Сейчас я ощущал себя так, словно у меня раздвоение личности и какой половине я отдавал предпочтение пока не решил. В каждой была своя правда. Одна была истинной, другую я желал.
И все же я склоняюсь к тому, что она это говорила не для меня, а для них.
Мне нужен план. Я выкраду ее.
Как же раздражали их высокомерные рожи. Хотя братец тот еще подонок оказался, выпендривался, да и только, в то время как Таир был самим собой, потому что знал, кто тут хозяин положения.
Но все это ерунда. Далия попала в их лапы, и я должен вернуть ей ее мир, тот, что я обещал.
Ее слова царапали, но я понимаю ее страхи. Она же просто напуганная девушка.
Вернулся домой и сразу же был пойман отцом.
– Ну как?
– Я должен ее забрать, отец.
– Орхан, ты же понимаешь кто эти люди? Вспомни события той давности, когда тебя чуть до конца дней не отправили за решетку с позором насильника. У них есть не только деньги, у них есть власть. Тут каждая вторая девушка не согласна на брак, однако…
– Однако, мы говорим не о них, а о ней одной. Я не могу просто взять и сидеть в стороне, пока ее выдают замуж против воли. По закону подобное запрещено. А я больше не студент и могу заявить о несогласии брака. Буду защищать в суде.
– Да нет тут закона, – прикрикнул он устало. – Точнее не для них. Закон работает для обычных людей, для них – это просто слова, нацарапанные на бумажке.
– У меня есть деньги. В переводе на наши, это огромная сумма.
– Я же сказал тебе, что в данном случае борьба не на уровне денег будет, а на уровне обладания властью.
– Что ты предлагаешь, отец? – не выдержал и сорвался на крик. – Что? Что мне сейчас сделать?
– Уезжай. Она больше не твоя, и твоей не будет, пойми. Теперь она не просто чья-то дочь, она невеста и это значит, что ты переступаешь дорогу не Магди Хуссейн, а Даяну Аббас. Этот уровень власти недосягаем. Стоит ему намекнуть шейху о проблеме…
– Значит я пойду к шейху, – и я пошел бы, если бы не знал, как нелепо выглядят мои слова.
Если бы не знал, что маятник времени не остановить и не повернуть вспять никогда.
Ее телефон был выключен, а на улице она не появлялась. Наше место оставалось грудой камней не более того, а я чувствовал ее боль физически. Я пытался составить план, но ничего не выходило. Рассыпалось как песочный замок.
– Ну привет, Малик, – услышал однажды вечером, около дома, закрывая вывеску лавки снаружи.
– Чего тебе, Латиф.
С ним была охрана и я понимал, что мы не станем только разговаривать. Он приехал не за этим.
– Решил прокатиться по городу, поглядеть как поживает тот, кто чуть не уничтожил репутацию моей семьи и не похоронил заживо Далию.
– Не мели чушь. Вы удерживаете ее силой в доме, потому что знаете, что она при первой возможности убежит.
– Понимаешь в чем дело, – вытаскивает руки из карманов и закатывает рукава белой рубашки. – Ты так долго жил за границей и изучал законы чужой страны, что позабыл законы своей. Но я сегодня добрый и с радостью напомню о них.
Рядом вырастают двое и тут же хватают под руки. Но я не совсем лох и тут же вырываюсь, а после бью каждого так, что они приседают на землю.
Брат Далии не пошевелился, пока я все это проворачивал и смотрел с насмешкой.
– Я знаю, что ты спортсмен, но тебе это не поможет. Поэтому продолжим, – в висок упирается нечто холодное, и тут я понимаю его слова. Здесь моей реакции может быть просто недостаточно. – Женщины нашей страны на многое не имеют прав. И такие моменты как выбор жениха, не исключение. Заключение брака, это союз семей нерушимый и крепкий. А если заключается второй такой, между младшими детьми, подобное родство приобретает название «кровное». Так вот, Малик, ничто не способно разрушить эти узы, даже такой жалкий щенок как ты, поучающий окружающих законами. Тут закон мы, а не ты и твои бумажки.
Хочу ответить, но мне не дают даже вдохнуть. Первый удар приходится в живот и сразу же выбивает воздух, дезориентируя. Пробивают по ногам, и я падаю на колени. Он бил не сильно, будто лениво. Словно тут не было умысла нанести травмы, скорее показать, что я внизу, а он надо мной. Но, по сути, это ничего не решало.
– Ты просто подтвердил мне сейчас, о том, что ее насильно выдают замуж.
– Кстати, тут ты ошибаешься. Она сама согласилась на брак. Когда отец перед ужином меня оповестил, что отменит решение, она пришла и сказала, что выйдет за Таира.
Он ушел, еще раз пнув ногой, но я остался лежать на пыльной дороге перед магазином.
Я не поверил ни единому его слову. И я по-прежнему намерен прийти за ней даже на свадьбу. Забрать ее у любого.
У меня оказались связаны руки. Лала была постоянно дома, а пробраться в него оказалось невозможным. Намеченное торжество никто не скрывал, но приглашенные были из близких кругов обоих семей. Значит единственное место, куда я могу пробраться был загородный клуб.
Оставались лишь сутки. Я должен это сделать. Надежда мизерная, но я лучше рискну, чем буду просто сидеть.
– Я вижу, что ты настроен серьезно и не стану отговаривать, сын, – подошел ко мне отец. – Просто хочу, чтобы ты был уверен, что она этого стоит.
– Она стоит гораздо большего, пап. Гораздо.
– Тогда ступай и приведи в наш дом невестку.
– Ты же знаешь, что начнется потом?
– Это неважно, я буду тобой гордиться, вот что главное.
– Спасибо тебе.
Для свадьбы нанимали дополнительную охрану. Я оказался среди них. Оставил машину с другой стороны комплекса, а не там, где главный выход билеты и прочее было готово, только бы вышло.
По традиции, Лала сейчас должна быть в отдельной комнате, пока сохнет хна, украшающая ее кисти, невеста успокаивается. Остальные женщины в соседней. Быстро пробираюсь к ней и пока она не заметила меня рассматриваю ее… такую красивую. В светлом платье вышитом золотом. Это она его украшает, а не наоборот.
Ступаю к ней и ловлю испуганный взгляд, который пылает грозовыми облаками, обещающими дождь.
– Орхан, – шепчет чуть слышно.
– Я пришел за тобой, Лала.
Глава 13
Далия
На что была похожа эта неделя? На сумасшествие, иначе не назовешь.
Я не могла объединить себя в одно целое.
Случившееся на помолвке сильно подкосило. Я знала, что поступила правильно, но как объяснить сердцу что пора запечатать эту любовь внутри не знала.
Кажется, что я угасала.
Маарам волновалась, мама от восторга ничего кругом не замечала и это было хорошо, отец занят бизнесом. Но был в доме еще один человек, который все видел и знал.
Конечно, Латиф не мог просто так спустить мне тот ужас возле ворот.
– Ты хоть понимаешь, чем могло закончится то представление? – он вошел в комнату и тут же приблизившись схватил за только что расчесанные длинные волосы, больно дернув меня вниз.
Я оказалась на коленях и было ощущение, что он снимает с меня кожу, до того обдавало огнем от его действий. Я даже не могла молить его о пощаде. Просто сосредоточилась на этой боли.
– Сейчас приедет врач, и, если ты окажешься шлюхой, я покрывать твой позор не стану. Тебя высекут на площади и будут закидывать камнями, пока ты будешь идти к дому в красном одеянии доступной женщины. Твои мать и отец навсегда останутся в тени позора. Мерзкая потаскуха, – пощечина прилетела внезапно, и я упала на пол.
– Нет, нет… брат. Я чиста, я невинна, клянусь тебе, – закричала, роняя слезы стыда перед ним и самой собой. – Клянусь, Всевышний не оставит меня в ясной памяти и отнимет зрение, если я лгу. Латиф, я клянусь.
– Ну хоть до этого додумалась. А теперь запоминай, Далия: ты станешь идеальной женой Таиру, идеальной невесткой семьи Аббас и женщиной чести в лице наших обеих семей. Выкинь все это из своей головы о прошлом, теперь твоя жизнь – это Амита и твой муж. Даже о матери не думай так часто. Слушайся мужа и его родителей. Я буду продолжать за тобой следить, учти это.
Я знала это и без его слов. Он будет цербером. Хотя мне нет смысла этого бояться, потому что я и не планировала никаких бунтов затевать. Наоборот, желала скорее свершения задуманного, чтобы и душа успокоилась и не просила вернуть мою любовь.
– Ты меня поняла? – поднял мою голову, чтобы посмотрела в глаза, чтобы увидела дьявола, притаившегося в его темных омутах.
– Поняла, – все что я могла сказать.
– Приготовься, врач приедет минут через тридцать.
Развернулся и направился на выход.
– Латиф, можно вопрос?
– Быстро, – посмотрел на меня сидящую на полу.
– Осмотр врача, попросил Таир? – не знаю почему это было важно. Может потому что еще и в его глазах, я теперь выглядела как пользованная кем-то.
Он усмехнулся, но все же ответил:
– А ты думала, мужчина после того представления поверит на слово брату невесты, что она не шлюха?
– Нет, – снова осунулась и больше не хотела говорить.
– Готовься.
Наверное, я навсегда останусь в глазах жениха грязной девкой, даже после того, как он узнает о том, что я и правда невинна.
Женщина, наш семейный врач все сделала быстро. Латиф стоял снаружи спальни. И после ее ухода, тут же начал ее расспрашивать, а мне было ужасно стыдно. Как я допустила все это? На что надеялась, полюбив не того мужчину?
Не удивительно, что мне приходится теперь терпеть презрение старшего брата. А если бы обо всем знали мама и отец, о Всевышний, это было бы ужасно.
Я не выходила из дома даже на улицу во двор. Не звала Лину. Мне и общаться ни с кем не хотелось. Но к торжеству я, кажется, смирилась со всем, хотя возможно ли это за семь дней? А с другой стороны, я слишком устала идти против ветра.
Красивое свадебное платье из дорогой ткани цвета слоновой кости. Фасон А-силуэт, струился подчеркивая тонкие изгибы тела. Фата плотная и вышита по краю, как и платье золотой нитью. Узоры дополнены бисером и драгоценными камнями.
Изысканная прическа, спрятанная под платок чуть более темный чем платье на один тон и невероятные украшения. Все это купил и заказал Таир.
Идеальная картинка, ничего не скажешь.
Лучшая художница по росписи хной, создала потрясающий узор на моих руках. Пока она чертила линии, женщины шептали молитвы и пожелания, а после всего этого я осталась одна. Так принято, чтобы очистить разум перед главным согласием в жизни.
Закрыла глаза и стала просить Всевышнего дать силы на этот путь. Помочь преодолеть и услышала шорох в комнате, а когда открыла глаза не могла поверить тому, что вижу. Передо мной стояла моя любовь и моя боль.
– Орхан.
– Я пришел за тобой, Лала.
И я пролилась горячими слезами, но внутри себя. Это все что я хотела услышать, но в другом мире. Не в этом, где я обещана другому как сувенир. Не в этом, где над ним висит смерть, если он просто приблизится. Не в этом жестоком и грязном…
– Ты… ты… Не смей, – попыталась взять себя в руки и только страх и ужас того, что может произойти с нами обоими, заставили в конец осмелеть и стать сильной, для борьбы с сердцем. – Как ты здесь очутился? Кто тебя пропустил?
Мой голос сталь, режущая на куски. Он должен понять, что я не шучу.
– Разве это важно? Я пришел, чтобы забрать тебя.
Делает шаг в мою сторону, но я впервые отступаю от него.
– Не подходи, иначе я буду кричать. Да, как ты посмел сюда явиться?
– Далия, тебе страшно, но я клянусь, что мы уедем далеко отсюда и ты перестанешь бояться. У нас мало времени…
– Боже, да прояви ты уже свою гордость. Я тебе в прошлый раз сказала, чтобы ты оставил свои мечты для себя и той, кто готова быть с тобой. С кем-то из своего круга. Как ты мог подумать, что я буду с таким как ты?
Смеюсь холодным, диким смехом.
– Лала, – теперь и он меняет свой тон. – Я знаю, что твои слова ложь. Тут нет никого кроме нас, можешь больше не притворяться.
Делает шаг ко мне, но я вновь ускользаю.
– Не приближайся и не смей касаться меня. Ты мужчина, и даже не имеешь права говорить со мной, находиться в комнате наедине. Если тебя увидят тут, то казни тебе не избежать, а я покроюсь позором. Немедленно уходи отсюда. Обслуживающий персонал находится там, – указываю на дверь, чувствуя, как внутри превращаюсь в пыль.
– Вот как ты заговорила? – вдруг усмехается. – Уверена, что ты так считаешь на самом деле? Потому что я до сих пор помню твои мурчания о любви, куда же она делась? Боишься, что такой как я не выстоит против врага? Что денег маловато? Так вот знай, что я их заработал. И будет еще больше. Думаешь судить меня о моем положении? И его смогу приобрести. Что сейчас мешает тебе взять и пойти со мной, как мы планировали не так давно? Что, тебя так изменило Лала?
– Хочешь знать что? А то, что все игра, Орхан. Маленькая игра богатенькой девочки. Неужели ты так ничего и не понял? Я никогда не буду твоей, понимаешь? Никогда.
Он слушал меня и даже не моргал. Ни слова не говорил. Просто смотрел на меня.
– Для меня, это была не игра, мне хватило бы немного веры твоей, чтобы противостоять им всем.
А после, он поздравил меня с бракосочетанием и ушел.
«Я тебя понял. Поздравляю с будущим замужеством, Далия Хуссейн. Будь счастлива», – шептал его голос вновь и вновь.
– Замолчи… замолчи, – закрываю уши, сходя с ума от боли.
Он ушел, оставляя открытой дверь ведущую в сад… в мою жизнь… в мое сердце. Покидая меня.
Ну что, Далия, теперь ты свободна от искренней любви и не нужна ему больше.
Он пожелал мне счастья? Как? Как, боже я буду счастлива без него? Как я могу быть счастлива, если умерла только что?
Всевышний, забери эту боль, умоляю. Прошу…
Села на скамью, чувствуя, как одиночество прорастает во мне оплетая душу терновым кустом.
Глаза заслезились и сердце забилось часто, покалывая и сбивая мое дыхание, а в комнату вдруг постучали лишая даже возможности малейшего уединения.
На лбу появилась испарина, что говорит о плохом состоянии.
Повернулась, поднявшись на ноги и посмотрела на вошедших маму с Рузой.
– Далия? Что такое? – видимо я еще и побледнела.
– Мам, нужно, наверное, таблетку принять. Что-то мне не хорошо, вспотела немного.
Мы уже не паникуем в таких случаях, привыкли.
Дальше, они вывели меня в женскую комнату. Тут я познакомилась с тетей Таира, госпожой Адилей. И кучей дальних родственников. Я снова вела себя как идеальная дочь и невестка. Моя новая роль на подходе.
«Идеальная жена».
Глава 14
Церемония началась ровно в одиннадцать. Свидетель вошел и прочитав суру, задал вопрос, на который я ответила: «Да». Мой ответ «проулюлюкали» женщины, чем оповестили мужчин, что невеста согласна и пришло время обмена кольцами.
Мы вышли в главный зал, где в центре стояли наши отцы и свидетель.
Наши руки, мои и Таира, на которого я ни разу не взглянула пока что, укрыли длинным белым полотном и зазвучала мелодичная молитва.
А после на мой палец левой руки обернувшись так плотно вокруг него, стало ползти обручальное кольцо, запечатывающее меня в плен не любви, а обязанности.
Из глаз потекли слезы, потому что ободок украшения обжигал до кости.
Мама подала мне кольцо мужа и свидетель попросил повторять за ним клятвы.
Верности… любви… здоровья и веры… клятвы супружеского долга оберегать семейный очаг и дарить детей, разделяя с Таиром свою жизнь… И я клялась… истекая болью разочарования, потому что знала, что он видит меня… слышит… Слышит слова, которые я мысленно произносила ему одному, а сейчас я предавала его окончательно и бесповоротно.
«Прощай… Я слишком тебя люблю, чтобы быть эгоисткой и дать тебе погибнуть, хабиби», – сказала мысленно и надела кольцо до конца.
Главная традиция, которая важна больше всего что было сейчас, это после клятвы и обмена кольцами посмотреть сразу на своего мужа. Чтобы видеть только его всю оставшуюся жизнь.
Но я не могу этого сделать, мне так больно. Мне так больно…
Его кисть мягко касается подбородка, и я понимаю, что минута моих сомнений затянулась, а после поддаюсь и открываю глаза, смотря в лицо того, кто только что стал моим мужем перед Всевышним и свидетелем. Перед всеми…
Он смотрит прямо в меня и не отрывается, будто хочет сказать, что он единственный, на кого я буду так смотреть. Склоняется и целует в макушку.
Но тут он продвигается дальше, к моему уху и я слышу его шепот:
«Возьми себя в руки, Далия. Я его не вышвырнул отсюда только потому, что это будет скандал и сделать это незаметно не получится. Мне не нужны слухи и домыслы, тебе думаю тоже. Поэтому если ты и плачешь, то улыбайся, чтобы все думали, что от радости. Людям плевать на то, что творится у тебя внутри, им важен фасад. А после, мы с тобой поговорим».
«Тебе тоже плевать», – не знаю зачем отвечаю ему, мне нет дела ни до кого, и кто что думает тем более, я не хочу жалости.
«Верно», – звучит ответ, и он возвращается к гостям, оторвавшись от меня.
Я тоже встаю прямо и начинается череда поздравлений.
Женщины подходят ко мне, мужчины к Таиру.
Не могу его даже мысленно мужем звать. Не смогу, наверное, никогда. Хотя называть да, но воспринимать вряд ли.
Он чужой. Холодный, не мой… чужой, и я чужая…
Так продолжается очень долго и в какой-то момент я замечаю ЕГО в толпе людей.
Орхан смотрит так пристально. Так, что ошметки моего сердца окончательно вспыхивают огнем боли и испепеляются.
Я никогда не стану прежней. Я никогда не верну себя.
Снова проливаю слезинки, и чтобы он ушел беру под руку Аббаса, прильнув щекой к его плечу.
Улыбаюсь сквозь слезы.
Ставшая женой только что должна быть счастлива? Смотрите. Я счастлива.
Таир прав, нет дела никому до того, что творится у меня внутри. Зато мне пришлось думать о том, что будут думать эти люди обо мне. Вот так парадокс.
Орхан смотрит на нас и столько разочарования в его взгляде.
Таир чуть склоняется ко мне головой и в этот момент мой любимый разворачивается спиной и уходит. В этот раз я уверена окончательно, чтобы больше не вернуться.
Горло сдавливает так, что кажется внутри него сейчас что-то взорвется.
«Все правильно», – уговариваю себя не сойти окончательно с ума.
Дальше всех пригласили к столу, а я пошла переодеться в свадебное сари. Его немного изменили, чтобы мой живот не был виден, но оно все же осталось традиционным. Я очень уважаю мамины корни, как и отец. Поэтому и Камалия тоже была в двух нарядах…
Вспомнила сестру и какой счастливой она была в этот день, стало еще более гадко.
Быть может, стоит принять все это. Смириться с судьбой и волей Всевышнего. Признать Таира мужем. Ведь все происходящее не то, что можно исправить. Тут нет выхода. Это не дырка в платье, которую можно зашить. Это жизнь. Я хотела, чтобы Орхан жил. Он будет жить. Я хотела, чтобы Амита была в семье, я это сделала, пора успокоиться.
А сердце все продолжает: «Разве можно это принять?»
Маарам всю свадьбу была рядом. Поддерживала. Лина тоже была среди гостей. Хоть кто-то знает, что происходит на самом деле. Но сочувствие делает еще хуже.
Таир все время с кем-то общался из мужчин. Ко мне подходили женщины семьи Аббас, частью которой теперь стала и я. Мама периодически плакала, ведь приходило время прощаться. Мы, итак, засиделись с гостями. Просто родственников оказалось много, но еще были и партнеры по бизнесу мужа.
Как же сжимается все внутри от того, что я так часто говорю о нем мысленно. Не представляю, как переживу сегодняшнюю ночь и последующие дни и ночи, разделенные с ним.
Танцовщицы исполняют последние танцы для супругов, а после мама подходит ко мне и взяв за руки обнимает, шепча слова, которые разрывают душу:
– Береги себя и свою семью, Далия. Сохраняй покой и счастье в своем доме. Люби Таира, ставь его выше всего что у тебя есть. Будь верной ему мысленно и всегда. Оберегай вашу любовь от посторонних. Не гневи Всевышнего, чтобы он всегда был в вашем доме. Люби ваших детей. Принимай и его любовь. Почитай родителей и будь им дочерью.
Сжимаю ее в своих руках и оторваться не могу. Но снова проклятое «надо».
После нее ко мне подходит Руза и все повторяется, только если одна отпускала меня, то вторая принимала меня в семью.
– Ох, Руза, отдаю тебе ее, – с грустью говорит мама и я знаю, что они вспоминают события трехлетней давности, когда Камалия уходила из дома становясь частью семьи Аббас. – Береги, прошу.
– Обещаю, Неха. Далия, – обращается ко мне свекровь, – Амита пока останется на пару дней у нас.
– Зачем? Завтра же вы приедете к нам в дом, привозите ее сразу.
Мамы переглядываются и улыбаются.
– Поверь, пусть она останется у нас буквально на два дня, еще успеешь с дочкой остаться наедине.
– Ладно.
Нет смысла спорить.
Таир тоже заканчивает разговор с папой моим и подходит к нам.
– Мы поедем.
– Будьте счастливы, – желает мама.
Гляжу на Маарам и Лину, улыбаюсь им и иду вперед. Женщины начинают свои песни, пока мы не садимся в машину.
Чувствую, как замирает время, а когда машина начинает двигаться все снова отмирает, это был просто старт новой жизни.
Таир сам сел за руль спорткара, а я расположилась на пассажирском сидении.
Я не знала где находится его дом. И судя по тому, что мы повернули не в тот район, где живут его родители, мы окажемся далеко от них.
Пока едем не произносим ни слова. Я отмечаю каждую мелочь за окном авто. Вывески бутиков, торговые центры и рестораны. Бизнес-центры с английскими названиями и думаю о том, как хотела выучить язык, о том, что хотела пойти учиться и еще много всего, чего так и не случилось.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
