– Так! – Лена с энтузиазмом хлопает в ладоши и встает. – Какой у нас план, Дудаева? Предлагаю поехать в центр и там в каком-нибудь кафе засесть. Отметим встречу. Ты, кстати, комнату-то свою уже видела?
Незаметно ее бодрость передается и мне. Скованность уходит, хочется улыбаться. И правда, чего я притихла? Я в столице с лучшей подругой, и со дня на день у меня начнется совершенно новая взрослая жизнь.
– Твой отец сказал, что комнату ты мне сама покажешь, а плана у меня нет. Я, как говорится, за любой кипиш.
– Вот и супер! – Ленка по-свойски берет меня за руку и тянет к лестнице, ведущей на второй этаж. – Пойдем быстро вещи в твою новую опочивальню кинем и поедем на променад. Такие места тебе покажу – будешь в восторге.
– А ты сама за рулем будешь? – уточняю я, вспомнив, что ее отец настаивал на том, чтобы нас отвез водитель.
– А как же.
– Просто твой папа…
– Просил Виталика дождаться? – беспечно отмахивается Ленка, продолжая тащить меня за собой. – Ой, да он вечно перестраховывается. Нормально я езжу.
– Видно, что он любит тебя очень и волнуется.
– Что есть, то есть, – соглашается она, и ее голос становится ласковым. – У нас с папой в отношениях полная идиллия.
– Слушай… – Запнувшись, я не сразу могу решить, стоит ли задавать следующий вопрос. – Просто ты говорила, что твои мама с отцом снова сошлись, когда уезжала. Так я и думала, что они до сих пор вместе живут.
– А… Нет. – Лицо Ленки становится закрытым и напряженным, давая повод думать о том, что я задела за живое. – Нет, они не живут больше вместе. Мы с папой здесь только вдвоем… Вернее, как вдвоем… – Улыбнувшись, она возвращает тону непринужденность. – Есть еще Виталий, шофер, и Лиза, домработница. Не переживай, скучно нам точно не будет. Вот, кстати твоя спальня.
Я хочу заверить ее, что ничуть не переживаю, но речь в очередной раз мне отказывает при одном только взгляде на мое, пусть и временное пристанище. Есть отчего. Комната, где мне предстоит провести ближайшие пару месяцев, просто прекрасна.
3
– Сегодня здесь почему-то мало людей, но обычно аншлаг, – Ленка беспечно кидает сумку на кожаный диван и поднимает руку вверх, подзывая официанта. – Но ничего, сейчас мы исправим ситуацию.
Она достает телефон и кому-то звонит, сообщая, что мы на месте.
Ноги неприятно гудят, во рту засуха, и голова идет кругом от увиденного – стольких впечатлений за один день я давно не получала. Тоже достаю телефон, чтобы отправить маме фотографии. По мере того, как мы с Ленкой меняли локации, она то и дело просила меня позировать: то на фоне Красной площади, то на фоне МГУ, то в парке на Воробьевых горах, то улыбнуться шире, чтобы сделать общее селфи.
Когда официант приносит наш заказ: кофе с мороженым для Лены и чай с десертом для меня, к столику подходят двое парней и, поздоровавшись, располагаются на диване.
– Это Миша и Слава, – представляет нас Лена. – А это моя Сона.
Ободряюще сжав мою руку под столом, она ослепительно улыбается новоприбывшим.
– Соня? – переспрашивает парень покрупнее, с коротко стрижеными волосами.
Судя по тому, что Лена его первым представила, это Миша.
– Не Соня, а Сона, – поправляю я.
Карие глаза смотрят на меня открыто и прямо, на губах появляется обаятельная улыбка.
– Сона? Интересное имя. Никогда такого не слышал.
– А давайте по коктейлю, девчонки? За знакомство. Лена все уши про тебя прожужжала за последние несколько дней, – подключается к беседе Слава.
– Я за! – Лена тянется за меню и подталкивает мне коричневую папку.
– Нет, я не буду, да и ты за рулем, – пытаюсь воспротивиться я, но тут же замолкаю, потому что она щиплет меня за коленку под столом.
– Ой, хватит занудничать! От одного бокала ничего не будет. Сегодня у нас по плану веселье и отдых. Домой можно и на такси вернуться. Виталий заберет потом машину.
Ленка – полная моя противоположность и обожает быть в центре внимания. Она всегда спорила с преподавателями и одноклассниками, отстаивая свою точку зрения и всеми правдами и неправдами добиваясь своего. И сейчас обязательно добьется, поэтому бессмысленно отпираться. К тому же от одного коктейля и впрямь ничего не будет, а я не хочу показаться белой вороной.
Спустя минут десять официант приносит выпивку. Я присасываюсь губами к трубочке и замечаю, как карие глаза Михаила с интересом за мной наблюдают.
– Ты надолго приехала? – спрашивает он, не отводя взгляда от моего лица.
– На четыре года как минимум, – с улыбкой поясняю я, с первого глотка ощущая расслабленное опьянение. С алкоголем я на «вы». – Поступила на филфак. А ты где учишься?
– С восемнадцати работаю в фирме у отца. Учебу заканчивал экстерном. Решил не просиживать штаны за партой.
Благодаря коктейлю я чувствую себя гораздо свободнее, и скоро атмосфера за столом и вовсе становится непринужденной, словно я давно всех знаю. Мне легко и весело. А еще, оказывается, очень приятно получать комплименты от парней. Слава похвалил мои волосы, а Миша сказал, что заразительно смеюсь. Даже и не подозревала, что могу быть такой болтушкой.
– А это у тебя что? – вдруг спрашивает Миша, касаясь моей руки.
Я вздрагиваю, застигнутая врасплох вниманием к своим шрамам. Одергиваю ладонь с намерением спрятать ее под стол, но Миша успевает ее поймать и сжать.
– В аварию попала… В детстве… – от внезапного волнения мне едва удается шевелить губами, потому что так настойчиво меня еще никто не касался.
– Ужас какой, – его голос становится на тональность ниже, делаясь почти хриплым. – Расскажешь мне, как это случилось?
– Эй-эй, потише, Мишань, – по-приятельски осекает его Лена, заметив мое смущение: – Сона вообще-то еще девственница, так что давай аккуратнее с подкатами.
Тут же становится жарко и неуютно. Для пары часов знакомства такая информация слишком личная, а я не настолько хорошо знакома с этими парнями, чтобы запросто ею делиться. Машинально тянусь к коктейлю и делаю новый глоток, чтобы успокоиться. Не помогает. Пульс ровнее не становится, и щеки по-прежнему пылают. Теперь все знают, что в свои восемнадцать я остаюсь девственницей.
– Давайте еще по коктейлю, девчат? – предлагает Слава, видимо, заметив мое смятение.
Я отрицательно качаю головой.
– Мне хватит.
– И мне, – соглашается Лена, пусть и нехотя, как мне кажется. – Мы почти весь день на ногах и устали…
Она обрывается, потому что в этот момент звонит ее телефон.
– Блин… – растерянно бормочет она. – Это папа… Алло! Да, пап, привет! Я в центре с друзьями… Да, Сона со мной. Что делаем? – Закусив губу, Лена обводит глазами стол, будто не может решить, что на это ответить. – Встречу отмечаем. Да, чуть-чуть выпили… Нет, почему сразу за рулем? Собирались вернуться на такси. Сам заедешь за нами? Э-м-м… Хорошо, мы ждем.
– Так что скажешь, Сона? Ты в теме?
Перестав ковырять чизкейк, я в растерянности смотрю на улыбающегося Мишу. За последние несколько минут я погрузилась в свои мысли и напрочь утратила суть беседы.
– Я предложил в выходные поехать ко мне на даче, – терпеливо повторяет он. Сделаем шашлыки, поплаваем в бассейне, пока погода позволяет.
Я машинально поворачиваюсь к Лене. А она-то что по этому поводу думает? Если поедет, то я конечно присоединюсь. В каком-то смысле я от нее полностью завишу.
– Надо подумать, – с сомнением отвечает она, поймав мой взгляд. – Выходные я хотела с папой провести. Но если у него планы изменятся, то почему нет?
Все-таки Ленка действительно близка со своим отцом, если готова отказаться от намечающейся тусовки ради времени с ним. Меня даже зависть берет по-белому. Мой папа был очень молчаливым и замкнутым, и мне часто казалось, что я ему не слишком-то интересна.
– Борису Александровичу большой привет передавай, Лен, – говорит Слава, как мне чудится, с почтением. – Слышал, он новый объект в Подмосковье начал.
На это Ленка лишь беспечно пожимает плечами.
– Понятия не имею, если честно. Папа работу не любит обсуждать, а я не настаиваю. О, вот, кстати, и он звонит… – Схватив зажужжавший телефон, она прикладывает его к уху и начинает бодро тараторить: – Да, пап. Ты уже здесь? Поняла… Хорошо, выходим.
При мысли о скорой встрече с Лениным отцом, я снова ощущаю всплеск волнения, правда списываю его на неловкость от утреннего инцидента. Думаю, Бориса Александровича нечасто путают с наемным шофером.
– Ну что, встаем? – Ленка лезет рукой в сумку и протягивает мне упаковку жвачки. – Держи на всякий случай, чтобы в машине перегаром не дышать.
Я моментально запихиваю в рот полпачки и начинаю активно жевать. Будет жутко, если стекла запотеют. Да и вообще…
Парни выходят на улицу вместе с нами, отчего я испытываю легкую досаду. Из меня пока не выветрился дух школы, нашептывающий, что пить в компании взрослых мальчиков – плохо.
Темный седан стоит справа у входа, опасно переливаясь в полумраке своими полированными боками. Я машинально ощупываю толстовку – не задралась ли? – и резко оборачиваюсь, когда чувствую руку на своем плече. Миша.
– Пока ты не уехала, хотел твой номер телефона узнать, – таинственно щурясь, говорит он. – Не против?
Я чувствую смятение. И не потому, что парень просит у меня телефон – уже за столом было ясно, что Михаилу я понравилась. Скорее от того, что это происходит прилюдно.
– Эм… Ладно, записывай… – выпаливаю я и машинально оборачиваюсь, проверить, не задерживаю ли остальных. По коже разбегаются миллионы покалываний: отец Лены в этот момент пожимает руку Славе и его взгляд по случайности падает на меня.
Густо покраснев, я снова отворачиваюсь и быстро диктую Мише свой номер. Просто потому, что пообещала. Надеюсь, Борис Александрович после этого не подумает, что вместо учебы я собралась романы крутить.
– Круто. Я обязательно позвоню, – широко улыбается мне Миша, пряча телефон в карман.
Помахав ему рукой в знак прощания, я спешно иду к машине.
– Первый день на новом месте, а уже поклонником обзавелась, – шутливо комментирует мое шествие Ленка.
Щеки горят еще ярче. Не могла она хотя бы сейчас промолчать? Пусть еще отцу скажет о том, что в его доме завелась девственница.
– Здравствуйте еще раз, – бормочу я, поравнявшись с Борисом Александровичем. Намеренно на него не глядя, я собираюсь быстро прошмыгнуть в машину, но цепляюсь за какую-то выбоину и, ойкнув, начинаю заваливаться на бок.
Услышанный ранее запах дороговизны и кедра окутывает меня плотным облаком, и одновременно с этим твердая рука ловит мой локоть, помогая удержаться на ногах.
– Куда так торопишься? Аккуратнее.
Сердце начинает молотить, как сумасшедшее, а во рту, даже несмотря на жвачку, пересыхает. Эти слова я услышала так, будто их сказали мне в ухо.
– Спасибо большое… – Я смотрю себе под ноги, ища причину, по которой чуть не рухнула и, к своей растерянности, ничего не нахожу. – Не знаю, как так вышло… На ровном месте…
– Главное, что не упала. – Отец Лены отпускает мой локоть, и когда я с облегчением хватаюсь за ручку пассажирской двери, слышу: – Жвачка от запаха алкоголя не спасает. В следующий раз выпей кофе.
Выкинув жвачку в окно, я наблюдаю за сменяющимися пейзажами ночного города. Красиво-то как. Ещё даже великолепнее, чем днём. Немного расслабляюсь от монотонного и спокойного движения и переключаю внимание на телефон.
Мама получила мои снимки и пишет восторженные сообщения одно за другим. Просит позвонить, но мне неудобно при посторонних делиться своими эмоциями и впечатлениями, о чем ей тут же пишу в ответном смс, быстро перебирая пальцами по дисплею.
– Мишка тебе уже строчит, да? Кажется, он всерьез тобой заинтересовался, – говорит Ленка, даже не пытаясь сделать свой голос тише.
Мои щеки снова начинают пылать. Ещё бы! Ведь ему так разрекламировали мою девственность!
– Это мама ответила. Передает тебе привет и благодарность Борису Александровичу, что предложили у вас пожить, – быстро говорю я и, поймав в зеркале заднего вида пристальный взгляд Лениного отца, снова смущаюсь.
Мне жутко неудобно перед ним. В первый же день выпила и продиктовала номер телефона малознакомому парню. Что он обо мне теперь думает?
– Не за что, – отзывается он. – Как прогулка?
– Хорошо, – отвечает Ленка за нас обеих. – Почти весь день провели на ногах, потом с Мишей и Славой посидели в кафе. Кстати, пап, в выходные у нас все в силе? – Он утвердительно кивает. – В силе. Саблины к себе приглашают. Шашлыки пожарим. В бассейне поплаваете, в теннис поиграете. Умеешь, Сона? – задерживает на мне внимательный взгляд.
– Саблины? Круто! – Лена ерзает на кожаном сиденье и, придвинувшись ко мне вплотную, шепчет на ухо: – Это родители Славки. Он обязательно Мишку с собой прихватит. Так даже ещё лучше, – глаза подруги загораются восхищением.
Не берусь уточнять, для кого лучше. Я привезла с собой учебники и собиралась подготовиться к занятиям. Богатого папы у меня нет, и всеми правдами и неправдами нужно показать отличный результат с первых же дней, потому что я хочу получить стипендию. Хоть какая-то помощь матери будет, чтобы она не зашивалась на двух работах.
Я опять отворачиваюсь к окну и стараюсь не вмешиваться в разговор Лены и отца, когда они обсуждают планы на ближайшие выходные. С удовольствием бы осталась дома одна, но отказывать мне неудобно. К тому же это всего лишь на два вечера. А потом я засяду за учебный материал.
Глаза не справляются с соблазном, и я снова задерживаю взгляд на коротко стриженом затылке Бориса Александровича. Сейчас понимаю, как глупо вышло утром, когда приняла этого мужчину за водителя.
Приняв душ, я разговариваю с мамой, а потом проваливаюсь в крепкий сон. Просыпаюсь уже утром от громкого звука будильника и растерянно озираюсь, не сразу сориентировавшись, где нахожусь. Впрочем, все быстро встает на свои места, когда в дверях появляется Ленка и с размаху плюхается ко мне на кровать.
– Подъем! Новый день нас уже ждет! Вытряхивай из рюкзака, что у тебя есть из одежды. Если шмотки, которые были на тебе вчера, лучшее, что у тебя есть, нам срочно нужно пройтись по магазинам. Так уж и быть, возьму на себя роль твоего стилиста.
– Лена-а, – измученно стону я и хихикаю. Не девчонка, а ходячий ураган. – Вообще-то мне ничего не нужно. Мало того что живу у вас на безвозмездной основе, так и ещё одеваться за ваш счёт? Нет. У меня хоть и не дорогие вещи без именитых ярлычков, но очень хорошего качества.
– Что-то подобное я и ожидала от тебя услышать. Тогда сейчас.
Ленка скрывается за дверью и минуты через три возвращается с ворохом одежды. Сваливает все на кровать и выуживает из кучи ярко-красный бикини.
– Ручаюсь, купальник ты не взяла. А он понадобится.
Я растерянно оглядываю лоскуты красной ткани.
– А не слишком откровенно?
– В самый раз, – тоном, не терпящим возражений, произносит Ленка. – Ну-ка, примерь.
– Позже. – Я осторожно откладываю купальник в сторону и с опаской кошусь на неплотно прикрытую дверь, из-за которой в этот момент слышатся шаги.
Не хватало ещё, чтобы Борис Александрович вошел, застав меня полуголой.
