– Да сколько можно! – буквально взрывается Клемондский. – Родители совсем тобой не занимаются? Я понимаю, отец вечно на службе, а мать устраивает личную жизнь, но должны быть границы! Нет, Кларисса, лишу тебя содержания, как пить дать, лишу.
– Не надо, братец, не сердись, – она дует губы, – прости, пожалуйста. Девушка, милая, я его сестра, честно–пречестно. У нас мамы разные, моя немножко более ветреная, хотя виноват–то отец в моем появлении на свет, – обращается она ко мне.
– Кларисса! – снова рычит герцог.
– А вот его мать не такая, даже жалеет меня иногда, потому я и обитаю на юге. Правда, в поместье братца не люблю бывать, там все с виду приветливые, но требуют многого. Так что ты, Грейс, будь на чеку.
Кажется, у меня некрасиво приоткрывается рот. Эта пигалица – его сестра. Сестра! А я уже чуть было не устроила скандал с определением, где, чье место.
– А у тебя интересные родственники, Артур, – произношу, улыбаясь, такое облегчение на душе, хочется петь от радости. – Не находишь, что стоит ознакомить меня заранее с особенностями других членов твоей семьи? – выразительно смотрю на герцога. – Мне бы не помешал хотя бы краткий экскурс, а то отреагирую излишне бурно на кого–то, когда нужно будет молчать, и нехорошо получится.
– Ой, там такие экземпляры, ты бы знала, – вместо Клемондского отвечает его сестра, переходя на свойскую манеру речи, – но я буду рядом, не дрейфь, проведу через подземные камни.
– Нет, Кларисса, ты не будешь рядом, если только совсем немного, – Артур возвращает себе невозмутимость и заговаривает, как и подобает его статусу – главе всего сущего вокруг. Короля ведь нет рядом, кому еще быть на высоте, как не Клемондскому. – У тебя каникулы заканчиваются, и ты вернешься в свою академию благородных девиц. Может, они тебя хотя бы прилично разговаривать научат, хотя сомневаюсь. Столько денег берут, а толку нет.
– Там отлично кормят, братец, заметь! Не зря деньги уходят, не переживай. А еще в академии прививают талант к мимикрии. Я в состоянии перевоплотится в скромную воспитанную девицу, не бойся. Просто зачем мне это на каникулах?
– А меня обучали дома, – неожиданно влезаю в разговор, – наверное, интересно находиться среди сверстниц.
– Нет, Грейс, не всегда и не со всеми. Поверь, те еще стервы в соседках бывают, а от них никуда не деться до самых каникул, представляешь?
– Но и от родителей никуда дома не деться.
– Зато их меньше, чем может быть плохих девочек в академии. Жду не дождусь, когда закончу и уеду подальше. Еще не знаю куда, но точно уеду, – откровенничает Кларисса.
– А это хорошая мысль, я и сама уехала, – улыбаюсь девушке.
– Ого, и как родители восприняли твое решение?
– Плохо, – морщусь, – ужасно плохо. Зато я довольна жизнью.
– Ненадолго. Ты нашла себе нового цербера, – Кларисса кивает на Клемондского, – он свободы не даст.
– Но ты ведь каким–то образом сидишь размалеванная в городе вместо того, чтобы вышивать крестиком под надзором моей матушки, – произносит герцог скучающим тоном. – И при этом умудрилась испортить мне вечер. У нас была сложная поездка, между прочим!
– Зато я вас развеселила, – подмигивает Кларисса. – Ладно, могу уйти, я все равно собиралась прогуляться по вечернему городу.
– Нет! Никаких прогулок в этом виде, тем более одной.
– Я найду себе кавалера, не переживай, – она весело подмигивает герцогу, а я едва сдерживаюсь от смеха.
Такую сестричку и впрямь нужно держать в закрытом пансионате для девиц, за ней не уследить. Но девушка приятная и куда живее своего брата.
– Никаких кавалеров, будешь с нами ужинать. Прости, Грейс, – Клемондский бросает на меня виноватый взгляд.
– Ничего, Артур, я понимаю, – мягко улыбаюсь. – Главное, чтобы никаких больше сюрпризов на сегодня, я с поездки утратила свою устойчивость к ним.
Глава 15
Остаток вечера проходит довольно мирно. Да, он лишен даже намека на тот романтический флер, что окутывал нас с Клемондским до появления его сестры, но новых гостей нет, и уже хорошо.
Я, если честно, начинаю подумывать о том, чтобы вести дневник по этому заказу, более непредсказуемого мероприятия у меня еще не было. Да и герцог не помогает, всячески увиливая от ответов.
– Прекрасно погуляли, девочки, а теперь отправляемся отдыхать, – командует Клемондский, вырывая меня из собственных мыслей.
– Отличная идея, – восклицает воодушевленно Кларисса, – правда, мой номер не продлен, я утром выехала, монеты закончились, лишь уговорила оставить свои вещи на хранение.
– Ты с утра ходишь в этом виде? – спрашивает Артур, багровея. – Зачем ты так оделась и почему осталась в городе, а не поехала в поместье?
– Понимаешь, братец, я должна была приобрести приличные платья для пансионата благородных девиц, но мне попались на глаза более яркие наряды, и я не сдержалась. А как ехать обратно под надзор твоей матушки, если она строже тебя? Я и осталась, – заканчивает рассказ Кларисса.
– И каков был твой план, мне интересно? – уточняет герцог обманчиво–спокойным тоном.
Держится пока, поражаюсь ему. Я бы точно не смогла.
– Мой? – Кларисса невинно хлопает глазками. – Да в общем–то не было его, так, полагалась на свойственную мне удачу, – она легко пожимает плечами, – и ведь не зря! – победно восклицает. – Тебя встретила, с Грейс познакомилась. Остаток каникул будет нескучным, станем с ней подружками, я выпытаю все обстоятельства вашего знакомства, как чувства зародились и прочие интересные подробности.
Ох, какой позорный прокол, мы с Клемондским не проработали даже этого. А ведь знакомство очень важно, и оно никак не связано со скрытностью герцога.
– Сколько дней каникул у тебя осталось? – спрашивает бесстрастно Артур.
– Три всего, если с завтрашнего дня считать, но они принимают уже сейчас, впрочем, позже тоже можно приехать, обычно в первую неделю ничего важного не ставят в занятия.
– Замечательно. Завтра купим все необходимое и отвезем тебя в академию, – припечатывает Клемондский.
– Нет! Я не хочу! – ожидаемо возмущается его сестра.
– А спать ляжешь в нашей комнате. Я заплатил за лучшие покои, для тебя место найдется, – герцог не обращает внимания на недовольство Клариссы, продолжает свою речь. – Матери я все объясню. Если попытаешься сбежать, разговор будет короткий, ты знаешь последствия моего неудовольствия.
– Да, знаю, – его сестра вдруг теряет весь свои запал и прекращает спорить.
Хм, удивительно, я приготовилась долго слушать этот разговор, а Артур усмирил ее одной единственной фразой. Интересно, что он такое делает, когда действительно ругается?
Тут некстати вспоминается немой слуга, который нас бросил тонуть в реке, и сразу снова появляются справедливые опасения относительно методик Клемондского. Его сестра, конечно, не немая, да и забитой совсем не выглядит, но все равно как–то мне не по себе.
– Грейс, дорогая, ты не будешь против, если мы сегодня потеснимся немного? – спрашивает Артур.
Как будто у меня есть выбор. Клемондский с самого начала нашего тесного сотрудничества лишал меня его. Впрочем, нечего ныть и жаловаться, могла ответить ему категоричным отказом, но я так не поступила. Выбор есть всегда. Правда, я не знакома с человеком, который отказался бы получать мой гонорар.
– Конечно, милый, – кладу голову на плечо герцогу, – наверняка места в снятых покоях полно, а мы с тобой уже спали в путешествии бок о бок.
– Ого, какие подробности всплывают, – тут же воодушевляется Кларисса, – а вы те еще шалунишки.
Неприязненно морщусь, хотя обычно как раз такую роль и играю. Но это обычно, настоящей мне подобное не по нраву.
– Мы с твоим братом чуть не утонули в реке, его слуга нас бросил погибать, и если бы не Артур, так бы и было. Кое–как добравшись до ближайшего города, мы легли спать в тех условиях, какие нам смогли предоставить, – произношу, смотря строго на Клариссу.
– Ой, я ведь не знала, – она сразу же тушуется и переводит растерянный взгляд с Клемондского на меня и обратно, – хорошо, что все благополучно закончилось.
– Согласна с тобой, – киваю. – Но зато мой дорогой Артур лишний раз показал себя с лучшей стороны, – снова льну к Клемондскому. – Я в нем и раньше была уверена, но теперь моя уверенность стала непоколебимой.
– Спасибо за добрые слова, милая, – герцог целомудренно целует меня в макушку, – ты тоже была на высоте. Я убедился, что с тобой можно отправляться не только на светские рауты.
– Ребята, вы такая хорошая пара, я так рада за вас, – Кларисса внезапно обнимает нас и шмыгает носом. – Вот честно, сначала не поверила, решила, что Артур что–то придумал, чтобы позлить родню, он может, он как и я, только тоньше и аристократичнее поступает, но сейчас я увидела в вас единое целое!
Растерянно поднимаю глаза на Клемондского, пока его сестра вытирает о нашу одежду свои глаза, но тот лишь успокаивающе кивает. Кажется, девчонка искренне говорит, значит, с первым родственником я справилась. Можно поздравить себя, аванс взят не зря.
В итоге, добираемся мы до гостиницы в полной идиллии. Артур и я ощутимо расслабились, Кларисса нам поверила и напряжение отпустило.
Клемондский настолько освоился, что в данный момент я засыпаю с его руками на собственной талии. Ощущения от чужих прикосновений настолько гармоничны, что я ловлю себя на мысли, что хотела бы так почаще…
Глава 16
Утро неприветливо и пасмурно, что нехарактерно для юга. Но, возможно, виновато неумолимое приближение осени, а, быть может, погода решила побыть на одной волне со мной. Поскольку сегодняшнее пробуждение нельзя назвать одним из лучших в моей жизни, даже несмотря на так и лежащую руку герцога на моей талии.
– Вы такие милые, смотрела бы на вас вечно, – произносит прямо над моей головой Кларисса. – Так и хочется потрепать за щечки, как котят.
– Не надо, – произношу, резко просыпаясь и садясь на постели. Именно сестра Клемондского и вызывает во мне раздражение с утра пораньше. – Тебе незнакомо понятие личного пространства? Это отвратительно наклоняться над спящими людьми!
– Да ладно, над младенцами постоянно кто–то наклоняется и умиляется, и ничего с ними не происходит, – отмахивается Кларисса.
– Они просто не в состоянии сообщить о своих чувствах. Уверена, их точно также раздражает пристальное внимание, – возражаю, опуская ноги на пол.
Артур до сих пор спит, ему наша перебранка ни в коей мере не мешает. Завидую.
– А это ты мне и расскажешь месяцев через семь–восемь, – подмигивает Кларисса, пристально рассматривая мой живот.
– Ты о чем? – выгибаю правую бровь. – Что я должна сказать через семь–восемь месяцев?
В голову лезут мысли только о каком–то семейном празднестве, о котором я, как невеста герцога, должна быть осведомлена. Но я не успеваю, как следует, начать раздражаться на Клемондского по уже сложившейся привычке за то, что он в очередной раз утаил нечто важное, его сестра сама раскрывает все карты.
– Как младенцев раздражает пристальное внимание, конечно, – говорит она с улыбкой. – У вас ведь с моим братом будет пополнение, да? Иначе с чего бы ему обручаться с девушкой не нашего круга.
– Вообще–то я потомственная аристократка, в моей семье никогда не было мезальянсов и всегда давалось достойнейшее образование, – выпрямляюсь, чопорно произнося.
О том, что кто–то решит, что у нас с герцогом случилась неосторожность до свадьбы, я не подумала. Хотя эта версия довольно логична, учитывая, как долго он остается холостяком без намека на свадьбу с кем–либо.
– Прости, не хотела тебя обидеть, – произносит Кларисса, на самом деле не выглядя раскаявшейся, – по тебе даже сейчас видно, что ты марку держишь, не одна из провинциалок с отвратительным вкусом. Вот только в королевский двор ты точно не вхожа, а, значит, не являешься одной из тех, с кем мой брат постоянно проводит время.
– Но было бы логично предположить, что я именно та, раз ты решила, что нас ждет пополнение, – говорю устало.
У девушки проблемы с мышлением, притягивает факты за уши друг к другу.
– Нет, ты что! – восклицает она, активно жестикулируя руками. – Мой брат никогда не опускался до интрижек с придворными дамами.
– Ты себя слышишь? – качаю головой. – Достойная по положению невеста у Артура может быть только во дворце, но он там ни с кем не сближается, хотя по долгу службы проводит много времени, так?
– Да, – кивает Кларисса.
– Но при этом он пошел со мной несколько дальше, чем позволительно с дамой, потому мы ожидаем ребенка, из–за которого внезапно обручились и едем к нему в поместье? – продолжаю подводить итог рассуждениям сестры герцога.
– Конечно, логично ведь!
– Совсем нет! – отрезаю. – Кто же тогда я такая, если выгляжу и держу себя достойно, а не как те девушки, с которыми обычно переходят черту? А если я правильная аристократка, то как получилось, что мы с Клемондским вместе, ведь он, по твоим словам, общается лишь с дамами во дворце?
Девушка хмурится, не зная, что ответить.
– Видишь, какая большая брешь в твоей легенде, – поднимаюсь на ноги и подхожу к зеркалу, приводя свои волосы в порядок, – а потому сначала собери побольше достоверных фактов, а потом уже обвиняй людей.
– Но кто ты действительно? – растерянно спрашивает Кларисса.
– Я Грейс Дебуа, – полностью называю себя, герцог заказывал настоящую меня, если что–то не понравится в моем решении назвать фамилию, пускай пеняет на себя. – И, между прочим, через семь–восемь месяцев я не узнаю, как ведут себя младенцы. А, учитывая твою любовь к вечерней одежде с утра, – киваю на очередное платье Клариссы, – ты рискуешь познакомиться с детьми раньше меня. Буди брата, я схожу освежиться, – бросаю напоследок и скрываюсь в ванной комнате.
Глава 17
Не скажу, что предположения Клариссы меня удивили или сильно разозлили, но все же эмоции вызвали. И вот уже пять минут я стою перед зеркалом с идущей впустую водой, просто чтобы успокоиться.
Почему–то сильно покоробил сквозящий намек на то, что я соблазнила герцога. Должно быть, многие окружающие так подумают, им невдомек, что я кристально чиста, несмотря на свою работу. Да и лучше им не знать о моем заработке, ведь это и нынешний заказ поставит под угрозу.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
