоцикла, кожаного сиденья.
– Ничего себе! – с придыханием ахнул Мирон. Присел, разглядывая железного монстра со всех сторон. Подскочил, подбежал с другой стороны. – Чей он, мам?
– Он… Да так, – я заставила себя отвернуться. – Можешь считать, что твой. Пойдём, – показала ему в сторону кухни.
Мирон не послушался. Да я и не настаивала. Проверила сделанный в приложении заказ и, убедившись, что курьер с нашим ужином скоро будет, сняла со стола защитную плёнку. Такую же – со стульев и со столешницы. В воздухе висели пылинки, окно было мутным.
Из коридора послышался топот. Через несколько секунд вбежал Мирон.
– Мы будем тут жить? – с ходу воскликнул он. – Правда?
– Да, – ответила я и грустно улыбнулась. – Мы будем тут жить.
В дверь постучали. Забрав заказ, я поставила пакет на стул. Отвернулась буквально на минуту, чтобы сполоснуть тарелки, а когда снова посмотрела на сына, тот уже уминал сладкий рулет.
– Мирон! – начала я строго, но тут же поняла – не могу. Тёмные глаза, длинноватые волосы, чёрная футболка с кармашком-машинкой. Как же они похожи! – Положи, – всё-таки выдавила через силу. – Сначала ужин, а потом сладкое, – поставила тарелки на стол. Глянула строго.
Наверное, я мазохистка, раз из всех возможных квартир выбрала эту. Купила, не задумываясь, узнав, что она выставлена на продажу. Глупость или предопределение?
Глядя на сына, уминающего огромный бутерброд с варёной колбасой, я понимала – ни то, ни другое.
– Пришла пора вернуться домой, – прошептала я, включая чайник. Бросила взгляд на окно. Да, настала пора. И будь что будет.
***
И снова я не могла уснуть. Лежала на пропахшем запустением матрасе на втором этаже, а в памяти одна за другой всплывали картинки.
День, когда я должна была выйти замуж и не вышла.
Сидящий за рулём свадебного лимузина Данил, его не входящее ни в какие рамки появление во Дворце Бракосочетаний и фраза, поставившая точку на размеренной жизни, перечеркнувшая планы и мечты: «Только что я трахнул невесту на заднем сиденье лимузина».
Вздохнув, я зажмурилась.
А после – эта самая квартира, его губы, мой чемодан, ночь, трасса…
– Мам, ты почему не спишь? – сонно пробормотал лежащий рядом Мирон.
– Сплю, – заверила я сына. – И ты давай спи.
Дотянувшись, погладила сына по волосам. Усталость брала своё, предыдущая бессонная ночь не оставила выбора. Спать. А завтра – новый день новой жизни. Или старой? Как знать.
***
Как ни претила мне мысль, что чужие тётки будут шастать по нашей с сыном квартире, клининг вызвать пришлось. В первую очередь потому, что у меня самой просто не было времени выгребать скопившуюся за три года грязь. В итоге, отправив Оливию с Мироном в парк развлечений, я надавала кучу указаний двум пришедшим сотрудницам, сама же поехала на работу.
Данил появился только спустя час. Свеженький, в выглаженной рубашке.
– Никак Наташа постаралась? – не сумела сдержаться я. Щёлкнула по крестику на вкладке.
Данил поставил на стол картонный стаканчик с кофе.
– Должен же хоть один из нас выглядеть соответственно статусу, – отозвался сводный братец. – Хотя… – Посмотрел оценивающе. – Ты соответственно статусу и выглядишь. Что, ночь бессонная была? Отрабатывала ужин?
Уголок его губ дёрнулся. Сукин сын!
Решив ничего на это не отвечать, я забрала лист с набросками и осмотрелась в поисках карандаша. Только потом вспомнила, что по привычке использовала его вместо заколки для волос. Вытащила и поймала на себе колкий взгляд братца.
– Я хочу съездить на объект.
– Прямо сейчас? – позёвывая, он присел на угол стола. Провёл ладонью по волосам.
Я уловила запах свежести и сигарет. Вдохнула поглубже, сама не заметив этого, и спохватилась.
– Да, – встала, чтобы не смотреть снизу. – К вечеру успею вернуться. Предупреди охрану и распорядись, чтобы мне выделили машину.
– Все машины сегодня заняты.
Это было враньём. Я лично видела на парковке два принадлежащих компании седана, а уж с водителями проблем не было никогда. Хоть не было меня долго, вряд ли что-то изменилось.
– Хорошо, – не стала спорить. – Я вызову такси. Предоставлю отчёт о расходах завтра утром.
Данил сжал зубы.
Не нравится?
Мне тоже не нравится, когда из меня пытаются сделать дуру.
– Дай мне детальный план территории, – попросила я, проверив остальные документы. – И точный график ведения работ. Ещё мне нужны контакты поставщиков, с которыми мы работаем. Всех, Данил. Я попросила секретаршу предоставить их, но не уверена, что она хорошо меня поняла. Напомни ей об этом, пожалуйста. Утром её куда больше интересовал макияж, чем работа.
– Это всё? – он нехотя вытащил картонную папку с планом. – Или будут ещё какие-нибудь распоряжения?
– Пока всё. Если ещё что-то понадобится, я тебе позвоню, – я потянулась за планом, но Данил резко убрал его.
Я требовательно протянула руку. На его губах появилась жёсткая усмешка.
– Знаешь… – он лениво поднялся. – Такси обойдётся дорого. Пожалуй, я сам тебя отвезу.
В тёмных глазах заплясали дьявольские смешинки.
– Тем более, я так и так планировал съездить туда на неделе.
***
Зря я думала, что машина Данила будет выделяться из ряда прочих.
– Это твоя? – не сдержала я удивления, когда передо мной мигнул фарами чёрный седан представительского класса.
– А что не так? – открыв дверцу, бросил Данил, как мне показалось, с раздражением.
– Да нет… – я внимательнее посмотрела на машину. Ни пятнышка, ни намёка на грязь. – Всё так.
Данил глянул из-под бровей, сел за руль. Обойдя автомобиль, я устроилась рядом и, повернувшись, вгляделась в лицо сводного брата. Почувствовав взгляд, он резко повернулся ко мне. Всего на пару секунд. Завёл мотор и сдал назад.
– А как же гонки без правил и всё такое? – спросила я, рассматривая навороченную приборную панель.
– Я этим дерьмом сыт по горло, – процедил он, хмурясь. Тёмные, брови, выражение лица… Чтобы сдержать стон, я сжала руку в кулак. – У меня есть дело. Нахрена мне гонки?
– Тебе же нравилось.
– Нравилось, когда я был пацаном.
– А теперь, значит, седан представительского класса, семейный бизнес и невеста?
– Именно.
– И что, даже никаких шлюх? – с усмешкой.
Даня глумливо хмыкнул. Посмотрел так, что и слов было не нужно.
– Почему же никаких?
– Иди к дьяволу! – прошипела я сквозь зубы.
Ответом мне послужила ещё одна усмешка. Вот же скотина!
Дотянувшись до сигарет, он вытащил одну и открыл окно. Подкурил, практически выпустив руль. Будь на месте водителя кто-то другой, я бы испугалась. Но на месте водителя был он. В воздухе повисло и рассеялось облако дыма. На стекло упало несколько капель воды, но на этом дождь кончился.
Строящийся отель находился примерно в полутораста километрах от города, и что-то подсказывало, что лёгкими они не будут, даже если за время пути мы не скажем друг другу ни слова.
Глава 4
Агния
Разговаривали мы действительно мало. Если точнее, за два часа дороги перебросились несколькими фразами. На этом всё.
Когда мы уже подъезжали к территории, Мирон прислал мне несколько фотографий. На одной он со скучающим видом сидел в огромной чашке, на другой – на качелях. Зато мини-картинг вызвал у него прилив энтузиазма, это чувствовалось даже на расстоянии.
– Сегодня на ужин ты не успеешь.
Я подняла взгляд. Данил смотрел на меня с недоброй насмешкой в глазах.
– С чего ты взял, что сегодня меня зовут на ужин? Вполне возможно, мы обсуждаем завтрак.
Данил пренебрежительно скривил губы. Сделал выпад, но я вовремя убрала телефон. Хмыкнув, он коснулся моей ноги. Сжал коленку. Я напряглась.
Если бы ему нужен был телефон, он забрал бы его. Но ему нужно было другое – вывести меня из себя. И это у него, черт возьми, получалось.
– У тебя исключительно ко мне такой интерес? – я резко отодвинулась. – Или на тебя так скорая свадьба действует, что ты ни одной юбки пропустить не можешь?
– Можешь считать, что я соскучился.
Я отвернулась к окну. Соскучился? Хоть это и было сказано с издёвкой, слова задели больные места. Может быть, как раз потому, что в них ничего, кроме издёвки, не было.
Первые недели в Штатах я ждала. Ждала, что он найдёт меня. Потом, что просто позвонит или напишет. Что в один из одиноких вечеров или пасмурных рассветов я выйду на улицу и увижу его.
В моём воображении он стоял, опираясь задницей о капот и курил. В моём воображении на капоте его внедорожника лежал букет роз. В моём воображении на нём была расстёгнутая косуха и потёртые джинсы.
Но это было только в моём воображении. Ни одного звонка, ни одного сообщения ни в первые недели, ни потом. И уж тем более, никаких роз на капоте.
По крыше опять застучал дождь, капли потекли по стеклу. Я услышала, как щёлкнула зажигалка, почувствовала запах дыма, но не повернулась.
Повисшая тишина растянулась на оставшиеся до отеля километры. Только когда мы подъехали к огороженной территории, Данил показал мне на высокие сосны.
– Надо с ними что-нибудь сделать.
– Что-нибудь – это что?
Мы остановились возле проходной. Пока перед нами открывали ворота, он молча смотрел на стену деревьев. Я ждала очередного выпада, но Данил сказал неожиданно серьёзно:
– Хорошо бы поставить тут несколько беседок на расстоянии друг от друга. Чтобы создать ощущение уединения.
