– Тан Риалон… вы знаете процедуру.
Эрнесто кивнул.
Сеньор Хименес развел руками. Понимаю, осознаю, но никуда от протокола не денешься. Придется вам клясться силой, что это не вы убили супругу…
Эрнесто и не колебался. Ведь и правда – не он!
И Барбару, и Лосано, и вообще, к этой истории он причастен очень косвенно. Как муж, который все узнает последним.
Он клялся, заполнял бланки документов, ставил подписи и печати, оттиски силы и магии, и внутренне радовался.
Делу дан ход.
Скоро он станет холостым официально.
Вальд, спасибо! Как же ты мне удачно помог… надеюсь, ты со злости не удавишься… но если что – я постараюсь пережить твою утрату.
* * *
Вот и сам бордель. И не скажешь никогда, что вот это респектабельное здание, белое, чистенькое, ухоженное и очень чопорное – бордель! И вывески никакой нет! Видимо, танго здесь только для своих. Рейнальдо сделал Тони знак подождать, а потом скользнул внутрь, прямо через стену. Ему что? Он призрак!
Пару минут его не было, потом одно из окон распахнулось. Вот тут был сложный момент, конечно. Хоть и первый этаж, но ты поди, влезь!
Если ты не провел все детство в лесу.
Если не лазил по деревьям чуть не каждый день, не бегал на рыбалку, не ходил за ягодой… Тони вспорхнула на подоконник легче птицы на ветку. Подтянуться, ногу перекинуть – и вперед! Только шелка мелькнули!
– Отлично.
И Рейнальдо улетучился на разведку.
Тони осталась ждать, но уже в комнате. Хотя долго ждать и не пришлось, чего там? Проверить коридор – и выпустить девушку. А потом лететь вперед, показывая дорогу.
– Он сейчас в коричневой гостиной. И девушку туда мадам отправит…
– И что с ней?
– И ничего, – отмахнулся Рейнальдо. – Десять минут я тебе обеспечу. Хватит?
– За глаза.
И Тони толкнула дверь в гостиную.
* * *
Мужчина сидел на диване.
Довольный, вальяжный, чем-то неуловимо похожий… нет, не на кота! Котики – животные милые и пушистые. А вот это… гадина! Слизень мерзкий! И другого слова для него Тони не находила.
– Хм-м… новенькая?
Тони улыбнулась и одним движением плеч сбросила плащ.
Полыхнули алые цвета.
Шаг. Улыбка. Еще шаг… тихая музыка, которую вызванивают бубенчики на пальцах. Прогнуться, повести плечами так, чтобы грудь соблазнительно качнулась, и снова – улыбка.
Разворот – и снова песня бубенчиков.
И вот Тони уже совсем рядом.
– Ты не помнишь меня, Джастин? Мой милый зайчик…
И маска слетает с умело накрашенного лица. А Тони самыми кончиками ледяных от волнения пальчиков дотрагивается до щеки министра.
Черная грива волос, прическа, как у ТОЙ, улыбка.
И слово.
Зайчик…
Мало кто знает, но уши у министра не идеальные. Они действительно слегка лопоухи. Поэтому иногда Гвин звала его именно так. Мой зайчик.
Этого оказалось достаточно.
Джастин побелел. Покраснел. Полиловел.
Протянул вперед руку, да так и рухнул с дивана.
Тони сморщила нос и коснулась его носочком туфельки. Но и так видела – правки не требуется. Никакой. А значит…
– Рей?
Призрак уже маячил у окна.
– Свободно! Вперед?
Тони и уговаривать не пришлось. Она подхватила плащ, набросила на плечи, застегнулась – и птичкой выпорхнула в окошко. Еще пять минут, и они с Рейнальдо бежали по улицам города. Призрак впереди, Тони за ним.
И только в магазине девушка позволила себе расслабиться.
Упала на диван, перевела дух, сбросила надоевшие туфли…
– Я боялась, не получится.
– Зря. Все ведь получилось.
Рейнальдо завис над креслом с ужасно самодовольным видом. А что?
Кто операцию придумал? Кто все разработал? Без кого и половины не получилось бы?
Он, все – он!
Им задумано, им исполнено. И ведь как задумано! С каким изяществом?
Убить человека несложно, главное не попасться. А для этого должно не остаться следов.
Некромантия на такое не работает. А вот ведьминская магия – вполне. Вот и родилась идея… сначала думали о ядах, но яд это не слишком надежно, яд могут обнаружить. А смерть от естественных причин… практически естественных, министру помогли только самую малость!
Министр – человек полный, сосуды у него слабоваты, если его чуточку напугать, сердечко-то и откажет. Может такое быть? Может. Сгусток крови образуется, или сосуд лопнет…
Но для этого Тони должна подойти вплотную и его коснуться.
Это первое.
А еще ее никто не должен заподозрить, даже сама жертва. Вот увидел он Гвинневер – и померши. От ужаса. Или от чувства вины.
В чем виноват?
А тут допрашивать тень все одно будут, он и расскажет про королевскую сестру, про ТО убийство, про старое и забытое. Тени ж уже все равно… он УЖЕ мертв будет. С некромантом не поспоришь.
Вот и получается. Увидел Гвин – и помер. А прикосновение… и что с ним? В борделе до клиента не просто дотрагиваются. Работа у людей такая…
Было четко. Одно прикосновение к щеке. Ведьминской магии хватило, там и так все было уж на грани… сосуды, как сопли.
Видел он Гвинневер. О ней и расскажет.
Имен никаких не слышал. То, что после смерти, то не в счет.
Шлюха сбежала? Вот что-то подсказывает Рейнальдо, что никому она не будет и даром нужна! Хватит уже того, что узнают про принцессу. Эх, полетят головы по ветерку!
И никакие угрызения совести компаньонов совершенно не мучили! С чего бы?
Осталось только улики уничтожить. А именно костюм разобрать на части. Жаль, конечно, но это последняя ниточка к Тони. Так что…
Девушка отдышалась и пошла за ножницами.
Жаль алый шелк до слез и соплей. Но – надо!
* * *
Спокойной ночи?
Иногда это пожелание. А иногда – циничное издевательство.
Вот у Эрнесто Риалона оказался как раз второй вариант.
Приехал он домой из мэрии, поработал немного, потом улегся спать… и вот-те на-те, разбудили! Эрнесто едва удержался, чтобы не проклясть врагов! Ух, негодяи! Неймется людям помереть – некромантов будить! Да он сейчас всех так уложит, что потом век не поднимут!
– Срочно! Работа!!!
– Серхио, я тебя прикончу!
– Может, еще и без тебя обойдется! Знаешь, сколько сейчас желающих меня сожрать будет? Ты даже не сотый в очереди окажешься! У нас министр в борделе подох!
– ЧТО?!
Сна как не бывало! Ни в одном глазу! Эрнесто подлетел на метр вверх – и помчался умываться как был. Серхио вежливо отвел глаза в сторону.
Некроманты могут спать голыми. А вот он смотреть на чужие голые задницы не станет. Ладно б еще женские, там все нормально. А мужские… фу! И еще раз – фу!
– Что за министр? – донеслось из ванной комнаты.
– Кристобаль.
– Б…!!!
Ругался Эрнесто тоже вдохновенно.
– Ты что-то знаешь? – насторожился Серхио.
Повторное ругательство только укрепило его в предположениях. Но настаивать он не стал.
Друзья?
Вот, если друзья, то каждый имеет право на свои тайны. Это важно.
* * *
Спустя два часа Серхио ругался еще похлеще Эрнесто.
Сначала-то все было логично. Сердце разорвалось.
А вот с чего оно разорвалось?
Джастин Эсперо Кристобаль, министр финансов, убит был не какой-то тварью, потому на вызов пришел вполне охотно. И даже рассказал, что увидел.
Кого увидел.
Гвинневер Элизабет.
А почему сердце разорвалось?
Даже сейчас, даже призраком, он попробовал юлить. Но Эрнесто вытряхнул из негодяя всю историю. И теперь Серхио думал, как об этом доложить начальству?
