Аля Кьют "За каменной стеной"

Предлагать свои услуги показалось неуместно. Я знал, что Алан откажется на правах хозяина. Однажды так уже поступил со мной Салманов. Больше я не рыпался.

Алан ловко разбил яйца и отправил в тостер нарезанный хлеб. Я наблюдал за его манипуляциями, отмечая, что движения Стерна четкие, выверенные, ни разу не рассеянные. Кажется, я никогда больше не буду пить кофе до завтрака.

– Ты готов вылететь сегодня ночью? – спросил Алан. – Ваши билеты оформлены.

Забавно. Как же я не буду готов, если билеты оформлены?

– Готов, конечно, – подтвердил я. – Но хотелось бы знать, в чем заключается моя работа.

– Твоя работа – моя дочь. Она должна добраться до Алтая в целости и сохранности. Там Алексия встретится с Лизой Громовой.

– Жена президента?

– Да.

– Они знакомы?

– Да, с детства. Думаю, Лиза будет рада ее видеть, а потом поделится этой радостью и с Андреем. Ты сможешь пообщаться с ним неофициально. Громов мужик отходчивый, уверен, он разрешит тебе вернуться.

– А если нет? – представил я отрицательный сценарий.

– Вряд ли он запретит тебе выезд. Питер, граница, Рига, Европа. Но я не верю, Кость. Твое дело отшумело. Никаких адекватных причин оставаться за границей для тебя нет.

– Возможно, Громов их найдет.

– Громов нормальный мужик. Он завелся из-за шума, который вы навели с Маратом, но сейчас те дела давно забыты. Его больше интересует моя дочь.

– А с ней какие проблемы?

Алан вздохнул. Тостер звякнул, и хлеб выскочил. Стерн взял паузу, чтобы поставить на стол еду и подать мне приборы.

Он сам отрезал кусок яичницы, отправил в рот, прожевал. Только после этого посвятил меня в подробности.

– Видишь ли, Костя. Моя дочь – очень умная, талантливая девушка. Но вляпалась здесь в Штатах в очень некрасивую историю. Ей лучше покинуть страну как можно скорее. Россия – самая безопасная территория для Алекс в данный момент. Андрей не выдаст ее, даже если Штаты будут требовать экстрадиции.

Я ел и слушал Алана. Из его уст история дочери без каких-то подробностей смахивала на завязку к шпионскому боевику. Мне было в принципе плевать на государственные интересы Америки, да и России. У меня был только один принцип.

– Алан, без обид, но я обязан спросить….

– Спрашивай, – великодушно разрешил Стерн, макая кусок тоста в жидкий желток.

– Она убила кого-то?

Алан поперхнулся. Мне пришлось встать и похлопать его по спине.

– Спасибо, – проговорил он, вытирая слезы и глотнув воды. – Нет, она никого не убила. Конечно, нет.

– Это хорошо. Тогда без проблем.

Я сел на место и вернулся к еде.

– Серьезно? – удивился Алан, положив приборы. – Это все, что ты хотел знать?

– Все, – подтвердил я.

– Не уточнишь подробности ее проблем?

– Нет. Единственное, что меня бы остановило – умышленное убийство и попытка скрыться от правосудия.

– Интересные принципы, учитывая…

– Что я сам убивал? – уточнил я, стараясь звучать прозаически.

Алан кивнул.

– Такая работа была, Алан Львович. Я этим не горжусь и не стремлюсь возвращаться.

– Но сопроводить мою дочь ты сможешь.

Он не спрашивал, но я предпочел подтвердить.

– Смогу. Все навыки при мне. Надеюсь, не придется их применять.

– Я тоже. Но готовым нужно быть ко всему. Алексия участвовала в создании очень перспективной компании. Она лично занималась разработками, но в итоге они не добились нужных результатов. При этом инвестиции были туда направлены огромные. Ее свидетельство в суде может многих отправить в тюрьму. Люди становятся отчаянными, когда дела приобретают подобный оборот. Я отправлю тебе досье на всех, кто важен.

Я кивнул. Мы спокойно доели завтрак, и Стерн приготовил кофе. Я знал, что все остальные подробности он расскажет мне в присутствии дочери, поэтому вопросов не задавал.

Алан налил нам кофе. Со второго этажа послышались голоса.

– Сонные сони проснулись. Еще до обеда, -усмехнулся Алан.

Я развернулся на стуле и готовился познакомиться с подопечной. Судя по тому, как описал ее Алан, я готовился увидеть кого-то типа Софьи Ковалевской. В очках, несимпатичную, возможно, полную, скорее всего, в асексуальных шмотках, какие любят феминистки Калифорнии.

Но уже через минуту я понял, как сильно ошибался. Со второго этажа спускалась стройная блондинка. Короткие шорты, бесконечные ноги, свободная майка-алкоголичка с глубоким вырезом. Неуловимо знакомая фигура. Через секунду – чертовски знакомая. Я вздрогнул и автоматически крутнулся на стуле обратно, чтобы уставиться в стол.

Наверное, впервые в жизни понятия не имел, что делать, и пытался хоть на миг отсрочить невероятно неловкую ситуацию. Хуже неловкости была моя полная дезориентация. Я моментально вспомнил, что отец Лены застал нас в спальне.

Ну ладно, он не застал, но весьма бесцеремонно вторгся. Ее отцом точно был не Алан, а Марк. Я запомнил его имя. Черт знает зачем. На всякий случай.

И одновременно Лена не могла быть дочерью Алана, ведь он просил меня позаботиться об Алексии.

Полагая, что моя вчерашняя соседка и любовница никак не может быть подопечной, я развернулся и решил приветствовать ее, разбираясь по ходу.

– Лена, – проговорил я. – Доброе утро.

Она встала посреди гостиной на месте, словно вместо моих слов ее поразил удар молнии.

– Лена? – переспросил Алан, и я повернулся к нему снова.

Голова начала кружиться.

Все окончательно запуталось, когда вслед за Леной со второго этажа спустился тот самый Марк, ее отец.

– Алан, это негуманно – варить кофе так, что воняет на весь дом. Я не могу спать, – болтал пижон в алых сегодня шортах и темно-зеленой майке.

Он тоже заметил меня и остановился рядом с Леной. Кажется, мой вид имеет стандартный радиус поражения в этом доме. Правда, онемением Марк не страдал. Наоборот, он лихо заломил бровь и спросил:

– А что тут делает твой повелитель гондонов, Лешик?

– Лешик? – переспросил я, начиная косеть от кучи имен.

– Алексия, – поправил Алан у меня за спиной. – Что еще за повелитель, Марк?

– Поверь, ты не захочешь знать подробностей.

– Верю и не хочу, но обязан.

– Нет, пап. Пожалуйста, не надо, – вскрикнула то ли Лена, то ли Лешик, то ли Алексия, то ли чёрт знает кто.

Я окончательно потерял логику и контроль. Спрыгнув со стула, я уставился на Алана, потом на Марка и на Лену. Черт! Она была похожа на Стерна. Чертовски похожа, правда, черты лица мягче, но при это мимика явно заимствована у Марка.

Не выдержав, я потребовал ответа.

– Как, черт подери, тебя зовут?

Девушка прикусила губу. За нее ответил Алан, который вышел из-за стойки и встал рядом с Марком. Он как будто пытался защитить ее. От меня? Ну приехали.

– Алексия Стерн, – проговорил Алан четко.

Алексия кивнула, подтверждая. Я сунул руку в волосы и потянул, желая отодрать скальп и засунуть всю эту абсурдную информацию в голову без помех. Может, так легче дойдет?

Скальп не поддался. Пришлось разбираться по старинке.

– А кто из них твой отец?

– Оба, – проговорила Алексия очень тихо и отчаянно краснея.

Я продолжил косеть от таких заявлений. Логика давно покинула этот дом, а следом я отпустил субординацию и отключил фильтры. Или оно само все отпало. Пожалуй, впервые в жизни я позволил себе столь не толерантное поведение.

– Я давно не смотрю телек и порядком отстал от новостей. Просветите, когда педерасты научились размножаться естественным способом? Я слышал об усыновлении, но вы же ужасно похожи…

Я указал на Алексию и Алана.

Марк сложил руки на груди и сжал губы. Его плечи подозрительно подрагивали.

– Эко? Суррогатная мать? – продолжал я строить предположения.

– Они не геи, Костя, – фыркнула Алексия и сложила руки совсем, как Марк. – Просто два мужа моей матери. Все просто.

– Просто? – уточнил я. – Серьезно?

– Ничего тут нет простого, – вклинился Алан. – Но мы так существуем, Константин. Давно и вполне успешно.

– Если я скажу, что ты до кучи мой дядька, парня удар хватит, – заржал Марк, теряя выдержку.

Алексия наступила ему на ногу.

– Боже, что ты за человек?

– Отличный я человек!

– Молчи, Марк.

Удар меня не хватил, но глаза почти упали на пол. Так сильно я их выпучил. Правда, взял себя в руки и постарался не зацикливаться на ебанических семейных узах Стернов. В эти подробности я точно не хотел быть посвященным, но кто ж меня спрашивал…

Девушка пришла в себя раньше, чем я. Алексия-Лена перевела глаза на Алана и спросила:

– Пап, зачем он здесь?

– Возможно, чтобы закрепить твое гетеро? – предположил Марк раньше всех.

Алексия отдавила ему вторую ногу, и уже Алан попросил:

– Марк, ради всего святого…

– Ради колы и влажных салфеток? – уточнил пижон, сникнув. – Ладно-ладно. Молчу. Какие вы скучные.

Он прошёл через гостиную и налил себе кофе. Алан закатил глаза, но замечания, как мне, не сделал. Видимо, в Марке было столько собственного яда, что кофеин натощак никак не мог ему навредить.

– Он твой охранник и спутник до Алтая, Лекси, – сообщил Алан, переводя взгляд с племянника на дочь.

– Он? – уточнила девушка, очень невоспитанно ткнув в меня пальцем.