Несколько мгновений ничего не происходило, но потом я услышал тихий шелест, и из темноты к моему костру шагнули уже привычные четыре фигуры. Никто из них пока не сказал и слова, но я заметил, что на этот раз они остановились куда дальше от меня. Похоже, им не нравился огонь… или они просто скрывались. Я видел силуэты, но не мог различить ни лиц, ни даже одежды – если они вообще были у тех, кто приходил ко мне из небытия.
Лишь тени древних воителей. Не люди – воспоминания. Но они еще могли вместе со мной чувствовать отголоски того, что случилось с ними сотни лет назад. Я отыскал глазами Шевалье – худую фигуру, возвышавшуюся над спящим Меруканом.
– Боль… Вся наша боль – в тебе, – прошелестели голоса. – Все битвы. Мы помним. Нельзя забывать.
– Что нельзя забывать? – Я попытался отогнать назойливую картину в голове – огненные лепестки, расцветающие на ладонях Аноры. – Вы сражались с другими Посланниками?
– Да. – На этот раз голоса не стали хитрить. – Таков закон. Только величайший способен сокрушить великого. Твой дар становится сильнее. Ты уже готов шагнуть на первую Ступень Познания…
– Подожди! – Я тряхнул головой. – Это же четвертая Ступень из Семнадцати, а в пустыне ты говорил мне, что я еще не подобрался даже ко второй!
– Это так. Ты встретился с Посланником Огня и уцелел, – отозвались голоса. – Тренировки сделали твое тело крепче. Техники становятся сильнее всякий раз, как ты используешь их – но истинное могущество можно найти лишь в сражении.
Вот как… Похоже, мой дар работает не так, как у обычных Кшатриев. Они совершенствуют свои умения десятилетиями. А я… я просто подтягиваюсь до уровня противника?
– Я смогу победить любого? – спросил я. – Вообще любого, да?
– Когда придет время. Но пока твои враги сильнее, Посланник. – Мне показалось, что я услышал в голосах что-то вроде насмешки. – Не спеши. Если ты встретишь их слишком рано, они убьют тебя.
Оке-е-ей… Значит, все несколько сложнее. И сильнее меня сделает лишь то, что оставит в живых. Логично, черт возьми.
– Я должен одолеть Посланников? Всех четверых?
– Верно, – ответили голоса. – Таков закон. Лишь одной Джаду суждено править другими.
– Тогда почему вас так много? – Я еще раз обвел глазами фигуры вокруг. – Четверо. Я – пятый!
– Мы проиграли… Не смогли. Посланник приходит, чтобы все изменить – или погибнуть.
Из ровного шелеста голосов вдруг выбился один – Шевалье. Я видел его смерть… но остальных, похоже, постигла та же участь. Посланники проходили через Врата с промежутками в несколько сотен лет – и просто умирали.
Может, поэтому клан Черной Змеи и исчез?
Но почему тогда уцелели все остальные – если уж править может только одна стихия?
– Зачем тогда драться? – Я снова почувствовал злость – только на этот раз не чужую, а свою собственную. – Почему вас забрали сюда?
– Таков закон, – снова повторили голоса. – Ты должен сражаться.
Пока не прикончу четырех остальных неудачников, которым посчастливилось получить гребаные письма с разноцветными печатями? А Анора знала? Она могла бы разрубить меня своей огненной хлеборезкой на дюжину маленьких Ричардов – но вместо этого сбежала!
– А если я не хочу сражаться? – проворчал я. – Что тогда?
На этот раз я ждал ответа чуть ли не минуту. Видимо, голоса в черепушки умели кое-как читать мои мысли – и поэтому ни один из них не выдал очередное «Таков закон»… Впрочем, объяснение получше им взять тоже было неоткуда.
– Тогда ты падешь, Посланник. Тьма и забвение заберут твой дух, пока наше время снова не придет – и ты будешь служить тому, кто шагнет через Врата.
Я что, тоже стану такой же тенью? Еще одним голосом в голове? Нет уж, спасибо!
– Знаете, что? – Я сжал кулаки. – А не пойти бы вам к черту?!
– Обрати свой гнев на врагов, Посланник. – Тени дернулись, будто испугавшись моей злобы. – Истинное могущество не знает жалости. Ты…
– Да пошел ты! – заорал я, вскакивая на ноги. – Найди себе другую игрушку, а меня оставь в покое!
Вряд ли можно придумать что-то глупее попытки надрать зад плодам собственного воображения. Бесплотные тени давно умерших воителей уж точно не смогли бы мне навредить… Как и я им – и все же резкий «выход» из медитации оказался неожиданно болезненным. Силуэты Посланников исчезли, а сжатый до круга в пару десятков футов мир вернулся, разом вывалив на меня целую кучу звуков и запахов.
– Проклятье… – простонал я, зажимая уши. – Да чтобы вас всех…
Камни под ногами будто сами прыгнули мне навстречу – и, к счастью, удар оказался достаточно сильным, чтобы меня вырубить.
* * *
– Агни всемогущий… – Мерукан поежился, пытаясь поплотнее закутаться в одеяло. – И зачем я только тебя послушал?
– Идем! – проворчал я. – Я не собираюсь здесь ночевать.
– Если мы поднимемся еще выше – утром тебе придется хоронить мое замерзшее тело, болван… Стой!
– Хватит хныкать! – Я схватил Мерукана за руку и рывком перетащил сразу через несколько громадных валунов. – Если не найдем пещеру или хотя бы дерево для костра – замерзнем оба!
– Разве? Владыки не страдают от холода, подобно простым смертным, глиняная твоя голова!
Я действительно мерз не так уж сильно – во всяком случае, куда меньше, чем ожидал. Ни у меня, ни у Мерукана не было ни нормальных башмаков, ни перчаток, и пальцы на руках и ногах уже успели заледенеть – и все же настоящего холода я до сих пор не чувствовал. Будто бы где-то чуть ниже грудины в моем теле была спрятана крохотная, но весьма мощная печка. Сила Джаду не могла полностью избавить меня от неприятных ощущений или спрятать от завывающего среди скал ветра – зато хотя бы защищала от повреждений. Похоже, Дар Темной Крови успевал подлечивать мои мышцы быстрее, чем они деревенели от холода.
Мы карабкались в гору уже несколько часов, а я даже не успел еще толком устать, хоть и тащил на плечах и сверток с мечом, и оба мешка… Духи воителей не соврали – мое тело действительно не только стало крепче, но и, похоже, научилось куда лучше вычерпывать Джаду из окружающего меня мира.
Конечно, и могуществу Кшатрия есть предел – рано или поздно я устану и захочу присесть – и все же пока что я чувствовал достаточно сил, чтобы до темноты добраться до самого верха, перевалить через гряду и встретить ночь там, где станет хоть чуточку теплее.
Но Мерукану туда не дойти.
– Подожди! – негромко позвал он. – Дай мне отдохнуть… Рик, глаза не обманывают меня? Белые пчелы! Так много…
Он что, никогда не видел снега?.. Впрочем, стоит ли удивляться? Парень чуть ли не всю жизнь прожил где-то около Моту-Саэры. По ночам в пустыне не намного теплее, чем здесь, но снега там не бывает. Снизу я разглядел ледяные шапки только на самых остриях гор, а наш путь проходил куда ниже… И все-таки ветер принес белесые холодные крошки даже сюда. Они впивались в лицо острыми краями, заставляя и без того замерзшую кожу остывать еще быстрее.
– Я… я посижу немного, Рик. – Мерукан опустился на камень. – А потом догоню тебя!
Он несколько часов шагал за мной следом без жалоб – и я не мог и подумать, как ему на самом деле тяжело. Силы Мерукана закончились внезапно, разом. Из него будто вынули батарейки.
И только теперь мне стало по-настоящему страшно. Сам я почти неуязвим для холода – но всей моей Джаду не хватит, чтобы согреть друга. И если я сейчас же не найду убежище и не разведу огонь – он просто умрет!
А я останусь здесь один.
– Я хочу спать, Рик… Пойдем дальше утром…
– Даже не думай, болван!
Я едва успел подхватить Мерукана до того, как он ударился затылком о заледеневшие камни. Его неподвижное тело весило куда больше всей моей поклажи – но ужас утраивал силы, и я продолжал карабкаться вверх, прыгая с камня на камень, пока не выбрался на что-то вроде тропы – узкий каменный «карниз» над пропастью.
Но уже через четверть мили понял, что далеко так не уйти – даже мне. Сил хватит еще надолго, но рано или поздно я ослепну от летящей в глаза ледяной крошки, провалюсь в какую-нибудь расселину или сорвусь в пропасть. И если она окажется глубиной хотя бы в сотню футов – не спасет даже регенерация Кшатрия.
Нужно укрытие. Пещера… Да хотя бы дырка в скале! Там я смогу укрыть Мерукана от ветра, завернуть в оба одеяла и отогреть. Моей «батарейки» Джаду хватит до утра – а на рассвете мы пойдем дальше…
– Мерукан! – прошептал я, встряхивая уже начавшее остывать тело. – Только не засыпай! Прошу тебя!
Он не ответил. Пожалуй, мне стоило бы остановиться, чтобы растереть его – кажется, так советовали делать гуру по выживанию на канале «Дискавери». Но вместо этого я принялся молиться… Тому, кому в этом мире не молились уже несколько сотен лет.
– Антака! – Я облизал пересохшие губы. – Старый ублюдок… Если ты слышишь меня – сделай хоть что-нибудь! Если ты спасешь Мерукана – клянусь, я убью в твою честь столько Владык, сколько скажешь. Я даже…
Похоже, древний бог меня услышал. Но только ту часть молитвы, в которой я назвал его старым ублюдком. Камень под моей ногой вдруг ожил и словно прыгнул в сторону. Я свалился набок, попытался зацепиться хоть за что-нибудь – но замерзшие пальцы лишь беспомощно скользнули по гладкой скале. Один я, может быть, и смог бы удержаться на склоне, но Мерукан оказался слишком тяжелым. Нас неумолимо тащило вниз.
Прямо в завывающую ледяную пустоту без дна.
Глава 6
Из-за роящихся вокруг снежинок я и так уже почти перестал различать верх и низ, а рухнув со скалы, потерялся окончательно. Меня оторвало от Мерукана, крутило во все стороны, переворачивало, швыряло – и все же я остался жив. То ли пропасть оказалась не такой уж глубокой, то ли мы просто не достигли ее дна – падение замедлилось, а через несколько мгновений и вовсе прекратилось. И от переломов меня спасло то же самое, что чуть не прикончило.
Наверху, на тропе, снега под ногами почти не было – его просто сдувало с голых камней. А в низине деваться ему оказалось некуда – и накопилось столько, что мы с Меруканом провалились в сугроб с головой. Тело тут же сковало холодом, снег набился в глаза, уши и рот – зато я даже не ушибся.
– Проклятье… – простонал я, кое-как выбираясь наружу. – Мерукан!
– Я здесь! Вытащи меня отсюда!
Доносившийся из сугроба голос звучал приглушенно – и все-таки куда громче сонного бормотания. Наш короткий полет, завершившийся неожиданным купанием в ледяной ванне, вряд ли пошел Мерукану на пользу, но, похоже, хотя бы привел в чувство.
– Агни всемо-мо-мо-могущий! – выдохнул он, хватаясь за меня холодными пальцами. – Где м-м-мы?
– Откуда мне знать, глиняная твоя голова? – Я кое-как вытащил его из сугроба. – Я ничего не вижу!
– О… оглядись! – Мерукан стучал зубами, и слова давались ему с трудом. – Ну-ну-нужно… огонь!
Неплохо бы – но где его взять? Может, Анора смогла бы разжечь костер даже здесь, но я пока еще не научился вызывать пламя из снега, льда и камней… И вряд ли когда-нибудь научусь. Ветер завывал где-то в темноте над головой, но сюда, в засыпанную снегом расселину, ему было не добраться. Стало теплее – настолько, что я, пожалуй, смог бы просидеть здесь хоть до самого утра… Но Мерукану эти часы точно не пережить.
– Сейчас… Что-нибудь придумаю. – Я выпрямился и огляделся по сторонам. – Поищу укрытие.
– Что там? – Мерукан вытянул дрожащую руку и указал в темноту передо мной. – Ты видишь?
Антака наделил меня сверхчеловеческой силой и могуществом Джаду, но не потрудился усилить зрение – и тут я, похоже, уступил даже Мерукану. То, что он смог разглядеть в кромешной темноте, я заметил, только когда подошел ближе.
Что-то вроде… пещеры?
Я сделал еще несколько шагов, и снег под моими ногами сменился чем-то твердым и трескучим. Я опустился на корточки, и мои пальцы тут же наткнулись на…
– Дерево! – крикнул я. – Иди сюда!
Наверняка это можно будет как-нибудь поджечь! Я набрал целый ворох длинных корявых сучьев. Холодных, но, похоже, все-таки не отсыревших: на такой высоте снег вряд ли тает даже днем.
– Огниво… в… в мешке, – простонал Мерукан, кутаясь в одеяло у темной стены пещеры. – Я не смогу.
Раньше огонь разводил всегда он, и я провозился чуть ли не четверть часа. С бензиновой зажигалкой или спичками дело наверняка пошло бы куда быстрее, но орудовать в темноте крохотным кусочком шероховатого камня и странно изогнутой металлической пластинкой оказалось не так просто. С ними без труда управился бы сам Мерукан или какой-нибудь бойскаут, а мои руки, похоже, годились только для драки или переноски тяжестей. Искры летели щедро, но предпочитали обжигать задеревеневшие от холода пальцы, а не трут. И только когда я ножом наскреб чуть ли не целую горсть стружек из сухой сердцевины деревяшки, у меня получилось. Крохотный огонек подпалил сначала их, потускнел, будто захлебываясь, но потом все-таки окреп и перекинулся на щепки.
– Хвала Создателю! – Мерукан подполз поближе и уселся чуть ли не прямо в костер. – Боги спасли нас, Владыка Рик.
– Боги? – фыркнул я.
– Разве ты сам отыскал бы это место?
– Едва ли… – Я огляделся по сторонам. – И откуда здесь вообще взялись эти дрова?
Если бы поблизости росли деревья, сучья вполне могло бы забросить в щель между скалами ветром или принести потоком во время дождя, но вокруг были только камни. А последний чахлый кустик встретился нам час или полтора назад – примерно на две сотни футов ниже этого места.
Скорее уж я поверил бы, что топливо для костра принесли сюда специально. Огонь давал совсем немного света, но все же достаточно, чтобы разглядеть стены и потолок пещеры. За спиной у Мерукана нашлась еще кучка сучьев – неровная, и все же явно сложенная рукой человека. На камнях кое-где виднелись рисунки, а ближе к сводам наверху я увидел сложенные крест-накрест длинные палки и кое-как закрепленный на них кусок ткани. Убогий навес прогибался под тяжестью налипшего снега – но все-таки держался.
Пещера, которую мы нашли, оказалась вовсе не пещерой, а убежищем, которое кто-то соорудил в трещине в скале… А Антака, похоже, оказался не таким уж и засранцем, раз уж столкнул меня сверху в подходящее для ночлега место.
– Это построили люди. – Я осторожно вытянул из костра горящий сук. – Смотри!
Мерукан задрал голову кверху, а я прошел чуть дальше вглубь расселины – туда, куда не доставал свет от костра. Узкий коридор между сказами заканчивался тупиком примерно через полтора десятка футов. В рукотворном убежище не поместилось бы больше полудюжины человек – и им пришлось бы потесниться. Наверняка сюда приходили вдвоем или втроем – укрыться от непогоды или переночевать, имея над головой хотя бы жалкое подобие крыши…
Но кто? Какие-нибудь охотники? Старатели – если в этих горах вообще можно отыскать золото, серебро или хоть что-нибудь ценное? Безымянные, решившие убраться подальше от людей?.. Или дикари – вроде тех, что перебили мы с Харишем?
Но кто бы это ни был, он вряд ли окажется в восторге, обнаружив здесь нас с Меруканом… Впрочем, все указывало на то, что это убежище покинули уже давно. И если уж хозяева и решат вернуться – явно не ночью, когда в паре десятков футов над головой зазывает ветер, сбрасывая с вершин гор колючие ледяные крошки. Утром можно будет попробовать поискать выход отсюда – но сейчас лучше осмотреться и вздремнуть хотя бы пару…
– Эй, Рик! – Мерукан заерзал у костра. – Здесь есть даже копья.
Я поднял огонь повыше, и разглядел у противоположной стены две длинные палки с примотанными веревкой остриями из красноватого металла. Убогое оружие едва ли годилось для сражения, а вот для охоты – вполне… Иначе откуда бы взялись все эти кости?
Обитатели убежища сваливали обглоданные останки неподалеку от входа. Большинство явно когда-то принадлежали мелкому зверью или птицам величиной примерно с голубя, и только изредка попадались покрупнее. Похоже, горные козлы… Хотя у них кости ног заканчивались бы чем-то вроде копыт – но уж точно не пальцами!
А еще у козлов даже в этом странном мире наверняка не бывает человеческих черепов.
– Вот дерьмо… – пробормотал я, опуская факел чуть ниже. – Что за?..
– Агни милосердный! – Мерукан отпрянул и едва не сел задницей в костер. – Кто этот несчастный?.. И что здесь случилось?
– Хотел бы я знать… – Я осторожно перевернул череп носком башмака. – Но умер он точно не от старости.
Я никогда не разбирался в анатомии и не сразу отличил бы сломанное ребро от целого. Но даже если строение скелета у местных и отличается от моего, здоровенное треугольное отверстие между лбом и теменем вряд ли предусмотрено изначальной конструкцией. Беднягу ударили в голову чем-то острым – может быть, одним из копий у стены – и пробили толстую кость черепа насквозь. Если после такого и можно остаться в живых – то уж точно не в горах.
– Боги… – пробормотал Мерукан. – Куда мы попали? Неужели нам придется ночевать в этой могиле?..
– Здесь хотя бы тепло. – Я пожал плечами. – И я бы скорее остерегался живых, чем мертвых.
– Верно… Но красть у покойника… – Мерукан вдруг смолк и поднял голову. – Ты слышишь?
– Что? – проворчал я. – Там такой ветер…
– Тихо! – Мерукан схватил меня за рубаху. – Опять это…Горные демоны проснулись!
Я хотел было сказать, что он просто суеверный болван, испугавшийся кучки костей, но так и застыл с раскрытым ртом. Сквозь завывания ветра пробивался совсем другой звук. Будто что-то ревело в полумиле за скалами со стороны гряды.
Что-то раз в пять больше рогатого Кинг-Конга, который сожрал мою лошадь тогда, в зарослях у платформы.
* * *
– Ты выспался? – поинтересовался я.
– Всю ночь даже глаз не сомкнул! – Мерукан высунулся из-под одеяла. – Ты слышал, как кричал ракшас за скалами?
– Несколько раз. – Я потянулся, разминая затекшие плечи. – Я слышал крики горных демонов, слышал вой ветра, но даже их заглушил храп, который…
– Тебе почудилось! – Мерукан запустил руку в мешок и ловко выудил подсохшую лепешку. – И даже если так – разве не может измученный путник немного вздремнуть?
– Сколько угодно, – усмехнулся я. – Это уж точно лучше, чем всю ночь слушать, как орет эта тварь.
Сам я поспал от силы часа полтора – но не потому, что так уж сильно испугался мертвых костей или воплей чудовища. Мерукан заграбастал все одеяла и отключился минут через десять после того, как я смог разжечь огонь. А мне осталось только клевать носом, усевшись на мешок. Костер давал достаточно тепла, а сила Джаду подпитывала уставшее тело – я наверняка продержался бы без сна хоть трое суток… И все же целая ночь, проведенная под аккомпанемент ветра и вопящего ублюдка за грядой – совсем не то, после чего чувствуешь себя отдохнувшим.
– Оно… еще там? – осторожно поинтересовался Мерукан.
Тот, кого он называл ракшасом, будто услышал. Низкий хриплый вой снова донесся издалека и прокатился по расселине, эхом отражаясь от скал. Ближе к утру чудовище подавало голос все реже – но затыкаться насовсем, похоже, не собиралось.
– Агни милосердный… – Мерукан поежился, но тут же снова впился зубами в померзшую лепешку. – Я-то думал, оно, наконец, сдохло.
Вчера ночью он выглядел чуть ли не до смерти перепуганным, но утро, похоже, вернуло ему привычный настрой. Впрочем, дело могло быть и в другом – сам голос чудовища изменился. Если еще перу часов назад оно ревело так, будто собиралось прикончить все живое в радиусе трех миль, то теперь скорее скулило и завывало. Как дворняга с перебитой лапой – только на несколько октав ниже и так громко, что я всерьез опасался схода лавины.
Что бы там ни было – оно, похоже, страдало… Но это уж точно не повод знакомиться поближе.
– Вставай, сын ленивого ишака. – Я кинул в Мерукана подвернувшуюся под руку щепку. – Пора идти. Лучше бы нам перебраться через горы до заката.
– Я не собираюсь еще раз ночевать в этом холоде! Второй такой ночи я могу не пережить.
Мерукан выбрался из-под одеял и, поеживаясь от холода, принялся натягивать башмаки. Они наверняка снова вымокнут за несколько минут – и все же я не поленился стащить их с него и хоть как-то высушить у костра.
– Ты здоров? – спросил я. – Выглядишь так, будто всю ночь сношался с бешеной обезьяной.
– Лучше бы сношался. – Мерукан набросил на плечи одеяло и перетянул его ремешком на поясе. – Пожалуй, это была бы славная смерть… Уж точно не хуже, чем замерзнуть или быть сожранным ракшасами.
– Пойдем. – Я одним махом забросил на спину оба мешка и потянулся за мечом. – Возьми копье – тому бедняге оно уже точно не понадобится.
Мерукан кивнул и подхватил стоящую у стены палку с примотанным острием. Остальное я тащил сам, и все же он все равно еле успевал за мной – похоже, вчерашний холод не прошел бесследно. Я не услышал и слова жалобы, но видел, что ему тяжело шагать даже налегке. За ночь снега намело чуть ли не по колено, и никакой другой дороги не было – мы тащились по расселине прямо через сугробы, утопая чуть ли не по колено. Я не боялся застрять где-нибудь среди отвесных скал: если уж парень с пробитым черепом устроил здесь берлогу, выход точно должен быть… Но где именно? И сколько нам еще придется его искать?
Вчера мы шли через горы напрямик, выбирая самый короткий путь – но сегодня никакого выбора уже не осталось. Если бы я каким-то чудом и смог бы вскарабкаться на высоту в тридцать футов и вылезти на тропу, с которой мы свалились – вытащить Мерукана мне было бы попросту нечем. Судя по тому, что солнце уже заглядывало прямо в расселину, время понемногу приближалось к полудню – а я до сих пор не увидел ничего похожего на путь наверх. Пока мы только сделали крюк длиной мили в полторы-две, огибая скалы, и ничуть не приблизились к цели. И если не успеем до темноты…
– Ты слышал, откуда ревел ракшас? – тоскливо поинтересовался мой спутник у меня из-за спины. – Кажется, мы идем прямо ему в пасть…
– У тебя есть мысли получше, глиняная голова? Здесь кругом скалы! – Я обернулся и постучал ладонью по заснеженному валуну справа. – Если кто-то из богов дал тебе крылья – мог бы сказать и…
– Рик! – Мерукан вдруг попятился и уселся в утоптанный снег. – Это не…
Скала под моей рукой вдруг задрожала и пришла в движение. Камень заскользил по коже, уползая куда-то вверх… А я вдруг подумал, что даже в этом мире мне еще не приходилось встречать камни, покрытые мехом.
Глава 7
То, что мы оба приняли за кусок скалы, оказалось живым существом. Настолько огромным, что вблизи я не смог разглядеть ничего, кроме густого светло-серого меха, почти сливающегося со скалами по обе стороны. От могучего рева тут же заложило уши, и когда прямо передо мной распахнулась громадная пасть, усеянная острыми зубами длиной с нож, я рванулся назад, едва не затоптав Мерукана.
– Бежим, Рик! – завопил он, вскакивая на ноги. – Ракшас проснулся и сожрет нас!
Узкая тропа в расселине вывела нас прямо на чудовище, которое всю ночь не давало мне спать. Похоже, оно и само устало завывать и заснуло – но когда я похлопал его по боку…
– Стой! – Я поймал Мерукана за шиворот. – Сюда ему не пролезть.
Со стороны нашего ночлега проход был тесноватым даже для меня – и огромная тварь в него уж точно бы не поместилась. Впрочем, Мерукан об этом не задумывался – страх вернул ему силы, и теперь он готов был бежать обратно хоть до самого убежища с пробитым черепом.
– Пусти меня, болван! Я не собираюсь…
– Хватит верещать, как курица! – Я припер Мерукана спиной к скале. – Здесь ракшас нас не достанет!
– Какая разница? Бежим отсюда, пока он не разозлился!
– Куда? – проворчал я. – Другой дороги нет…
Это, похоже, немного отрезвило Мерукана. Он перестал вырываться, замолчал и осторожно вытянул шею, будто пытаясь разглядеть чудовище, застрявшее в скалах и отрезавшее нам путь.
– Только не говори, что нам придется идти мимо него…
– Придется. – Я развернулся к тропе. – Если ты все еще не научился летать, глиняная твоя голова…
На этот раз путь в полсотни футов занял впятеро больше времени. Я шагал первым, то и дело замирая и вслушиваясь в тишину между скалами. Огромная когтистая лапа, способная одним движением разорвать меня надвое, могла поджидать за каждым выступом… Но, похоже, чудовище даже не попыталось за нами гнаться.
– Может, он ушел? – Мерукан выглянул из-за камня в нескольких футах за моей спиной. – Я ничего не слышу…
– Он здесь, – прошипел я. – Тихо!
Мохнатый ублюдок, которого Мерукан назвал ракшасом, никуда не делся. Он больше не ревел, но когда ветерок, завывавший в расселине, чуть стихал, я слышал протяжное сопение. Хриплое и как будто усталое, будто чудовище всю ночь голосило не по собственной воле.
И только когда оно вновь показалось за выступом скалы, я понял, что случилось.
– Он в ловушке, – прошептал я, вжимаясь животом в холодный камень, – как и мы…
– Что там? – Мерукан высунулся откуда-то у меня из-под руки. – Дай посмотреть!
Любопытство оказалось сильнее страха, и уже через несколько мгновений мы оба смотрели на огромную серую тушу, перегородившую проход в скалах. Больше всего горное чудовище напоминало медведя гризли – только вымахавшего чуть ли не в десять раз по сравнению с тем, которого я видел в зоопарке в Сан-Фране. Я с трудом представил, сколько может весить туловище размером почти с вагон местного поезда – зато при взгляде на пасть, в которую я при желании поместился бы целиком, воображение уже не понадобилось.
– Агни-защитник… – простонал Мерукан. – Наверное, это он и убил того несчастного…
Может быть… Хотя длинные темные когти на лапах с мое тело толщиной скорее раздробили бы череп на несколько частей, чем оставили дырку. Я бы уж точно не отважился сунуться под них с одним только жалким копьем.
И все же несмотря на всю свою мощь гигантский медведь выглядел не грозно, а скорее жалобно. Он явно почуял нас, но не мог даже толком пошевелиться. И больше не ревел – только устало пыхтел, выпуская изо рта и ноздрей клубы пара. Передние лапы лишь беспомощно скребли камень, а задние были погребены под огромными валунами. Похоже, горный великан сорвался в расселину – как и мы с Меруканом. Скала обвалилась под его весом, а потом еще и накрыла медведя плитами, поднять которые оказалось не под силу даже ему.
– Попался. – Мерукан выпрямился во весь рост. – Ему не выбраться!
– Не только ему, – вздохнул я. – Мы его не обойдем – слишком большой.
– Агни милосердный… За что мне все это?!
Там, где лежал медведь, проход между скалами становился шире – но все же не настолько, чтобы пытаться двигаться дальше. Даже если я прижмусь к камням, огромная лапа непременно дотянется – и тогда…
– Может, он уснет? – Я осторожно шагнул вперед. – Не может же он вечно поджидать нас?..
– А ты бы уснул, если бы тебя завалило этими камнями? – просопел Мерукан. – Посмотри, какой тощий – наверняка он уже успел проголодаться… И я не вижу здесь никакой еды!
– Кроме тебя и меня. – Я опустился на валун и сложил руки на груди. – Похоже, кому-то из нас придется потерпеть!
– Я бы не стал на это надеяться. – Мерукан шмыгнул носом. – Ракшасы живучи.
Похоже, ему еще не приходилось встречаться с такими животными. Может, он вообще ни разу в жизни не видел медведя – если они вообще в этом мире водятся где-то, кроме гор. Но даже самый огромный зверь остается зверем. Он будет следить за нами и ждать, пока мы подойдем ближе, чтобы поймать и сожрать… Даже моих сил не хватит, чтобы прорубить мечом толстую шкуру и прикончить гигантскую тварь до того, как она разорвет меня надвое. Значит, нам остается только сидеть и надеяться, что медведь сдохнет от голода и ран.
Раньше, чем сдохнем мы.
– И что нам с тобой делать? – Я слепил в руках снежок и прицелился медведю в голову. – Я не собираюсь становиться твоим завтраком.
Зверь вряд ли понял, что я имел в виду – но голос явно услышал: приоткрыл глаза и глухо заворчал. Без злобы – скорее как-то тоскливо.
– Лучше не зли его. – Мерукан отступил на пару шагов. – Кто знает – может, у него хватит сил выбраться из-под этих камней.
– Не хватит. – Я еще раз прикинул вес камней, придавивших медведю задние лапы. – Похоже, ему больно…
– Ты его жалеешь? – фыркнул Мерукан. – Тогда подойди поближе – ракшас наверняка проголодался!
Я не собирался действительно лезть зверю в пасть – и все же приподнялся и сделал несколько шагов вперед. Медведь снова зарычал и вытянул гигантскую лапищу. Когти скребнули по заснеженным камням в паре десятков футов от меня и снова уползли назад.
– Ты ведь не собираешься меня сожрать, да? – негромко поинтересовался я. – Просто хочешь выбраться…
И снова в ответ раздалось ворчание – неожиданно тихое и мягкое для такой огромной туши. Медведь будто хотел что-то сказать.
– Мы не причиним тебе вреда. – Я осторожно снял со спины сверток с мечом и бросил в снег. – Вот, смотри. У меня ничего нет.
– Ты сошел с ума? – прошипел Мерукан. – Он сожрет тебя!
– Надеюсь, что нет… Тихо! – Я сместился еще на шаг вперед. – Кто тут хороший мальчик?..
Когда-то я читал, что животные прекрасно распознают интонации и понимают, когда им угрожают – и, похоже, это работало. Я продолжал неторопливо шагать к медведю, бормоча под нос что-то успокаивающее – а он урчал в ответ и больше не пытался тянуть лапы. При желании зверь, пожалуй, уже мог бы достать меня, но только смотрел, не сводя огромных желтых глаз с моих.
– Рик! – простонал Мерукан где-то за спиной. – Не надо, глиняная твоя…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
