Вздёргиваю одну бровь.
Какое редкое и странное имя для нашей страны.
– Хорошо, – отвечаю сухо. Представляться не собираюсь. – Спасибо за кофе, но не стоило.
– Ты не скажешь своё имя? – улыбается он весело. Голубые глаза неестественно яркие и затягивают как зыбкий туман.
Моргаю и отвожу взгляд. Смотреть в океанические глаза точно не стоит – затянут своими холодными водами, полными хищников и других опасностей, и всё, все планы уйдут к чертям.
– Я не собираюсь с вами знакомиться, – говорю хмуро.
– Какая ты серьёзная, – хмыкает Данте.
– И не нужно мне тыкать, – произношу строго и снова поправляю очки. Привычка, выдающая мою нервозность. И в то же время ритуал.
Всегда, когда чувствую себя как не в своей тарелке и начинаю волноваться, трогаю и поправляю очки. Это, казалось бы, обычное и незаметное действие успокаивает меня и придаёт уверенности.
Данте вновь хмыкает и кивает.
– Договорились, прекрасное создание. Я готов обращаться к вам исключительно на «Вы». Теперь назовёте своё имя?
– После этого вы отстанете от меня? – вздыхаю капельку раздражённо. Не люблю настойчивых и прилипчивых людей. Утомляют и напрягают.
– Конечно.
Уголки его чувственных губ чуть подрагивают, словно он пытается сдержаться, чтобы не рассмеяться.
– Ангелина Геннадьевна.
Мужчина широко улыбается, словно он выиграл миллион. Но я обращаю всё своё внимание на то, что у него очень красивая белозубая улыбка. И зубы явно свои. Ни импланты, ни виниры. Вон небольшой скол на переднем зубе. А клык чуть искривлён.
Слишком красив. Слишком большой. Слишком опасный.
Всего слишком. И это я с ним знакома всего несколько минут, а мне уже его слишком много и хочется скорее убежать.
– Ангелина. Красивое имя, – мягко говорит Данте, глядя на меня как-то очень странно. Вздрагиваю, потому что и голос, и тон приятные. Он будто учился ораторскому искусству и легко меняет тональность своего голоса.
– Спасибо, – бормочу себе под нос.
На табло загорается номер моего заказа.
– Ваш кофе, – произносит девушка на выдаче и протягивает мне горячий стаканчик с картонным обручем, чтобы не обжигаться.
Чувствую, как Данте вырастает у меня за спиной, и вижу, как девушка, словно роза распускается и сияет. Её взгляд направлен мне за спину, глазки блестят. Губы растягиваются в восхищённой улыбке.
Хмыкаю, забираю свой кофе, закрываю его крышкой и иду на выход.
Выхожу из кофейни, вдыхаю тёплый весенний воздух, делаю первый глоток вкусного кофе и сбегаю со ступенек. Направляюсь к перекрёстку, чтобы перейти дорогу и погулять в парке.
Жду зелёный свет, не думаю ни о чём. Настроение тихое, милое и доброе. Идеально.
– Позвольте вас проводить, Ангелина, – вдруг раздаётся рядом голос Данте.
Резко поворачиваю голову и возмущённо смотрю на мужчину.
– Вы же пообещали отстать от меня, если назову своё имя, – бросаю резко и крайне недовольно. – Или вы из той категории людей, что не держат своё слово?
Мужчина хмыкает.
– Я держу своё слово. Всегда.
– Тогда в чём ваша проблема?
– У меня нет проблем, Ангелина. Ты просила отстать от тебя, но я ведь не приставал к тебе, – смеётся он.
Похоже, ему очень весело.
– Любите играть словами, да? И снова вы мне тыкаете.
– Люблю, да. И мне хочется обращаться к тебе на «ты». Прости.
Загорается зелёный.
Делаю независимый вид и демонстративно показываю, что разговор и знакомство закончились. Быстрым шагом пересекаю зебру.
Но этот невозможный мужчина идёт со мной рядом! И шагает спокойно, легко и даже лениво, словно я плетусь как черепаха!
Перейдя на другую сторону, резко останавливаюсь, добавив тону строгости и возмущения, спрашиваю:
– Что вы привязались ко мне? Что вам нужно?
Данте щурится, подняв взгляд на солнце, потом улыбается. Переводит взгляд на меня, смотрит словно счастливый влюблённый и выдыхает блаженно:
– Понравилась.
Фыркаю.
– Да неужели?
– Угу. Сам удивлён.
Качаю головой и говорю:
– В таком случае ничем помочь не могу. И не нужно меня провожать. Прощайте, Данте.
– Нет, Ангел, не прощай, – заступает он мне дорогу. – Сначала дай свой номер телефона.
– Номер телефона? – переспрашиваю обескураженная наглостью мужчины. – С какой целью?
– Позвоню тебе, – произносит негромко.
– Зачем? – выдыхаю с нервным смешком.
– Чтобы пригласить на свидание, – отвечает он невозмутимо, потом оглядывает меня с ног до головы соблазнительным взглядом.
Раздраженная его наглостью, широко улыбаюсь и произношу чётко и предельно ясно:
– Нет.
Разворачиваюсь и иду в обратную сторону. В парк можно войти и с другой стороны.
Но мужчина, похоже, не привык к отказам. Он снова шагает рядом со мной.
– Ангел с характером. Мне нравится.
Отчего-то мне становится весело.
– Ангел? – смеюсь я. – Уж простите, Данте, но я точно не Ангел.
– Ты – Ангел. А ещё любовь всей моей жизни, – вдруг говорит он на полном серьёзе, и я сбиваюсь с шага.
Смотрю на мужчину в замешательстве.
– Вы – псих! – озаряет меня понимание. – Говорят, именно весной и осенью начинается обострение психических состояний. Вот же мне «повезло»! Такой хороший день и тут вы…
Кривлюсь и наконец, начинаю пить свой раф. Раф успел остыть и настроение портится.
– Оставьте меня, Данте. Идите своей дорогой и забу…
– Это правда, – обрывает он меня на полуслове.
Смотрит на меня проницательным и внимательным взглядом голубых глаз. Я же словно смотрю в бесконечную синь ясного неба. Боже, что за глаза…
– Я впервые за долгие годы вновь вижу краски этого мира и улыбаюсь. У меня даже с непривычки губы разболелись. Веришь? – смеётся он.
– Наверное, сегодня какая-то необычная луна, вот она на вас и действует, – говорю осторожно.
Затем подхожу к мусорной урне и аккуратно, чтобы не уронить и не пролить ставлю недопитый кофе в стакане на дно невысокого бака.
Поворачиваюсь к мужчине. Блондин хмурится, а я киваю ему и произношу мягко и с лёгкой улыбкой на губах:
– Спасибо за компанию, но мне уже пора идти. Прощайте, Данте.
И быстро-быстро иду в сторону университета. Прогулка в парке с любимым кофе вышла неудачной.
Иду и не выдерживаю. Любопытство сильнее меня. Оборачиваюсь и вижу, что мужчины с необычными глазами нигде нет. Оглядываюсь, но не нахожу его.
Хмыкаю.
– А сказал любовь всей его жизни, – шепчу одним губами.
Выбрасываю из головы блондина с голубыми глазами и иду в университет. Там тоже есть кофейня, там не готовят раф, зато чашку капучино выпить можно.
⁂
– ДАНТЕ —
Один мудрец сказал, что ни одно действие не проходит бесследно.
Да, людям суждено однажды умереть, а потом предстать перед судом.
Но иногда при жизни приходиться вершить суд.
То, что я совершил в своей жизни и кем стал, имеет конкретную причинно-следственную связь.
Когда-то я был хорошим парнем. Вёл праведный образ жизни. Соблюдал все законы – человеческие и божьи. В итоге жизнь распорядилась весьма своеобразно.
Возможно, моя судьба изначально была предрешена.
Возможно, Господь испытывал меня. Если так, то испытание я провалил. Но не жалею о своих поступках.
Сейчас я тот, кого плохие парни боятся и при моём имени вздрагивают в ужасе.
Наказание виновных кровавыми и убийственными методами – это моя работа.
Да, мои руки хорошо испачканы в крови. Не отмыться.
Но я не только убиваю и избиваю. Не все проблемы можно решить убийством и кулаками. Я всегда предлагаю людям выбор – подумать и сделать, как должно. Убеждать умею.
Я решаю серьёзные вопросы, касающиеся бизнеса моего друга, товарища, партнёра и босса – Шведа. Бизнес, разрешённый сверху. Теневой бизнес.
Однако есть и то, с чем ни я, ни Швед, ни наши парни никогда не связываемся.
Я не жалею о выбранном пути. Иду по жизни, уничтожая тех, кто встаёт на нашем со Шведом пути.
Ни жалости, ни сожалений, ничего…
Я давно забыл, как это испытывать хоть какие-то чувства и эмоции. Пустота внутри – чёрная бездна. Она моя вечная спутница.
Я придавил свою душу могильной плитой, залил её кровью мною же убиенных. Запер на все замки путь к душе и заставил себя забыть о жизни.
Я не живу. Я существую. Хорошо делаю свою работу и с каждым днём умираю.
Никогда не обдумывал и не ощущал тяжесть каждого своего тёмного поступка. Никогда и ни перед кем не оправдывался в совершённых делах.
Но сегодня звёзды явно сошлись в каком-то божественном просветлении.
Прекрасное утро, которое я оценил после того как увидел её…
Она мягкой походкой, с лёгкой улыбкой на губах и невинным, беспечным взглядом вошла в кофейню. Свет за её спиной и вокруг лика засиял, словно бы к людям спустился лучезарный ангел.
У меня дух перехватило от этого зрелища.
Я увидел её так ясно, чётко и в ярких красках, что вдруг ощутил, как в груди забилось с бешеной скоростью сердце.
Моргнул, боясь, что это всего лишь видение. Но к счастью прекрасная незнакомка не исчезла, не растворилась, не показалась. Она реальна.
Миниатюрная, изящная, нежная, красивая.
Она осмотрелась и скользнула по мне ясным и умным взглядом тёмных глаз, словно глубокое море.
Я забыл обо всём на свете. Забыл, кто я. Забыл, зачем я здесь, сижу в этом кафе.
Смотрел, смотрел и смотрел на темноволосую девушку и не мог оторвать от неё взгляда.
А потом в моё сознание проник эгоизм и внутренний голос спросил: «Так и будешь сидеть истуканом? Или сделаешь хоть что-нибудь?»
И едва пронеслась эта мысль, как незнакомка вдруг обернулась, и наши взгляды встретились.
Какие же у неё глаза…
Даже за стёклами очков я вижу, что душа девушки чиста и прекрасна.
Я не должен был подходить к ней. Не должен был говорить с ней. Не должен был знакомиться. Но лишь один взгляд на неё и я ощущаю жизнь. Ощущаю, как у меня открывается новое дыхание, и губы сами собой растягиваются в улыбке.
Мне хочется, и смеяться, и плакать. Словно я тот путник, много лет, скитающийся по пустыне, что, наконец, набрёл на свой оазис.
В это утро, когда я впервые её увидел, её и моя жизни изменились навсегда.
И имя у неё ангельское – Ангелина.
И её глаза – всего лишь один взгляд и они стали центром моего мира.
Разве так бывает?
Она абсолютно чиста, а я приведу её в свой тёмный мир… Но раз увидев Ангела уже невозможно отказаться от света и чистоты.
Эта девушка должна стать моей. И станет.
В тот миг я и думать не думал, что у неё есть своя спланированная жизнь. Не думал, что у неё может быть парень или жених. Ни о чём не думал, кроме её бездонных синих глаз, алых губ и нежного румянца на красивом лице.
Она боится, не понимает, зачем я пристал к ней, иду за ней, как маньяк.
А мне нравится смотреть на неё, нравится её голос. Чёрт возьми, мне уже нравится её характер!
Кажется, это любовь.
Любовь всей моей жизни.
От этой мысли сердце вновь заходится в бешеном ритме, накрывает правильность этого чувства, и я признаюсь девушке:
– Ты – Ангел. А ещё любовь всей моей жизни.
Она облизывает полные губы и смотрит на меня в неверии.
И этот её невинный жест заставляет мой член «ожить» и стать твёрдым. Моментально схожу с ума, потому что никогда в жизни у меня не было такой реакции на женщину.
Чувствую, что хочу её не просто на время. Хочу её навсегда.
Последний раз вдыхаю её сладость, а затем позволяю уйти. Ангелина спешит скорее оказаться как можно дальше от меня. И я создаю видимость, что ей это удалось.
Быстро бегу к своей тачке, запрыгиваю в машину и еду за ней.
Прослеживаю весь путь Ангела.
Довольно усмехаюсь, когда она взбегает по лестнице в университет.
Студентка, значит. Или преподаёт?
Выключаю двигатель и начинаю ждать. Пока жду, беру телефон и звоню.
– Гена, сразу к делу. Мне нужно познакомиться с ректором одного университета. Устрой, друг.
Называю универ.
– Данте, все в курсе, что ты еб@нутый, но чтобы настолько! На кой хер ты собрался поступать учиться? – ржёт друг.
– В знаниях сила, – улыбаюсь в трубку, и Гена вдруг слышит мою «улыбку».
– Погоди… – бормочет он, – это что-то новенькое. Ты улыбаешься?
– Гена, просто устрой, ладно? – усмехаюсь я.
– Твою ж мать… Неужели Ад замёрз? – смеётся Гена. – Данте, за твою улыбку я готов устроить дружбу хоть со всеми ректорами города!
– Нужен только один. И как можно скорее, – повторяю просьбу и отключаюсь.
На губах продолжает играть улыбка. А внутри вдруг становится хорошо, тепло и мне кажется, что я «оживаю».
– Ангелина. Ангел. Мой Ангел.
Глава 5
– ДАНТЕ —
Когда приезжаю в офис, парни уже ожидают меня. Киваю им. Парни усмехаются и кивают в ответ.
Швед уже у себя, ждёт всю нашу команду.
Когда первым захожу в кабинет, Крош встаёт и следует за мной. Он ещё один мой лучший друг после Шведа. Как и Гена. Эти трое стали для меня братьями, семьёй. Они помогли мне начать жизнь с нуля, помогли справиться с безудержным гневом и ненавистью ко всему человеческому роду.
За ним следуют Гена и другие наши самые лучшие парни – молодые, горячие.
Когда они к нам пришли, то жаждали экстрима, погонь, крутизны. Пришлось с ними поработать, чтобы выбить дурь из головы. В нашем деле важны осторожность, незаметность и благонадёжность.
Все мы садимся за прямоугольный стол для переговоров. Рабочий стол Шведа стоит в другом конце кабинета, где из окна виден весьма скучный и унылый пейзаж.
Швед бы переехал в другое место с видом на город, но тогда все наши дела будут на виду.
– Данте, ты расскажешь нам, что за блажь с универом пришла в твою голову? – спрашивает Швед с улыбкой, медленно и со вкусом потягивая чёрный кофе.
В кабинет входит молодой парнишка. Он из новеньких и ещё зелёный, пока кроме как разносить напитки большего не заслужил.
Зовут его Павел. Он приносит поднос с кофе и чаем и расставляет пред каждым из нас чашки. Он помнит, кто и какой напиток предпочитает.
Когда Пашка уходит, я смотрю на друзей и невозмутимо пью свой кофе. Невольно начинаю улыбаться, и парни замирают. Молча, но при этом в полном шоке смотрят на меня так, будто на моей голове вырос член.
– Данте? – удивляется Швед не меньше остальных. Отставляет свою чашку и ждёт от меня объяснений.
Ладно, не стану испытывать их терпение, всё равно же узнают правду.
– Мне нужно было узнать, кто учится или работает в этом универе, – говорю я, не в силах убрать дебильную улыбку с лица. – Оказывается, учится. На последнем курсе.
Парни начинают ржать и понимающе переглядываться. Издают не менее придурковатые звуки, как и моя улыбка.
– О-о-о…
– Тогда всё ясно.
– Данте влюбился. Бедная деваха…
– Ты хоть предупреди её, что у тебя кукуха не на месте!
Гена хлопает меня по плечу и едва уворачивается от моего кулака. Из-за этого проливаю кофе на стол.
Крош протягивает мне салфетку и тоже ржёт.
– Всё серьёзно? Или это так, увлечение? – спрашивает Швед, игнорируя этих придурков.
– Хочу от неё ребёнка… Двоих или троих. И женюсь на ней, – отвечаю на полном серьёзе.
Ржач в кабинете нарастает и напоминает лошадиное стойло с бешеными жеребцами.
– Данте, ну ты и придурок! – сквозь смех выдаёт Гена. – Девчонку хоть спросил?
– Мне уже жаль твою избранницу, – добавляет Крош.
Вздыхаю и задаю риторический вопрос, полный угрозы и моего недовольства:
– Если я сейчас оторву всем вам головы и засуну их в ваши же задницы, вы не сильно расстроитесь?
Парни уже покатываются со смеху.
Швед усмехается и говорит властно и резко:
– Всё, хватит. Не испытывайте терпение Данте, а то станете жопоголовыми.
Швед знает меня лучше всех, поэтому понимает, что данная ситуация непривычна как для меня самого, так и для всех.
Парни умолкают спустя минут пять и уже советуют, чтобы я не пёр танком, а был мягким. Девушки пугливы, когда мужчина идёт на них тараном.
Швед смотрит на меня несколько секунд, а затем качает головой. Я не готов объяснять и рассказывать конкретно, кто она мой Ангел. И мы переходим к делам…
– Все прошло хорошо с последней отгрузкой? – спрашивает Швед и смотрит прямо мне в глаза, будто может прочитать мои грёбаные мысли.
– Дело сделано. Всё прошло как по маслу, – подтверждаю я. – Фура прикатит к нам через неделю.
– Хорошо, – говорит Швед. – Контролируй, Данте. Новая точка отгрузки и новый маршрут – это всегда риски.
– У меня всё под контролем, – повторяю с нажимом и Швед кивает.
– Крош, сегодня вылетаешь на Восток, проверишь и разберёшься с нашими партнёрами. Что-то не нравится мне, как прошла последняя поставка. Сроки нарушили и парней других поставили на доставку.
Швед кивает Крошу. Тот хмурится, как и остальные.
Да, чувствуется, что мутится какая-то хрень, словно кто-то решил дорогу нам перейти.
Крош достаёт мобильник и бронирует себе номер в гостинице.
– Итак, Данте, похоже, что на сегодня ты свободен. Какие у тебя планы? – спрашивает Швед, раздражая меня своим вопросом.
– Проведу вечер один, – отвечаю уклончиво.
На самом деле я в полном нетерпении и хочу увидеть своего Ангела ещё раз.
Я уже знаю, где Ангелина работает, где живет, поэтому мне не составит труда снова встретиться с ней. Но я категорически не желаю, чтобы кто-то был в этот момент со мной, когда снова увижу её. Хотя, может быть, она испугается меня, если появлюсь один. Если приду в боулинг-клуб с кем-то из друзей, может, отреагирует спокойнее. Тем более, не гонять же шары в одиночку?
Но в любом случае, я должен увидеть её снова.
– Полагаю, Данте проведёт вечер вне дома, – усмехается Гена.
– Значит, он не будет сидеть дома, и предаваться грустным мыслям? – ржёт Стас.
Смотрю на друзей убийственным взглядом и демонстративно разминаю пальцы, громко щёлкая суставами. Стас кривится, он не переносит этот звук.
– У тебя скоро появятся морщины, Данте, хватит этой свирепости во взглядах. Ты влюблён, так что давай, ждём от тебя нежностей… – подмигивает мне Гена.
Крош суёт мне в руки чашку с остывшим кофе, чтобы я не врезал кому-то из этих придурков.
