Что ж, не сказать, что первая характеристика герцога о постоялом дворе оказалась в корне неверной, в «Веселой утке» Севиджа всего понамешано. И таверна, и скучающий работник за стойкой с ключами от номеров, и парочки, которые не скрывают, как будут проводить досуг в ближайшее время.
– Хм, вроде не так плохо, – произношу неуверенно.
Герцог на это лишь смиряет меня недовольным взглядом.
– Что? Пытаюсь искать положительные моменты.
Клемондский явно собирается высказать все, что думает, но к нам подскакивает довольно бойкая женщина и перетягивает все внимание на себя.
– Ваша светлость, какая честь видеть вас в наших стенах, – произносит она с придыханием. – Я Анна, владелица «Веселой утки» и по совместительству председатель клуба ваших поклонниц в Севидже.
На этой фразе меня распирает веселье, не сдерживаюсь от смешка, а Клемондский стремительно багровеет. Зря, дамы давно организовывают себе клубы по интересам, и там обсуждают не только шитье и воспитание детей.
– Нам нужен номер, – наконец произносит Артур сквозь зубы. – Самый лучший и безо всякой похабщины, – он бросает взгляд на вульгарные парочки, – не могу позволить своей невесте спать на непонятных простынях, – герцог притягивает меня к себе.
– У вас появилась невеста? – Анна смотрит на меня с грустью. – Красивая, поздравляю, – тяжело вздыхает, прощается, наверное, с несбыточной мечтой однажды охмурить герцога. – Я вас размещу в личном крыле, не переживайте, там чисто, гости у меня бывают крайне редко.
– Прекрасно, – мрачно отвечает Клемондский, – ведите.
Глава 8
Личные покои Анны действительно оказываются довольно приличными. Убранство, возможно, чересчур скромное для королевского приближенного, но, главное, здесь чисто, и никого больше нет. Даже я не готова встречаться с местными постояльцами, а настроение Клемондского далеко от того, чтобы быть мирным.
– О, чудесная ванная, – произношу, заглядывая в смежное помещение, – но мне не во что переодеться, и полотенец тоже нет.
– Да, как и отдельной кровати, – говорит герцог, – одна большая и ни одного дивана.
– Мы ведь в личных покоях владелицы заведения, едва ли она устраивает общежитие в одной из своих спален, – пожимаю плечами. – Только вряд ли простыни менялись с утра, – провожу рукой по белой ткани.
– Тоже брезгливая, да? – кивает Клемондский, глядя на мое выражение лица.
– А я думала, ты обо мне заботишься, о невесте, а сам способен ночевать на чем угодно, – усмехаюсь, поднимая на него глаза.
Герцог смотрит на меня несколько секунд с нечитаемым выражением, а потом молча отворачивается.
– Давай спать, – занимает край кровати, – если повезет, завтра будем в месте с чистыми полотенцами. Пока что придется довольствоваться купанием в реке.
– Ладно, как скажешь, – отвечаю миролюбиво, занимая другую сторону кровати. – А все–таки интересный выдался день, давно у меня таких не было. С тобой интересно.
– Обычно на девушек производят впечатление по–другому, – Клемондсий хмыкает, – но я рад, что тебе понравилось.
После этого мы наконец засыпаем. День сказывается, организм уставший, и ему все равно, в каком месте его положили отдыхать. Но ближе к утру я внезапно просыпаюсь, не понимая, что меня разбудило, но не могу спать дальше, и все тут.
Сажусь на кровати и ощущаю жуткий голод и сильную жажду. Мы ведь без ужина, сразу легли спать. И без обеда, а я непривычная к такому. В нормальных условиях я на диетах не сижу, нет надобности.
Аккуратно опускаю ноги на пол, обуваюсь и на цыпочках пробираюсь к двери. Может, удастся что–нибудь найти, пока все спят. Нет, так хотя бы прогуляюсь, отвлеку организм от естественных потребностей.
Основной зал в этот час оказывается пуст, впрочем, неудивительно. Судя по блеклому свету за окном, на улице едва забрезжил рассвет, а в таких заведениях хоть и любят посидеть допоздна, но утром стабильно предпочитают спать.
Захожу за стойку с напитками и дергаю дверь, предположительно ведущую на кухню. Закрыто. Не хотят они привечать ночные позывы к еде.
Разочарованно разворачиваюсь в поисках воды. Тут мне везет больше, в чайнике оказывается какой–то травяной чай, и, о чудо, сахар совсем рядом! Нахожу более–менее чистую кружку и делаю себе напиток. Сладкое травяное питье помогает, теперь можно и обратно в кровать, дожидаться полноценного утра.
Возвращаюсь в приподнятом настроении в отведенные нам с герцогом покои и вижу преинтереснейшую картину. Клемондский на месте, спит, а вот мое место занято. Девушка настолько увлечена своим делом, что не замечает моего появления.
Подкрадываюсь ближе, приглядываюсь, а это Анна! Председательница клуба поклонниц герцога. Интересно, она всю ночь караулила, пока я выйду, или собиралась меня огреть чем–нибудь по голове для нейтрализации.
Смотрю на пол и вижу чугунную сковороду. Ее вечером здесь не было, да и зачем в спальне сковорода? Скорее это ответ на мой вопрос.
А женщина все не замечает меня в темноте, уже вовсю обнимает Клемондского и закидывает на него ногу. Но поражает не ее поведение, с ней все было ясно сразу, а вот реакция герцога возмущает.
– Не думал, что ты решишься, но я не против, – бормочет он в полудреме, накрывая ногу Анны своей рукой.
У меня глаза на лоб лезут от подобного. Может, я и невеста по контракту, но есть же элементарное уважение!
Резко зажигаю лампадку, заставляя комнату озариться ярким светом, и поворачиваюсь к парочке.
– Что здесь происходит?! Артур!
Мне даже играть злость не нужно, я действительно возмущена до глубины души. Какой же он все–таки обходительный кобель! А я еще влюбиться в него опасалась.
– Грейс? – Клемондский открывает глаза и смотрит на меня растерянно. – Ты там, но кто тогда здесь, – оборачивается и видит Анну.
– Здравствуй, Артур, – произносит она томно, – я мечтала об этом моменте половину своей жизни.
Нет, вы только посмотрите, какая наглая, даже третий лишний в комнате в качестве официальной невесты не смущает ее. Делаю шаг кровати и поднимаю с пола сковороду. Тяжелая зараза, но я справлюсь.
– Встала, живо! А не то последних мозгов лишишься, – строго произношу.
Женщина как будто впервые замечает меня.
– Ой, невеста, – она глупо хихикает, – как неудобно получилось. Но я вас понимаю, я бы тоже была злой после такого. Рекомендую разорвать помолвку и оставить нашего обожаемого герцога свободным! Это лучшее наказание для такого мужчины, – заканчивает она свою речь, томно вздыхая.
– Ты совсем, что ли, ненормальная, – у меня глаза круглеют от слов Анны, – уходи, говорю, а то действительно огрею сковородой, как ты меня собиралась. А герцога все равно не получишь, поняла! Он занят и надолго.
Хозяйка «Веселой утки» поднимается–таки с кровати, но не уходит, смотрит на меня воинственно, как будто собирается сражаться за Клемондского. Перекладываю сковороду в другую руку, драться за клиента мне еще не приходилось.
Глава 9
Тут внезапно Клемондский подскакивает на ноги.
– Дамы, давайте успокоимся, – начинает он довольно нудно, но видит, что мы не реагируем, и подбегает к Анне, хватает ту за руку и буквально выталкивает за дверь, – вы здесь явно лишняя.
Кажется, драка отменяется.
– Она сковороду забыла, – произношу, устало присаживаясь на кровать, – отдай, пожалуйста, тяжелая она, не могу больше держать.
Герцог забирает агрегат и сует его вдогонку.
– И орудие ваше заберите, лучше приготовьте нам завтрак, раз разбудили, – приказывает Анне напоследок, а потом поворачивается ко мне, закрывая дверь. – Что это только что было, Грейс? – он подходит вплотную ко мне и нависает сверху. – Что за цирк вы двое здесь устроили?
– В смысле? – спрашиваю в шоке, не такой реакции на его спасение я ожидала. – Это вы тут вдвоем обнимались, пока я не пришла. Как твоя невеста я действительно могла разорвать помолвку! Или нужно было оставить вас, чтобы вы насладились обществом друг друга? Ты бормотал, что весьма не против, – щурю от злости глаза.
– Бормотал? – Клемондский в удивлении приподнимает левую бровь. – Так я, наверное, считал, что это ты пристаешь, – и тут между нами повисает молчание, каждый осознает, что только что сказал другой. – Кхм, – герцог прочищает горло, – а где ты была?
Очевидно, пытается отвести внимание от собственной двусмысленной фразы.
– Пить хотела! И есть! – подскакиваю на ноги. – Со вчерашнего утра ничего не ели, а я не лесная фея, Артур! Я человек с обычными потребностями организма.
– Да, действительно, как и я, – бормочет он, опуская глаза в пол. – Ладно, спасибо за проявленную бдительность, идем завтракать!
Он отворачивается и шагает к выходу.
– Хм, не такой я реакции ожидала, но ладно, – недовольно причмокиваю, – в конце концов, мы не по–настоящему вместе. Но попрошу прописать в мой контракт подобные форс–мажорные случаи, а то твоя бешенная поклонница всерьез собиралась ударить меня сковородой, повезло, что я как раз проснулась и проголодалась. Неизвестно, что было бы с моей головой после подобного.
Вздыхаю, выпрямляюсь и с независимым видом ступаю к двери. Конфликт исчерпан, работа осложняется, но мне не привыкать.
– А какой ты реакции ожидала? – зато, кажется, теперь Клемондскому хочется пообщаться. Он подскакивает обратно ко мне. – Как ты сказала, у нас все не по–настоящему, – он наклоняется к моему лицу, обдавая кожу своим горячим дыханием, – впрочем это не мешает нам приятно позавтракать в обществе друг друга, – он отстраняется так же быстро, как и приблизился, берет меня под локоть и тащит на выход. – Идем, любимая.
Смотрю на него недоуменно, но подчиняюсь. Лишь проклинаю мурашки, которые снова забегали табуном по коже от волнующей близости герцога. Надо с ними что–то делать, он не может оказывать на мое тело такое влияние.
– Идем, любимый, – едко передергиваю его интонацию и гордо вздергиваю подбородок.
Некоторое время шагаем в молчании, Клемондский посматривает на меня с интересом, но я не реагирую.
– Прости, ситуация и впрямь оказалась из ряда вон, я не ожидал подобного цирка. Только проснулся, а тут происходит непонятное. А ты молодец, отлично отреагировала и прекрасно выполнила роль моей невесты, – наконец мягко произносит герцог.
– А я не играла, Артур, – отвечаю ему надменно, – я действительно возмутилась поведением твоей поклонницы.
Договариваю и присаживаюсь за стол, наслаждаясь произведенным впечатлением.
Глава 10
– Т–ты, ты, – он никак не может сформулировать мысль, – ты всерьез, да? Так это ведь.
Не дослушиваю, перебиваю.
– Не переживай, Артур, я не в коей мере не посягаю на тебя всерьез, все исключительно в рамках договоренности. Подобная ситуация с Анной возмутила бы кого угодно и совершенно искренне. А теперь присаживайся, пожалуйста, за стол, и давай поедим. Если, конечно, твоя излишне рьяная поклонница не отравит меня своей стряпней. Тогда тебе придется нанимать кого–то другого.
Герцог кивает и занимает место напротив. В его глазах как будто мелькает что–то, похожее на мимолётное сожаление, но скорее всего мне кажется. Нам обоим ни к чему сложности. Никаких чувств! Это первое и основное правило моего бизнеса. Впрочем, раньше и намека на подобную проблему не возникало. Но мне пора расти, полезно проверить свои силы в серьезном заказе.
– Не думаю, что она станет травить тебя, все же это рискованно, – говорит Клемондский, когда я уже почти забыла, что сказала.
– А я вот уже ни в чем не уверена. Но зато теперь совесть не мучает, что такой большой гонорар получаю, рядом с тобой опасно, – смеюсь.
– Н–да, есть такое дело, – герцог заставляет себя улыбнуться, но получается не очень искренне, как будто я случайно попала в точку.
– Есть что–то, что я должна узнать? – прищуриваюсь, настороженная его реакцией. – Может быть, про твоих родственников? Бывшую пассию, с которой едва не дошло до венца? И насколько они опасны, на что способны дабы устранить меня?
– Грейс, – герцог делает глубокий вдох и окутывает мои руки своими ладонями, – ты в полной безопасности, – поднимает на меня свои честные безумно красивые глаза. – Я никому не позволю тебе навредить, поверь.
Уголки его губ приподнимаются, привлекая к себе внимание. Да, насколько же проще работать с аристократами помельче. Их внешность обычно не столь идеальна, да и манеры оставляют желать лучшего.
А тут столько проникновенности, напускной искренности в словах, что сразу забываешь про крушение кареты и сумасшедшую поклонницу со сковородой подмышкой. Ведь эти чувственные губы притягивают к себе все внимание и мысли.
Слегка трясу головой. Должно быть, на небосклоне Венера вступила в свои права, раз у меня так много мыслей не о том. Стоит их пресекать на корню.
– Ваш завтрак, – произносит Анна.
И она бывает к месту, вот сейчас уж точно. Избавила меня от ответа, да и ото всего неудобного разговора. Если вспомнить, как Клемондский реагировал на то, что остался без денег, и платить за него будет девушка, предположу, что фраза про «не позволю навредить» из той же оперы. У человека на лицо комплекс идеального джентльмена. Не стоит принимать на свой счет и излишне очаровываться.
– Благодарю, – отвечает герцог, освобождая на столе место для тарелок.
Владелица «Веселой утки» ставит перед нами омлет с томатами и тостами, а также небольшой пузатый чайник и кружки, и собирается уходить.
– Не так быстро, уважаемая, – останавливаю ее за руку. – Несите еще один столовый прибор и кружку. Что вы так на меня смотрите? Говорю, несите прямо сейчас!
Анна недовольно фыркает, но отправляется выполнять приказ. Клемондский смотрит на меня с любопытством, но молчит.
– Замечательно, а теперь берите, пробуйте, – отрезаю по небольшому кусочку на наших с герцогом тарелках и пододвигаю вернувшейся Анне, – и чай тоже отпейте, пожалуйста.
Она смотрит на меня с раздражением, но все–таки выполняет предложенное.
– Довольны? – произносит, запив еду большим глотком чая. – Или будете ждать час, чтобы наверняка убедиться в том, что я ничего опасного не подсыпала?
Клемондский с трудом подавляет смех, мне тоже становится весело от происходящего.
– Надо бы подождать, было бы вернее, – киваю с улыбкой, – но пока можете идти, – Анна резко разворачивается, – будьте у нас на виду! – кричу ей вдогонку.
Отвожу взгляд от хозяйки «Веселой утки» и встречаюсь глазами с герцогом. Мы с ним, не сговариваясь, смеемся, абсолютно не сдерживаясь, отпустив себя, как приличные аристократы никогда не делают.
– Ненормальные, – доносится до нас комментарий Анны, вытирающей соседние столы.
Но ее реакция вызывает у нас лишь новый приступ веселья.
– Кажется, ты потерял председателя клуба твоих поклонниц в Севидже, – наконец говорю, утирая выступившие слезы.
– Даже не знаю, как буду дальше с этим жить, – качает головой Клемондский.
– Эх, – беру в руки столовые приборы, – а ведь могли сначала скидку потребовать, а теперь, боюсь, не получится.
– Ах, да, деньги, – герцог вмиг мрачнеет, из–за чего я тут же мысленно ругаю себя.
– Не стоит о них думать, – машу рукой, – ты мне столько платишь, что я могу позволить себе многое. Лучше давай решать, как до твоего поместья добираться будем. Я не хочу сегодня ночевать в Севидже, странные здесь личности живут. Мало ли, решат всем клубом навестить нас, не отобьемся ведь.
– Твоя правда, – усмехается Клемондский, расслабляясь.
Позавтракав, расплачиваемся с Анной и покидаем ее чудное заведение, надеюсь, навсегда. Если еще когда–нибудь доведется побывать в Севидже, буду искать ночлег в частных домовладениях.
– Идем, нанять экипаж здесь можно на городской площади, я узнавал, – направляет меня герцог, – гардероб бы еще раздобыть, но не уверен, что в подобном месте стоит на это тратить время.
Окидываю беглым взглядом редких прохожих и вынужденно соглашаюсь.
– Пожалуй, ты прав, Артур. Местная мода интересна для моих провинциальных заказов, но не для тебя. Единственное, я бы обувь поменяла на что–то с плоской подошвой. Если снова придется идти пешком, я взвою.
– Не придется, не нагнетай. Всего лишь одно небольшое недоразумение, ведь это не показатель того, что впереди будет еще.
Собираюсь припомнить Клемондскому утренние приключения, но не успеваю. Чей–то экипаж мчится на бешенной скорости по улице прямо в нашу сторону.
Глава 11
Успеваю лишь зажмуриться, так как понимаю, что отскочить я ни за что не успею. Либо в ногах запутаюсь и упаду, либо еще что случится. Но миниатюрная копия девы с драконом пока что со мной, а, значит, не все потеряно.
И точно, в следующую секунду меня буквально откидывает в сторону, припечатывая в стену ближайшего здания чем–то мягким и теплым. А еще вкусно пахнущим. Наклоняюсь немного вперед и с наслаждением вдыхаю. Очень вкусно пахнущим.
– Ты в порядке? – произносит Клемондский прямо у меня над ухом. – Я едва успел нас спасти.
Резко открываю глаза и несколько секунд моргаю.
– Артур, ты? – наконец произношу удивленная.
– Головой ударилась, что ли? – Клемондский заботливо ощупывает мой затылок. – Да нет, вроде все нормально. Значит, шок. Я сам опешил, когда увидел несущуюся прямо на нас карету. Ненормальный город, кто так по улицам ездит?
– Опасность миновала, – произношу тихо, осознавая, что только что принюхивалась к герцогу, – можно снова вернуть друг другу привычное личное пространство.
Клемондский не сразу понимает, о чем я.
– Ох, – хмурится, – ты права. Мы слишком, да, – он делает шаг назад, – извини. Впредь буду соблюдать положенную дистанцию.
Чувствую прохладу, как только герцог отходит. Опускаю глаза вниз, теряясь в собственных эмоциях, вызванных этим обстоятельством. Так много новых открытий за столь короткий промежуток времени.
– Нет, не надо, – качаю головой, – не извиняйся, ты снова нас спас. Кажется, мне пора носить твою миниатюрную фигурку в корсаже вместо привычного оберега.
Хотела разрядить обстановку шуткой, но она получилась какой–то не такой. В итоге испуганно замираю. Не стоило брать этот заказ, совершенно точно не стоило. Он слишком странный, все идет не по сценарию с самого начала.
– Что ж, тогда я повешу себе на шею медальон с тобой. Мои родственники упадут в обморок, поняв, какие высокие у нас отношения, – усмехается Клемондский.
Выдавливаю из себя улыбку, кажется, кому–то из нас все же удается разрядить обстановку.
– Идем, Артур, – беру его под локоть, – я хочу быстрее покинуть этот город, пока на нас с неба ничего не свалилось.
– Точно, дело в Севидже, а не в нашей феноменальной удаче, – говорит герцог, – доберемся до следующего населенного пункта, и все сразу наладится.
– Слушай, а и впрямь, что с тобой не так? – останавливаю Клемондского и поворачиваюсь всем корпусом к нему. – Это ненормально, уже третье происшествие. Может, над тобой проклятие? – щурюсь, силясь что–то рассмотреть над головой герцога. – Я с таким не работаю, это к ведьме надо, я не маг, я говорила.
– Какие три происшествия? – он хмурится. – С Анной ты разбиралась, а карета – это случайность! Ищешь причины для отказа от заказа? Возникли небольшие трудности, и сразу захотела к своим провинциальным баронам и лордам? С ними нравится время проводить, да? Такой, как я, тебе не подходит?
Смотрю на Клемондского и не понимаю, куда делся обходительный мужчина, дурманящий мой разум? Сейчас передо мной, даже не знаю, какое подходящее слово подобрать, чтобы его поточнее характеризовать. Кроме «неуравновешенного» и «ревнивца» ничего на ум не приходит, но ведь второе точно невозможно.
В любом случае никто не может разговаривать со мной в подобном тоне. Даже родственники, с которыми я больше не общаюсь.
– Если вы желаете расторгнуть договор, имейте ввиду, задаток я не возвращаю, ваша светлость, – холодно произношу, обходя герцога, и шагаю вперед.
– Постой, куда ты собралась? Мы не закончили разговор! – доносится мне вслед, но я не реагирую, упрямо иду. И тогда Клемондскому приходится догонять. – И не было никакого договора, лишь устная сделка.
– Тем более, ваша светлость, деньги не с чего возвращать, – не меняю тона.
Несколько минут мы идем в молчании.
– Грейс, я, кажется, понял, ты оскорбилась. Возможно, я самую малость переборщил, но и тебе стоит поумерить свой характер, – произносит наконец герцог.
Очень хочется много чего ему ответить, но я сдерживаюсь. Он прав. У нас деловые отношения, и не только Клемондский нарушает границы.
– Да, ты прав, – киваю, – слова про проклятие были неуместными. Отныне буду держать себя в рамках. Видимо, наше неудачное начало путешествия так повлияло, вышла из привычной зоны комфорта и потеряла самообладание. Теперь только играю роль, ничего больше.
– Хм, да, ничего. Мне тоже стоит держаться привычных рамок, близость юга портит мой характер, делает горячее, убирая привычную холодность, – соглашается Клемондский, затем церемонно подает мне руку. – Прошу, мисс Дебуа, нам нужно найти карету и выбраться–таки из Севиджа.
– Да, точно, Артур, – не менее церемонно кладу свою ладонь на его, – нас заждались в поместье.
– Им понравится моя невеста, не может быть сомнений.
– У меня еще не было отрицательных отзывов, и в этот раз отработаю, как следует, – грустно улыбаюсь.
Карету мы все–таки находим. Причем довольно быстро и за умеренную стоимость. Но атмосфера в пути уже совсем не та.
Глава 12
– Грейс, – кто–то теребит мое плечо, – Грейс надо проснуться.
– Артур, – открываю глаза и снова удивляюсь, видя его перед собой, а зря. Пора бы мозгу перекроиться и осознать, что заказ, как и Клемондский, надолго в моей жизни. Ни к чему каждый раз пугаться, затаивать дыхание, а потом млеть, – да, я проснулась, – выпрямляюсь. – Где мы?
За окном сумерки и зеленые холмы, что с каждой минутой темнеют все больше. Совершенно точно мне не знакомы эти места. Хотя так можно сказать о большей части королевства в потемках. При свете дня все выглядит по–другому.
– Карвидж, – коротко поясняет герцог. – Нужно остановиться на ночлег, ты совсем вымоталась, – заботливо поправляет свой пиджак, которым, я, оказывается, была укрыта все это время.
– Я не вымоталась, – хмурюсь, – держи, – отдаю одежду Клемондскому. – Лучше побыстрее попасть в поместье, пока и с этой каретой не случилось чего, – договариваю и резко замолкаю, нашла, что ляпнуть, не подумав. – Прости, я не хотела.
– О, нет–нет, – машет рукой герцог, – не извиняйся. За этот день мне не хватало наших непринужденных разговоров. Да и так мы больше похожи на пару, не находишь?
– Эм, – округляю глаза, – разве что потому, что контактируем искренне, а не наигранно.
– Да! Именно! – восклицает он излишне бурно. – Очевидно, что держать себя в рамках было не лучшей идеей.
– Что странно, учитывая, что моя профессия – это перевоплощение, – медленно произношу.
– Ничего странного, ведь я хочу тебя настоящую, а не в образе, – говорит Артур, глядя в окно. – С минуты на минуту остановимся. В этом городе, к счастью, есть приличные заведения для ночлега, да и магазины тоже имеются. На юге Карвидж, я бы сказал, один из центральных городов.
Фразу «хочу тебя настоящую» быстро перебивает в голове название города. А ведь он не в первый раз его произносит, но смысл доходит до меня только сейчас.
– Да, ты прав, – киваю, – он действительно наиболее крупный. Моя мать закупает здесь наряды для особых случаев.
Наше поместье не сказать, что близко к городу, потому окрестности я и не признала. Меня редко брали в Карвидж. Ехать далеко, да и к чему забивать ребенку голову городской мишурой, когда мне готовили роль хозяйки двух соседних поместий.
Наверное, потому привычные заказы на роль невесты я выполняю с легкостью, соседи моих родителей по сути являются такими же, как и родственники моих бывших «женихов». Между южными и северными провинциалами не такая большая разница на самом деле, как ошибочно полагает большинство незнакомых с обоими сторонами представителей.
– Ах да, ты родом из этих мест, – кивает Клемондский, – может, хочешь написать весточку родным? Пока мы завтра будем закупаться, они, возможно, могли бы подъехать в город. На полноценный визит у них дома у нас нет времени, но на посиделки с чаем в кафе вполне найдется.
Смысл слов герцога не сразу доходит до меня. Затем меня удивляет его предложение, хотя зря. Ведь для большинства людей естественно поддерживать отношения с родней, даже в виде светской видимости. Мало кто может похвастаться глубокими дружескими связями с семьей, однако на подобные посиделки способны действительно многие.
Вот только не я.
– Спасибо, Артур, ты очень любезен, – киваю с вымученной улыбкой, – но я не думаю, что они смогут. Сейчас самый сезон для полевых работ, у родителей еще и ферма, и остальное по мелочи. Они любят все контролировать, редко полностью оставляют хозяйство на работников. Лучше я как–нибудь потом увижусь с ними. Да, определенно, как–нибудь потом будет удобнее, – киваю.
Или никогда. Что более вероятно, учитывая, на какой ноте мы расстались.
Черт. И снова это мерзкое чувство вины. Такое ощущение, что как только человек рождается, в него вколачивают в первую очередь именно его. Ведь насколько легче управлять ребенком, если вовремя привить ему чувство вины.
«Не делай этого, мама огорчится. Ты же знаешь, она хочет для тебя иного». Или «приличная леди не ведет себя так и не грезит мыслями о работе в городе, не позорь нас».
В общем, для моего душевного спокойствия не стоит ехать к родителям в гости. Хотя и придется это сделать в обозримом будущем. И не в последнюю очередь из–за того же пресловутого чувства вины, ведь я не настолько плохая дочь, как говорили родители в наш последний разговор.
– Хм, – щурится Клемондский, – как скажешь. Тогда идем навстречу твердой земле и мягкой постели.
Он открывает дверь кареты, выскакивает наружу, а потом подает мне руку. Все–таки нравится мне его галантность.
Постоялый двор оказывается настоящей приличной гостиницей, в которой нас даже кормят. Да, большие города куда лучше мелких, это несомненно.
– Радует, что председатели клубов твоих поклонниц пока не выбегают к нам навстречу, – тонко усмехаюсь, заметив, как глазела на герцога девушка, принесшая ужин, – они лишь молча восхищаются.
– Брось, ты привлекаешь мужское внимание ничуть не меньше, чем я женское.
– Где? – восклицаю и начинаю вертеть головой. – Неужели их не смущает несвежее помятое платье, поцарапанные туфли и растрепанные волосы? Покажи мне этих смельчаков.
– Вообще–то ты чудесно выглядишь. Боюсь представить тебя в вечернем наряде, точно придется вызывать кого–то на дуэль, – произносит Артур низким голосом.
Мои щеки трогает румянец, но довольную улыбку я пытаюсь всеми силами сдержать. Однако ответить мне не дают.
– Артур! Какими судьбами? Вот это встреча! – у нашего стола буквально из ниоткуда появляется разукрашенная девица как раз в вечернем платье.
– Все–таки одна твоя поклонница не сдержалась, да, Артур, – усмехаюсь, глядя на реакцию герцога.
– К сожалению, да, – отвечает он напряженно.
А девица тем временем уже тянется поцеловать Клемондского.
О нет, кажется, это кто–то похуже председателя клуба.
Глава 13
Смотрю я на эту картину и думаю, а не нужно ли мне отреагировать? Ведь в данный момент я выполняю роль официальной невесты, а не случайной свидетельницы чужого свидания. А невесты должны отстаивать свои права на женихов. В обычном заказе я мечу территорию, как настоящая кошка, вешаясь на шею «женихов» также навязчиво, как и эта дамочка сейчас целует герцога.
Да только в данный момент я не простая провинциальная девушка, я породистая аристократка с манерами, а они территорию метят гораздо тоньше. И, между прочим, Клемондский, если уважает свою невесту, сам должен прекратить творящееся на моих глазах безобразие, а потому спокойно откидываюсь на спинку стула.
Если откровенно, я немного лукавлю, я не совсем спокойна, но все же. Вылить на нежданную гостью стакан воды или еще что похуже сделать я всегда успею.
– Кларисса, хватит, – отталкивает–таки девицу Клемондский, – это неприлично, – он с силой трет свою щеку, – да и я не один.
– Я ведь не в губы, – хихикает дама, вызывая у меня новый приступ недоумения.
Она кто? Любовница?
Герцог падает в моих глазах с оглушительной скоростью. Я бы сказала, несется вниз с крутого склона высоченной горы в вагонетке, не оборудованной тормозом.
– Кларисса, давай без твоих глупых шуток, – хмурится Клемондский. – Извини за грубость, но ты здесь лишняя, я вдвоем с невестой хотел поужинать. Познакомься, кстати, ее зовут Грейс.
– Невестой? – перебивает дамочка, морщась, и только сейчас удостаивает меня взглядом. – Шутишь?
– Артур, – тяжело вздыхаю и выпрямляюсь, – мое терпение на пределе. Я не ради оскорблений согласилась ехать в эту даль, чтобы познакомиться с твоими родными. Мне казалось, ты добивался меня, чтобы и дальше дорожить нашими отношениями. Мне категорически не нравится, что я сейчас вижу, – смеряю Клариссу неприязненным взглядом.
– О, а невеста с характером, интересно, – весело заявляет она, кладя ногу на ногу, – вы мне уже нравитесь, дорогая, правда, чопорны немного. Признавайтесь, стесняетесь показать настоящую себя? – она вдруг наклоняется ко мне и понижает голос до громкого шепота. – Бросьте, Артуру лучше сразу знать, на ком он собирается жениться, если, конечно, вы оба, – она указывает на нас с герцогом пальцами, – меня не разыгрываете.
– А ты мне не нравишься, – перехожу на ты, – и не тычь в меня, это не прилично. Заявилась вся такая разукрашенная и жаждешь теплого приема? Так не будет его, милочка. Если Артур не в состоянии разобраться со своими бывшими пассиями, то разберусь я. Правда, неизвестно, останусь ли потом невестой, потому что зачем мне такой жених.
– А–хах, отлично сказано, дорогуша, дай пять, – Кларисса смеется и вытягивает вверх ладонь, вызывая очередной приступ недоумения. – Теперь я вам чуточку больше верю, Артур не выбрал бы себе в спутницы кого–то послушного и скучного.
– И я верю, глядя на тебя, – говорю неприязненно, намекая на кричащий образ девушки.
– Подожди, ты думаешь, что мы с ним, – она снова тычет пальцами, только теперь на себя и Клемондского, – вместе? Что мы кто–то вроде любовников? Состоим в настолько близких, – она делает круглые глаза, – отношениях, да?
– Кларисса, – буквально рычит герцог, – хватит меня позорить.
– Артур, не занудничай, – бросает девушка через плечо и снова поворачивается ко мне в ожидании ответа.
А я сижу и ощущаю себя ужасно. Я со многими отвратительными людьми контактирую в силу рода деятельности, однако, с герцогом все отчего–то воспринимается глубже. Слишком лично я воспринимаю связанное с ним, если буду и дальше так, то не смогу качественно выполнить заказ.
Глава 14
